parrot problems

Долгожданные выходные были самым приятным, что Ренджун испытывал за последнее время. Никаких забот, никаких внезапный миссий, целые дни безделья и расслабления, которого ему так не хватало. «Профессиональный трудоголик Хуан» как прозвали его коллеги. Ренджун делал вид, что не знал об этом, но на самом деле не мог бы привести ни одного аргумента против – он действительно был погружён в свою работу. Как и в официальную — милый ветеринар из небольшой клиники у дома, так и в абсолютно незаконную — наёмный убийца. Очаровательная внешность помогала ему отвлекать своих жертв от неминуемой судьбы. Будто роза — красивая, но попробуй тронуть и острые шипы поспешат впиться в подушечки пальцев. Прямо сейчас, уставшая роза лениво отмокал в ванной, грациозно потягивая дорогое вино из не менее дорогого бокала — слава богу, двойная зарплата позволяла не отказывать себе в самом лучшем. Тёплая вода приятно грела тело, а нежный аромат геля для душа смешивался с зажжёнными ароматическими палочками во что-то нежное и ещё качественнее расслабляющее уставшие мышцы. Последние задания включали в себя слишком большое количество погони, иногда даже на своих двоих. Ренджун чувствовал, что успел натренировать ноги так, что без проблем вышел бы вместо кого-то из олимпийских бегунов. Мало ли, им понадобится замена, он с удовольствием. Никогда не поздно попробовать себя в чём-нибудь новом, а главное законном. Мысли плавно струились где-то в голове, терпкое вино приятной горечью оседало на языке и это был бы лучший вечер за весь год, если бы не… Резко зазвонивший телефон. Ренджуну ничего не оставалось делать, кроме того, чтобы вылезти из уютного и тёплого водного уголка, наспех накидывая полотенце. Телефон звенел где-то из спальни, так что он пошлёпал босыми ногами по обогреваемым полам, падая на мягкую кровать. Он даже не успел, будучи эталоном вежливости, поприветствовать звонившего, как его прервал громкий и, к сожалению, знакомый голос на том конце трубки. — Хэй, Инджун-и! — Донхёк… — он ответил с таким очевидным раздражением в голосе, что даже глухому стало бы очевидно, что этот разговор Ренджуну продолжать не хочется. Сбросить звонок и заблокировать этот контакт — очень. Донхёк, он же более известный в своей противозаконной деятельности как Хэчан, был его напарником. Вынужденным. Ренджун работал в одиночку сколько себя помнил. Проще выполнять работу быстро, хорошо и без лишних следов, когда ты полагаешься на себя самого, полностью доверяя исключительно своим знаниям и умениям, в которых можно быть уверенным на все сто. Он терпеть не мог безответственности, поэтому был чрезвычайно строг со всеми, кого начальство пыталось поставить ему в пару, поэтому несчастные не выдерживали и одного совместного задания, тут же отправляясь отбивать поклоны, лишь бы их поскорее забрали подальше от жестокого монстра Хуана. С Донхёком изначально было то же самое, только он не испугался. Ему было плевать на строгость Ренджуна, на его требовательность и остальные нюансы тяжёлой совместной работы. Вместо этого он сделал их сотрудничество невыносимым для самого Ренджуна — своими вечными шуточками, попытками дразнить его всегда и везде и, конечно же, выводящей из себя бесячестью. Теперь уже Ренджун был готов бежать к начальству, потому что к Донхёку жизнь его не готовила. Он мог попасть в плен по неаккуратности, мог провалить миссию, мог сломать что-нибудь в погоне, но не мог вынести своего напарника. — У меня проблема невероятного масштаба! — Проблема? Если у тебя есть проблема, то решай её сам, а не звони мне, — Ренджун бросил раздражённым тоном, ему совсем не хотелось тратить выходные на всякие глупости, а он был уверен, что проблемы звонившего были ничем иным, как глупостями. — У меня проблема с моим попугаем! — взволнованный Донхёк не отставал и Ренджун поймал себя на том, что его губы растягиваются в ухмылке. Взрослый мужчина не может справиться с попугаем? Звучит как анекдот. — Попугай? И ты звонишь мне только из-за этого? — тон Ренджуна звучал чересчур высокомерно, но он не мог сдерживать поднимающиеся вверх уголки рта. Вся эта ситуация была