Gray zone

Фокалорс замерла в оцепенении. Комната - ее привычный рабочий кабинет, милое сердцу убежище, где можно всегда привести в порядок мысли. Почему сегодня привычное место удушает своей теснотой? В полной растерянности де Фонтейн скручивала, сминала, теребила бумагу. Кажется, то был важный документ. О чем же там было?.. Мысли разбежались, словно стайка малых пугливых пташек вспорхнула с куста. - Глава Фокалорс? - обеспокоенный голос звал ее уже будто бы и не один раз. Апатия захлестнула с головой, желания отзываться не было. - Мисс де Фонтейн? - второй присутствующий окликнул ее иначе и даже тряхнул за плечо. Хватка охотника оказалась сильна, даже болезненна. Это отрезвило. - Да? Что? - молодая глава Сумеречного двора сфокусировала взгляд на присутствующих. - Мы не закончили доклад. - укоризненно сказал охотник, стоявший подле нее. "Что мне до вашего доклада?" - проскочила малодушная мысль. Девушка считала, что главное она уже услышала. Ризли пошел в самоубийственную атаку на Фатуи. И почему она так распекала его в последнюю встречу? Теперь и просить прощения не у кого... - Глава, соберитесь! - Мартин, давний соратник герцога, строго хмурил брови. Фокалорс выглядела настолько потерянной, что его взгляд невольно обращался к стакану воды. Может она хоть немного взбодрится, если плеснуть на нее? Трое визитеров только начали свой рассказ, но девушка расклеилась, как услышала, что затеял герцог. Сначала Фурина, а теперь и Ризли... Она осталась одна. Фокалорс совсем сникла. - Продолжайте. - жалкая попытка взять себя в руки, но подчиненные выполнили требование. Криспин получил жестокий удар под лопатки от второго охотника, что сопровождал его. Юноша скрипнул зубами и неловко подался вперед. Он начал свой рассказ прежде чем получил следующее понукание. Правда, лишенная прикрас, оказалась добивающим ударом для Фокалорс. Старшие охотники переглянулись и без лишних слов покинули кабинет, утащив за собой и Криспина. Де Фонтейн утратила цвет лица, растерянно прижимая ладонь к груди. Ее дорогая сестрица... Что же случилось? В чем была ошибка, за которую она так жестоко расплачивается? Как бы ни храбрилась молодая глава, но без поддержки герцога чувствовала себя не в своей тарелке. Хотелось верить, что он, известный вздорным характером, вернется, простит ее. А он... Ризли не бросил ее, поддержал до последнего. Дурная слава Фатуи ни для кого ни секрет, но во многом сплетена из домыслов, пустых сплетен. Став доверенным лицом в Сумеречном дворе, Фокалорс приоткрыла завесу многих таин. Видела она и список опаснейших противников. Леди Арлекино - одно из имен в том списке. Ее территория граничит с владениями Сумеречного двора. Эту границу Ризли называл самой спокойной, считал, что можно договориться о перемирии именно с этой особой. В отчетах Арлекино описывали женщиной средних лет, называли талантливым дипломатом. Критически мало сведений. Однако, старый градоначальник как-то проговорился, поведал о злой участи прежних защитников Петрикора. Каллас был красноречив, описывая кровавое побоище, что видел своими глазами в особняке Лефевр. Тела обезображенные до неузнаваемости, стены залитые кровью до потолка. Опекун сказал, что это все было делом рук одной девушки. Она пришла из ниоткуда и одна уничтожила столько людей, обличенных небесной милостью - владеющих силами стихий. Когда Фокалорс пыталась расспросить Ризли, тот отмахнулся. Обронил, что Лефевры сами заслужили такую участь, а потому ничего не предпринял. Каллас... Не обратиться ли еще раз к учителю? В свое время Фурина затаила на него обиду и не желала встречаться с тем, кого когда-то чаяла называть приемным родителем. Фокалорс видела ситуацию иначе и частенько забегала к старику, тайком от младшей сестры, минуя и ревнивицу Навию.

