Сырная тарелка
31 марта 2025 г., 19:29
***
Кейтлин
Я смотрю на генералов нашей веселой сборной армии Зауна. Экко в ободранных штанах, Севика в ободранной рубашке, Джинкс в каком-то странном ватнике и шароварах. Тоже ободранных. Зачем-то приклеила себе усы и нацепила странную меховую шапку. Видимо, крыша поехала окончательно. Рядом с ней Зиггс примерно в похожем наряде, краснеет от смеха и сдавленно хихикает. Видимо, перед смертью жители Зауна решили особенно не наряжаться. В отличие от Амбессы. Она вышла в парадном ноксианском доспехе, украшенном элементами из красного шелка и позолоты. Голову ее украшала большая круглая заколка, которая фиксировала ее косы. — Нахуя она на блюдо патлы натянула? — Джинкс в своей шапке внимательно посмотрела на Амбессу, которая вышла к нам толкать мотивирующую речь и подробно инструктировать о тактике ведения боя. Ты прыснула и тут же наткнулась на мой строгий взгляд матом. — Прости, Кексик, но я не могу удержаться. — Ты раздула щеки. — Блюдо, блять. Ну правда же… Посмотри на нее. — Сырная тарелка какая-то. — Продолжила Джинкс задумчиво и ты сдавленно засмеялась. — Слушайте, какой бы сволочью она не была, но нельзя унижать человека из-за его культурных особен… — Сырная тарелка, блять! — Зиггс заржал в кулак. Смешки поползли по всем рядам и заржал даже Экко. Амбесса замолкла и окинула нас строгим взглядом. Ты прикусываешь губу, чтобы не расхохотаться. — Сила любой армии, — продолжила Медарда-старшая, — оценивается боевым опытом, полученным в реальных сражениях. И в этом Ноксус превосходит все армии Рунтерры вместе взятые. Никто в мире не вел столько завоевательных походов. — Варвары сраные, — вздохнула Джинкс и поправила свои странные усы. — Слышь, Вай? — Да? — Отозвалась ты, едва слышно. — Если Амбесса косплеит сырную тарелку, то в какую закуску будет одет Риктус? У тебя раздулись щеки и на глаза навернулись слезы от смеха. — Ставлю двадцатку, что он оденется как тыква на день мертвых. — Шепчет Джинкс. — Оранжевый и нелепый. — Ставлю двадцатку, что он оденется как пилтоверский салат с майонезом. — Прыснула ты. — Куча цветов и все невпопад. — Ты сама, блять, во что одета? — Я злобно шикнула на Джинкс. — Я одета в генералиссимуса далекой холодной страны, который привел свою отстающую в технологическом развитии страну к победе против жестоких и циничных высокотехнологичных захватчиков, бредящих идеями возрождения империи. Улыбка сползла с твоего лица и мы обменялись встревоженными взглядами. Ты покрутила пальцем у виска и махнула рукой. — Отныне, зовите меня Сталина. — Гордо закончила Джинкс. — Я — диктатор. Строгий, но справедливый. — А это тогда кто? — Я ткнула пальцем в Зиггса. — Товарищ Берия. — Кто? — Боже, Кейт, она окончательно сбрендила, не обращай на нее внимания. — Ты тяжело вздохнула. — Пусть играет в кого хочет. Я смотрю сверху вниз на мелкую засранку краем глаза, пока Амбесса продолжает вещать что-то на фоне. — Джинкс. — Шепнула я. Она не отозвалась. — Генералиссимус Сталина. — Что? — Сумасшедшая выпрямилась и пригладила усы. — Вы же знаете, что случается с диктаторами в конце пути? Они плохо кончают и страдают паранойкой. — Я загадочно улыбнулась. Джинкс посмотрела на меня изогнув толстую нарисованную бровь. — Все, включая ближайший круг общения, падают под подозрение. Везде мерещатся враги и жизнь превращается в сплошной кошмар, полный страха. — Я продолжаю зловеще нашептывать. — А свержение режима всегда сопровождается жестокой расправой над диктатором. Джинкс побелела и сглотнула. — Как думаешь, кто захочет вкусить твоей власти? — Я шепчу ей прямо в ухо, — Пупа? Лупа? А может быть Зиггс? Йордл перестал ржать и перепуганно переводил взгляд с меня на Джинкс. — Ты не узнаешь. — Я