Устранение помех

Арсений сквозь сон ощущает, как губы любимого мужа касаются его макушки. Нет-нет-нет, он не может допустить того, чтобы Антон уехал, не простившись! Еще вчера вечером стало известно о беспорядках, учинённых горсткой крестьян на границе двух графств. Было решено подавить зарождающееся восстание силами королевской армии под предводительством правителя. Командирам был отдан приказ подготовить солдат к выдвижению за ночь. Ночь, которую Арсений мог провести в объятиях любимого. Он не верил всерьёз, что муж может пострадать в этом походе, но чувство тоски от предстоящего расставания всё равно сковывало грудь. Арсений прилагает все свои усилия, чтобы пробудиться ото сна. На что слышит мягкое: — Не вставай, милый. — Хочу благословить тебя на лёгкую дорогу, — шепчет Арсений, стараясь не поддаваться тревоге. — Всё будет хорошо, оглянуться не успеешь — я вернусь к тебе, судьба моя, — улыбается Антон. Из-за того, что окна в их покоях на ночь завешены плотной тканью, Арсению сложно предположить, сколько сейчас хотя бы приблизительно может быть времени. Но судя по тому, как сложно было пробудиться, только-только начинает светать, ведь Арсений не из тех принцев, что валяется в постели до полудня. — Пусть Бог убережёт тебя и вернёт мне целым и невредимым, — говорит Арсений, крепко прижимаясь к груди альфы. Тот нежно касается подбородка Арсения, чуть приподнимая голову мужа, а затем утягивает в поцелуй. — Оставляю королевство на тебя, душа моя. — А как же твои советники? — хмурится Арсений. — Советники — это хорошо, но ты же знаешь, что всецело я доверяю лишь тебе на всём белом свете. Арсений кивает, серьёзно относясь к словам Антона. Это было сказано не в комплементарных целях — Арсению действительно доверяют. Сей факт заставляет чувствовать себя важным. У них в паре с Антоном сложилось негласное правило: в их совместных покоях Арсений — нежный омега, иногда немного капризный, иногда подчиняющийся, иногда игривый, иногда строптивый, а вот за пределами этих стен он — правая рука правителя, принц-консорт, человек, с которым обсуждается принятие важнейших государственных решений, к которому прислушиваются в любых вопросах и опасениях.     — Мой король, хочу ощутить вас в себе, прежде, чем нам грозит расстаться на время, — Арсений нечасто обращается на «вы» к мужу, только когда хочет склонить к близости в не очень располагающих к ней условиях. Сейчас как раз они. Антон почти собран. Но Арсений не знает, сколько им предстоит быть в разлуке, хочется урвать себе кусочек тепла и любви. Он кладёт ладонь на пах супругу. От чего тот резко выдыхает. — Свет мой, сейчас совсем нет времени. — Знаю-знаю, — покорно кивает Арсений, — Может мне удастся выторговать хоть какой-нибудь ласки? Арсений строит глазки и слышит заведённый рык — всегда работает. Антон притягивает его ближе к себе, впивается в губы жадным поцелуем, в то время, как одна его рука лезет под ночную сорочку Арсения. Он касается омежьего члена, что заставляет Арсения зашипеть. Антон строит извиняющуюся мордашку и тянется пальцами к увлажнившемуся колечку мышц. Цепляет ярко пахнущую смазку, сразу после размазывая её по члену. Он приспускает свои штаны, обхватывает ладонью уже два ствола. Арсений зарекается не смотреть вниз — ему и ощущения-то выносить сложно, а ещё и от картинки он совсем с ума сойдёт. Антон водит запястьем быстро — время всё ещё ограничено, но от этого только страсть ярче. Чтобы приблизить конец трёт большим пальцем то свою головку, то, перехватом меняя положение руки, Арсения. Всё происходит так быстро, что узел не успевает начать формироваться — это было бы так не кстати для Антона. Альфа обтирает руку о постельное бельё — всё равно слуги перестилают каждое утро, а Арсений вряд ли уже уснёт снова. Они оба дышат заполошно. Арсений, отходя от неги, тянется стереть бегущую по виску мужа струйку пота, а после нежно чмокает в губы: — Я люблю тебя, мой король. — И я люблю тебя, мои звёзды и луна. На протяжении всего последующего утра Арсений чувствует себя неважно. И он бы списал это на печаль, вызванную расставанием с любимым, только вот замечает недомогание уже несколько дней подряд. Решая, что не стоит предоставлять поводы для радости своим злопыхателям, отдаёт приказ послать за