Драконья Вдова

— Леди Огня Таис Торэлин просит об... — Ничего я не прошу! – буквально отпихнув пажа, Таис вошла в рабочий кабинет Власты и закрыла за собой дверь так резко, что она едва не ударила представлявшего её юношу по носу. — Веди себя как леди, – не отрываясь от бумаг, произнесла Власта. – В конце концов, ты не в своих скалах, а в моём доме. — Ты знала? – Таис проигнорировала замечание невестки и, приблизившись к её столу, склонилась и оперлась о него ладонями. — Спасибо, что на этот раз одета, – Элина продолжала вчитываться в бумаги. — Ты знала! – зрачки Таис сузились от гнева, а голос стал хриплым и полным угрозы. — Кто-нибудь! – крикнула Элина, и дверь тут же распахнулась. На пороге появился всё тот же паж, за спиной которого виднелись стражники, заранее предупреждённые оставить её и Таис наедине. – Будьте так добры, – продолжила Власта, – принесите Леди Огня пару бокалов льда. Паж поклонился и исчез, снова закрыв за собой дверь. — Если почувствуешь, что не можешь удержаться, – Элина впервые подняла на неё глаза, – когда обернёшься, выдыхай в окно. Тут важные документы. — Где он?! – Таис едва держала себя в руках. — Понятия не имею, – пожала плечами Элина. – Где угодно. В последний раз я видела его в Зале Советов. — Ты не знаешь? – Таис оторвала руки от столешницы и отшатнулась. — Послушай, Таис! – Элина поднялась на ноги, обошла стол и приблизилась к золовке. – Забирай брата и уходите, – её голос был ровным и спокойным, но Таис слишком хорошо помнила Власту ещё до Битвы и не могла не уловить едва слышимый надлом. — Элина, – сама того не понимая почему, Таис, следуя инстинктам, потянулась вперёд и впервые с момента, как её старший брат поставил условия о нахождении виновных в разорении Гнезда, обняла Элину. Власта опустила голову, уткнулась лицом в плечо Таис и тяжело вздохнула. — Я не могла тебе сказать, – проговорила она. – Я... я не могу вернуть ему память. — Почему? – Таис прижала её ещё крепче. — Потому что если он вспомнит всё, что было, он снова попросит его убить, – Элина отпрянула и стала обмахивать пылающее лицо ладонями, чтобы сдержать готовые сорваться вниз слёзы. – Второй раз я этого не выдержу. — Второй? – переспросила Таис. — Я убила его, – Элина отвернулась и подошла к окну. – Но не смогла прожить с этим и секунды. — Теперь, когда я уверена, что ты оберегала его всё это время, я готова... – Таис тяжело вздохнула. – Я готова попытаться тебе поверить... Но я не смогу сделать этого, пока не узнаю всё, что произошло. — Почему ты не можешь просто попытаться... — Нет, – Таис покачала головой. – При всём уважении, довериться тебе, да и кому-либо ещё, я больше не могу! В прошлый раз это закончилось тем, что мы хоронили драконят. В этот раз слова ничего уже не значат. Я должна знать всё! Всё, что случилось, Элина. Расскажешь правду – получишь пусть не друга, но союзника. Если нет, то мы продолжим идти каждая своим путём. Я хочу думать, что мы обе пытаемся дойти до одной и той же истины. Так если это так, разве, идя навстречу друг другу, мы не сократим это расстояние? Но выбор всё равно за тобой. — Элина молча кивнула, затем прошла к дверям и, распахнув их, велела принести в кабинет вино и сыры. *** — Ваше анте-маэстатство, – Финн поклонился так низко, что Тэмэрар буквально потерял его лицо из вида. — Ну ты хоть перестань! – Тэмэрар прошёл мимо помощника конюшего. – Пойдём! Финн разогнулся и направился следом за принцем. — Понятия не имею, что это за пойло, – не останавливаясь, Тэмэрар протянул Финну бутылку и, на ходу откупорив вторую, сделал глоток. – Но когда я попросил выпить, мне принесли это. Тэмэрар дошёл до дальнего угла конюшни, опустился на стог сена и лёг навзничь. — Кажется, тут мы с тобой болтали в последний раз, – он отхлебнул из бутылки и окинул взглядом стоявшего в недоумении Финна. – Ты тоже видишь меня другим? – наконец спросил принц. — Ага, – кивнул Финн. – То есть да, Ваше анте-маэстатство! — Ради Небесных Хранителей, – Тэмэрар приподнялся и сел. – Ты-то хоть перестань. Я... Я не принц, не «Ваше анте-маэстатство». Принцем