Блуждающий огонь

Перед заглянувшим в палатку Первым предстало забавное зрелище. Ким лежал по диагонали, свободно раскинув руки и ноги в стороны, отчего напоминал огромную морскую звезду. Из-под спальника и пледа торчали ступни в веселых цветастых носках, связанных и подаренных Севиной бабушкой. «Вот сейчас бы сфотографировать и прислать в качестве отчёта: «Одеваемся тепло, внуки не мёрзнут», — подумал Сева, но, вместо того чтобы достать фотоаппарат и зафиксировать исторический момент, гаркнул: — Подъём! Ким сел и открыл глаза. Несколько секунд туманным взглядом оценивал пространство, соображая, где он, кто, и, видимо поняв, что давно выпустился из Академии, повалился обратно. — Не-не, так не пойдёт, — Сева схватил друга за лодыжки и потянул к выходу. — Се-е-ва. — Ким попытался брыкаться, но хватка у Первого была железной. — Это бесчеловечно. — Дрыхнуть до девяти — бесчеловечно. — До скольки?! — сонливость как рукой сняло. — А что, растолкать меня раньше убеждения не позволили? — А толку от тебя? — тепло улыбнулись в ответ. — Только клювом над тушенкой щёлкал бы, а так мы и дров заготовили, и завтрак приготовили. Прошу к столу. Только в порядок себя приведи. Хуже крота с Вуканату. Сева оценивающе смотрел в котелок с дымящейся кашей. — Но-орн, тебе говорили, что не весь белок одинаково полезен? — М? — фиксианец оторвался от поиска салфеток и тоже заглянул в котелок. — Кашу мясом не испортишь. — Маслом. — машинально поправил Первый, аккуратно подцепляя комариное тельце и выкидывая его за борт. — Накрывать еду надо. — А я считаю, их надо съесть быстрее, чем они нас. — включился в разговор подошедший Ким. Умытый и насколько возможно причесанный, он приземлился на разложенный у костра коврик. — Тогда приятного аппетита. Сева протянул наполненную гречкой миску. Ким принял её и тут же отправил первую ложку каши в рот: — Вкушно. Тушняк холоший. — Прожуй, а? — Сева передал вторую миску Норну, умостился напротив друзей через костёр и стал выгребать остатки прямо из котелка. — Третий, ты понимаешь таких людей, которые сначала первыми заваливаются спать, а потом посреди ночи как слоны в посудной лавке ходят, мешая остальным? Громко так «хрусть-хрусть» делают. Норн покрутил ложку и решительно ответил: — Не понимаю. Может, они занимаются чем-то важным? — Кто бы смог нас просветить... — Сева демонстративно повернул голову сначала направо, затем налево. — Кусты я искал. — непринуждённо заявил Ким. — За огоньком охотится. — Каким огоньком? Ким, соскребая со стенок тарелки крупу, пожал плечами: — Блуждающим. — Он не придумывает. Вполне серьезен. — ответил на молящий объяснений взгляд Первого Норн. — И что, — Сева подавил желание закатить глаза. — Как он выглядит? — Издалека на свет фонарика похож. Поближе — плазменный шар, — Ким нарисовал в воздухе окружность, — желтоватый с оранжевым, как пламя. Искорки мелькают. Шустрый. Чуть шею не свернул, пока догонял. На настороженные взгляды друзей Второй не обратил ни малейшего внимания. — Расслабьтесь, не маленький я в приведений верить. Чистая физика, сгусток электричества. Сева, лучше скажи, на Земле, кроме попугаев, есть птицы, подобные говорунам? — Таких же умных нет, но из подражателей вороны, пересмешники, сороки, майны... — Сева изменился в лице. — Подожди, а к чему ты спрашиваешь? — Любопытно стало. — Не хочешь говорить — не надо. — Фиолетовая радужка Третьего посветлела на тон, но, может, показалось. Первый не был силен в распознавании оттенков, хотя честно пытался понять, чем «темная орхидея» отличается от «темно-фиолетового» и как умудрилась Элла опоздать на свидание, выбирая между одинаковыми платьями. Единственное, что было ясно — разговор зашел далеко, и напряжение, скрываемое Кимом, становилось ощутимее. — Так, всё. — сказал он, поднимаясь. — Вы охотьтесь за чем хотите, но у меня по плану другой улов. Сейчас в этой местности сезон морошки. — Моло…ро… — Третий попытался повторить новое слово, но осекся. — Мо-рош-ка, — по слогам, словно учитель, повторил Сева, — ягода такая. Вы малину ели? — В виде джема считается? — На картинках видел. Голоса слились вместе, но разбирать, кому принадлежали ответы, смысла не было. — Понятно, значит, исправим. — вздохнул Сева, сделав еще одну заметку в мысленном блокноте «программа знакомства с культурой». — Ягода похожа на малину, только желтая, растет на болоте, перепутать не с чем. Задача следующая: каждому набрать по выданному ведерку. Вернемся — получите варенье. Вопросы? — А где она? — оживился, как самый большой любитель земных ягод, Норн. — Найдем. Это вторая задача. Специальное задание, — Сева строго посмотрел на Кима, — не утонуть в