лекарем. Осмотр лишним не будет — лучше сейчас попить какую-нибудь микстуру, чем спустя время неожиданно умереть. В этом замке несметное количество людей спят и видят, как бы убрать Арсения с его законного места рядом с правителем страны. Едва ли не каждая незамужняя придворная омега видит себя на месте консорта. В последнее время на Антона особо активно вешается омега Александр: строит глазки, кокетливо хихикает, пытается привлечь внимание любыми возможными способами. Вполне вероятно, что его семья науськивает молодого, недурного лицом и фигурой омегу всеми ухищрениями затащить короля к себе в постель. Арсений уверен в верности и любви мужа — ни этот Александр, ни любая другая омега во всём королевстве не представляет угрозу их браку и не является соперником Арсению — просто порой надоедает наблюдать за этими смехотворными поползновениями, они забавляют только на первых порах, на долгой же дистанции начинают раздражать. По замку регулярно распускаются всё новые и новые слухи то о бесконечных любовниках и любовницах короля, то о его бесчисленном множестве незаконно рожденных детей. Счёт идёт на тысячи, когда Арсений с Антоном обсуждают это в постели перед тем, как уснуть, то шутят, что для того, чтобы зачать такое количество детей, Антон не должен вообще есть, спать, участвовать в заседаниях и походах — только сношаться с каждой омегой в радиусе пятидесяти миль. А знать только и делает, что шепчется за спиной Арсения — не слишком-то и скрываясь — что, мол, спустя целый год брака законного наследника у королевской четы всё так и нет. Больше всего на свете Арсений ненавидел оставаться в этом змеином логове без защиты в лице своего альфы.  — Ваше Величество, — закончив осмотр, обращается к Арсению лекарь, — Спешу сообщить вам радостную новость — вы с королём станете родителями. Арсений не может поверить его словам. Неужели Бог услышал их с Антоном молитвы. — Я надеюсь, вы понимаете, что разглашение этой информации будет стоить жизни не только вам, но и всей вашей семье, — холодным тоном уточняет Арсений. — Что вы, Ваше Величество! — испуганно мотает головой врач, — Я бы не посмел. — Вы предупреждены. Ступайте. Очень не кстати в замок пребывает один не богатый, но влиятельный граф со своими людьми. Арсению предстоит устроить приём. — Граф! Приветствую вас в нашем доме, чувствуйте себя вольготно. — Ваше Величество, — кланяется гость, — Какое блаженство находиться в вашем сиятельном присутствии. — Благодарю, — Арсений протягивает руку, граф припадает к ней губами. — Я желал объяснить королю причину моего опоздания, но вижу консорта, а не правителя. — К несчастью, короля сейчас в замке нет, — натянуто улыбается Арсений. У него дурное предчувствие — он уверен, что Антон не предупреждал ни о каком грядущем визите. — Ваше Величество, — даёт о себе знать начальник дворцовой охраны, — Я прошу людей графа сдать оружие, прежде чем я провожу их в покои. Это требование короля. — Разумеется, — кивает Арсений, а затем обращается к гостю, — Это формальность, граф. Вы не возражаете? — Я настаиваю, — улыбается тот, не отводя глаз. Когда все прибывшие в замок расположились в покоях для гостей, было велено накрыть столы в большом зале дворца. — Менее года назад я вёл переговоры о сыне, — делится граф за трапезой, — Его взяли в плен вместе с другими офицерами у границы, когда они защищали наше Отечество. — Вам удалось освободить сына? — интересуется одна из придворных графинь. — Конечно, — отрешённо кивает граф, — Он пробыл в плену восемь месяцев. Я торговался до конца, действовал через полковников и генерала. Сына мне вернули, его жизнь стоила полторы тысячи дукатов. И я должен благодарить корону за эту ясность.   — За мир на нашей земле! — поднимает бокал Арсений. — За ясность! — поднимает свой граф. Арсений перебрасывается настороженными взглядами с советником короля. — Скажите, Ваше Высочество, когда ожидается возвращение короля? — пригубив вина, интересуется граф, с такой лёгкостью в голосе, будто не создал напряжённую атмосферу за столом минутой ранее. — Довольно скоро, я знаю своего мужа, он может нагрянуть в любой момент, — вежливо улыбается Арсений. — Неужели! — принц считывает плохую актёрскую игру, — Мне казалось, король усмиряет недовольных крестьян. — И всё же вас удивило, что он вас не встретил, — напоминает Арсений их приветствие несколькими часами ранее.   — Граф, не пора ли вам сказать, зачем вы здесь, — подаёт голос главный королевский советник, — Это ведь не согласованный визит? — Вы правы, я здесь, чтобы возместить убытки. — Убытки? — не понимает Арсений. — Условия, в которых содержали моего сына, не были идеальными. Его мне вернули, да, но он умер от дизентерии по пути домой. — Граф, я вам сочувствую, пережить собственного сына… Невообразимая утрата. — Моя жена умерла, других детей у меня нет, я последний в династии. Разве не достоин я сатисфакции? — Я думаю, эту беседу стоит отложить до возвращения короля, — предлагает очевидное Арсений. — Если бы я хотел дождаться возвращения короля, то не разбил бы лагерь в лесу и не ждал бы три недели отбытия Антона и его людей. — Мы сохраним вам жизнь, если вы покинете замок, — холодным тоном — в нём не осталось ни капли сочувствия — произносит Арсений. — Я никуда не уйду, консорт. Ваших солдат здесь нет, мои люди у ворот замка, ваших стражей мы взяли в плен, их оружие у нас. На этих словах в зал входит один из людей графа: — Мы завладели замком. — Замок будет под моей защитой, пока я не получу сатисфакции, — провозглашает граф. — То есть деньги, вы хотите получить выкуп? — раздаётся из-за стола, Арсений даже не поворачивает голову, чтобы понять, кто именно спрашивает. Ему дурно. Его сковывает страх. Не только за себя, он теперь в ответе за ещё одну жизнь — их с Антоном ребёнка. Арсений не может допустить, чтобы с ним что-то случилось. — Итак, начнём переговоры, как подобает? — вскидывает брови граф. Это продолжается уже несколько часов подряд, и, судя по настроениям, стороны не смогут договориться. Граф всё время обвиняет короля в том, что тот бросил своих бойцов в плену, никак не содействовал их освобождению. Арсений покидает зал, оставляя графа с королевскими советниками и важными придворными, подавая знак одному из них — которому мог доверять — спустя несколько минут последовать за собой. Арсений дожидается Дмитрия неподалёку от входа в зал, а затем утягивает за руку в глубину замка. — Это всё клевета! — шипит Арсений, — Быть не может, чтобы Антон так поступил со своими солдатами. Он не разбрасывается людьми, доверившими ему свою жизнь. Бросить бойцов умирать в плену было бы низко и бесчестно. Мой муж на это бы не пошёл. — Да, — кивает Дмитрий, — В речах графа много несостыковок. — Я думаю, графа могли подослать, — делится Арсений, — Пахнет заговором против короны, организатором может быть кто-то из знати, находящийся сейчас с нами внутри замка. — Если вы правы, — кусает губы Дмитрий, — То всё, что остаётся обезоруженным нам, это молиться о скорейшем возвращении короля. — Ступайте обратно за стол, — кивает Арсений. Он не может позволить себе такой роскоши, как просто ждать, сложив руки. Арсений в ответе за жизнь и здоровье своего дитя, что в будущем унаследует престол. Он не только их с королём продолжение, он — надежда страны, будущий гарант её безопасности, законности престолонаследия. Он важен не только своим отцам, но и тысячам и тысячам верноподданным короны. Арсений удаляется в свой кабинет, ему необходимо придумать план по спасению. — Ваше Величество, мы должны вывести всех наших людей из замка, — любимая фрейлина Арсения — омега Катерина — застаёт его за столом, на котором рассыпано множество золотых монет и расставлены различные склянки. — Да, — согласно кивает Арсений. — Тайные ходы, ведущие из замка… — Я уж было подумал, что у вас есть план, — не даёт договорить девушке принц, — Эти коридоры — лабиринт, где полно ям и ловушек. Это смертельно опасно для всех, кто не знает пути. А его никто не знает. — Я знаю. В детстве я там часто играла. От потайной двери в главном зале есть проход, он ведёт по туннелям к конюшне. Я пометила его мелом. — Значит все мы должны собраться в парадном зале и выйти через потайную дверь? — не особо верит в успех плана Арсений, — Только останется ли она потайной? По замку разгуливают люди графа. — Но другой возможности нет, мы же не можем оставаться тут на верную смерть, — пылко заявляет девушка. — Я предлагаю усовершенствовать ваш план, — встаёт со своего места принц, — Надо их как-то отвлечь, заставить этих