Пустышка

Тэхён привычно, и ничего не ожидая, открывает свой школьный шкаф, как вдруг перед его глазами сразу же появляется большой, красивый букет цветов. Основные растения в нём — нежные белые лилии; есть многоцветный жасмин, а также и нераскрывшиеся лилии. У него сегодня день рождения, ему исполняется восемнадцать, однако такие красивые подарки для него уже привычны. Но всё равно каждый раз приятно. Бета берёт в руки цветы и с улыбкой, которая сама появилась на лице, еле прикасаясь, начинает пальцами трогать белые лепестки. Внутри груди и живота приятно щекочет, а потому он сейчас лыбится как дурачок, и естественно привлекает к себе внимание. Мимо проходит небольшая компания омег и оборачивается в его сторону, а потом скептически окидывают взглядом с головы до ног, будто не видят перед собой того, кто действительно достоин такого внимания. Тэхён, конечно же, замечает эти взгляды. И хоть они его уже не так волнуют, как раньше, но неприятный укол всё же присутствует. Однако не успевает он впасть в апатию, как резко его за плечи обнимает сильная рука альфы, и тот прижимает бету к себе. Тэхён немного пугается и вздрагивает от такой резкости, но как только видит, как почти вплотную к нему жмётся Чонгук, сразу же расслабляется. Альфа явно счастлив видеть своего парня, совсем не скрывает своих чувств и нежности. — С днём рождения, любимый, — ласковым голосом говорит Чон и целует его в губы. Их поцелуи всегда вызывают внутри Тэхёна бурю приятных эмоций. Поэтому он прижимает к себе альфу ещё ближе, держа руку на его шее. — Спасибо, — шепчет он в губы Чонгука и ярко улыбается, закусывая нижнюю губу. — Тебе нравится? — кивает на цветы. — Конечно, — смущённо опускает взгляд Тэхён и бубнит себе под нос: — но я же просил ничего не дарить. Это, разумеется, не претензия в сторону Чонгука, он прекрасно знал, что тот не удержится и что-то ему подарит. Просто хочется немного его подразнить. — Но разве я мог допустить, чтобы мой бета остался без подарка в такой день, — наигранно обижается он и дует губу. — Тебе уже восемнадцать, — наклоняется и шепчет в ушко Тэхёну, от чего он сразу же плавится, — совсем большой. «Мой бета», — это так воодушевляет. Рядом с Чонгуком Тэхён наконец может не стыдится того, кем он является. Чонгук целует бету в висок, тем самым делает щекотно. Тэхён тихо хихикает и несильно пытается отпихнуть от себя альфу. Но его хорошее настроение сразу же пропадает, как только он видит, что на них смотрит не одна пара глаз. Он устремляет свой взор в даль и наблюдает в стороне компанию учеников, которые смотрят прямо на них. Омеги из неё с отвращением на лицах зырят на парочку, а альфы лишь саркастично улыбаются и скептично оглядывают их. Чонгук замечает то, как парень немного напрягся в его руках и повернул голову в ту сторону, в которую смотрит Тэхён. Он сам сразу же мрачнеет: не стесняясь показывает свои грубость и осуждение тем, кто на них так нагло пялится. Те сразу же тушуются: опускают глаза в пол или делают вид, что увлечены разговором между собой. Будто никогда на них и не смотрели. Однако Тэхён уже потерял былую радость, что очень не нравится Чонгуку. Но он не хочет разводить здесь, посреди школы драму, делая ситуацию ещё хуже. Лучше попытается вернуть своего бету в то хорошее состояние, в котором был счастлив его видеть десять секунд назад. — Пойдём, — Чон прижимает к себе бету за плечо и с утешением поглаживает. И хоть Тэхён старается показать, что он всё так же рад и находится в хорошем расположении духа, мысль о косых взглядах не отпустит его ещё пару часов. Не повезло ему родиться бетой и стать автоматически отвергнутым обществом. У таких, как он, нет ни запахов, ни течек, ни возможности поставить метку, и даже дети — недостижимая мечта. Шанс того, что у обычной, нормальной пары родится бета один на миллион. Но всё же это произошло с его родителями. Однако несмотря на это, в кругу семьи Тэхён никогда не чувствовал, что он какой-то не такой. Семья у него немаленькая. У родителей четверо детей: он, двое старших братьев-альф, а также маленькая омега-девочка, которая ещё толком и говорить не умеет. Их родители приложили немало усилий, чтобы никто из детей не чувствовал себя чем-то обделённым, каким-то другим, белой вороной. И Тэхён — в том числе. Всегда у него с братьями и сестрой было поровну: игрушки, сладости, сказки на ночь, проверка уроков, понимание и любовь. Тэхён никогда не чувствовал себя одиноким в своей семье. Он всегда был любим там. Чего не скажешь о том, что происходило и происходит до сих пор за её пределами. Как только маленький Тэхён вышел, так сказать, в большой мир, сразу же столкнулся с несправедливостью по отношению к себе, и даже жестокостью. «Пустышка» — всю свою жизнь слышал он. Ещё с детского сада все вокруг дали ему понять, что то, что они симпатии к нему не испытывают — мягко сказано. Совсем маленькие дети в саду его не цепляли; просто спрашивали, почему у него нет запаха. Хотя это тоже было очень неприятно, ведь он не знал, что им ответить. И чем старше он становился, тем хуже были подобные ситуации. По сей день Тэхёна он и ещё один младшеклассник — единственные беты в школе. Он не знает, достаёт ли кто-нибудь того мальчика в младшем классе, но вот ему достаётся по полной. «Пустышка» — самое ласковое, что он слышал в свой адрес от злых подростков. Его называют безвкусным, пустым, пресным, и самое больное — бесполезным. Некоторые омеги сочувствуют ему, но большинство смеются. С издевкой сочувствуют, говоря, что он как пустое место, и на него ни альфа, ни омега внимания не обратит. Придумывают какие-то сказки о том, как беты отличаются от нормальных людей, и постоянно говорят фразу: «это потому, что ты бета, Ким». Будто он какой-то инопланетянин. Но лучше пусть его запрут на весь день в одной комнате с толпой омег, которые постоянно будут давить ему на его больное место про запах и детей, чем он будет ощущать то, что с ним иногда делают альфы. И экзотикой они его называют, и за задницу на спор щипают. Задают похабные и грязные вопросы насчёт секса, вскользь упоминая, что хотели бы «поэкспериментировать» с ним, ведь он один такой на всю школу. Один даже как-то ему со злости ляпнул, что то, что он предлагает Тэхёну секс — его благородный поступок. Ведь, возможно, бета так и умрёт девственником, так как никакой альфа или омега на него, такого пустого, не посмотрит. Это было очень больно. Тэхён тогда прорыдал