слишком нелепой, чтобы быть правдой. — Не говори со мной таким тоном, — Даже через телефон можно было представить, как губы младшего складываются в обиженно-надутые. Спустя небольшую паузу, он всё-таки принялся объяснять. — Ладно, дело не в этом, послушай... Я в затруднительном положении, у меня работа, а мой попугай... он заболел! — Заболел? И что, по-твоему, я могу с этим сделать, а? — Было так забавно слушать, как раздражённый и обиженный голос Донхёка превращается в просящий. В трубке повисла тишина. Собеседник отчаянно о чём-то размышлял, но Ренджун заранее знал, что тот всё-таки сдастся. — Пожалуйста, ну Инджун-и, ты же такой хороший и заботливый ветеринар, мне нужна твоя по-о-омощь, — Ну вот, о чём он и говорил. Тон Донхёка становится ещё жалобнее, но совсем не настолько, чтобы моментально его задобрить. Ренджун ответил не сразу, но на его лице всё это время по-прежнему сияла самоуверенно-довольная улыбка. Его очень забавляла ситуация и нытье Донхёка. Это такая редкость, что он может дразнить его так же, как тот сам часто делает, выводя его на эмоции в самые ответственные моменты совместных миссий. — Скажи «пожалуйста» ещё раз, и я подумаю. — Пожалуйста! Пожалуйста, Инджун-и! — Донхёк мгновенно отвечает, его надоедливый голос превращается в почти что умоляющий, и Ренджун может поклясться, что слышит отчаянное хныканье с того конца телефона. — Так-то лучше, — усмехается Ренджун и садится в кровати. — Ты принесёшь мне бутылку моего любимого вина вместе со своей птицей, потому что я не собираюсь сегодня выходить из дома. На другом конце раздаётся взволнованный вздох, а затем голос Донхёка с искренним облегчением: — Хорошо! Хорошо, я сейчас же иду в продуктовый. И не волнуйся, Инджун-и, я куплю не только бутылку твоего любимого вина! Сказав это, Донхёк отключился, оставив Ренджуна в одиночестве размышлять над тем, что он только что сделал. Он практически впустил Донхёка в свой дом, в своё личное пространство, и даже собирался помочь ему с его глупым попугаем. Это было очевидно самым нелепым, странным, необоснованным и так далее по списку решением, но, почему-то где-то глубоко внутри, Ренджун был рад, что всё-таки согласился. Он не знал, почему. Они с Донхёком ведь, в лучшем случае, терпеть друг друга не могли, а чаще всего ссорились больше, чем разговаривали. Через час в дверь уже постучали, поэтому Ренджун, накинув на себя более-менее приличную домашнюю одежду, состоящую из старой рубашки и не пойми откуда взявшихся штанов, пошёл открывать дверь. И кто же мог встретить его на пороге, кроме Донхёка, с очаровательной улыбкой на лице и парой пакетов в руках: — Ты не представляешь, как трудно было найти твоё чёртово любимое вино. Ренджун слегка усмехнулся и отступил назад, пропуская парня в квартиру. — У тебя слишком плохой вкус в алкоголе, вот почему тебе было так трудно его найти. — Ведь проще ткнуть младшего в его незнание, чем сказать, что нужное вино просто продают только в одном, специально предназначенном для вин этого класса, магазине. Донхёк закатил глаза на его слова, но все равно вошёл в квартиру и сразу же направился на кухню, будто прекрасно знал где и что находится: — Простите меня, о великий Хуан Ренджун, который знает всё, и у него великолепный вкус! Ренджун пошёл следом, наблюдая за копошащимся в кухне Донхёком с порога, облокотившись на холодильник. Вид обиженно дующего губы напарника очень забавлял его, хотелось дразнить младшего и дальше, хотя бы в отместку за то, что тот обычно делал так же с его нервами и терпением. — Ну да, у меня хороший, просто отличный вкус, в отличие от некоторых, — отозвался он, с ухмылкой глядя на Донхёка. Тот в сердитом тоне пробормотал что-то себе под нос, доставая из сумки бутылку дорогого вина: — У тебя есть здесь бокалы? Или ты пьёшь из бутылки, но зато имея хороший вкус? Ренджун закатил глаза. — Ты что, тоже собираешься пить? Я не приглашал тебя задерживаться надолго. Донхёк захихикал, на его лице заиграла хитрая и нахальная улыбка, всё-таки нашедшая путь к его мягким щекам, и он повернулся лицом к Ренджуну, прислонившись спиной к кухонной столешнице: — Неужели