надо либо родиться, либо заслужить. И в том, и в другом случае память о прошлом – это то, что делает тебя тобой. Я же... – Тэмэрар опустил голову. – Я ничего не помню. Ни то, кто я, ни что был женат, ни ребёнка, которого она ждала, ни даже ту, которая прилетела сюда и, как мне говорят, моя сестра. Я не помню, как обращаться в дракона, значит, я больше не дракон. Я даже не знаю, был ли им когда-то. Всё, что осталось в моей памяти, – это Девы, эта конюшня, ты и... — Тэмэрар замолчал. Он слишком хорошо помнил тот поцелуй: первый для Агиса и, кажется, последний для него. — Ваше анте-маэстатство... — Прибью! – равнодушно перебил Финна Тэмэрар. — Ладно! – помощник конюшего будто решился шагнуть в пропасть и опустился на сено рядом с принцем. – Но если уж быть честным, страдания твои – точно, как у господ. — Чего? – Тэмэрар встрепенулся и обернулся на Финна. — Даже представить себе не могу, что было бы, окажись принцем я, – Финн окончательно осмелел и пригубил вино. – Ох ты ж! – он с восторгом посмотрел на бутылку. – Это уж точно не то пойло, к которому я привык. Как это... – он защёлкал пальцами, пытаясь вспомнить. – Что там пьют эти ваши Небесные Хранители? — Амброзия? – усмехнулся Тэмэрар. — Вот именно она, – улыбнулся Финн, сделав ещё несколько глотков. — Ну и что бы делал ты, если бы стал принцем? – Тэмэрар отложил свою бутылку и чуть подался вперёд, чтобы лучше вглядеться в лицо товарища. — Да вот именно что ничего! – Финн мечтательно потянулся. – Ел, пил целыми днями, вставал на закате, засыпал на рассвете, попробовал бы с дракайной и... А-а, забыл, ты же женат! – Финн снова приложился к бутылке, которая уже заметно развязала ему язык. - О чем я тоже не помню, - Тэмэрар откинулся назад и снова лёг. Финн последовал его примеру и сквозь окно на противоположной стороне они оба смотрели на то, как город, Крепость и Замок погружаются в ночь. - Говорят, ты её очень любил, - нарушил тишину Финн. - Почему тогда она… - Тэмэрар осекся, чтобы не проговориться обо всем, что испытывал. - Слушай, - Финн повернул голову в сторону Принца, - помнишь, как ты вечно елозил и ныл, пока спал? - Сам ты елозил! – огрызнулся Тэмэрар. - Так может, во сне ты все ещё Драконий Принц? – Финн приподнялся на локте и прикончил содержимое бутылки. Тэм дернулся вперёд и замер. Осознание этой простой мысли обожгло разум, словно раскалённый метал. - Финн, - выдохнул Принц, уложив свою бутылку в его руки. – Посмотри, что тут? Поднявшись на ноги, Тэмэрар быстро скинул камзол, стянул сорочку и повернулся к нему спиной. Финн хлебнул из новой бутылки, затем рывком также поднялся на ноги и встал позади Принца. - Драконье Пламя! – выдохнул Финн и, не в состоянии справиться с эмоциями, коснулся татуировки. – Это не татуировка, это ж магия какая-то. - Что там? – Тэмэрар попытался извернуться, но так и не смог ничего рассмотреть. - Дракон и Феникс, - ответил Финн. – переплетены, словно единое целое. И тату явно не простое, в нем есть магия. - Значит… - Тэмэрар оглянутся на Финна. – Оно помнит… Моё тело помнит. И сердце помнит, поэтому я и вижу те сны. А разум – нет. Поэтому меня к ней так… Тэмэрар снова не договорил. - И что будешь делать? – Финн нагнулся, подхватил кончиками пальцев горлышко бутылки и посмотрел на быстро одевающегося Принца. - Ты почти не притронулся! Я допью? - Ни в чем себе не отказывай! - ответил Тэмэрар, направляясь к выходу из конюшен. - А мне надо поговорить с женой. - Большой ей привет от твоего друга с конюшен, - рассмеялся Финн, окончательно захмелев. *** - Мы вернулись домой, - проговорила Элина, - и он был рядом весь вечер. Я рыдала без остановки, и к ночи Элион и Эйри уговорили Тэма позволить лекарю дать мне сонное зелье. Тот клялся, что никакого вреда для ребёнка от этого не будет, но Тэм и я долго не соглашались. В итоге лекарь сказал, что от моих рыдания моё чрево и живот напрягаются и рано или поздно исторгнут дитя. Элина налила вина в два бокала и подала один из них Таис. - Мне стоит пригубить? – спросила она. В ответ Таис молча усмехнулась и, взяв бокал, залпом осушила