оставшиеся два урока в туалете. Его унизили на всю школу. И хоть такое происходит не в первый раз — это была последняя капля. Тэхён после этого больше не пытается войти ни в какую компанию. Он стал холодным. Серой мышью, которая избегает всех людей. Если раньше ему хотелось общаться и найти себе хотя бы одного друга, то сейчас он понял, что ему будет лучше одному. Чтобы его никто не замечал. Но в какой-то момент всё изменилось. — Есть планы на выпускной? — спрашивает Чонгук, шагая по школьному коридору с бетой, и держа руку на его талии. — М-м, всё ещё думаю, — задумывается Тэхён. — Я выбрал наряд, но не знаю, стоит ли мне идти на саму вечеринку после. — Почему сомневаешься? — Не хочу портить себе настроение, — грустно бубнит он и вяло крутит цветы в руках. — На официальной части будут присутствовать мои родители, братья и сёстры, ты, — на лице невольно появляется улыбка, но настрой всё ещё не самый радостный. — Я буду счастлив — стоит ли идти потом на вечеринку, где ко мне точно кто-то прицепится и испортит всё настроение? Чонгук тормозит Тэхёна и останавливается сам. Он с тяжестью во взгляде смотрит на грустное лицо и обессиленно выдыхает. Опять Тэхён за своё. Сколько бы альфа не говорил, что ему не нужно прятаться, что с их парой всё нормально, Тэ всё равно забивает свою голову одними и теми же грузными мыслями. — Но ты знаешь, что рядом с тобой всегда будет потрясающий телохранитель, — шепчет Чонгук и немного улыбается, ведь не собирается спорить с парнем в очередной раз. — Но, если всё-таки решишь, что не хочешь идти на вечеринку, то без проблем. Можем сходить в таком случае в ресторан с нашими родителями, посидим по-семейному. Бета поджимает губы и с благодарностью смотрит на Чона. В который раз убеждается в том, как же ему повезло. Чонгук целует Тэхёна в лоб, проводя носом по его волосам и вдыхая лёгкий запах шампуня. Чонгука и его нюх всегда раздражали резкие и приторно-сладкие запахи. Поэтому ему всегда было нелегко строить отношения с омегами. А их течки он вообще ненавидел, ведь в буквальном смысле задыхался в этот период. А Тэхён пахнет вкусно: теплом, чистотой, любимым лосьоном для тела с запахом персика, и немного зелёным чаем, так как бета его очень любит и готов пить литрами. И всё это — лишь нотки аромата, а не удушающая вонь, которая лезет в лёгкие и режет слизистые. Тэхён пахнет как обычный человек. Как тот, к которому хочется прижаться, и с ним будет не душно, а свежо. Тэхён пахнет для него как дом, как кто-то родной, кто всегда должен находиться рядом. — Звонок сейчас прозвенит, — неохотно отдаляется от Чонгука, — у тебя сейчас экономика, её нужно подтянуть. Поэтому не советую опаздывать ни на секунду. — А ты, как всегда, всё помнишь лучше меня и больше меня же и переживаешь, — альфе очень нравится такая забота от Тэхёна, поэтому нисколько не скрывает своей довольной улыбки. — Конечно, переживаю. Мне же потом с тобой ночами сидеть и учить эти чёртовы формулы, — показательно обижается и бурчит Ким, чем вызывает у Чонгука короткий и низкий смешок. — Тебя это бесит, потому что в это время мы могли бы заниматься чем-то другим? Бета сразу же алеет щеками от такого вопроса, но всё же смущённо кивает. — Тебе не стоит об этом беспокоиться, — начинает перебирать его локоны пальцами, — для тебя меня всегда будет хватать. Даже экономика не сможет забрать к себе всё моё внимание, — Тэхён наконец веселится и на его лице вновь появляется счастливая улыбка — значит, Чонгук может быть спокоен. — Увидимся сегодня после школы? — Только вечером, у меня сегодня ещё репетиторы по английскому и истории. — В таком случае, вечером я весь твой. Не успевает Тэхён даже что-то ответить, как Чон впивается ему в губы. Он прижимает к себе бету крепко за затылок и страстно целует, покусывая мягкую, тоненькую кожу. Своими губами настойчиво приоткрывает рот Тэхёна и пропускает язык внутрь. Чонгук сминает слегка пухлые губы своего парня, наслаждаясь их вкусом. Нежно ласкает их, а когда проникает внутрь начинает играться с язычком беты. Тот, прикрыв глаза с пушистыми ресницами, издаёт из себя низкий и совсем тихий стон. Сам себя усердно пытается сдерживать, всё-таки они ещё находятся в школе. И Тэхён уверен, что хоть одна пара глаз на них сейчас точно бесстыдно лупит. Раньше его это смущало, но рядом с любимым человеком уже многие вещи, которые доставляли дискомфорт, перестали волновать так сильно. Губы Чонгука для него всегда сладкие, хоть и отдают еле заметной ноткой горечи, из-за его природного запаха, — карамельного рома. И пусть самого Чонгука всегда запахи раздражали, то Тэхён готов отдать всё, только чтобы вместо кислорода его лёгкие всегда заполнял аромат его альфы. Они оба не хотят отрываться друг от друга, но понимают, что сейчас находятся не у себя дома. А очень жаль. Тэхён буквально заставляет себя разорвать их поцелуй. — Нам пора, — напоминает он и облизывает покрасневшие и припухлые половинки губ. — Встретимся вечером, — Чонгук напоследок чмокает бету и с трудом выпускает из крепкой хватки. — Люблю тебя. — Я тебя тоже, — прощается Тэхён, наблюдая, как альфа уходит и поднимается по лестнице на второй этаж, не перестаёт улыбаться. Тэхён и Чонгук встречаются уже почти два года. Для беты это первые отношения. Оно и не удивительно. Ведь опять же: быть бетой в их мире — это приговор. Это значит быть одному на всю жизнь. Чонгук стал первым человеком в жизни Тэхёна, которого не отталкивает его природа, а только привлекает. Скажи ему ещё два года назад, что на него обратит внимание альфа, который является центром внимания для многих омег, то он бы просто обиделся, ведь посчитал бы это очередной издёвкой. А в прочем, так оно и было. В самый его ненавистный день — 14 Февраля, День всех влюблённых, — ему впервые, за всю его подростковую, жизнь кто-то положил в шкафчик валентинку. Первая реакция — удивление, вторая — замешательство, а третья — печаль. Почему так? Тэхёну как-то однажды подарили цветы. И это было тоже 14 Февраля. Это был альфа из параллели, Ча Ыну. Симпатичный, обаятельный и с хорошим чувством юмора. Не сказать, что Тэхёна он до этого интересовал, но тогда он был глуп, наивен и с просто до ужаса низкой самооценкой. А потому любое внимание уже вызывало в нём что-то, похожее на влюблённость и эйфорию с бабочками в животе. Наверное, поэтому этому парню не доставило много труда, чтобы бета согласился на свидание с ним. И именно поэтому ему было