трясине. Распределение обязанностей на ближайшее время: Третий — проверка GPS-маяка, Второй — уборка и мытье посуды. — Ты чем займешься, командир? — По кислому выражению Кима не составляло труда понять, что отдирать в одиночку намертво приставшую к посуде гречку ему крайне не хотелось. — Как насчет подать пример экипажу и показать мастер-класс? — Я уже свою часть выполнил. — сказал Сева, доставая из рюкзака сложенные друг в друга пластиковые ведерки. — Снаряжение подготовил. Ты это, три посильнее и банки из-под консерв пережечь не забудь. Прапраправнуку партизан лес всегда казался родной стихией. Мальчишкой, в далекие от космических скитаний годы, он нередко бегал в чащу: зимой на лыжах, летом — рвать землянику и рыбачить на речке, весной — собирать для матери букеты подснежников, но больше всего Сева любил осень, когда дед брал его с собой по грибы. Тонкое искусство поиска, радость от выслеженных белых, аккуратный сбор опят и скользких маслят, засолка и маринование волнушек… Дед учил выживать в природе, показывал, как обходиться без техники, не навлекать на себя диких зверей. Легенды и сказки про Бабу-Ягу, Лешего, Лихо Одноглазое, Кикимору, Водяного и прочих Первый воспринимал как народную мудрость, доступно и ясно описывающую опасности, поджидающие на выходе за черту населенного пункта. В физическое существование мифических сущностей, по крайней мере на Земле, Сева не верил. Но жизнь — вещь удивительная, он ведь никогда не думал, что сойдется с двумя инопланетчиками настолько близко, что сможет называть их братьями. Может, они правы и он упускает нечто важное? Ким ушел далеко вперед. Даже шагов его, тяжелых и шумных, не было слышно. Растворился в аромате хвои морской парфюм. Железный капитан явно решил побыть сам с собой, окликать или догонять его не стоило. Надавишь — закроется еще больше. Позади, след в след, ступал Третий. С помощью него оставалась надежда прояснить ситуацию. — Норн, я не понимаю. — тихо начал Сева. — Ладно Ким, у него фантазия богатая, шило сидеть не дает, но ты-то почему в это веришь? Сам же сказал, что ловить пытался и только время потратил. Если даже ваши ученые… Третий резко остановился. Первый капитан замер на одной ноге, но оборачиваться не стал. — Я соврал. — признание прозвучало спокойно. — Тэтта тогда видела огонь, и эмофон она считала знакомый. Незадолго до… Сева спиной ощутил, как пошатнуло Норна, повернулся, открыл рот, хоть и сказать было нечего. От неловких попыток выразить мысль его спасли крики: — Идите сюда! Скорее! Сева вдохнул поглубже и стиснул зубы, чтобы нелестная характеристика не вырвалась наружу. Как же Кимка им дорог... Они с Третьим, пока бежали, успели навоображать нового Большого дракончика. Иначе зачем так орать, имея браслет связи и бластер? Ладно, не дракончика, провалившегося в топь или укушенного гадюкой друга точно. Или покусанную гадюку. Последние несколько минут учили ничему не удивляться. От откровения Норна и быстрого бега смешались мысли, и Сева не сразу заметил, как вступил в закрытую мхом лужу, зачерпнув непромокаемыми ботинками ледяную воду. Что раздражало больше: хлопание внутри обуви или безмятежно пружинящий на кочке Ким, Первый капитан еще не решил. — Гхм-гхм. — вежливо обозначил их присутствие Норн. Второй поднял голову и прекратил исследование силы упругости сфагнума. — Простите, не удержался. — Улыбка вышла настолько очаровательной, что всё праведное возмущение его поведением испарилось. — Думал, не найдем уже и их не существует. Гляньте сами. Единым движением Сева и Норн посмотрели в указанную сторону. Далеко к горизонту уходило широкое открытое пространство. Сплошной ковер мелких кустарничков и торчащие в нем чахлые, похожие на палки, карликовые деревца. На горизонте поднималась тонкая неровная полоса иссиня-черного ельника. Захотелось ударить себя по лбу. Что он ожидал? — Вниз смотрите. — посоветовал Ким, но Первый проигнорировал, продолжая изучать пустоту. «Ну вот, схватил полуденный ужас», подумал он, «странно, не знал, что эффект бывает не только в зной». Неправильный лес, нужно будет вернуться и прочесать с приборами, неизвестно какие здесь опыты велись, а он, дурак, не удосужился ознакомиться с архивом заранее. Но, ладно, расследования и опасения потом, им все-таки иногда нужен отдых. К реальности Севу вернул мелодичный и задорный смех Третьего: — Кимка ты… В фиксианском и космолингве не было бранных слов, и Севе пришлось закончить мысль Норна на русском. Невидимый, скрутивший внутренности хомут лопнул, дышать стало легче. Под ногами лежали десятки крупных янтарных ягод, и друзья уже нагибались за ними, закидывая каждую вторую прямиком в рот.