выпрямляюсь и спокойно слушаю Амбессу дальше. — Пока не наступит час икс. И за тобой не придут. Джинкс подозрительно посмотрела на йордла, который замотал головой. — Святая Мать, вообще-то за Сталиным никто не пришел, он сам умер. — Попытался оправдаться Зиггс. — Правда? От старости? — Не совсем… От инсульта. Правда он упал с кровати и обоссался, а потом умер через несколько дней… — И что, ему никто из друзей не помог? — Предполагаю, что все боялись, — продолжаю таинственным голосом я. — Безумные диктаторы запугивают всех подряд, а потом умирают в одиночестве. И никто не приходит к ним на помощь. — Боже, Кейт, хватит. — Ты снисходительно посмотрела на меня. Затем на сестру. — Я приду к тебе на помощь, если ты упадешь с кровати и обоссышься. Просто у твоего Сталина, видимо, не было братьев или сестер… — Потому что он всех сгноил! — Я щипаю Джинкс за бок и она взвизгивает. Амбесса снова замолкает и смотрит на нас ледяным черным матом. — Ты же меня подъебываешь, да? — Злобно прошипела Джинкс. — Конечно. — Отвечаю я и дарю ей спокойную улыбку победителя, поправляя свою грудь, на которую она пялится большими красными глазами, готовыми вот-вот лопнуть от зависти. Джинкс грустно посмотрела на свою плоскость под ватником и злобно прошипела: — Вот же дылда блядская… — Так все, хватит. — Ты дернула сестру за косу. — Слушайте милфу. Она вроде что-то дельное начала нести. — Владимир выступает в паре в черной магессой Ле Блан. — Продолжает Медарда-старшая. — Доподлинно неизвестно, почему давние противники объединились, но Ле Блан, я считаю, намного опаснее более-менее предсказуемого Владимира. Объясняю почему. Владимир обладает магической силой, способной управлять живыми, через воздействие на кровь. Но. Его магия никак не подействует на мертвых. Амбесса многозначительно посмотрела на Джинкс. Вот зачем она будет использовать армию мертвецов… — Ле Блан обладает способностью заковывать в магические цепи. И эта ее способность может влиять как на живых, так и на мертвых. — Амбесса медленно двигается вдоль наших рядов, внимательно глядя всем в глаза. — Поэтому, считаю ее более опасной. Для успеха всей операции, генералов нужно разделить. — Как? — Спросил Экко, предчувствуя неладное. — Нам нужен кто-то сверхмобильный для отвлекающего маневра. — Амбесса остановилась перед Экко. — То есть, ты хочешь сделать приманку из моих людей? — Лидер Поджигателей сложил руки на груди и явно не разделял эту идею. — Почему не из твоих солдат? — Потому что у вас есть транспорт, которым мои солдаты пользоваться не могут. Магия Владимира распространяется на определенный радиус и вам нужно будет всего лишь не попадать в этот круг. Вам нужно разделить отряды Владимира и Ле Блан. Дальше вступят мои солдаты совместно с армией Зауна. Да, придется рискнуть. Это война, ты рассчитывал, что твои люди будут отсиживаться в стороне, пока все остальные будут воевать? — Мои люди в состоянии оказывать сопротивление! — Выкрикнул Экко. — Меня не устраивает, что ты командуешь, лезешь в жопу без мыла и просто не можешь свалить отсюда! — Никого лучше меня у вас все равно нет и не будет. — Амбесса улыбнулась. — Придется проглотить свою гордость и делать то, что я скажу, если вы хотите победить. Экко надулся и сложил руки на груди. — Да куда там, — шепнула мне ты. — Не верю, что она будет жертвовать своими солдатами. Пустит наших в расход. — Если сегодня ночью все выгорит и мы сумеем договориться с Владимиром, будет намного проще. — Я почувствовала как волнение проснулось мелкой дрожью во всем теле. Ты все моментально чувствуешь и берешь меня за руку. — Не волнуйся, милая, я справлюсь. — Ты осторожно погладила меня по щеке. Я сжимаю твою руку в ответ. — Конечно справишься, я