его наполовину. - Когда я уснула, Тэм сидел у моей постели, но потом Элион и Эйри позвали его поужинать. Вернулся он, когда была уже глубокая ночь, - Элина опустилась в кресло и прикрыла глаза, словно пытаясь припомнить детали. – Разбудил меня… очень грубо. Я… я плохо понимала, чего он от меня хочет, так как разум мой был затуманен лекарством, но он задавал вопросы о Гнезде, тряс меня за плечи, а потом отшвырнул на кровать и ушёл. - Тэмэр? – с удивлением переспросила Таис. - От него разило вином, и я подумала, что он пьян, и утром все пройдёт. Но… Утром он снова вернулся. Вином от него несло ещё пуще прежнего. Он обратился в нашей спальне, грубо схватил меня в когти, как никогда не делал, и унёс на вершины скал. Я была сонная, в одной рубашке и мне было безумно холодно. Я плакала и молила его вернуть меня домой, так как едва стояла на ногах от холода и страха, но он продолжал задавать все новые и новые вопросы и был так зол, что под его ногами плавились не только вековые льды, но, кажется, даже и камни, которые они покрывали. Элина замолчала, впервые пригубив вино. - А потом начался ужас, - Власта сжала веки. – Он носил меня из замка в замок. Все, что я помню, это нестерпимая боль, унижения, и то, как мой муж превращается в чудовище, которое не пытает меня только тогда, когда вино окончательно берет вверх и он засыпает. - Я тебе не верю! – Таис пыталась говорить холодно. – Мой брат… Элина открыла глаза, отложила бокал и поднялась на ноги. Её тёмное помолвочное платье шнуровалось впереди, поэтому она без труда избавилась от корсетной части, ослабила шнурок на шее и потянула вниз ткань с левой стороны. Таис отшатнулась – испещренное множеством порезов плечо, отсутствующая часть плоти на руке ниже и, наконец, рассеченная левая грудь. - Вот причина, по которой, я не искала убийц в те десять дней, которые мне отвел Драконий Король. Я… я бы предпочла умереть, - Элина потянула ткань наверх, прикрывая шрамы, - но тогда во мне ещё жило наше дитя, и я пыталась выжить. - Я… я не могу поверить, - Таис попыталась отложить бокал, но промахнулась мимо столика и тот полетел на пол, окрашивая шкуры под ногами девушек в вишнёвый цвет и разбиваясь на мелкие осколки. - Меня нашёл Эйри и следовавший с ним небольшой отряд, - Элина отвернулась от невестки, не в силах выносить её взгляд. – Их было слишком мало, поэтому они не сражались, а выкрали меня. Но… куда бы мы ни следовали, где бы меня не прятали, какое бы войско меня не охраняло, Тэм всегда безошибочно находил меня. Первый Форт пал, когда Фрея открыла ворота Драконьему Войску. Лорды Юга не особо хотели ввязываться в эту войну, забывая свои вассальные клятвы, и лишь Ветряные Пустоши дали нам армию и прибежище. Но прежде, чем вернуться туда, я должна была перестать быть легкой мишенью. Элина окончательно оделась и снова обернулась к Таис. - Я решилась на побег и обратилась к Посреднице, - Власта горько усмехнулась. – Беременная я и небольшой отряд из преданных мне воинов, добравшись до ворот Храма сквозь пургу и метель, запросили право на вход. Я хотела передать бразды правления Элиону, а сама тихо дождаться рождения своего малыша и остаться в Храме. Даже Драконья Армия не посмела бы войти в Дом Дев, но… Элина рывком вернулась к столу, взяла вино и выпила свой бокал до дна так жадно, будто все это время мучилась нестерпимой жаждой. - Она не открыла ворота даже тогда, когда почти все солдаты были мертвы, - глаза Элины остекленели, а голос надломился. – Я была едва ли не единственной выживший в том кошмаре, что творился вокруг. Я не знаю, как, но Эйривелл словно почувствовал где я. Он и часть войск Пустошей прибыли, когда почти все с нами было кончено. Они дали отпор, но все мы понимали, что это был лишь вопрос времени. Драконы вернутся и вернутся с ещё большими силами. Посредница впустила его в Храм, но вскоре он вернулся, лишь чтобы снова передать её отказ. Тогда-то Эйривелл и рассказал мне, почему Тэмэрар всегда знает, где я. Это была..., - Элина пошатнулась и вцепилась пальцами в спинку стула. – Это была самая страшная ночь в