All the people's mouths are moving / All you hear are car alarms

Лэнс рухнул на диван в своем кабинете, уронив голову на руки. Все это было слишком. Ему казалось, он впитывает все, что говорят ему друзья, будто их эмоции были его собственными, умноженными на сто. Ему нравилась его работа — правда, она была его мечтой на протяжении многих лет. Сколько он себя помнил. Лэнс всегда с легкостью разбирался в чужих эмоциях. Возможно, ему было трудно заводить друзей, сидеть смирно на уроках или не перебивать собеседника, но он всегда знал, что чувствуют люди. Он мог утешить кого угодно. За короткий разговор он мог узнать о человеке больше, чем тот узнал бы о нем за месяцы дружбы. Неудивительно, что его выбор пал на психологию. И он не жаловался. Но сегодня он был просто измотан. Бут и Бреннан вели напряженное дело, которое было для них обоих слишком личным. В дело был вовлечен ребенок, что еще больше усугубляло ситуацию в команде. Находясь между тяжелым делом, сеансами терапии и личной драмой друзей, он был перегружен настолько, что не знал, как со всем справиться. В его голове плавали сотни противоречивых эмоций: красные и синие цвета смешивались, но не превращались в фиолетовый. Голова шла кругом, и его мутило. Он откинулся в кресле, закрыв глаза и постукивая пальцами в одному ему понятном ритме. Пытаясь успокоиться, он попробовал применить некоторые дыхательные техники, которым так часто учил своих пациентов. Что ему сейчас нужно? Трудно было прогнать мысли о том, что нужно всем остальным, чтобы добраться до своих собственных. Бреннан хотела поговорить о чувствах, которые вызывало у нее это дело. Бут хотел обсудить свои чувства к Бреннан. Его друзьям нужно было напомнить о необходимости позаботиться о себе. Они придут к трем, и до этого ему нужно было что-то изучить, но он не мог вспомнить, что именно. Что же ему нужно? Зак. Ему нужно позвонить Заку. Зак снял трубку почти сразу — он всегда отвечал быстро. — Лэнс? — спросил он, не понимая, почему тот набрал ему в середине дня. При звуке его голоса напряжение в плечах Свитса спало. — Зак, я… — Лэнс пытался объясниться, но голос начал подводить его: — Ты нужен мне. Пожалуйста. — Что случилось, Лэнс? У тебя тревожный голос. — Тон Зака был как всегда спокойным, и это немного успокоило панику Лэнса. — Я… я не знаю. Я перегружен. Мне просто нужно было услышать твой голос. Возникла пауза, пока Зак обдумывал, что сказать дальше. — Что тебе нужно? — спросил он. — Что я могу сделать? Лэнс знал, что Зак не очень-то разбирается в эмоциях. Он не всегда понимал, что чувствуют другие люди и почему. Он не мог по одному взгляду на человека рассказать о его мыслях. Он считал эту идею глупой, но был впечатлен доказанной способностью своего парня делать то, что сам назвал бы не иначе как чтение мыслей, если бы они оказались в одном из научно-фантастических фильмов, которые им обоим так нравились. Зак, однако, обладал фантастической способностью следовать шаблонам и правилам. Стоило сказать ему, что кому-то нужно, как он тут же принимался за дело. Даже если он не понимал, почему это может кому-то помочь, он делал все возможное, чтобы быть полезным — и, честно говоря, отсутствие предположений и ожиданий относительно чувств других людей иногда облегчало ситуацию. Лэнс на мгновение задумался. — Я не знаю, — признался он. — Мне просто нужно было с кем-то поговорить. Желательно не с одним из моих пациентов. Я просто… устал. — Тогда почему бы тебе не отдохнуть? — ответил Зак, как будто это было самой очевидной вещью в мире. Лэнс захихикал, и Зак еще больше смутился. — Почему ты смеешься? Я что-то не так сказал? — Нет, я не смеюсь над тобой, — объяснил Свитс. — Ты просто… ты милый, вот и все. — Он покраснел, но решил пока не обращать на это внимания. — Я устал по-другому. Эмоционально. Я просто чувствую себя… подавленным тем, как много людей полагаются на меня сейчас. Как будто я ничего не могу сделать. — Тебе нужно отдохнуть, — повторил Зак свой прежний совет, и Свитс в замешательстве наклонил голову, хотя знал, что Зак его не видит. — Эмоционально отдохнуть. Сделай то, что нельзя откладывать на завтра, а потом отправляйся домой. Это поможет. — Но… — начал Лэнс, собираясь защищать свою привычку переутомляться, но его парень быстро перебил его. — Ты никому не поможешь, если будешь слишком усердствовать. Важно распознать приближающееся выгорание, чтобы принять соответствующие меры, — напомнил ему Зак. — Что бы ты сказал пациенту, который чувствует себя точно так же, как ты сейчас? Черт бы его побрал. Использовать методы Свитса против него самого. Зак был прав, но признание того, что не прав Свитс, слегка раздражало. Он вздохнул, сдаваясь. — Я бы сказал то же самое, что и ты сейчас. — Он глубоко вздохнул, когда паника улеглась и снова навалилась усталость. — Спасибо, что помог мне. Я знаю, что ты занят. Он чувствовал себя немного виноватым за то, что оторвал Зака от работы. В лаборатории сейчас происходило много всего, но его парень все равно нашел время, чтобы отвлечься и утешить его. Для Зака это было очень важно, и он это знал. — Ты важен для меня, — заявил Зак так, словно это было самой очевидной вещью в мире. Свитс покраснел от этого заявления, как влюбленный школьник. Он ухмыльнулся от уха до уха, прежде чем понял, что забыл ответить. — Я тоже тебя люблю, — сказал он. Заку было трудно произносить эти слова, но однажды вечером он сказал Свитсу, что ему по-прежнему приятно их слышать. Он показывал это скорее поступками, чем словами, и этого было достаточно для Лэнса. — Не хочешь зайти ко мне попозже? Мы посмотрим фильм, а я что-нибудь приготовлю, — предложил он. — Я знаю, что ты сейчас тоже переживаешь. Он мог поклясться, что услышал, как Зак улыбнулся в трубку. — «Звездные войны»? — уточнил он, и Свитс рассмеялся, потому что он готов был смотреть что угодно, лишь бы провести время с Заком — и не обязательно фантастику. Он уверил Зака, что да, разумеется, они посмотрят «Звездные войны», а потом услышал, как Бреннан зовет его обратно на платформу. Они отключились, и впервые за несколько недель Свитс почувствовал себя отдохнувшим. Послушавшись совета Зака, он вычеркнул из своего расписания все дела на день и начал собираться. Ему предстояло подготовиться к киновечеру.