верю в тебя. — Я посмотрела в твои нежные серые глаза и мне так захотелось тебя поцеловать… — Меня щас вырвет, — буркнула Джинкс, глядя на нас, — вы можете свои сахарные сопли перенести на более подходящий момент? — Завидуешь? — Не выдержала я. — Чему, блять? — Джинкс прыснула. — Это же просто мерзость мерзкая. — А что для тебя не мерзко? — Спрашиваю я с издевкой. — Препарировать трупы, держась за руки? Экко с интересом скосил глаза в сторону Джинкс. — Пожалуй… — Психичка совершенно серьезно задумалась и закивала головой. — Можно пойти на свидание при полной Луне… Экко с любопытством моргает и улыбается. — …На кладбище. Выкопать кого-то свеженького для Синджеда. — Джинкс мечтательно начала крутить косы. — Совместить приятное с полезным, так сказать… Люблю такое. Я — человек прагматичный, но не лишенный любви к романтике. Улыбка медленно сползла с лица Экко и он озадаченно почесал в затылке. — Святая Жанна, ты же просто наглухо отбитая… — Я закрываю лицо руками. — Далее, — продолжает Амбесса, — самая сложная часть плана — это занять поле боя. Придется брать утес, на котором стоит противник. — Это чистое самоубийство! — Выкрикнула Севика. — Нас размажут без усилий, потому что мы будем у противника как на ладони. — Нет, если мы прикроем вас хекс-пушкой. — Которая сама же нас и разнесет из-за расфокусировки! — Севика уперла руки в бока. — Где ваш заунский ученый, который должен помочь? — Здесь. — Раздался спокойный мужской голос из дверей в ставку командования. Перед нами возник высокий парень в плаще и с механической рукой, вмонтированной в его спину. За ученым следовал небольшой робот на гусеничном ходу. — Виктор! — Взвизгнул Джейс и побежал жать ему руку. — Я так рад, что ты пришел! Ты пришел, чтобы спасти всех нас! — Я пришел, чтобы унизить тебя прилюдно. — Спокойно ответил Виктор. — Ахаха, ты не растерял чувство юмора! Иногда я завидую Джейсу. Он один из самых умных ученых в мире, но такой тупой, когда дело заходит о простом взаимодействии с людьми… И он живет свою жизнь в святом неведении собственной недалекости… — Как можно было не справиться с такой простой задачей, как фокусировка линзы? — Молодые люди, — вмешалась Медарда-старшая, — вы можете идти и заняться пушкой. В бою вы все равно не пригодитесь. — У меня вопрос! — Выкрикнула Севика. — Кто конкретно будет занимать утес и полезет первым под пики противника? Амбесса замолчала и внимательно окинула всех холодным взглядом. — А кто готов рискнуть ради своей родины? — Спросила она громко. — Мы все готовы рискнуть ради своей родины, но пока что все выглядит так, как будто ты отправляешь жителей на убой, что в последствии тебе некому было дать отпор! — Ответила Севика. — Пусть первыми пойдет твоя великая и обученная армия, а мы, так уж и быть, прикроем. В конце-концов, вся эта заваруха началась из-за тебя! Медарда-старшая выпрямилась и внимательно посмотрела на хозяйку бара. — Хорошо. — Заключила Амбесса. — Мои солдаты пойдут первыми. И воодушевят всех жителей на сопротивление. — Черт, это репутационный провал… — Я шепчу тебе на ухо. — Ноксус наберет очков перед жителями городов, а мы выглядим как бы трусами на втором плане… — Плевать, — отвечаешь ты, — что нам теперь из-за хорошей репутации пойти и убиться о пять тысяч человек? Я вообще думаю, что лезть на утес это тупая затея. Я бы выманила их всех в город. Со своими глупыми пиками им будет крайне тяжело вести бой в городских условиях. А мы знаем каждый закоулок. — А это не самоубийство? — На своей территории намного проще драться, по себе знаю. Организуй это все, если я не вернусь. — Ты сжала мою руку. — Не говори ерунды. — Я вдруг поняла как сильно ты рискуешь. — Просто веди себя серьезно и контролируй ситуацию. — Кексик, ты видела прическу этого Владимира? Его башка похожа на чеснок, а ты хочешь, чтобы я вела себя серьезно? — Я знаю, что ты пытаешься меня успокоить. — Я там от смеха обоссусь. — Ты невыносима…***