настолько плохо и больно, что будто весь мир рухнул, когда на их «свидание» пришёл не только этот альфа, но и ещё человек тридцать из их школы. Тэхён до сих пор иногда в голове слышит эти насмешки со стороны и видит омерзительный оскал того придурка. Конечно, это было на спор. Конечно, Тэхён сразу же убежал, не решившись устраивать истерику и плакать при таком количестве людей, которые и так над ним злорадствовали и мерзко хихикали. И, конечно же, на следующий день уже вся школа знала об этом позоре. История о том, как наивный бета поверил в то, что его действительно могут пригласить на настоящее свидание, была так всем интересна, что держалась на слуху целую четверть. Это было унижение. Каждый второй не забывал посмеяться над ним. Самое обидное и стыдное было для Тэхёна — это когда некоторые альфы подходили к нему и приглашали на свидание, еле сдерживая смех, который ярко говорил о фальши и издёвке с их стороны. Каждый день Ким приходил домой и плакал. В школе он себе реветь не позволял, как обычно, но вот у себя в комнате на подушке выплёскивал эмоции сполна. День всех влюблённых тогда стал самым настоящим ужасом и мучением, ведь при одном его упоминании сразу же бросало в неприятную дрожь и вызывало слёзы боли. Повторения этого ужаса не хотелось. Поэтому Тэхён, после того как обнаружил свою первую валентинку, почти не задумываясь смял её и бросил в урну, а после старался забыть, будто ничего не было. Но он даже и представить не мог, к чему это приведёт. В тот же день, после уроков, когда бета выходит из школы и ничего не подозревая уже собирается выйти со двора, его неожиданно встречает Чонгук. — Эй, Тэхён, привет, — ловит он быстро проходящего мимо бету за локоть, но сразу же отпускает. — Кхм, привет, Чонгук, — Ким делает от него два шага назад, желая, чтобы их первый разговор закончился также быстро, как и начался. — Чего хотел? Он украдкой поглядывает на Чонгука, хоть и пытаясь выглядеть более уверенным и так, будто его совершенно не стесняется. Чонгук, к слову, очень хороший парень. Хоть он и крутится в компании тех самых заноз в заднице всего преподавательского состава, сам никогда в жизни не доставлял никому проблем. Ни с кем не конфликтовал, всегда хорошо учился, не прогуливал уроки и ни с кем не пререкался. Чон, конечно же, всегда привлекал внимание омег, но ещё он привлекал внимание и Тэхёна. На удивление самого беты, между прочим. Но это не потому, что он красивый, харизматичный, уважительный и так далее. А ещё и потому, что он был единственным альфой из «высшего» общества школы, который за всё время не сказал Тэхёну ни одного плохого слова. Как же мало ему всё-таки нужно. Он всегда думал, что Чонгук просто его не замечает, что он — просто пустое место для него. И если честно, стоя в тот день, когда Чон к нему подошел, Тэхён молился, чтобы всё так оставалось и дальше. — Я это, сказать хотел, то есть, спросить, — Чонгук мнётся и между делом чешет затылок, неловко посмеиваясь. Но Тэхён совсем не делает акцента на это его смущённое состояние. Он уверен, что тема разговора будет совершенна противоположна настрою альфы. Он понял, что вот, пришло то самое время, чтобы над ним поиздевался и Чонгук. Слишком долго он его никак не трогал, а тут, видимо, насмотрелся на своих дружков-придурков, которые вечно цепляются к Тэхёну, и теперь хочет так же. Просто замечательно. Наверняка, он спросит какую-нибудь гадость, по типу: почему у него нет запаха, или уверен ли он в том, что с ним всё в порядке, может это какая-то болезнь. Без сомнений, будет что-то такое. — А-а, почему ты выкинул мою валентинку? — расстроенно тянет Чонгук. — Она тебе не понравилась? Ступор. При чём такой ступор, которого ещё никогда не было. Тэхён растерянно, словно маленький цыплёнок, замирает и хлопает глазками. Рот сам по себе приоткрывается от удивления. Бета не сразу понимает, что смотрит так странно на альфу уже слишком долго. — Ч-что, прости? — он уверен, что ослышался. — Ну, я предполагаю, что, может быть, цвет не тот? — глупо, по мнению Тэхёна, предполагает Чонгук. Он что, решил скосить на дурачка? — Хотя я, наоборот, посчитал, что красный будет лучше розового, — сам не замечает, как начинает говорить всё, что только придёт в голову и тараторить, — как по мне, он слишком приторный и ванильный, поэтому подарил красную валентинку. Я и подумать не мог, что тебе настолько не нравится этот цвет. Хотя, знаешь, как по мне, мусорка — это чересчур. Можно было просто промолчать или… — Подожди, подожди, — останавливает его поток слов Ким и настороженно уточняет: — так, это ты мне её подарил? — Ну, да. Чонгук спокоен, как ни в чём не бывало. А вот Тэхён обдумывает все его слова резко меняется в лице. Он больше не растерян, берёт себя в руки, становится серьёзным и враждебно настроенным. — Зачем? — грубо задаёт вопрос. — Так, 14 Февраля же, ты что, не помнишь? — Нет, я знаю какой сегодня день, просто… Почему я? — Тэхён сглатывает комок в горле до боли, его глаза начинает щипать от обиды, но очень старается это скрыть. — Ты что, тоже, да? Чонгук теряется от этого странного и непонятного вопроса. — Ты о чём? — Всё-таки ты такой же, как и все, — горько усмехается Тэхён, чем вызывает ещё большее замешательство. — Не нужно прикидываться, что это не так. Ты со своей компашкой тупорылых уродов решили вновь надо мной поиздеваться, — с каждым словом его голос становиться всё грубее и злее. — И, наверное, план слишком хорош, раз уж они решили подослать тебя, потому что больше никому из них я не доверяю. А вот ты — отличный вариант, — Тэхён с презрением смотрит на полностью обескураженного альфу, ему становится ещё более тошно от того, что тот делает вид, будто бы не понимает, в чём дело. — А мне казалось, что ты хороший… — Да стой ты, — в полном шоке Чонгук наконец вставляет слово. — Не собирался я ни с кем спорить, — он поджимает плечами и раскидывает руками, находясь в возмущении от того, что Тэхён, ничего так до конца и не прояснив, обвинил его в такой грязи. — Я вообще такой дичью никогда не занимался и не буду, блять. — Тогда зачем ты положил мне в шкаф валентинку и сейчас стоишь тут, и говоришь со мной?! — бета уже переходит на крик. Ему кажется, что Чон просто издевается над ним. — А для чего ещё люди дарят открытки и валентинки друг другу? Я давно хотел к тебе подойти, но всё боялся, а тут такой случай подвернулся, — Чон опять жмётся от неловкости и отводит от парня взгляд. — Думал, что