Драконья Вдова

*** Отпустив слуг, Элина сама дотолкала массивное кресло к окну и переставила туда же небольшой столик, на который поставила бутылку вина и бокал, а также остатки привезенных Мэлионом цукатов. Погасив почти все свечи, она села лицом к окну, подняв ноги и уложив их на широкий подоконник. На её коленях мирно спал манул, которого она время от времени поглаживала так осторожно, чтобы не потревожить его сон. От её прикосновений дикий зверёк мурчал и нежился ещё больше, хотя окончательно так и не просыпался. Тихий стук в дверь вырвал её из воспоминаний, но Элина решила не отвечать, чтобы не испугать своим голосом Эрджина. Она знала, что согласно дворцовым правилам, если Власт или Власта не ответят на более, чем три стука, двери ту же будут выломаны, чтобы убедиться, что с господином или госпожой все в порядке и им не грозит никакой опасности. Второй стук был настойчивее, и Элина чуть прикрыла ладонью Эрджина, стараясь аккуратно прижать ушки к голове. На ее счастье, кто-то за дверью решил толкнуть ее, не дожидаясь третьего раза. Вглядевшись в пока ещё нечеткое отражение в окне, Власта узнала своего кузена. - Я вышел прогуляться, - встав за ее спиной, тихо заговорил Эйревелл, - посмотрел в окна и почти не заметил света. Подумал, что ты с Марэ, но слуги сказали, что ты все еще в кабинете, и я решил, что ты могла заработаться и уснуть... - Как видишь, я не сплю, - правая рука Власты продолжала гладить котенка, а левой она потянулась к столику. Предвосхищая ее действия, Эйревелл поспешно шагнул в сторону, взял в руки бутылку и, убедившись, что та открыта, наполнил бокал. Власта подхватила тот за тонкую ножку и поднесла к губам. - Кокон едва светится, - еще тише произнес Эйревелл. - И что же? – усмехнулась Власта. - Я думаю... – Эйревелл осекся. Все внутри него сжималось от предвкушения того ужасного чувства, которое обрушится на него сразу же, как он произнесет то, из-за чего пришел сюда, но слова Элиона гулким колоколом отдавались где-то в глубине души и заставляли его переступить черту. - Хочешь, чтобы я смирилась с тем, что ты больше не будешь его греть? – договорила за брата Власта. - В этом нет никакого толку, - Эйревелл произнес свой ответ так быстро, будто боялся передумать. - Неужели, - Власта отложила бокал и повернула голову ко все еще стоящему позади нее кузену, - он так ни разу не подал никаких признаков жизни? Эйревелл отвел взгляд, чтобы не видеть, как в глазах сестры заблестели слезы. Он знал, что она подумает, что так он пытается не смотреть на ее горе, но он не мог лгать самому себе – кокон вспыхнул, и Эйревелл видел это. И кокон горел и менялся еще несколько часов после вспышки, Эйревелл не просто чувствовал, он знал это, а значит дитя внутри него все еще жило, но... - Ты когда-нибудь принимал решение убить? – Элина снова отвела взгляд и устремила его в ночную мглу за окном. - Я воевал не меньше, чем остальные рыцари, - так и не смея поднять взгляд, ответил ее брат. - Нет, - Элина покачала головой. – В бою ты не принимаешь решение об убийстве. Само твое присутствие в битве не дает тебе другого права. Ты либо убиваешь, либо убиваем. Я о другом. Ты когда-либо принимал решение убить, зная, что есть иной выбор? Эйревелл замолчал. Устремив взгляд вниз, он заметил, как сильно трясутся его руки. А что, если во всем сознаться? Что, если открыться здесь и сейчас? Ну что, что она сможет сделать? Убьет его? Велит казнить другим прямо на месте? Так чем казнь хуже его нынешнего мучительного существования? Но... Но что, если убийство будет долгим? Позорным? Лишающим остатка и без того почти не оставшейся чести... - Не отвечай, - голос Элины прервал стремительный поток его мыслей. – Я не хочу знать. Если приходилось, то ты меня понимаешь. Если нет, то не поймешь, сколько бы я не объясняла. А вот теперь задай этот вопрос