я такая нежелательная для тебя компания, Инджун-и? — Ты раздражаешь, по крайней мере, в 99 процентах случаев, поэтому я думаю, что это вполне уважительная причина, чтобы выгнать тебя из своей квартиры, — Ренджун пожал плечами, сложив руки на груди. — Ох, Инджун-и, ты ранишь меня, действительно ранишь... Разве так обращаются с гостями? Ты разбиваешь моё уязвимое сердце! — Донхёк в притворном ужасе схватился за грудь. — Хватит ныть, это абсолютная правда. Как насчёт, я передумаю и выгоню тебя за порог прямо сейчас? Донхёк сделал вид, что обдумывает это, приложив палец к подбородку: — Знаешь, ты ужасный хозяин, ты даже не предложил мне присесть, выпить чего-нибудь или что-то в этом роде. Лишь бы поскорее выгнать. — Он обиженно выпятил губу. — Это так некрасиво с твоей стороны, Инджун-и. — Ты не заслуживаешь присесть, и я тебе ничего не должен. Вообще-то, это ты пришёл сюда со своими проблемами, не дав мне полноценно насладиться законным выходным, — Ренджун приподнял бровь. Ещё он тут будет жаловаться на негостеприимность! Донхёк поднял на него глаза, снова притворившись обиженным. Он был похож на актёра драмы, разыгрывающего любую ситуацию как самую невероятную трагедию. — Ты просто невозможен! Если мой попугай умрёт, в первую очередь я обвиню в это именно тебя! Ренджун захихикал, внезапно захотев поразвлечься, и, оторвавшись от холодильника, подошёл к нему, наклонившись ближе, буквально возвышаясь над Донхёком. Его руки легли на кухонную столешницу по обе стороны от тела парня, зажав того, будто в клетке. — И что ты собираешься делать, если он умрёт, а? Я ведь убийца, так что мне не впервой быть виновным в чьей-то смерти. Дыхание Донхёка ускорилось, он не ожидал, что Ренджун подойдёт так близко, и не смог остановить свой взгляд: его глаза встретились с глазами Ренджуна, а спина вжалась в столешницу. — О-о-правда? Значит, милый Ренджун-и оказывается... убийца? Ренджун захихикал, наслаждаясь тем, как эффектно он подействовал на Донхёка: было приятно видеть его оцепеневшим и сбитым с толку. Он выглядел таким уязвимым и крошечным, и вдруг стал похож на милого и невинного паренька, совсем не похожего на его обычную нахальную и высокомерную версию. — Неужели мои слова напугали тебя, Донхёк-и? Донхёк попытался вернуть себе прежнее самообладание, не ожидая, что так легко лишится его перед своим самоуверенным коллегой. Но его сердце учащённо застучало от такого тесного взаимодействия их тел, а от понимания того, что он находится в ловушке сильного тела Ренджуна, он непроизвольно вздрогнул: — Испугался!? Тебя? В твоих снах, Хуан. Ренджун отошёл от него так же резко, как и приблизился. Вместо того чтобы продолжить дразнить, он отошёл к столу с попугаем и поднял ткань, которой была накрыта клетка птицы. Донхёк выдохнул, приваливаясь спиной к столешнице, его сердце все ещё бешено колотилось. Он понятия не имел, что на него нашло. Это был всего лишь Ренджун, его раздражающий и высокомерный коллега, но в этот момент он словно полностью потерял голову. И он не был уверен, понравилось ему эта странная близость или нет. Он смотрел, как Ренджун осторожно подошёл к птичьей клетке и аккуратно приподнял ткань, на его лице появилась лёгкая улыбка. Птица внутри принялась издавать негромкие и довольные звуки — видимо, это ещё один показатель в пользу ветеринара. — По-моему, он здоров, — сказал Ренджун, даже не осмотрев попугая как следует. Он повернулся и посмотрел на Донхёка все с той же горделивой ухмылкой. — Кажется, ты несколько преувеличиваешь масштаб проблемы, не нужно было меня беспокоить. Донхёк вздохнул, окончательно оправившись от того состояния, в котором его покинул Ренджун. Он в два шага подошёл к столу с попугаем и посмотрел на птицу: — Нет, ему определённо нехорошо. Вчера он был совсем никакой, не знаю, что случилось, наверное... Эй, не смейся! Ренджун, молча наблюдавший за ходом его мыслей, при этих словах разразился хохотом. Приложив руку к груди, он закатил глаза: — То есть ты хочешь сказать, что запаниковал из-за птицы, которая так и пышет энергией? Донхёк посмотрел на него несколько озадаченно, скрестив руки на груди. — Я