Для Брута, с любовью.

— То есть, ты предлагаешь мне просто подойти к Тесею и попросить его об этом? — абсолютно невозмутимо поинтересовался Брут, внутренне закипая. Оказался он в этой ситуации, видимо, по собственной вине. Икар слишком расслабился, заведя привычку сталкивать все "неинтересное" или "непонятное" на его плечи. Кончились материалы и финансы? Брут, нам нужен грант! Брут, мне что, нужно объяснять совсем для глупых, как пользоваться роботом-пылесосом? Пиши, значит, инструкцию сам! По вторникам в столовой дают рыбу? Брут, сделай с этим что-то, они хотят, чтобы я умер от голода! По характеру фраз можно весьма верно предположить, что Икар привыкал привлекать помощь Брута с самого детства, даже в самых неординарных ситуациях. Возможно, это и стало причиной столь феноменальных организаторских навыков Брута. Счастливый Икар был достаточной мотивацией для этого. Но, наверное, все-таки не сейчас. Точно не в этот раз. Как он может попросить у Тесея "совсем немножечко мутировавшего муравья из-за купола, Брут, ну ты чего, мне для эксперимента, что вообще может пойти в нем не так?". Не так? Учитывая, что автором, идейным вдохновителем, мозговым центром и исполнителем проекта был Икар, не так могло пойти абсолютно все. Начиная с побега этого самого муравья из лаборатории, заканчивая гребаным взрывом из-за неопознанного яда, который Икар получит из мутанта. — Брут. Это ведь все во имя науки. Их железы выделяют неизвестный яд, который можно будет использовать множеством разных способов, когда я пойму, что он из себя представляет! — очень вдохновенно щебетал Икар, абсолютно не замечая Брутовского яда в предыдущей фразе. — Ты же понимаешь, что Тесей не одобрит подобное исследование? — попытался закинуть удочку уже порядком уставший Брут, которого, видимо, все сегодня решили довести своими "отличными" планами. — Почему же? — искренне недоумевая, обиженно вопросил Икар. — Ведь многие яды обладают сильнейшими лечебными свойствами! Вдруг от муравьиного у него спина пройдет? Уже готовясь разразиться уничтожающей тирадой, Брут резко замер, задумавшись. В кои-то веки у него появилась идеальная возможность отвязаться от Икара и от Правителя одновременно. В голове начал вырисовываться вполне себе рабочий план. — Икар... — начал неуверенно он, — Правитель уже некоторое время просит тебя создать какое-нибудь средство от больной спины, так что, если тебе это и правда удастся с помощью муравьиного яда, я, наверное, могу договориться. —Умный массажёр, это может сработать, — уже больше для себя пробормотал Брут, вновь пропуская момент своего падения на пол под весом пилотирующего в него Икара. — Спасибо, спасибо, спасибо, — аки лампочка сиял юный гений. Наверное, хотя бы ради этого стоило стараться.

***

— Таким образом, я считаю, что вложение средств в поимку и доставку муравьев будет целесообразным и оправданным. Закончив свою прочувственную речь, Брут украдкой вытер пот со лба, внутренне напрягаясь от остановившегося взгляда правителя. — Скажи мне, Брут. Ты же умный мальчик. Ты сам-то веришь в эту идею?.. – устало проронил Тесей. Его явно утомила эта кабинетная конференция, итог которой был ясен с самого начала. Запрещать что-то Икару было очень чревато последствиями. — Буду с вами честен, не очень. Но зато я очень верю в гений Икара. В своих идеях он ошибается редко! – насколько мог патетично произнес Брут. Его эти часы тоже явно умотали. Но раз Икар попросил, он обязан справиться. — Ну и иди с миром. В течении пары дней достанут вам этих муравьев, — отмахнулся Тесей от неверящего, что все это закончилось, Брута.

***

Муравей представлял собой абсолютно ужасное создание с гипертрофированным телом длиной с предплечье, маленькой головой и покрытыми толстой шерстью лапками, которыми он непрерывно шевелил, лёжа на спине. — Брут, он такой милый! Я назову его Мурзиком! — радостно кричал Икар, обнимая зеленоватого Брута, который с ярко выраженным отвращением смотрел на это чудо природы. — Икар… — измученно застонал парень. — Ты ведь просил его для экспериментов, а не чтобы держать его домашней зверушкой. Сделай уже с ним что-то, чтобы он перестал шевелиться, — измученно прошептал Брут, борясь с собственным телом, которому явно не нравилось то, что он наблюдает. Мурзик, будто поняв, что речь идёт о нем, замер, скосил один из глаз в сторону Брута и пару раз призывно щёлкнул челюстями, заставив парня ещё сильнее побледнеть. — Ты что? Я не могу заставить его не шевелиться, он ведь живой! — возмущённо воскликнул Икар, погладив пару раз Мурзика по брюшку, вызывая у него странный булькающий звук, видимо, должный обозначать мурчание. Услышав это, Икар выразил лицом эмоцию, очевидно, являющуюся умилением, и активнее начал его чесать. — Какой ты миленький, маленький, красивенький, — ворковал он, окончательно перестав обращать внимание на Брута, который уже мысленно прикидывал, как сообщить Тесею о новом потенциально опасном питомце Икара. — Я, пожалуй, выйду налить себе кофе, — пробормотал Брут и как можно скорее вышел из лаборатории. Иногда то, что теперь кофе делался всего тридцать секунд вместо восьми минут, очень мешало побегам от неуемного энтузиазма Икара.