подарю тебе хотя бы валентинку для начала. А потом уже перейду на цветы и конфеты, там, — и потом совсем тихо добавляет: — Ну, и свидание, в конце концов. Между этими двумя наступает тишина. Происходит довольно-таки неловкая пауза. — С-свидание? — Тэхён не верит свои ушам, а Чонгук, как дурачок, согласно кивает. — Думаешь, я тупой? — кажется, что Тэхён уже краснеет от гнева, он буквально шипит на альфу, от чего тот немного подаётся назад. — Думаешь, что настолько наивен, как и пару лет назад, чтобы поверить, что такой альфа, как ты, — тихо усмехается, — да вообще, любой альфа или омега из нашей школы, будет дарить мне цветочки и приглашать на свидание с абсолютно чистыми намерениями? Тэхён агрессивен. Он выплёвывает эти слова Чонгуку в лицо, демонстрируя своё презрение. Тот напуган такой его реакцией, но пока что не уходит. — Ну-у, — растерянно тянет Чонгук, не понимая, хочет ли бета того, чтобы он ответил на этот вопрос, — вообще-то да. Ким смотрит на него, как на самого тупого человека в мире. Прикрыв глаза, он собирается уходить, махнув рукой, чтобы этот цирк дальше не продолжался. — Пока, Чон. Не успевает Тэхён сделать и шагу, как Чон становится на его пути, подняв руки вверх. — Погоди, Тэхён, не уходи, — Чонгук набирает в рот воздуха, чтобы пояснить всю ситуацию. — Давай ещё раз, — на это Ким лишь закатывает глаза и складывает руки на груди, мол, «я тебя слушаю». — Честно, это совсем не то, о чём ты подумал. Я никогда не одобрял то дерьмо, которое мои дружки с тобой вытворяют, много раз говорил им, что это по-скотски, — после этой фразы Тэхён от неожиданности вскидывает брови вверх. — Но половину они просто пропускали мимо ушей. Мне жаль, что я ничего не делал всё это время, хоть и очень хотел. Но мне… Я не знаю, не хватало смелости, наверное, — Чонгук смотрит на бету как щеночек, который стоит под дождём и просит забрать его домой. Он с сожалением поджимает губы — ему и правда стыдно. — Но я хочу всё исправить, и поверь, я смогу. Тэхён не может поверить в то, что только что услышал. Его злость и ненависть к этому человеку мигом испарились. И теперь он находится в замешательстве. Мечется между двумя огнями: поверить Чонгуку, или послать его? С одной стороны, его раскаяние и признание кажутся очень искренними. Но с другой — а что, если он просто хороший актёр? Это всё ложь и вешание лапши на уши Тэхёну, чтобы он всё-таки согласился на предложение Чонгука, а потом с ним произойдёт то же самое, что и год назад. Все опять будут над ним смеяться несколько месяцев. А он этого не переживёт. — Прости, Чон, — спокойно говорит Тэхён, без какой-либо злобы в тоне и разворачивается к альфе спиной, — но я тебе не верю. И уходит. Думая (надеясь), что на этой ноте они расстались с Чонгуком навсегда, и он больше никогда не попробует с ним заговорить. Ха! Не тут-то было. На следующий день Чонгук опять пугает его: резко перехватывает возле школы перед началом уроков и резко заявляет: — Ты сказал, что не веришь мне, — со снисходительной улыбкой Чонгук смотрит на застывшего и перепуганного Тэхёна. — Так вот, я сделаю всё, чтобы это изменить. Чонгук уже собрался уходить, оставив Тэхёна вот так вот одного. Но неожиданно, уже его хватают за руку и серьёзно спрашивают: — Почему я? — глаза беты бегают по лицу Чона, он всматривается и не может понять, почему тот так хочет, чтобы Тэхён ему поверил. Чонгук выдерживает паузу, и сам нахмурившись, обдумывает, что ему ответить. — Не могу сказать точно. Мне просто кажется, что ты… Прекрасен? Он мило и слабо улыбается, а Тэ находится теперь ещё в большем шоке и не понимании. Он неконтролируемо издаёт истерический смешок и говорит: — Пф, бред. Чонгук грустно поджимает губы, ему жаль, что Тэ так считает. — Ты постоянно пытаешься прятаться, но я часто вижу то, чего не видят другие. И ты тоже, — уверенно начинает альфа. — Ты очень красивый, — короткий комплименты сразу вгоняет в краску, а Чона это очень забавляет. — Мне нравится, как ты дуешь щёки, когда что-то увлечённо читаешь. Как ты кусаешь губу, когда рисуешь на уроке рисования. Ты красивый даже если весь мокрый и растрёпанный после физкультуры. Редко вижу, как ты улыбаешься, обычно ты суровый и серьёзный, но когда тебе хорошо… Тэхён, ты просто представить не можешь, какой ты красивый, когда счастлив. Сердце Кима со звуком бьётся, вот-вот и уйдёт в пятки. Но всё же он пытается сохранять спокойствие и не поддаваться на сладкие речи альфы так сразу. Ыну ему тоже много чего говорил. Хоть это и не было настолько… Подробно. — То есть, дело во внешности? — Поначалу я думал, что так и есть, но вскоре всё изменилось. Возможно, ты сам не замечаешь за собой, но ты совершенно не такой тихий, каким хочешь казаться, — Чонгук хочет сразу продолжить, но что-то его останавливает на некоторое время, — Я помню тот день, когда Ыну унизил тебя перед всей школой, — он опускает глаза, испытывая небольшой стыд за своего «друга», — ты с того момента сильно изменился. А Тэхёну и самому стало стыдно. Он считал, что ему не нужна жалость, но как только Чонгук упоминал этот случай, то к горлу сразу поступает ком. До сих пор болит. — Стал прятаться, но только в самом начале. В моей памяти хорошо отложился случай, когда ты защитил одного омегу от альфы, который к нему приставал. Удар был хорош, у меня аж там всё сжалось, — Чонгук с удовольствием посмеивается. — Ещё день, когда ты сам, в одиночку, фактически спас наш осенний бал, — Тэхён вдруг опускает руки и начинает слушать с большим интересом. — Принёс свою аппаратуру из дома, обеспечив нас музыкой и красивым светом в зале. А тебя даже никто не поблагодарил, и я, в том числе, — по тону Чонгука ясно, что ему за это стыдно. — Хотя, если бы не ты, то Наён надевала бы свою корону в полной темноте и под звуки сверчков, — он вновь тихо смеётся. — Ты помогаешь учителям устраивать поездки для классов, приходишь на субботники, которые не относятся к твоему классу, участвуешь в мероприятиях от лица школы, направленные на защиту животных и природы. Тэхён, я не просто так говорю, что ты прекрасен. Дело не только во внешности. Чонгук облегчённо выдыхает, будто с него наконец сняли очень большую ношу, которая на него давила, — он высказался. Тэхён, затаив дыхание, ошарашенно смотрит на него и глупо моргает. — Всё, что ты перечислил — это… — тихо говорит бета и отрицательно качает головой, печально опустив её вниз. — Просто случайность. Говоришь так, будто