просто подумал, что он заболел, окей? Птицы хрупкие, если с ними что-то не так, нужно сразу же везти их к ветеринару! Ренджун только закатил глаза и с усмешкой покачал головой. — Нет, он не болен, он абсолютно здоров и явно полон сил. Наверное, ему просто до смерти скучно в этой клетке... Надо бы выпустить его наружу. Донхёк выглядел слегка сконфуженным от этого заявления. Он не то, чтобы не любил своего попугая, он очень заботился о нем, но не знал многого об уходе за этими птицами, особенно по сравнению с Ренджуном. — Я не знал... Он все время сидел в клетке, я думал, так и должно быть. Ренджун вздохнул, снова покачав головой. Он подошёл к клетке и осторожно открыл её, птица тут же выбралась наружу, усевшись на его руку. Он медленно почесал подбородок птицы, наблюдая за смущённым лицом Донхёка. — Нет необходимости держать его в клетке все время, это только заставит твоего попугая скучать, особенно если он так энергичен. Донхёк с интересом наблюдал за тем, как птица доверчиво садится на тонкие пальцы Ренджуна и позволяет ему гладить себя. По какой-то причине вид Хуан Ренджуна, нежно почёсывающего перья птицы, снова заставил его сердце учащённо забиться. Но не успел он открыть рот, чтобы что-то сказать, как птица внезапно взлетела. — Эй! — Донхёк удивлённо вскрикнул. Он наблюдал, как птица подлетела и села на плечо Ренджуна, прижавшись к его уху. Если честно, Донхёк позавидовал, но ничего не сказал, ведь зрелище было довольно милым. Ренджун захихикал, почувствовав щекочущее прикосновение к своей коже. Он осторожно поднял руку к плечу и провёл пальцами по мягким перьям птицы. — Похоже, я нравлюсь ему больше, чем его хозяин, — сказал он, бросив дразнящий взгляд в сторону Донхёка. — Конечно, ты нравишься ему больше, ты же ветеринар, в конце концов, да и вообще, кому ты можешь не нравиться. Но всё же... он же мой попугай, — ответил он слегка обиженным голосом, дуя губы. Ренджун в очередной раз закатил глаза, но не смог подавить улыбку. Ему явно нравилась ревность и собственничество Донхёка, было забавно дразнить его после того, как он сам всегда дразнил его. — Но ты же не знал, как о нем заботиться, вот он, наверное, и считает меня своим спасителем. Донхёк надулся ещё больше, скрестив руки на груди, не сводя глаз с птицы, сидящей на плече Ренджуна. Он определённо завидовал тому, что его попугай предпочитает напарника ему, и тому, как близко он сидит к нему, так удобно устроившись и даже прижавшись к его уху. — Но Марк-и все же мой... Ренджун не мог удержаться от хихиканья, его пальцы не переставали перебирать перья птицы. — Марк-и, да? Милое имя для попугая... — Конечно, Донхёк и тут не мог не превзойти сам себя. Бедный Минхён, очаровательно неуклюжий навигатор, который всегда с улыбкой желал ему доброго утра и приносил кофе, когда сам заходил за ним. Наверное, даже не знает, что в его честь назвали миленького попугайчика. Донхёк пробормотал что-то нечленораздельное, переминаясь с ноги на ногу. Вид Ренджуна и похищенного у него попугая его то ли бесил, то ли вызывал совершенно непонятные чувства, и то, что он так явно наслаждался ревностью Донхёка, совсем не помогало. Он не мог понять, почему его так беспокоит это зрелище, но ничего не мог с собой поделать. Застряв в своих мыслях, он был совершенно не готов к тому, что произойдёт дальше. Потому что вдруг Донхёк только непонимающе захлопал ресницами, ведь Ренджун, крепче прижав к плечу послушную птичку, направился в спальню, прихватив с собой бутылку вина, поцеловав его перед этим. Что? Поцеловав его? Глаза Донхёка распахнулись от удивления, когда Ренджун вдруг наклонился к нему и лёгким и быстрым поцелуем прикоснулся к его приоткрытым губам. Не успел он даже осознать, что произошло, как Ренджун отстранился и без единого комментария к своим действиям направился в спальню, а птичка так и осталась радостно сидеть у него на плече. Донхёк остался стоять на кухне, ошеломлённый и растерянный, пытаясь осмыслить произошедшее. Прошло несколько минут, прежде чем он окончательно пришёл в себя и поспешил в спальню вслед за Ренджуном, не обращая внимания на лёгкую дрожь в