Вай
— Детка, я обещаю, что буду осторожна. — Все в тебе выдает тревогу, но ты, как обычно, пытаешься не подавать вида. Либо это ядовитые испарения так на тебя влияют… Мы стоим на выходе из Зауна, который ближе всего к утесу. Через это место нас атакуют, если я не смогу договориться с Владимиром. — Ты точно все запомнила? — Ты засунула мне в руку записку с перечнем вопросов для Владимира. — Возьми шпаргалку и прочти еще раз на всякий случай. — Кексик, я большая девочка. — Ты большая импульсивная девочка, я умоляю тебя, контролируй все и не зли Владимира. — Кейт. — Я крепко обнимаю тебя и ты съеживаешься в моих объятиях. — Все будет хорошо, я обещаю. Ты же помнишь про план «Б»? — Организовать засаду пяти тысячам человек в нижнем городе? — Твой голос задрожал. — Я не хочу даже думать об этом. — Кексик, ты тоже должна быть большой девочкой и предусматривать все риски. — Я целую тебя в щеку и стараюсь получше все запомнить. Хоть я и отшучиваюсь, но риск не вернуться все же довольно велик. Хочу впитать всю твою нежность, чтобы вспоминать об этом, когда буду умирать. Конечно же, я не скажу тебе об этом вслух. — Ты вернешься, поняла? — Ты отстраняешься и берешь мое лицо в ладони. — Ты вернешься и я буду целовать тебя сколько захочу. А еще, мы убежим куда-нибудь, где не ступала нога человека. Вдвоем. И чтобы никто не смог, блять, вломиться. И вообще нас найти. — Вопросов нет, детка. — Я стараюсь растянуть свою непринужденную улыбку как можно шире. — Поцелуй меня и проваливай. — Ты потянулась ко мне и прикрыла глаза. Я еще не успела распробовать твои губы и каждый поцелуй кажется мне слаще предыдущего. Я хочу запомнить все. Ты всегда прихватываешь меня за волосы и не отпускаешь, пока сама не почувствуешь, что тебе нужно перевести дыхание. Тебе так нравится, когда я глажу тебя по спине, ты выгибаешься как кошка и начинаешь тихонько стонать от удовольствия. Ты такая неопытная, но учишься у меня очень быстро. Ты стала намного смелее, напористее, твой язык стал более наглым. Мне кажется, я даже могу уловить тот момент, когда у тебя между ног появляется первая капелька… — Черт, Кейт, мне надо сохранять трезвый рассудок… — С тяжелыми физическими усилиями я отрываюсь от твоих губ и хватаю ртом воздух. — Расскажешь потом, что ты там нафантазировала… — Ты приглаживаешь волосы и тоже не без усилий пытаешься восстановить дыхание. — Я и показать тоже могу… — Вай… — Давай, скажи, что я невыносима и я побегу в тыл к злым мужикам, косплеящим овощи. — Ты невыносима… Я резко отворачиваюсь и негнущиеся ноги просто несут меня навстречу опасности, увеличивая расстояние между тобой и твоим теплом, твоими любящими глазами, нежными руками, заботой и тревогой. Я перехожу на бег, иначе я не смогу вырваться из твоих объятий, в которых хочу провести всю оставшуюся жизнь. Я должна защитить тебя. Нас. Любой ценой. Я так сильно люблю тебя, Кейтлин Кирамман. Наверное нужно было это сказать перед уходом и не бояться, что это слишком быстро. Ладно, придется не умирать. Посмотрим, что там за вопросы вообще… Ты совершенно наивно думала, что я хоть что-то читала из твоей записки. Такой доверчивый и милый Кексик. Поняв, что я скрылась из вида за поворотом, я разворачиваю листок бумаги с твоим аккуратным и разборчивым почерком при свете Луны. «Любезный Владимир, не соблаговол…». Что, блять? Собаковолите… Соблавоголите… Блять, че за слово тупое? Я его не выговорю никогда в жизни. Кексик, малыш, он же держит меня за необразованную дуру! Сегодня ты перенервничала и