негодяев покинуть зал, где они сейчас заседают, и собраться в одном месте. Стоит подумать о графской трапезе. — Но граф и так уже договорился с нами о трапезе. Как можно одновременно быть там и бежать из замка? — непонимающе сводит брови Катерина. — В том-то и дело: пока мы там, граф ничего не заподозрит. Надо помочь выиграть время доверенным людям из королевской стражи, дать возможность освободить и вывести наших людей: женщин, детей, слуг. Мы же будем развлекать графа и его людей. А когда наши люди выйдут — последуем за ними. — Как? Как только мы сядем за стол — выйти из трапезной не сможем. — Мы найдём предлог, чтобы вы и другие фрейлины вышли, — в голосе Арсения стальная уверенность, хоть это и далеко от правды. Но сейчас нельзя дать малейший шанс хоть кому-нибудь усомниться в его плане. Он должен отыграть этот спектакль на высшем уровне. — Вам не кажется, что графа насторожит уход всех гостей? — Поэтому я останусь, — Катерина реагирует на эти слова испуганным охом и прикрывает ладонью открывшийся от шока рот, — В их власти будет принц-консорт, они не догадаются о ловушке. — Вы нас спасёте? — шепчет с примесью ещё неосознанной благодарности фрейлина. — Да. Клянусь бессмертием своей души, что я буду последним, кто выйдет из трапезной. Спустя несколько часов Арсений подходит к дверям покоев, где Катерина должна была собрать знатных омег, чтобы посвятить в план побега из замка. Он припадает ухом к массивному дереву и слышит: — Они рассвирепеют, когда узнают, что их обманули. — Нас уже здесь не будет. — А если ничего не получится? Если он вам не поверит? Самое время вмешаться. Арсений открывает двери. — Я знаю, о чём вы думаете — любой думал бы о том же. Но я говорю вам: не бойтесь. Я буду в трапезной, когда вы войдёте, и останусь там, когда вы выйдите. Надо пережить эту ночь. Этих людей вы больше не увидите. — Мы вдруг стали вам дороги? — с вызовом бросает одна фрейлина в ответ на пламенную речь принца. — Мария, нам хотят помочь, — одергивает её вторая, — Защитить нас от этих злодеев. — Вздор! — шипит девушка, — Когда при дворе не было злодеев? Нам постоянно лгут люди, которые любезничают и улыбаются, а за спиною держат нож. Эти хоть не притворяются друзьями.   — Я согласна с Марией, — находится ещё одна протестующая, — Вы говорите красивые слова, но понятия не имеете, каково это, когда твоя спина — мишень. — Это я отлично знаю! — не выдерживает Арсений, — Когда мне было тринадцать лет, бунтовщики взяли наш родовой дворец. Мои родители уже были убиты, но моё имя и состояние моей семьи делали меня мишенью. — В тринадцать лет? — ужасается одна из фрейлин. — Война не щадит никого. Несколько лет я был заложником, пока они не решили что делать с этой титулованной омегой. Многие солдаты — такие же люди, как эти — требовали моей выдачи, чтобы… — Арсений сглатывает, держится, чтобы не скорчить гримасу от болезненных воспоминаний, а после паузы выдаёт самый осторожный вариант, из тех, что крутились на языке, — Меня поделить. Многие из присутствующих ведут плечами — им явно не по себе от услышанных слов. — Я до сих пор слышу их смех за стенами монастыря, — продолжает принц, — Отвратительный смех. — И что было потом? — Мы с монахинями молились. Мы молили бога сделать так, чтобы бойцы королевской армии вернули себе контроль над городом и успели меня спасти. И вот однажды смех прекратился. И стало тихо. Я вышел наружу — на солнечный свет — перешагивая через трупы, и один из офицеров заключил меня объятия. Я остался невредим, и вы останетесь, если будете верить. Это откровение произвело впечатление на собравшихся в покоях придворных. Арсению всего-то стоило в очередной раз разворошить страшные воспоминания. Он справится. Главное сейчас было убедить омег быть смелыми. И если это цена — Арсений готов её заплатить. — А сейчас нужно решить один важный момент, — снова возвращает внимание себе Арсений, — Нам нужен омега-доброволец, который возьмёт меч, расправится с несколькими людьми графа, что бродят сейчас по коридорам дворца, и выведет через потайной ход прислугу с детьми. Это не может быть кто-то из моих фрейлин, к ним будет пристальное внимание во время трапезы. И мы не можем отправить туда альфу — люди графа учуют сопернические феромоны, будут готовы к