моей жизни. Элион прибыл лишь под вечер, убедившись, что Драконы пока не готовы вернуться, и я поняла, что не смогу оставить на него свое войско, свой народ и Первый Форт. Может это и к лучшему, - Власта горько усмехнулась, - ведь если бы Посредница впустила меня тогда, я бы отдала все брату, а чем дольше я Власта, тем больше понимаю, что его не интересует ничего, кроме таверн, вина, и дракайн.. - Когда это было? – глухо, словно преодолевая комок в горле, прохрипела Таис. - Это был февраль, - продолжила Элина. – Эйривелл пояснил мне, что дитя у меня под сердцем – словно маяк для Тэма, и он найдёт меня всегда и везде. И чем дольше дитя будет во мне, тем больше у него шансов не оставить в живых никого из людей Первого Форта и прочих Шестнадцати Земель. Я попросила время до рассвета, пытаясь смириться с этой мыслью, но кузен и брат ответили мне, что у меня больше не осталось времени. Если мы не снимемся с места с рассветом, то уже к полудню Драконье Войско не оставит от нас ничего, кроме подгорающих головешек. Я… я выпила то, что мне дали, а потом… - Элина проиграла – одна единственная, но все же слеза скатилась по её левой щеке. – Это были мучительные роды, принять которые было некому, так как Посредница не только на впустила нас в Храм, но и запретила кому-либо из дев оказывать помощь раненным и нуждающимся в лечении. Когда спустя пять часов я все же, если это можно назвать таковым, родила, ко всеобщему удивлению это не был ребёнок в том виде, к которому мы привыкли. Я родила кокон, но внутри него, определённо, была жизнь, - Элина горько улыбнулась. – Тэм и вправду нашёл меня, но в этот раз он был один и в обличии. Пройдя в шатер, который для меня разбили, он увидел наше дитя. В последний наш разговор он сказал, что если я разорила Гнездо, то никогда его не любила, а раз не любила, то его Драконьего семя не могло прорости в моем чреве. Но теперь, когда он увидел кокон… не человеческого младенца от какого-либо мужчины, в измене с которым он меня обвинял, а именно кокон… - Элина, - Таис подтянула кресло ближе к невестке, подалась вперёд и взяла её за руки. - Тэм понял, - Элина посмотрела на свои руки в ладонях Таис с таким удивлением, будто видела их впервые. – Он все понял. Как понял и то, что, если я любила его настолько, что понесла от него, то никак не могла убить или приказать убить ни в чем не повинных драконят. Мы… В эту ночь мы говорили… так мучительно и так, казалось, так долго, хотя всего лишь час, который оставался нам до рассвета, а затем… затем Тэм попросил меня убить его. Убить за все то, что он совершил. Я… я не могу объяснить тебе почему, но я… я… - Элина посмотрела на Таис, будто искала в ней поддержку. - Ты не смогла ему отказать.., - Таис сжала её ладони и кивнула. - Я не смогла ему отказать, но когда поняла, что он умирает, он… - Элина сомкнула веки и слезы покатились по её лицу. – Элион уехал еще до рассвета, опасаясь, что Драконы все же придут за нами, а Эйри отказался оставлять меня одну. И тогда… тогда, когда Тэм издал последний вздох, я взвыла в мольбе к Эйри, прося его вернуть его к жизни. Я клялась осыпать его золотом, дать ему все, что он пожелает, я клялась, но он был не умолим, и я не знаю, не знаю, как, но… я смогла его уговорить, хотя мы оба понимали, что верни мы Тэма к жизни, он захочет из неё уйти ровно так же, как хотел этого ещё несколько минут назад. И тогда Эйревелл забрал его память и наложил на него чары Неискренней Сущности, но, опасаясь того, что драконья сущность останется сильнее чар, Эйри запер в себе пламя Тэма, - Элина опустила голову. - Мы оставили раненое тело Принца у берега реки возле Храма, понимая, что вскоре его найдут и выходят девы, а сами забрали кокон, который Эйривелл теперь мог греть силой Пламени Тэма и успели убраться оттуда до того, как Драконье Войско достигло стен Храма. Я... Нет, не я, но моя любовь не смогла дать ему погибнуть. Моя любовь сильнее Смерти! Сильнее страха! Сильнее... Сильнее... меня... - плечи Элины опустились, и она выдохнула так тяжело, будто, наконец, сняла с себя непосильный груз.