перестаралась. Я комкаю записку и выбрасываю в сторону, поднимаясь по тропинке на утес. Навстречу мне идут два солдата армии Ноксуса. Да, одеты действительно как пилтоверский салат с майонезом. — Ни с места! — Командует один из них, наставив на меня пику. — Осади, я красноволосая воительница, что приведет вам в лапы изменницу родины Медарду. Меня Владимир пригласил. — Пароль. — Сухо бросил второй солдат, продолжая тыкать в меня свою палку. Какой еще, блять, пароль? Сука, неужели он был в записке Кейтлин… Я молчу и хлопаю глазами. — Пароль. — Повторяет первый. — В душе не ебу, че вы от меня хотите. Сказала же, меня пригласил Владимир. Вот его письмо. — Я протягиваю им записку их военачальника. Хорошо, хватило мозгов и ее не выбросить… — Ты читала инструкции на второй странице? — Солдат упер руки в бока. — Там вторая страница есть, серьезно? — Я переворачиваю лист бумаги и вижу там текст… — Вот, блять, я даже не знала… — Боже, Владимир был прав… Это точно она. — Вздохнул второй солдат и закатил глаза. — Идем с нами. Я вздохнула. Кексик, если я вернусь живой, я обещаю читать все твои нелепые слова, записки, рекомендации и бесконечные инструкции на рулонах туалетной бумаги, которыми можно обмотать весь Заун… Однако, я только что подтвердила свою репутацию умственно отсталой, возможно, Владимир будет более разговорчив и будет меньше осторожничать. Меня заводят в лагерь и я глубоко вдыхаю, стараясь не нервничать и запомнить все как можно детальнее. Замечаю проклятую катапульту, которой чуть не разнесли весь мой город. Надо бы вывести ее из строя. Я оборачиваюсь и смотрю с вершины утеса на Пилтовер. По соображениям безопасности, его обесточили. Но хекс-пушка сюда не достанет, даже если этот Виктор ее выпрямит… Рядом с палатками солдат горят костры. Те, кто не спит и находится на ночном дежурстве, провожают меня тяжелыми взглядами. В гнетущей и тревожной тишине, я слышу только потрескивание дров в кострах. Меня привели к высокому и роскошному шатру. Видимо, домик Владимира. Солдаты нерешительно замялись. Видимо, никто не хотел идти первым к своему командиру. — Кидайте монетку что ли, — я пожала плечами. — Заткнись. — Первый солдат тяжело вздохнул, посмотрел на товарища с осуждением и нерешительно поискал обо что постучать. — Тук-тук… — Так и не найдя ничего твердого в брезентовой палатке, промямлил солдат. Я закатила глаза. Я точно здесь самая тупая? — Погодите, я не одет. — Раздался жеманный голосок Владимира. Послышалась возня, какой-то грохот и ругань. Я переглянулась со вторым солдатом и он молча пожал плечами. — Входите! — Владимир прочистил горло и громко крикнул из глубины своей огромной палатки. Солдаты толкнули меня в спину и зашли следом. — Мы привели Заунского крота. Крота? Это так меня называют? А че, никого более величественного нельзя было придумать? Я удивленно осматриваю роскошное убранство шатра верховного главнокомандующего, в котором он сам потерялся. Я замечаю его чесночную голову в красном шелковом коротком халате и комнатных тапочках на роскошной софе. Ну то есть, все это дерьмо с золотыми сундуками, тряпками и диваном сюда кто-то тащил на своем горбу… — Красный — мой любимый цвет. — Спокойно говорит Владимир, растянувшись на софе. — Мой тоже. — Был. Пока тебя не встретила, долбоеб. — У нас так много общего. — Владимир прищурился и выпил вина из своего кубка, не сводя с меня глаз. Да конечно, блять. Усраться как много. — В том числе и ненависть к одной особе. — Владимир принял художественную позу на своей софе. Я посмотрела по сторонам, может где-то в углу завалялся художник, который прямо сейчас пишет с него портрет. — К какой? — Я прикидываюсь безбожно тупой. Главное не переигрывать. Владимир картинно закатывает