я какой-то серый кардинал. — Так и есть. — Нет, Чонгук, я серый, но точно не кардинал. — Не говори так про себя, — вдруг голос Чонгука обретает грубые оттенки, но он, заметив, что Тэхёна это смутило, тут же меняется. — Ты даже и представить не можешь, сколько пользы приносишь. Да, этого не видят все, и даже ты, но я видел. И я могу быть уверен в том, что говорю. В голове Тэхёна тысяча мыслей. Он не знает, что ему дальше делать. Ведь никогда раньше не слышал таких слов в свой адрес. Проходит достаточно много времени, для обычного разговора, чтобы он всё обдумал, а потом, посмотрев в глаза напротив, уверенно сказать: — Хорошо. Но только один шанс. Как он согласился на это — неизвестно. В тот момент он чувствовал себя самым наивным человеком на земле. Если Чонгук его обманет, то ему будет очень больно. Однако альфа с того же самого дня начал осуществлять свой план, под названием «захват сердца Ким Тэхёна». Чонгук решил показать бете, что не все в этом мире хотят его обидеть. Чонгук решил не подкупать бету подарками, а потому в самом начале никаких букетиков и пирожных не было. Всё началось с того, чего Тэхёну всегда не хватало — банальной заботы. Тэхёну нравилось, что Чонгук каждый день, когда встречал его, первым делом спрашивал, поел ли он. А также делал комплименты, на счёт его внешнего вида, подмечая мелкие детали. — Ты не голодный? Завтракал сегодня? — Я не видел тебя в этой рубашке. Она новая? Тебе идёт. Тэхёну нравилось, когда Чонгук в холодные дни, без предупреждения и разрешения, снимал с себя свой пиджак и одевал ему на плечи. Когда в дождливую осень нередко выручал его, отдавая свой зонтик. — Надень, а то замёрзнешь. — Держи мой зонт, а то промокнешь и простудишься. Тэхёну нравилось, когда Чонгук стал ходить на субботники вместе с ним. На пару с ним носить тяжёлые мешки с мусором. Помогал делать презентации на остросоциальные темы, а потом и уговорил учителя взять его с ними на выступление. Стоял где-то там в сторонке и с гордостью смотрел на бету, который уверенно проговаривал речь. — Никогда бы не подумал, что у нас в парках так много мусора. Ты молодец, Тэхён. — Это было просто невероятно, Тэ! Это такая смелая тема. У тебя очень хорошо подвешен язык, не думал посвятить этому свою жизнь? Мне кажется, тебе это очень нравится. Тэхёну нравилось, когда Чонгук его защищал. — Какого хрена ты меня ударил, Чон!? — Ыну, будь добр, оставь Тэ в покое, или я тебе все кости переломаю. — Совсем уже!? Чонгук, мы же друзья. — Больше нет. Я слишком долго терпел эту гниль внутри тебя, больше не хочу. Ты мне отвратителен. Тэхёну нравилось, когда Чонгук просто был рядом. Чонгук ухаживал за Тэхёном не как за омегой. И это было особенно лестно. Но Чонгуку понадобился почти год, чтобы Ким стал ему доверять. Это было сложно, но с каждым разом, как только он осознавал, что становится к Тэ всё ближе и ближе, то понимал, что всё это не зря. Хотя всё равно Тэхёна, даже когда он наконец дал согласие на отношения с Чонгуком, его очень многое беспокоило. А альфа, конечно же это знал. Чувствовал, что Тэхёна постоянно что-то гложет, что в нём всё ещё есть сомнения. Поэтому решил серьёзно поговорить. Как оказалось, Тэхёна терзало слишком многое. Чонгук после этого разговора очень ругал себя за то, что они не обговорили эти темы ещё в самом начале. Но зато после него Тэхён перестал сомневаться и думать, что их отношения — это ошибка. — Чонгук, от меня же ничем не пахнет. Я как будто совсем не имею вкуса! — Я терпеть не могу удушающие запахи, Тэ, то, как ты пахнешь — просто идеально для меня. Странно, что не говорил раньше. И правда. Каждый раз, когда они лежали вместе в обнимку, то Чонгук прижимал бету к себе и глубоко вдыхал запах с его шеи. Тэхён тогда искренне не понимал зачем он это делает, ведь у него совершенно нет своего запаха. Но всё прояснилось. — Над тобой будут смеяться в школе так же, как и надо мной. — Думаешь, мне есть дело до этих мудаков? Над ними действительно смеялись. Точнее — нет. Смеялись именно над фактом существования их пары. Тэхёна ненавидели ещё больше, а Чонгука искренне не понимали. Почти все были уверены, что этот бета в принципе себе никого найти не сможет, ведь кому он такой нужен — пустой? Поэтому, когда из-за ссоры с Ыну, все в школе узнали, что Чонгук и Тэхён вместе (этот придурок всё всем рассказал), то начался самый настоящий ад. Чонгуку было всё равно, что шепчутся о нём, но ему было не всё равно, что над Тэхёном стали издеваться ещё хуже, чем было до этого. Когда у них уже начались именно отношения, Чонгук начал делать своему парню подарки, — просто, как жест заботы и любви. Как-то омеги из параллельного класса взяли букет, который он подарил своему Тэхёну, и выкинули его в мусорку. При чём очень демонстративно: в урну, которая находилась рядом с его шкафчиком и так, чтобы стебли от цветов были видны наружу. Это был один из первых подарков, который ему вручил Чонгук и Тэхёну он был очень ценен. Бета тогда чуть не заплакал посреди школы, но благо, к нему подошёл Чонгук и крепко обнял его, успокаивающе поглаживал по спине и говорил, что всё будет хорошо. Они это пережили. — Твои родители! Они точно будут против того, что ты встречаешься с бетой. — Я родителям ещё в самом начале о тебе рассказал. Они очень рады за меня и ждут с тобой встречи. Встреча с родителями Чонгука прошла замечательно. Мистер и миссис Чон были очень вежливы к бете и ни разу не поставили его в неловкое положение, сделав акцент на том, кто он. В конце концов мама Чонгука стала называть его «Золотцем». — А если ты моим родителям не понравишься? — Будет неприятно. Но я же с тобой встречаться хочу, а не с ними. Встреча с родителями Тэхёна прошла ещё лучше. Они были просто несказанно счастливы, что их сын наконец смог найти любовь. Тем более ту, с которой он по-настоящему счастлив. Братья беты быстро сдружились с Чонгуком и нашли общие интересы, а маленькая сестрёнка-омега с того дня липнет к его ноге каждый раз, когда он приходит к Кимам в гости. — А как же гон? Тебе нужен будет омега — это природа. — Тэ, любимый, ну я же не животное какое-нибудь. К тому же все мои мысли о тебе, я уверен, что в такие сложные моменты они будут такими же. Чонгуку были обидны такие сомнения, но спорить он не стал — решил доказать делом. Свой первый раз у Тэхёна был с Чонгуком: ему не было больно, не было страшно, он доверился своему альфе полностью, они хотели друг друга искренне