схватке, омежьи же феромоны их расслабят, альфы никогда не ждут подвоха или опасности со стороны омег. Очень напрасно, к слову. Но это нам и на руку. Я понимаю, что прошу этого человека подвергнуть себя смертельной опасности. И именно поэтому это не приказ, это просьба. Просьба спасти сотни жизней ни в чём не повинных людей. Каково же удивление Арсения, когда руку поднимает Александр. Тот самый Александр, что в последние месяцы доводил Арсения до зубного скрежета. — Отец с детства обучал меня фехтованию — я хорошо владею мечом. — Королевство не забудет вашей отваги, — с благодарностью кивает принц, — Сигналом будет два коротких стука, дверь в подземный ход откроет одна омега, тоже не из фрейлин, мы с Катериной уже проинструктировали её и оставили ждать внутри. Ей нужно будет пропустить вас и снова закрыть дверь. Когда убедитесь, что люди покинули замок, возвращайтесь к нам доложить об обстановке. Покинете помещение вместе с моими фрейлинами во главе с Катериной, вам откроет проход та же девушка после того же стука, тогда уже она уйдёт со всеми вами. Я останусь в трапезной один на один с графом и его людьми. И будь что будет. В покоях повисает гробовое молчание. Первая часть плана срабатывает идеально. Александр, не привлекая к себе лишнего внимания, появляется во время трапезы, сообщает Арсению, что люди выведены из замка. Принц даёт отмашку Катерине. Та забалтывает графа, что ей вместе с подругами надо отлучиться ненадолго. Неприятности начинаются, когда пятеро омег стучат в замаскированную дверь, за которой скрывается потайной ход, но им никто не открывает. — Как зовут омегу, которая должна была нас пропустить? — уточняет Олеся у Катерины. — Алла, — с беспокойством отзывается та. — Чёрт! — выругивается Олеся. — Выбрали первую попавшуюся омегу из придворных, это же была не опасная роль. Что-то не так? — тревожно пытается понять причину олесиной реакции. — Ну почему всё так по-дурацки сложилось? — заламывает руки Олеся, — Мы с Аллой столкнулись из-за видов на одного и того же альфу. Эта её выходка — попытка избавиться от конкурентки. Мне очень жаль, что вы попали под огонь тоже. По коридору слышатся шаги, фрейлины замечают грозного альфу. — Граф велел мне вас найти, — он всем видом даёт понять, что омегам лучше не сопротивляться. — Мы как раз шли обратно, — натянуто улыбается Катерина. Когда Арсений замечает входящих в трапезную фрейлин, его глаза расширяются от ужаса. Он вскакивает со своего места, подходит к огромному сундуку, наполненному золотыми монетами, что стоит на столе вместе с различными яствами и бокалами с вином. — Граф, разве этого недостаточно? — указывает Арсений на золото. — Хватит с нас! — выкрикивает граф и кивает своим солдатам. Те бросаются на фрейлин, прижимают кто к стенам, кто к поверхности стола. Девушки и юноши пытаются вырываться. Сам граф лезет рукой в штаны Александру. Арсений нервно бросает взгляд на большие песочные часы рядом с собой — время почти пришло. Он хватает их и запускает в графа, осколки разлетаются после удара о стену в футе от головы альфы. — Я делаю вам новое предложение: отпустите Александра, и я позволю вам уйти из замка живым, — зло чеканит Арсений. — Ваша Светлость, — окликают графа его люди. — Ваша Светлость, — испуганные голоса слышаться то с одной, то с другой стороны. У них идёт кровь носом, а после солдаты начинают падать замертво один за другим. — Нет, — оборачивается в ужасе граф, — Мы ели одно и то же, пили моё вино. — Умерщвление ядом — это искусство, — гордо вздёргивает подбородок Арсений, — И главное в нём — внезапность. — Золото, — доходит до Катерины. — Я не трогал твоего золота, королевская шлюха, — злобно шипит граф, бросаясь на Арсения. В этот момент Александр хватает со стола вилку для мяса — ту, что с двумя зубцами — и вонзает графу шею. Омеги пытаются восстановить дыхание после охватившего их ужаса. — Всё хорошо, Олеся, — приобнимает девушку Катерина, — Арсений нас спас. — Почему вы нам не сказали? — Я давно понял: тайна до той поры тайна, пока её знает кто-то один, — объясняет Арсений, — И конечно, я не был уверен, что всё получится. Когда фрейлины разбредаются по своим спальням, к Арсению подходит Александр. — Почему вы остановили графа? Почему не дали ему… — никто не хочет произносить это вслух, — Сделать своё дело? — Вы рисковали жизнью ради моей страны — полагаю, вы заслужили моё уважение. — Вы назвали их животными — солдат. Их смех, который вы не в силах забыть. В тот самый день помощь не подоспела вовремя? — он заглядывает Арсению прямо в душу. — Первый урок, который я усвоил: не жди, когда тебя спасут. Историю пишут те, кто выжил. А я сумел выжить.  