***

-Ты к отцу? - некто обличающе хлопнул по плечу Фокалорс. Последняя была поймана с поличным. Де Фонтейн притаилась за углом здания, старательно присматриваясь к жилищу мэра. Она уже было решила, что путь свободен и короткой перебежкой собиралась достичь цели, как ее обнаружили. За спиной девушка обнаружила прекрасную Розу Петрикора. Навия собственной персоной. Последний человек, которого хотелось бы сегодня увидеть. -Охо-хо! С какой стати мне искать твоего папашу?! -нарочито громкая, вызывающе шумная речь должна была убедить оппонента в правдивости слов, оттолкнуть чрезмерной самоуверенностью. "Ты ведь дала понять, что мы с Фуриной тебе словно кость в горле." - с ноткой грусти подумала девушка. От мыслей о сестре защемило в груди. - Перестань. - Навия казалась на удивление серьезной. - Я давно хотела извиниться... - Что мне до твоих извинений. - мгновенно ощерилась Фокалорс. - И прими мои соболезнования. По поводу Фурины. - будто и не слышала Навия. - Все не решалась зайти к тебе. С тех пор как услышала про твою сестру, никак не могу выкинуть из головы - может было бы иначе, если бы отец удочерил вас. Если бы я только... Звонкая пощечина оборвала покаянную речь. Бледная, обозленная глава Сумеречного двора прожигала взглядом дочь градоначальника. Нашла время давить на больное. Она и сама терзала себя виной, к чему ей груз чужих сожалений. Навия притихла, схватившись за щеку. Ее спутники, что никогда не оставляли девушку в одиночестве и сейчас стоявшие поодаль, недовольно зашушукались. Старый Мелус покачал головой, но вмешиваться не стал, даже остановил, поймав за плечо, деятельного Сильвера. -Демуазель разберется сама. - донеслось до ушей де Фонтейн. "Черта с два она разберется!" - задиристо думала Фокалорс, уже собравшись уйти. Но Навия всегда отличалась напористым характером. Хоть Каллас и был мягок с дочерью, воспитывал в заботе, девушка с малолетства тяготела к самодостаточности и даже обучилась искусству боя. Полученная пощечина не стала для нее проблемой, не вызвала слез, что было бы нормой для любой балованной барышни. Фокалорс и не заметила как ее руку взяли в плен, а саму ее волоком потащили к дому градоначальника. - Не знаю, какие у тебя проблемы, но Каллас поможет. - как-то легко перешла Навия на деловой тон, а ведь щека ее отливала краснотой. *** - Вот же дурнота! Столько лет прожил, а ума так и не нажил! - градоначальник старательно распекал Ризли, избегая смотреть в глаза визитерше. Фокалорс рассказала все, что знала. Она не заботилась о присутствии Навии и ее спутников, но была кристально искренней. Ее учитель слишком проницателен, чтобы утаивать от него и толику правды. - А в прочем. - наконец поиссяк фонтан злословия Калласа, и глава Сумеречного двора обратилась во слух. - Ризли сам знал на, что идет. Когда-то он уже полез на рожон, едва выжил. Лефевры знатно его отделали. - Лефевры? Я думала, он пострадал от рук Фатуи. - изумилась Фокалорс. -Нет. Я не хотел тебе говорить, а сам Ризли не болтун. - вздохнул Каллас, обращаясь к давним воспоминаниям. - Лефевры много дурного творили. И в тот раз похитили детишек. Бог знает, что хотели с ними сотворить. Ризли побежал ребятню освобождать, да только не осилил. Но своими глазами видел, какая участь постигла ту семью. Нынешняя леди Арлекино тогда девчонкой была. Не старше вас обеих. - рассеянно кивнул в сторону слушательниц градоначальник. - Одна всех убила. А вот Ризли не тронула. Уж не знаю, чем он ей так приглянулся, что она и помощь позвала. Может и в этот раз дураку улыбнется удача - уцелеет. Фокалорс куснула губу в раздумьях. История, которую она знала прежде, звучала иначе. Но стоит ли надеяться только на удачу герцога? - В общем, - решил подвести итог Каллас, - обожди. Потяни пока время. И вот еще. Оставайся в моем доме. Навия, поможешь ей расположиться? Навия согласно кивала, а Фокалорс растеряно хлопнула глазами, но противиться не стала. Тошно было оставаться в одиночестве. Девушки скоро покинули рабочий кабинет Калласа. - Уверены, господин? - подал голос Мелус. - Не думаю, что нам хватит сил защитить и вашу дочь и главу Фокалорс. - Они обе мне дочери. - устало потер лицо рукой Каллас. - Одну уже потерял, хоть за Фокалорс присмотрю. - Демуазель тоже оплакивает Фурину - проскрипел давний соратник и друг. - Жаль, не сберегли девчонку. -Жаль...