глаза. — Амбесса Медарда. — Подсказывает он мне шепотом. — Амбесса! Ну конечно. Если я ее одолею, вы отвалите от моих городов? Владимир молча посмотрел на свой идеальный маникюр. Я нахмурилась. — Давай поступим так. — Начал он, приподнявшись на локтях на своей кровати и засунул виноградину себе в рот. — Я расскажу тебе как победить неуязвимую Амбессу, ты приведешь ее ко мне и мы договоримся. Я обещал вашим городам преференции и сдержу свое слово. Все ясно. Ты все равно нападешь, мерзкая ты головка чеснока. Только ты отнимешь у нас самую обученную и сильную часть армии для обороны. Прямо даже обидно, что меня считают настолько тупой. Нужен новый план. — Говори, — я сделала вид, что задумалась и предложение показалось мне выгодным. Владимир встал с дивана и зашел за мою спину. — Что ты знаешь о магии? — Спрашивает он у меня. — Что это опасная штука, которая должна быть под контролем. — Почему? — Потому что в неумелых руках это страшное оружие. — Я слежу за Владимиром, глядя через плечо. — Верно. Нужен высокий уровень самоорганизации. Самоконтроля. А главное, осознание своей силы, чтобы ненароком не причинить вред. Я чувствую как в моей голове начинает нарастать шум и кровь стучит в висках. Проклятый урод применяет ко мне свою силу? — В Демасии магия под запретом. Знаешь почему? — Нет… — Буркнула я через сдавливающую боль в голове. — Потому что глупцы боятся того, чего не могут понять. И, следовательно, контролировать. — Вам не нужно меня контролировать, я и так знаю, что вы владеете суперсилой. — Боль в голове становится нестерпимой. — Сладкая, я тебя не контролирую, у тебя, похоже, давление подскочило. — Владимир обходит меня и встает прямо передо мной, сжимая кулак. Я взвыла от нестерпимой боли, а солдаты позади меня попятились назад. Ну конечно, мелочный ты урод, я и так на твоей территории. Тебе прямо приспичило размахивать передо мной своей писькой? — Спазмалгончик будешь? — Владимир расслабил руку и легко взмахнул ей. Боль резко отступила и я рухнула на колени, хватая ртом воздух. — В жопу себе его засунь и говори как одолеть Амбессу. — Прорычала я и два солдата сделали два шага вперед. Владимир жестом приказал им остановиться и покинуть палатку. — Не обижайся, я должен был проверить, не принесла ли ты защитные руны. — Мог бы просто спросить, блять. — Я поднимаюсь на ноги, уперев руки в колени. На землю упало две капли крови с моего носа. Чертова магия действительно опасна. — Слишком просто и не пафосно, — Владимир снова уселся на свою софу, забросив ногу на ногу. — Перейдем к делу. Секрет неуязвимости Амбессы как раз в этих самых рунах, защищающих ее от любой магии. Она заряжает их в открытом огне и носит с собой. У Риктуса тоже такие есть. Чтобы одолеть ее, тебе нужно отнять эти руны. Желательно у обоих. Дальше, обработать своими хекс-перчатками и притащить ее тело, покрытое синяками в мою ставку. На рассвете, когда я выведу униженную Амбессу на край утеса, ее армия должна будет сдаться и перейти ко мне. После этого, мы начнем переговоры о преференциях. Звучит как полное дерьмо. — Хорошо. — Безропотно соглашаюсь я и утираю кровь из-под носа. — Дам тебе подсказку. — Владимир перебросил ногу на другую ногу и сверкнул шелковыми трусами. В сердечко. Я поморщилась и отвернулась. — Амбесса спит как мертвая и ее храп способен заглушить вашу городскую сирену. Это поможет тебе стащить с нее руны и одолеть в прямом бою. — Ясно. — Я выпрямляюсь и злобно смотрю на засранца. — Еще что-нибудь? — Да. — Владимир поднялся, подошел ко мне и положил руку на мое плечо. — Надеюсь, мы поняли друг друга правильно. Потому что если вдруг ты надумала себе чего лишнего, у тебя снова очень резко подскочит давление. Да так, что никакой Спазмалгон