и взаимно. Никогда не было такого, чтобы в гон Чон вёл себя как-то не совсем нормально и пытался перейти границу. Несмотря на затуманенный разум, первой его целью было то, чтобы Тэхёну было хорошо. Чтобы никогда не было больно. — У нас никогда не будет детей. Я не смогу тебе родить. Самая больная тема для Тэхёна. Он очень любит детей, но у него никогда не будет своих. Конечно, о детях им говорить ещё очень и очень рано, но если Чонгук хочет серьёзных отношений, то такие вещи нужно обговаривать заранее. Готов ли альфа к тому, что он никогда не сможет продолжить свой род? Сможет ли он быть счастливым рядом с Тэхёном, с которым у него никогда не будет общего чада? Сам бета просто не может позволить, чтобы он мучался всю жизнь. Но какого же было его удивление, когда Чонгук без раздумий ответил: — Возьмём из детдома. Именно тогда сердце Тэхёна встаёт на место, именно тогда у него перехватывает дыхание, ведь он ожидал абсолютно любой ответ, но только не этот. В тот день Чонгуку удалось проникнуть в его сердце полностью и засесть там плотно до сегодняшнего дня. *** Вечером в небольшую двухкомнатную квартиру заходит Тэхён, открывая дверь своим ключом. Чонгук ещё полгода назад позволил парню заходить в дом его семьи и отдал дубликат от ключей, — родители были не против. Сейчас они на той стадии отношений, когда им друг друга не хватает, когда хочется быть вместе как можно чаще и дольше. В последнее время у них постоянно заходит разговор о том, что обоим хочется жить отдельно от родителей, и при этом вместе. Поэтому планируют после выпускного, и когда поступят в университет, что будут снимать хотя бы однокомнатную, дешёвенькую квартирку. Просто главное, чтобы было отдельно. Но сейчас такой возможности нет, поэтому парочка часто встречается в домах семей друг друга по очереди. Конечно же, когда ни родителей, ни кого другого постороннего нет. Вот, и Тэхён уверен, что сейчас квартира Чонов полностью в их распоряжении. Мистер и миссис Чон — люди понимающие, а потому решили не смущать молодых и «вспомнили», что им оказывается нужно уехать на целый день по делам. Чонгук, наверняка, уже пришёл с учёбы. Тэхён очень сильно устал, после семи уроков и ещё двух репетиторов, но он не может просто так не брать во внимание чувство того, что безумно хочет к своему альфе. Он сначала проходит на кухню, берёт пустую вазу, наполняет её водой и ставит цветы в ней на место — в середину кухонного стола. За весь день лепестки немного завяли и потемнели, перестали быть такими свежими и яркими, однако менее красивым букет от этого не стал. Тэхён недолго смотрит на него и слабо улыбается, чувствуя усталость от сегодняшней рутины. Ему очень хочется отдохнуть, хочется расслабиться, хочется к Чонгуку. Краем уха он слышит, как к нему медленным шагом приближаются сбоку. Чонгук обвивает поперёк рукой талию беты и крепко прижимает его спиной к себе. Он оставляет лёгкий поцелуй на чужом затылке, не забывая вдохнуть запах мягких, чистых волос. Из груди Тэхёна вырывает тяжёлый вздох, как только губы альфы с причмоками оставляют один поцелуй за другим уже на его шее. Шея — его эрогенная зона, очень чувствительна. От того он машинально хватает Чонгука рукой за предплечье, уже успев раскраснеться. Дышать становится тяжелее, Тэхён откидывает голову назад, опираясь ей о плечо альфы. Но тот, наоборот, только интенсивней проходится губами по его шее, ключицам и плечам влажными поцелуями, вылизывая гладкую кожу. Внизу живота Тэхёна начинает приятно тянуть. Возбуждение уже сильно чувствуется, и не только у него. Прижимаясь к Чонгуку, сквозь джинсы он чувствует ягодицами его вставший член, об который неосознанно начинает сам тереться. Альфа низко и совсем тихо стонет куда-то в изгиб его шеи. А Тэхён решает прервать это их очень приятное занятие. Он резко, но под сопротивления крепкой хватки, разворачивается к Чонгуку лицом и заглядывает помутнённым взглядом ему в глаза. — Я соскучился, — оправдывает свой резкий порыв тактильности Чонгук, соблазнительно и белоснежно улыбаясь. Тэхён в ответ также улыбается, закусывая губу. Его глаза ярко и счастливо блестят, а руки тянутся наверх и ложатся на широкие плечи. — Я тоже, — тихо подаёт он. — Устал? — заботливо интересуется Чонгук, а Тэхён, еле открыв слипнувшиеся веки, коротко кивает. — Может, тогда тебе лучше просто поспать? — Ну уж нет, — бубнит бета и демонстративно дуется, — ты мне обещал, что весь мой на этот вечер. Чонгук же вздёргивает подбородок вверх, загадочно приподняв бровь, с прищуром и диким желанием осматривает парня перед собой. — Я соврал, — хитро, и сдерживая довольную улыбку говорит он, а после, получив сразу вопросительный взгляд, шепчет: — Я твой на всю жизнь. Тэхён недолго молчит, бегает глазами по красивому лицу Чонгука, а потом резко тянет его на себя за плечи и впивается в губы. Тот, конечно, сразу же отвечает и обхватывает двумя руками Тэхёна за талию, поглаживая и прижимая к себе ближе. Бета ведёт ладонями по скулам Чонгука, а потом зарывается пальцами в его волосы и не больно сжимает их. Чон углубляет поцелуй, пропускает язык внутрь и страстно сминает пухлые губы. Их поцелуй похож на танец: языки обоих быстро и горячо ласкают друг друга, периодически сцепляясь. С причмокиванием они несколько раз отстраняются, а после уже сливаются в невинные, неглубокие поцелуи. Чонгук с наслаждением в такие моменты кусает Тэхёна за нижнюю губу и оттягивает её. Кончики пальцев беты немного холодеют, а лицо, напротив, заливается краской и всё горит. Чонгук же ощущает, как ему уже становится слишком некомфортно находиться в джинсах — член стоит колом, а твёрдая ткань сильно и болезненно давит. Оба уже не могут терпеть. Им нужно сейчас — здесь и сразу. А до спальни они точно доходить не хотят. Не прерывая поцелуй, сильные руки Чона подхватывают Тэхёна за ягодицы и сажают на кухонный стол. Тот от резкого толчка заметно и со стуком шатается, от чего ваза с цветами на нём выплёскивает из себя немного воды. Но ни альфа, ни бета никак не реагируют на это. Чонгук оглаживает мягкие ягодицы через джинсы и переходит на бедра. Сжимая их, до ещё незаметных отметин, получает в ответ тихий стон из уст Тэхёна. Ему до ломки хочется пощупать своего бету всего, каждое мягкое место, каждый сантиметр его прекрасного тела. Он забирается под чужую свободную футболку и мнёт теперь приятно мягкие бока и плоский животик. Тэхён тоже не бездействует в это время. Пока