теле. Войдя в комнату, он увидел, что Ренджун сидит на кровати и спокойно пьёт из бутылки своё любимое вино. Попугай радостно бегал по простыням, ища уютное местечко, чтобы устроиться поудобнее. Ренджун даже не удосужился бросить на него взгляд, продолжая лениво пить из дорогой бутылки. Видеть Ренджуна таким спокойным и невозмутимым, а его попугая, сидящего на кровати, было, по меньшей мере, раздражающе, и Донхёк не мог не заговорить. — Эй, Инджун-и, какого черта это было? Ренджун медленно опустил бутылку вина от губ, бросив взгляд на Донхёка, который стоял рядом с кроватью, словно нашкодивший ребёнок. — Это? Ты испортил мне вечер отдыха и делал в моей квартире все, что хотел. Я тоже сделал то, что захотел. — Он ухмыльнулся У Донхёка от удивления отвисла челюсть, он не мог поверить в такую наглость. Это он пришёл в гости к Ренджуну, а его пытаются выгнать и обращаются с ним как с непрошеным гостем! Раздосадованный, он плюхнулся на кровать. — Но ты не должен был меня целовать, придурок! Что ты имел в виду?! —сердито буркнул он. Ренджун захихикал, наслаждаясь видом взбешённого Донхёка, который сидел на краю кровати и гневно сжимал кулаки. — Это всего лишь поцелуй, не нужно так переживать. Неужели тебя никто никогда не целовал, Хёк-и? Донхёк почувствовал, как кровь хлынула к щекам от этого вопроса. — Конечно, меня целовали раньше! Но не такие надоедливые придурки, как ты! Ренджун закатил глаза, сделав ещё один глоток из бутылки. — О, прошу, ты выглядишь так, будто никогда не держал никого за руку, всё время так нервничаешь и краснеешь. Ты что, старшеклассник? Щеки Донхёка окрасились в ещё более глубокий оттенок розового, он не мог отрицать, что был неопытен в вопросах романтики и отношений. Но он не собирался признаваться в этом Ренджуну, ведь особенно сейчас нужно было сохранять свою обычную уверенность и дерзость. — Да я могу поцеловать хоть тебя прямо сейчас, конечно, у меня есть опыт!!! Ренджун снова захихикал, найдя слова Донхёка чересчур забавными. — Правда? Тогда давай, поцелуй меня. Если осмелишься — Он ухмыльнулся, вскинув бровь и наклонился к нему поближе. Донхёк на мгновение замешкался, внезапно почувствовав странного рода волнение. Это был всего лишь нагло брошенный ему вызов, но мысль о том, чтобы поцеловать высокомерного и раздражающего Хуан Ренджуна, почти что пугала его. Однако, он не хотел струсить и выглядеть слабаком, поэтому глубоко вздохнул и посмотрел на Ренджуна. Не говоря ни слова, он подался вперёд, приблизился и схватился за его рубашку, притягивая ещё ближе. Так, чтобы не успел тот и охнуть, губы Донхёка уже впились в его собственные в совсем не нежном, а довольно влажном и неаккуратном поцелуе. Пальцы оттягивали в сторону шёлковую ткань воротника, а губы двигались почти в унисон, прикусывая и не оставляя даже шанса, на сомнения — он действительно умел целоваться. Только вот, для чего Донхёк сейчас что-то доказывает ему? Рациональная часть мозга почему-то отказывалась отвечать, вместо этого заставляя работать ту часть, которая сейчас почти что кричала «Целуй!», отказываясь объяснять зачем, почему и какого чёрта. Какого чёрта губы противного Хуана такие мягкие, такие притягательно завлекающие всё глубже в пучину. Так глубоко, что там нет места их взаимной неприязни, только этому сладкому поцелую, который хочется никогда не прекращать. Или хотя бы находиться рядом с этими губами, чтобы целовать каждый раз, когда захочется напомнить себе, каково это. — Значит, опыт всё-таки есть… — единственное, что успел пробормотать Ренджун со своей хитрой ухмылкой, прежде чем его рот закрыла чужая рука и Донхёково не совсем чтобы лёгкое тело улеглось сверху, с самым прямым намёком не комментировать ничего.

***

Для Донхёка вечер закончился новыми знаниями о попугаях и первыми в жизни серьёзными поцелуями, инициативу в которых проявил он сам. Он не понял, сделал это потому, что не хотел показаться неопытным юнцом в глазах напарника или же доля собственного желания в его действиях тоже была, но теперь в его руках появилось ещё одно преимущество — вместо того, чтобы с Ренджуном спорить, всегда можно его целовать.