тебе не поможет. — Тебе стоило бы доверять людям больше. — Я смахнула руку Владимира со своего плеча и медленно побрела прочь. Меня одолела слабость, но я стараюсь максимально сконцентрироваться и запомнить все, что вижу. Солдаты сопровождают меня к тропинке в Заун. Я медленно спускаюсь на ватных ногах и дохожу до крутого поворота. Два идиота остались позади, а я спешу выйти из-за угла, чтобы увидеть тебя. Уверена, что ты осталась меня ждать. Я бы точно осталась… Луна осталась за утесом и я заставляю глаза привыкать к темноте. — Кейт… — позвала я слабым хриплым голосом. — Я здесь, малыш, — ты бросилась ко мне и я валюсь в твои руки, почувствовав твое тепло. Мы медленно сползаем вниз на землю и ты покрываешь мое лицо поцелуями. — Вай, ты цела? Господи, это кровь? Твои нежные руки прижимают меня и укачивают. — Ты ранена? Покажи, где болит? — Ты гладишь меня пальцами и пытаешься ощупать. — Не обращай внимания, Кексик, Владимир решил немного самоутвердиться. — Что произошло? — Ты прикладываешь к моему лицу свой платок. Я чувствую тонкий аромат твоих духов. Запах, уже ставший для меня родным. — Владимир не поможет нам. Но у меня созрел новый план. — Я сжимаю твою ладонь.***
Кейтлин
— Просто сдайся, глупая баба и у нас у всех будет призрачный шанс выжить! — Ты еле-еле стоишь на ногах, но продолжаешь бегать от разъяренной Амбессы в одной ночнушке, выманив ее на крышу. Не смотря на то, что мы обесточили Пилтовер, я прямо-таки спиной ощущаю как Владимир смотрит на это позорное действо и ест воздушную кукурузу. — Ты не понимаешь, что делаешь, безмозглая дура! — Орет тебе Амбесса, вооружившись своими топорами на цепях. — Все, что тебе нужно было сделать, это довериться мне! — Мне проще голодному медведю довериться, чем тебе! — Ты уворачиваешься от топоров воительницы и заходишь со спины, пошатываясь от слабости. Проклятая магия Владимира оказалась настолько сильной, что ты до сих пор так и не пришла в себя… Я захожу с другой стороны. Мы ничего не смогли сделать с рунами Амбессы, поэтому решили, что Вай будет отвлекать Медарду, а мне придется оглушить ее. Конечно, я бы привлекла кого-то еще, но у нас просто не было времени. До рассвета оставалось всего несколько часов. — Вы подписываете себе смертный приговор! — Амбесса раскрутила над головой цепь и запустила в меня острое лезвие тяжелого топора. Я уворачиваюсь, пока ты с разбега влетаешь двумя ногами в грудь великанши. — Кейт, осторожнее! — Ты валишься на крышу, а Амбесса просто отшатнулась назад и даже не собиралась падать от твоего мощнейшего удара. — Дерьмо, — я выругалась и метнулась Медарде за спину, обрушив на ее голову арматуру. Но она перехватила мою руку и приподняла меня над полом… — Дрянная девчонка. От тебя одни проблемы. Буквально как заноза в заднице! — Амбесса с красными от ярости глазами просто тряхнула рукой и я кубарем покатилась в сторону. Арматура осталась у нее в руке. — Кейт, может, и заноза в заднице. А я — целая швабра у тебя в жопе! — Ты озверела и метнулась к Амбессе, стараясь сократить дистанцию так, чтобы длина цепей оказалась недостаточной для удара топором. Я вскакиваю на ноги и бегу в атаку с ее слепой зоны, но чертова великанша кинула в меня цепь с топором так, что она намоталась на мои ноги и я просто рухнула лицом вниз, не пробежав и полпути. Но Амбесса все же пропустила от тебя пару ударов по лицу и отшатнулась назад. Ты виснешь у нее на руке и пытаешься заломить, но она просто стряхивает тебя как пушинку. Медарда быстро подходит ко мне и дергает за цепь, намотавшуюся на мои ноги. Я беспомощно тащусь за ней по крыше, пока она не подходит к краю и просто не поднимает меня за ноги. — Или ты успокоишься, или твоя подружка отправится в полет. — Я