***

Вся следующая неделя проходила в режиме бомбы замедленного действия в лице Икара. То юный гений бегал по этажу с восторженными криками, уверяя всех и каждого в близости успеха, то приходил к Бруту со слезами на глазах, подолгу плача и причитая, что он чувствует себя, "как функция арктангенса, которая приближается к асимптоте!", вызывая у Брута неконтролируемые приступы смеха от подобных сравнений. Но Брут, как хороший друг, стоически старался их сдерживать, утешая Икара, как получалось. Но всему приходит конец. В уютное утро, когда у всех нормальных граждан был выходной, в кафетерий вбежал уж слишком радостный Икар и прокричал в лицо Брута свое любимое "Эврика", вычитанное в одной из книжек, которую выпустили ещё до падения неба. — Я смог! Я все понял! Бугагашенька, — счастливо хихикал Икар, нетерпеливо подпрыгивая, но все же дожидаясь, пока Брут доест свою яичницу, ведь Икар тоже хороший друг, и если Брут умрет от истощения, то дружить будет не с кем. — И что же ты понял? — все же поинтересовался Брут, отпивая кофе из своего любимого термоса, который создал Икар пару лет назад в ответ на его вечное ворчание по поводу остывшего напитка. — Эврика! Теперь я знаю всё о яде муравьев! Абсолютно всё! — восхищаясь своим же гением, вещал одухотворенный изобретатель. — Я смог добыть много яда Мурзика, и теперь он крайне быстро его восполняет, что очень помогло мне в исследовании, — перескакивая с темы на тему, взволнованно тараторил Икар. — Так что я считаю, что премию за разработку мы должны вручить и ему тоже, — не давая времени на обдумывание информации, закончил свою мысль он. Между друзьями повисла тишина. Брут медленно и со скрипом пытался осознать услышанное. Икар тихо восхищался собой и своими идеями. Впрочем, ничего необычного в данные секунды не происходило, кроме, возможно, наличия этой самой тишины в присутствии Икара. — Ты предлагаешь, — все ещё не уверенный, что ему не послышалось, начал свою мысль Брут, — чтобы мы сделали "соавтором" твоего изобретения… — он вновь замолчал, истерично хихикнул и обвел взглядом помещение, будто после произнесенной фразы на него бы обернулся весь Полис, крутя пальцем у виска на сказанный бред, — представили твоим коллегой муравья? — Ты меня правильно понял! Я считаю, он достоин гораздо лучших условий труда! — попытался объяснить свою мысль Икар, благополучно не замечая пару раз дернувшийся у Брута глаз. — Икар, пойми, он просто объект твоего исследования. Мы не можем сделать его твоим соавтором, ведь он не разумное существо, — попытался донести до него простую истину Брут. — Большинство окружающих меня исследователей являются крайне неразумными существами, но ведь их имена мы вписываем, — обиделся на сказанное Икар. Глубоко вздохнув и потерев лоб пальцами, Брут устало выдохнул. Объяснять что-то "гениальному мальчику" было делом гиблым и явно обречённым на провал. Он был слишком упёртым. — Ты хоть ответишь мне, что по итогу ты выяснил? — смирившись с неизбежным именем Мурзика на премии Полиса, все же спросил Брут. Икар тут же просиял и, достав из внутреннего кармана электронную записную книжку, картинно кашлянул в кулак. — Во-первых, на основе муравьиного яда получаются очень вкусные молочные коктейли... — нараспев начал свою речь юноша, проигнорировав округлившиеся глаза Брута.— Во-вторых... — Чего?! — все же очнулся единственный слушатель, впавший в секундный ступор от первого заявления.— Ты пробовал яд на вкус?!! — Конечно, мне ведь надо было понять, насколько он ядовит, — ничуть не смутившись, объяснил Икар.

***

— А, кстати, — уже лёжа на диванчике, вскинул кудрявую голову юный гений. — Я совсем забыл рассказать. Ты же просил, чтобы я сделал умный массажёр для Тесея. — И?.. — подобравшись, уточнил Брут. — Я его сделал ещё пару недель назад, на досуге. Просто все забывал сказать, — как ни в чем не бывало, продолжил он, вновь укладываясь на кровать. Пазл в голове Брута сложился с тихим щелчком, видимо, возвещающим, что его нервная система захлопнула за собой дверь, убираясь вон из его жизни. — Тебе ведь не нужен был никакой яд для завершения массажёра. Ты просто захотел развлечься, исследуя что-то, что раньше не попадало к тебе в руки? — устало произнес очевидное Брут. Возникал, правда, ещё один логичный вопрос. — А где ты вообще про этот яд вычитал? Хитро улыбнувшись, Икар хихикнул. — У меня есть свои источники. Но, справедливости ради, я добавил в массажёр режим с использованием мази на основе яда Мурзика. Так что Правитель точно не сможет сказать ничего по этому поводу. Формально, мне и правда нужен был яд для создания этого механизма, — гордо закончил он, смотря на удивленного и даже в каком-то роде гордого Брута. — Ты явно растешь над собой, Икар, — важно кивнул он, а затем, совсем по-мальчишески ухмыльнувшись, начал смеяться над всем сюрреализмом сложившейся ситуации. Никогда не стоило забывать, что Икар все-таки являлся гением.