альфа наслаждается прикосновением к его телу, у него будто режутся зубы, которым срочно нужно что-то укусить. Ким сначала лишь до небольшой красной отметины прикусывает острую скулу, а после ласково целует алое пятнышко. Дальше он опускается на шею и уже грубее, более мокро и пошло кусает Чонгука, оставляя на его коже характерные бардовые засосы. Из рта альфы вырывает шипение, он с ещё большей силой сжимает Тэхёна за талию и заставляет отстраниться от себя. Тот, прекратив свои действия, мимолётно смотрит в мрачные, полные похотливым желанием глаза, и вновь прижимается губами к губам. — Чонгук, — отстраняется и протяжно стонет Тэхён, заламывая брови, — я так больше не могу, — он тяжело вдыхает и выдыхает тёплый воздух, понимая, что его терпение на пределе, и скоро он начнёт злиться. — Сними, — единственное, что может добавить он, чтобы донести альфе, что хочет от него, и тянет мятую ткань чужой футболки. Чонгук, разумеется, всё прекрасно понимает. Быстро и сам снимает с себя верхнюю часть одежды, а потом помогает снять её с Тэхёна. Бета чуть опускается, но не ложится на поверхность стола полностью, когда губы и язык Чонгука начинают мазать по всему его торсу. Нежно и без зубов, он вакуумом всасывает затвердевший сосок, после чего Тэхён глухо поскуливает. Пальцами он сжимает широкие плечи Чонгука, пока тот ласкает его чувствительные соски языком и губами. Дальше он переходит на мягкий живот беты и звучно целует его в место чуть выше пупка. Его цель — спуститься ниже. Чонгук быстро встаёт на колени перед бетой и расстёгивает его свободные джинсы. Снимает их вместе с трусами, и поднимает бёдра вверх, вынуждая Тэхёна положить свои ноги ему на плечи. Тэхён полностью ложится на холодный стол обнажёнными лопатками и шумно выдыхает. Он знает, что Чонгук сейчас будет делать. Парень до дрожи во вздохе замирает, и чуть прикрыв веки, наблюдает за тем, как Чонгук сначала целует его внутреннюю сторону бедра, а потом полностью устраивается напротив его раздвинутых ног. В самом начале их интимной жизни Тэхён на отрез отказывался от римминга. Чонгук не заставлял его, но всё же достаточно долгое время пытался понять и узнать, почему бета отказывается от таких приятных ласк. Тэхён же просто в своё оправдание говорил, что всего на всего стесняется, однако это не было для Чонгука аргументом, чтобы им хотя бы попробовать. Но потом выяснились, что, как и ожидалось, проблема таится намного глубже. Как любой подросток, Тэ рыскал в интернете по самым взрослым и развращённым сайтам, с очевидной целью. Изучение всякой пошлятины были глубоки, а потому в один из таких поисков бета обнаружил видео, в котором альфа похотливо и со вкусом делал течному омеге тот самый римминг. Ещё тогда Тэхёна это возбудило так сильно, что подобное он мог испытать только когда смотрел порно, или же просто представлял в голове подобные сцены с отлизом. Но такое его «счастье» длилось не долго. Чёрт его дёрнул один раз зайти в комментарии под одним из видео (для чего вообще существуют комментарии под порно?). Там произошёл небольшой спор, после которого настроение в сексе сразу же пропало. Как выяснилось, очень много альф считают, что римминг существует исключительно для омег. Ни альфа не может делать римминг альфе, ни омега альфе. Только омеги могут получать такой вид удовольствия. О бетах тогда в споре, конечно, и речи не шло, но Тэхён взял это и на свой счёт тоже. Было грустно. У Тэхёна намертво приклеилась установка, что раз уж он бета, то римминг — ласка не для него. Поэтому, когда Чонгук впервые захотел ему его сделать, то его словно током прошибло. Альфе ещё тогда показалось это максимально странным, хоть Ким и говорил, что всё в порядке, и что он просто не хочет такое пробовать. Очень даже хочет — это было видно. Недолго он играл из себя того, у кого на этот счёт всё в порядке, поэтому спустя нескольких наводящих и логичных вопросов, выложил своему альфе абсолютно всё. Чонгук не был особо удивлён, так как подобные тараканы в голове беты насчёт того, что ему что-то нельзя, и что-то не для него, — не новость. Но всё же серьёзный разговор состоялся. Чонгук тогда абсолютно со всей строгостью, глядя Тэхёну прямо в глаза пытался донести, что нет никаких вещей в сексе, которые доступны только одному определённому полу. Что он, в первую очередь, хочет сделать своему парню приятно, и ему всё равно, что он является бетой. В их постели есть только они двое. Только они имеют право решать и обговаривать, что в их сексе будет, а чего нет. Также был уговор, что, если у Тэхёна есть какие-нибудь желания в сексе, которые он хочет, но его останавливают какие-то тупые установки в голове, то они всегда должны говорить об этом. В тот-то вечер Чонгук и засунул свой язык в его задницу впервые. И это было самое лучшее, что Тэхён когда-либо испытывал. А потому ни один их секс сейчас не обходится без этой важной части. Сперва Чонгук решает немного подразнить Кима. Сначала уделяет внимание его члену: он целует бледно-красную, блестящую головку, после чего слышит сверху мучительный стон. Он улыбается на такую реакцию беты и мокро мажет приоткрытыми губами по всей длине твёрдого члена. Тэхён от этого только злится. Он чуть приподнимает голову и кладёт руку на макушку Чонгука, после чего немного давит, чтобы тот наконец спустился ниже. Альфа на это низко и утробно смеётся, но всё же решает послушаться и следовать желаниям своего любимого. Он выпускает язык и размашисто проводит им меж упругих ягодиц. Тэхён сразу после такого действия падает обратно на стол и кладёт руки чуть над своей головой, полностью расслабляясь. Чонгук хватает его за бёдра, двигает ближе к себе и прижимается ртом к тугой дырочке. Он слышит, как сверху Тэхён охает, захватывая в лёгкие воздух, а потом тихо стонет. Надавливая, язык Чона вылизывает анус беты сначала снаружи, но спустя секунды начинает проталкиваться внутрь. Пальцы Тэхёна сжимают шелковистые, чёрные волосы альфы и заставляют его лицо прижаться к чувствительному месту ещё сильнее. Он стонет негромко, но высоко и в голос, пока проворный язык растягивает тугие стеночки и проникает всё глубже и глубже. Чонгук отстраняется, кусает Тэхёна за одну половинку, и вновь присасывается к слегка растянутой, покрасневшей дырочке. Тэхёну кажется, что с каждой секундой, когда его анус раскрывается всё сильнее и сильнее, а язык альфы проталкивается внутрь всё больше и больше, то ещё чуть-чуть и он заденет