вишу вниз головой и понимаю, что с крыши башни мне придется лететь очень долго… — Ладно, хорошо… — Ты встаешь на ноги и поднимаешь руки вверх. — Отпусти ее и давай разберемся только вдвоем. Я вызываю тебя на честную дуэль. Победитель забирает себе твою армию, а проигравший идет на хуй. Согласна? — А сразу так нельзя было? — Амбесса швырнула меня одной рукой от края крыши. Она вообще всех раскидывает, как будто ее противники не имеют никакой массы тела… Сколько в этой женщине силы… — Вломились в мою спальню. Пытались оглушить меня спящей! Пытались обокрасть меня! Отнять мою руническую защиту! Как жалкие подлые крысы! Может хоть подохнув в честном бою, ты сможешь отмыть себя от этого позора! Амбесса отбросила в сторону топоры, закатала рукава ночнушки и встала в боевую стойку. — Я тебе голыми руками шею сломаю! — Зарычала Медарда и пошла на тебя. Ты уворачиваешься от ее сокрушительных ударов и пытаешься пробить в печень, но ей хоть бы хны… — Дрянная девчонка! — Амбесса хватает тебя за шею и зажимает у себя под мышкой. — Блять… — Пискнула ты, зажатая ее огромным бицепсом. — Я научу тебя манерам! — Амбесса встает на колено, укладывает тебя на него и со всего размаху бьет ладонью по заднице. — Че за! — У тебя вылезли на лоб глаза. — Какого хрена ты делаешь?! Я прикрываю лицо ладонью. Владимир точно все видит… Остается надеяться, что его хватит сердечный приступ от смеха… — Я делаю то, что каждая мать делает с неразумным ребенком, чтобы привести его в чувство! — Амбесса снова обрушивает ладонь на твою задницу, пока ты беспомощно барахтаешься. Я глубоко сочувствую Мэл… — Пусти меня, дура бешеная, это нарушение моих прав! — Ты замахала руками, в надежде дотянуться до ее лица. — Ты хотела честную дуэль? Принимай поражение с достоинством! — Выкрикнула Амбесса и чуть развернулась ко мне спиной, попытавшись зафиксировать тебя покрепче. Я моментально вскакиваю на ноги, хватаю ее топор и обрушиваю обух на ее затылок со всей своей силы. — Убери руки от ее жопы, сырная тарелка, блять! — Заорала я, что было сил и приложила Медарду обухом еще раз. Амбесса встала на ноги, выронила тебя из рук и развернулась ко мне, вопросительно изогнув бровь. Я пытаюсь отойти от нее на безопасное расстояние. Ты моментально подрываешься и обрушиваешь на ее голову еще один удар. Амбесса закатила глаза и рухнула вниз без чувств. Я сдула волосы со лба, попыталась пнуть чертову Медарду, но споткнулась и рухнула на нее сверху. — Святая Жанна, слона и то проще было завалить… — Ты подбегаешь ко мне и поднимаешь на ноги. — Детка, ты цела? — Пиздец, я боялась, что это никогда не кончится… — Я хватаю с пола цепь и туго перетягиваю ей руки Медарды. — Я думала, она меня просто напополам переломит… — Эй, я бы не дала. — Ты касаешься моего плеча и ободряюще поглаживаешь. — Знаю, малыш. — Я приподнимаю голову Амбессы за волосы и срываю с ее шеи кулоны из зеленых камней с резными узорами. — Это и есть ее руны? Я поднимаю камни над головой и рассматриваю их в свете Луны. Сквозь эти руны, я вижу Владимира на утесе, будто через призму. Блять… Ну точно, мы были перед ним как на ладони. И он смотрел на все это позорное действо, прекрасно освещаемое Луной и, видимо, хохотал как ненормальный… — Я отведу ее в ставку ноксианцев. — Ты затянула цепи на руках Амбессы посильнее. — А потом будь, что будет. Это наш последний шанс спастись. — Будь осторожна. — Хуже драки с этой слонихой уже точно ничего не может быть… — Ты посмотрела в мои глаза, как будто не решаясь сказать что-то еще. Я знаю, о чем ты молчишь. И я знаю, что тебе так хочется сказать это в правильный и подходящий момент. Но это совершенно не обязательно, ведь я все уже давно поняла. И я тоже люблю тебя, моя невыносимая.