После этих слов принц разворачивается и покидает трапезную, вновь перешагивая через трупы. Антон возвращается этой же ночью. Арсений меряет шагами покои — заснуть сегодня всё равно не выйдет. Когда двери распахиваются, а лёгкие заполняются родным запахом древесной коры, только тогда у омеги получается выдохнуть облегчённо и почувствовать себя лучше, чем за все ближайшие сутки. Он падает в объятия мужа поломанной куклой, чувствует поцелуи в макушку, лоб, щёки — затем они покрывают вообще всё лицо. Антон шепчет будто в бреду: — Мой самый смелый, самый любимый, самый ценный. Это продолжается несколько минут или целую вечность — Арсений теряется в ощущениях. В какой-то момент Антон берёт лицо мужа в свои огромные ладони: — Дмитрий отправил ко мне гонца с письмом, я тут же развернул своих людей. Я так боялся за тебя. Господи, как же я боялся тебя потерять. — За нас, — тихо поправляет Арсений. — Плевать я хотел на остальных. Слышишь? Мне уже доложили по приезде, что ты готов был рискнуть собой, чтобы освободить людей из замка. И я отвратительный правитель, если подумал тогда, что сотни моих подданных не стоят того, чтобы хоть один волосок упал с твоей головы. Ты — самое чистое и светлое, что есть в нашем союзе, раз готов на такое самопожертвование. Ты гораздо милосерднее меня — пока ты рядом со мной, королевство под защитой мудрого принца-консорта. И я не понимаю, Арсений, как после всего, что ты пережил в жизни, ты не озлобился на весь мир, на абсолютно каждого человека. — Ты слишком меня превозносишь, дорогой, — безлико усмехается Арсений, — Во мне достаточно и хладнокровия, и ненависти. Но ни в чём неповинные люди не должны страдать. Никогда. Да и я вполне контролировал ситуацию, мне не грозила опасность, хотя в какой-то момент кое-что и пошло не совсем по плану. Но сейчас не об этом… Антон настороженно замирает. — Говоря «нас», — продолжает Арсений, — Я имел в виду себя и… Он накрывает своей ладонью пока ещё плоский живот, Антон следит за движением взглядом, от чего на секунду замирает в неверии. А после падает на колени перед мужем, обхватывает ладонями талию, покрывает живот крошками-поцелуями. — Я же почувствовал, что к твоему лесному ореху что-то примешалось, но не акцентировался на этой мысли. Наша маленькая принцесса или принц. — Пусть будет принц. И альфа, — будто умоляет Арсений, — Королевству нужен наследник. — Я запрещаю тебе так думать, — назидательно смотрит Антон, что выглядит комично с учётом того, что он всё ещё на коленях перед своим омегой, — Мы оба будем любить наше дитя, кем бы он или она не был. Плевать на эти перешёптывания знати. Если понадобится, мой трон унаследует хоть принцесса, хоть омега. Я серьёзно. Издам любой указ. Я люблю вас. Он припадает в ещё одном поцелуе и поднимается с колен. — И чтобы тебя не смели тревожить завистливыми пересудами за спиной, запрещу приближаться к тебе во время беременности всем, кроме слуг. — Катерину мне оставь, — довольно улыбается Арсений, а подумав, добавляет, — И Александра. — Александра? — удивляется Антон, — Я думал, тебя раздражает этот омега. — Я заблуждался. И займись подыскиванием для него мужа с титулом. Его семья сделала ставку на брак с королём, но так они только загубят омеге всю молодость, пока он — марионетка в их не слишком умелых руках. Он заслуживает семейного счастья. Подбери лучшую партию из возможных на данный момент. — Сделаю всё, как ты скажешь, любовь моя — прикасается губами к губам мужа король. — Я не думаю, что он захочет оставаться при дворе — пусть тогда живут с его альфой в собственном поместье. Но если зачем-то всё же решит быть здесь — сделаю его одним из фрейлин. У меня в окружении не так много людей, кому я могу доверять, чтобы так легко ими разбрасываться. — Господи, да что же тут вообще произошло? — с интересом тянет Антон. — Всё завтра, мой король. А сейчас давайте спать.