***

- Все таки сбегаешь от меня. - грустные нотки в бархатистом голосе Арлекино задевали за живое. - Вовсе нет. - шептала Фурина, протягивая руки к отстранившейся женщине. - Я хочу все исправить, поставить точку в этом недопонимании. Если вернется только герцог, сестра может ему не поверить. Она такая упрямая. Арлекино будто и не двинулась с места, но руки девушки ее так и не коснулись. Строгая и статная, она замерла близ окна, в крайней задумчивости созерцала свои территории, отвернувшись от собеседницы. - Поверь, обещаю, что вернусь к тебе. - Фурина коснулась ладонями чужой спины, прижалась лбом - Я люблю тебя. - Я знаю. - смягчившийся голос главы дома вселял надежду. Она обернулась плавно, заключая в объятия возлюбленную. - Я знаю. Но не хочу отпускать тебя, Фурина. Моя Фурина... Бывшая охотница счастливо жмурила глаза и льнула к строгой собеседнице. Она и сама бы рада остаться. Остаться навсегда. Но разлука не будет долгой. Никто не удержит Фурину вдали от полюбившегося дома. Арлекино ласково поглаживала мягкие светлые локоны, рассеянно прижималась к чужой макушке губами. Она не преуспела в своем намерении оставить девушку при себе. Время неумолимо продолжало свой бег. Раненные охотники пошли на поправку и со своим главарем стремились вернуться в родную обитель. Ризли старательно обхаживал Фурину, но неизменно натыкался на эскорт своей, как еще думал, подопечной. Если не Арлекино, то ее надоедливые дети вмешивались в каждый разговор. В итоге герцог отказался от попыток договориться лично, но завел беседу в присутствии хозяйки дома. Он звал Фурину обратно в Петрикор, убеждал позаботиться о сестре. Арлекино зло жгла мужчину взглядом, но молчала, ведь повода вмешаться в диалог не предвиделось - ни единым словом герцог не обмолвился о доме Очага или о Фатуи. Фурина долго мялась, тянула с ответом к неудовольствию герцога, хотя было видно - решение уже принято. Девушка потупила взгляд, нервно вздохнула, но все таки смогла принять тяжелый взгляд возлюбленной и честно сказала: - Я вернусь в Петрикор вместе с охотниками. Глава дома Очага с бесконечным сожалением прокручивала в голове тот злополучный момент, но искренний порыв Фурины без внимания не оставила. Арлекино подготовила все в лучшем виде: экипажи, сопровождение до границы, необходимая провизия, чтобы добраться до Петрикора за несколько дней. Отправление на рассвете. Осталась самая малость. Женщина мягко провела ладонями по девичьей спине, на миг стиснув в объятиях Фурину, а после отстраняя. - Прими от меня подарок. Раз уж собралась в дорогу. - мягко улыбнулась, вкладывая в руки девушки нечто. - Подарок? - растеряно переспросила девушка, опуская взгляд. Небольшой кинжал в неприметных ножнах лежал в ее ладонях. Ножны украшало темно-алое шелковистое на ощупь перо. Оно источало тепло. - Спасибо. Арлекино огладила пальцами щеку возлюбленной. Они были наедине, нет нужды скрывать свои чувства, утаивать эмоции. Взгляд женщины полнился нежностью и печалью. Но что-то осталось не выраженным, не сказанным. "И я люблю тебя, Фурина." - не смогла озвучить прощального признания Отец.