его простату. Тогда он кончит без проникновения и раньше времени. Вдруг он берёт двумя руками Чона за голову и несильно отталкивает, своими действиями он заставляет его посмотреть на себя. — Гуки, я так больше не могу, — тяжело дыша выдавливает из себя Тэхён. Он весь красный, горячий и мокрый. Смотрит туманным взглядом в лицо Чонгуку, который аппетитно облизывается и нагло ухмыляется, — я хочу твой член. Чонгук поднимается с колен — его не нужно уговаривать или умолять. Он нависает над бетой и грязно целует, опять кусая чужие губы. — Нам нужна смазка, — тихо напоминает Чон и вырывается из крепкой хватки Тэхёна, — я сейчас, дождись меня. — Хорошо. Тэхён наблюдает за тем, как Чонгук молнией подрывается и уходит с кухни. Он закусывает указательный палец и сам не замечает, как вторая его рука ведёт вниз. Хоть он обещал Чону, что подождёт, не может контролировать своё желание, а также игнорировать дискомфорт от пустоты внутри. Бета массирует средним пальцем свою влажную дырочку, а потом проталкивает его внутрь. Ему сразу становится хорошо, хоть и недостаточно, но всё же это успокаивает. — Любимый, я же просил, — без злости бухтит Чонгук по возвращению. — Я соврал, — улыбается и хитро щурится Тэхён, не переставая растягивать себя одной фалангой. Чон цокает и соблазнительно улыбается, а потом подходит к столу, возвращаясь на своё место — между ног своего парня. Тот всё же убирает руку, как только видит, как Чонгук выливает на свои пальцы немалое количество прозрачной смазки. Альфа подносит смазанные указательный и средний палец, поглаживает открывшуюся дырочку, а после вводит сразу два глубоко внутрь. — Ты так хорошо растянут моим языком, Тэ, — хрипит Чонгук низким голосом, ощущая, что его собственный член вот-вот взорвётся. Тэхён резко и громко стонет, ведь альфа знает его тело наизусть, и поэтому мгновенно находит простату. Он двигает рукой туда-сюда, проходясь подушечками по одному и тому же месту. Комнату заполняются высокие стоны Тэхёна, который уже вцепился альфе в плечо, не пытаясь сдерживать себя в чём-либо. Чонгук наклоняется вперёд и целует бету, пока тот не прекращает звучно мычать ему в губы. Пальцы растягивают узкий анус ещё больше, когда скорость руки увеличивается. Их хозяин ещё пару раз вгоняет максимально глубоко, до самых костяшек, а после вытаскивает. Тэхён уже готов. Чонгук быстро расстёгивает свои джинсы и припускает их вместе с боксерами. Просто невероятно возбуждённый, крупный член наконец вырывается наружу. Кожа головки натянута, покраснела и блестит. Яички также налились кровью и затвердели, альфа терпел слишком долго. Сейчас ему просто необходимо оказаться внутри Тэхёна. Он выдавливает себе ещё смазки на ладонь и размазывает по всей длине члена. Дальше берёт его пальцами и подставляется к растянутой, просящей члена дырочке. Как только он входит внутрь наполовину, то сразу же украдкой смотрит на лицо Кима. Тот откидывает голову назад, кладёт её на твёрдый стол и закатывает глаза. — Боже мой, Чонгук, — стонет Тэхён, приподнимая бёдра навстречу. Для Чонгука это зелёный свет. Он сжимает руки на талии беты и скользит членом внутрь, насаживая его тело на себя до самого основания. Тэхён протяжно и громко стонет, выгибаясь в спине он обвивает ногами альфу за пояс и тянет на себя. Тот сжимает его за бока ещё сильнее и нетерпеливо шипит, чувствуя, как тугие стеночки полностью обволакивают его член. Он ритмично двигается внутри Тэхёна, пока тот в ответ подмахивает бёдрами. Стол под ними сейчас очень громко скрипит и стучит по полу ножками. На кухне очень шумно: стук мебели, которая вот-вот рухнет, стоны и пошлые шлепки двух тел, которые быстро бьются друг об друга. — Агх, Г-куки, мне т-так хорошо! — между стонами еле выговаривает Тэхён. — Мне тоже, любимый, — нависает над бетой и сжимает его руки своими, переплетая их пальцы, а потом наклоняется ещё ниже и на самое ушко шепчет: — Тоже очень хорошо с тобой. Он сильнее и грубее теперь вбивается в тело беты. Толчки стали медленнее, но более глубокими. Стоны обоих сливаются в прекрасную симфонию; стол, на котором они лежат, стучит ещё громче, а из вазы на нём выливается ещё больше воды. У Тэхёна немеют и затекают ноги от такого постоянного положения, но он этого вообще не замечает. Всё его внимание перетягивает на себя удовольствие, которое он испытывает, когда член Чонгука трётся об его узкие стеночки и несколько раз головкой проезжает по простате. Чонгук утыкается в шею беты и проводит по нему носом, вдыхая вкусный запах чистого тела. Руки Тэхёна вырываются из рук альфы и цепляются за его спину, прижимая сильное тело к себе ближе. Ногтями он впивается в кожу и царапает ими лопатки, от чего над ухом сразу слышит болезненное шипение. Но удовольствие бьёт через край, а потому абсолютно все звуки, которые выходят из уст их обоих, в конечном итоге переходят в стоны. — Гуки, я сейчас! — криком предупреждает бета, после чего альфа начинает двигаться ещё быстрее и грубее. Тэхён отрывисто кричит, чувствуя, что больше не может терпеть, чувствуя не только член в себе, но и как его головка пару раз трётся об живот Чона. От этого сдерживать себя просто невозможно, ещё немного и… — Чонгук! — вскрикивает звонко Тэхён, изливаясь горячей спермой себе на живот, пачкая и пресс альфы, а потом на выдохе со стоном повторяет: — Чонгук… Чон ощущает, как анус Тэхёна сильнее сжимает его член, а его тело дрожит в оргазме. Он не выдерживает тех стонов, которые издаёт Ким, выкрикивая его имя, той узкости, которую до сих пор ощущает, и то, как потное горячее тело жмётся к нему ещё сильнее. Чонгук делает ещё пару резких и глубоких толчков, а потом кончает внутрь Тэхёна, также громко и низко срываясь в стоне. — Ах, Тэхён, — хрипит Чонгук и старается отдышаться, поднимает голову, чтобы их глаза были на одном уровне. По лицам обоих градом течёт пот. Они шумно дышат друг на друга, тщетно пытаясь восстановить дыхание. Тэхён трясущимися руками берёт лицо Чонгука за щёки и тянет на себя. Он прижимается к его губам своими, сминая их, но не пуская язык внутрь. Медленно отстраняется и смотрит стеклянными глазами, которые горят любовью и нежностью в глаза Чонгука. — Ты просто невероятен, Чонгук, — молвит Тэхён, закусывает нижнюю губу и устало, но счастливо улыбается. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, Тэ, — отвечает тихо Чонгук и обнимает Тэхёна, вновь зарываясь ему в изгиб шеи. — С днём рождения, любимый.