себе: после того, как ты уже один раз убил человека, которого любил так безумно, что простил ему то, за что заживо содрал бы кожу с любого другого, готов ли ты убить во второй раз и снова убить то, что любишь так сильно, что только самому себе можешь признаться, что по сути это единственное, что все еще держит тебя на этой земле. Элина отложила бокал, аккуратно взяла Эрджина в руки и, поднявшись на ноги, переложила котенка на кресло, на котором до этого сидела сама. - Если ты думаешь, что я проживу долгую и счастливую жизнь в своем Властовстве со вторым мужем и кучей наследников – ты сильно ошибаешься, брат! Возможно, ты и Элион правы - мне было многое позволительно, и я действительно жила жизнью «золотой принцессы», но не забывайте, что все мои желания исполнялись только по тому, что все мои желания были «правильными», удобными для Первого Форта, короны и Элэрдайнов. Стоило мне хоть раз захотеть чего-то, что нарушило правила, как никто, ни одна душа, кроме отца, не поддержала меня. И чем больше я об этом думаю, тем больше понимаю, что тут что-то не так, - Элина подняла голову и заглянула в глаза кузена. – Не был Власт счастлив отдать свою дочь за дракона вместо какого-то из лордов, а значит... значит дело тут в другом. Вопрос лишь в том, нужна ли мне эта очередная правда и как жить с ней потом, если она все же всплывет. - Оставь все, как есть! – Эйревелл едва смог сглотнуть ком в горле. – Ты и так пережила немало горя, зачем продолжать себя мучить? Почему ты действительно не хочешь освободить меня от клятвы, дать мне избавить тебя от ложной надежды, а затем действительно выйти замуж за достойного человека, который будет любить тебя до последнего вздоха? Любить именно тебя, а не твое Властовство и то, что он в мгновение ока превратится из кандидата в "посидельцы" в долговой яме в крон-Власта! Элина, ты еще не обручена с Марэ, а значит не обречена. Дай мне погасить кокон, выходи замуж за того, кто искренне тебя полюбит, и действительно проживи долгую и счастливую жизнь с той самой кучей наследников. На лице Элины сначала прочиталось удивление, а затем ее губы растянулись в горькой улыбке. - Всегда думала, что из нас троих я - самая наивная, - усмехнулась она. – Но ты превзошёл даже меня, Эйри. Она склонилась к креслу, ладошкой подхватила котенка и, на ходу похлопав кузена по плечу, вышла из кабинета. Лорд Эйревелл Элэрдайн до боли сжал веки, а затем, открыв глаза, взял со стола бутылку и начал пить вино большими жадными глотками прямо из горлышка. *** - Ты уже вторую ночь смотришь на огонь в камине, - Эриния опустилась на шкуру, позади Агиса. – Скоро глаза высохнут. Молодой мужчина лишь покачал головой в ответ, не произнеся ни слова. - О чем ты думаешь? – не сдавалась хозяйка дома. - Как думаешь, - Агис протянул руку ближе к огню, - неужели совершенно никто в этом мире не думает обо мне? Не интересуется, где я? Не скучает? Как? – в его голосе прозвучало отчаяние. – Как можно было дожить до этих лет и быть настолько всем безразличным? - До скольких? – улыбнулась Эриния. - Что? - не понял Агис. - До скольких лет, Агис? – Эрин повторила вопрос. – Сколько тебе? - Я... – он немного растерялся. – Я... не знаю. - Так может в этом-то и причина? – Эрин пыталась его рассмешить. – Вдруг ты еще младенец? А, может, и вовсе пока не родился. - Да ну тебя, - Агис отмахнулся от нее, но спустя недолгое молчание, снова заговорил. - Надо было оставить Эрджина себе... с ним было бы веселее. - Эрджина? – не поняла его Эриния. - Манула, - Агис, наконец, обернулся к своей собеседнице. - Ах, да, - усмехнулась она. – Еще один питомец Элэрдайнов. - Еще один? – не понял ее Агис. - Забудь, - отмахнулась Эриния. - Кажется, ты не очень жалуешь Властов род? – теперь сдаваться отказывался Агис. - Откровенно говоря, за исключением Элины, остальные Элэрдайны – недосягаемые полубоги, - усмехнулась девушка. – Решив, что нас с Элиной познакомил Тэмэмрар, они отнеслись ко мне с еще большим скепсисом. - Элэрдайны не принимали ее выбор дракона, ведь верно? - Элэрдайны не готовы принять никого, чей отец не сидел за столом Шестнадцати Лордов, - она снова усмехнулась. – Именно поэтому Элина выбрала Марэ – он хоть и из знатного и древнего рода, но в Совете никогда не был – слишком мелкая сошка для таких, как Фралли и ему подобных. - Зато он будет послушным ее воле, - теперь усмехнулся уже Агис. – Блистательный и такой покладистый. - Откуда ты знаешь, какой он блистательный? – Эриния с интересом посмотрела на Агиса, но тот тут же снова перевел взгляд на камин. - Предполагаю, - ответил он. - Так вот куда ты пропадал вчера, - произнесла Эриния. – Ходил смотреть, как Марэ въезжает в город, - Эриния покачала головой. – Но ты ошибаешься, - она тоже перевела взгляд на камин. – Во время великой битвы Марэ был одним из главных оппонентов Власты, практически открыто отказываясь подчиняться женщине на поле боя. - Тогда почему же она выбрала его? – с некоторым вызовом спросил Агис. - Потому что, если ты не можешь позволить себе роскошь любить будущего мужа, - ответила Эриния, - то позволь себе хотя бы уважать его. Достойный оппонент всё же лучше недостойного союзника. Что же касается твоего одиночества, - Эриния поднялась на ноги, - то никто не поймет тебя, лучше меня. Как и ты, я так же совершенно одна во всем это мире. - У тебя есть Элина, - глядя на нее снизу вверх, ответил Агис. - Ровно, как и у тебя, - усмехнувшись в последний раз за вечер, Эриния вышла из комнаты, и вскоре Агис услышал, как она поднимается на второй этаж и закрывает дверь своей спальни. *** - Почему ты вышла за этого белобрысого слизняка? – Таис подлила вина своей сегодняшней собутыльнице и откинулась на спинку высокого мягкого кресла. - Он не слизняк, - тихо ответила Фрея, осушив бокал почти на половину. – А меня никто не спрашивал. Как, думаю, впрочем и его. - У тебя правда был роман с Мэлионом Марэ? – Таис бередила раны своей собеседницы со всей присущей драконам откровенностью, которую люди бы назвали бесцеремонным отсутствием такта. - Это был не роман, - вино кружило непривычную к хмелю голову, и Фрея не могла уйти от ответа. – Мы были помолвлены. Тайно, но помолвлены. Мэл уехал искать нам прибежище, где он бы мог найти достойный его оплачиваемый труд. Мы мечтали сбежать и пожениться. Я не хотела ни золота, ни замков, а лишь быть с ним вместе. - Что ж не дождалась? – Таис снова наполнила ее бокал. - Так сложились обстоятельства, - Фрея с трудом подбирала слова. - Как думаешь, - Таис отсалютовала ей своим бокалом, - Элина специально выбрала в женихи того, кто когда-то был твоим? Думаешь, это месть? - Месть? – Фрея рассмеялась. – Я слишком никчемна, чтобы Ее Маестатство думала о мести мне. Я была всего лишь девица Фралли. Даже не Лорд и не наследник. Мой отец и братья дрожат, как осиновые листы, боясь, что Власта призовет их к ответу за то, что совершила я, - она почти рассмеялась. - Но, поверьте мне, ваше высочество, если бы она решилась мстить, то именно им, а не мне. Я не имею никакого значения ни для нее, ни для мужа, ни для отца с братьями. Серая послушная мышка, красивая ваза, которая будет стоять там, где ее поставят, и не более. - Ну какая же ты серая,.. – с улыбкой произнесла Таис, глядя на то, как Фрея откидывается на спинку кресла, закрывает глаза, а её рука беспомощно свисает с подлокотника, роняя бокал на постеленную на полу шкуру и окрашивая ту в глубокий винный цвет. - Серые мышки, - Таис поднялась с места, - не предают, открывая ворота в Крепость своим врагам, милая… Леди Огня прошла к сундуку, в котором хранились личные вещи Фреи, и брезгливо подхватив крышку самыми кончиками пальцев, отбросила её в сторону.