К касанию

      За полтора часа Марка тошнит дважды. Становится ощутимо легче после таблеток и еды. Холодильник можно назвать почти забитым, будто хозяин квартиры увлекается готовкой. В отличие от Марка, который почти всегда ест на работе или где-то на улице, Демьян готовит часто и вкусно, за что Марк готов целовать ему руки. Он понимает, что его можно совратить вкусной едой и умением готовить. Понимает, что у того Влада все шансы сделать это, чего никак нельзя допустить. Он натягивает джинсы и рубашку, наспех причесывается и идет к метро.       Появилась необходимость сказать все свое недовольство в сторону Влада ему в лицо.       Ехать от квартиры Демьяна не слишком долго — сорок минут или около того. Любимые песни в наушниках заметно поднимают настроение, ощущение тошноты почти прошло, а на улице, на удивление, распогодилось. Солнце стоит в зените, заставляя щуриться и прибавить яркость на телефоне до максимума. По сравнению с вчерашним, сегодняшний день радует почти с самого своего начала. Если не считать одной детали.       Деталь оказывается большим рестораном на берегу Малой Невы. Здание с панорамными окнами и большим, ухоженным убранством возле него. Возле него то и дело ходят, судя по всему, рабочие, заканчивающие работы по благоустройству участка возле ресторана. Кажется, будто где-то мелькает светлая макушка, но она исчезает так же быстро, как появляется.       Никто даже не оглядывается на пришедшего Марка, который чувствует себя совершенно не в своей тарелке. Приходится доставать из самых укромных уголков разума свою способность делать вид, будто он все понимает и всех знает. Он натягивает улыбку и открывает тяжелую дверь, проходя в помещение.       Внутри все не менее шикарно, чем, глядя на такое здание, предсказывало воображение. Мебель в бежевых тонах, контрастно темные стены, панорамные окна, большие люстры и светлый деревянный пол. Пахнет свежим ремонтом и женским парфюмом. Второй аромат слышится лучше, когда Марк поворачивает голову на звук каблуков.       — Добрый день, Вы к кому? — лицо девушки, что поприветствовала его, за пару мгновений вытягивается во что-то между удивлением и недовольством. Накрашенные матовой красной — как всегда, — помадой губы тянутся в улыбке далекой от приветливой. — Ты здесь откуда нарисовался? — шипит она.       — Наконец нашел тебя, — в ответ улыбается он. — Весь город перерыл, ты как сквозь землю!       — Что? — она отходит на пару шагов назад. — Херни не неси, Марк.       Марк трет переносицу и давит страдальческий стон.       Девушка с красными матовыми губами — Ника. Черные густые волосы привычно уложены в объемные волны, а белая блузка, юбка-карандаш и приличный каблук достаточно понятно указывают на её должность — явно не официант. Он смеряет ее внимательным взглядом, засунув руки в карманы джинс. Она остается ниже него даже будучи в туфлях, нахмуренные тонкие брови ясно дают понять, что она много чего хочет ему сказать.       Прошел почти год, как они разошлись, и сейчас Марк видит в ней почти полную противоположность своему вкусу. Сейчас не получается найти в ней ни грамма той привлекательности, что завлекла его тогда.       — Разве девушки после расставания обычно там, — он проводит ладонью возле шеи, — не убирают волосы, красятся? Почему ты выглядишь так, будто и года не прошло?       — Будто ты стоишь того, чтобы волосы резать, — усмехается она. — Сам-то давно в зеркало смотрелся? — она складывает руки на груди и так же осматривает его с ног до головы.       — Помада смазалась, — он тычет в уголок губ со всей серьезностью. Ника ожидаемо верит, доставая карманное зеркальце.       Марк встречает взглядом длинный средний палец — весьма необычный способ показать маникюр, — и, переминаясь с пятки на носок, осматривается вокруг.       — Так что ты здесь? Только не говори, что работать, — все же спрашивает она.       — Не думал, что ты придешь.       Марк замирает, услышав голос, что не давал ему покоя целые сутки. Влад вырастает у него за спиной словно из-под земли. Уголки его губ, кажется, никогда не опускаются, а во взгляде отчетливо читается то же самодовольство, что и вчера. Ника тут же прибирается и заправляет выпавшую прядь за ухо.       — Я и не собирался, — спорит Марк. — Просто кто-то не понимает слова «нет».       — Там было «нет»? — будто бы искренне удивляется он.       Марк скалится, хмуря брови. Влад оглядывает людей перед собой.       — Вы знакомы?       Их ответы разнятся. Марк предпочитает делать вид, что не знает такую, как она. Ника непонимающе поднимает бровь.       — Это Ника — менеджер, — Влад великодушно решает их познакомить и показывает ладонью, будто кроме нее здесь есть еще девушки. — Марк — зам. управляющего.       Черед Марка удивляться. Он почти поворачивает голову, чтобы увидеть на лице Влада хотя бы один процент признака того, что сказанное им сейчас — неудачная шутка, однако перед этой девушкой нельзя показывать ни одного намека на то, что он сам не знает, что происходит. Ника едва не давится воздухом, но вовремя берет себя в руки.       — Кто? — уточняет она. — Он? — Ты видишь здесь кого-то еще? — внезапно Марк думает, как бы было хорошо поставить ее на место после того, что она ему наговорила год назад. — С начальством повежливее, — он приподнимает подбородок, с нескрываемым удовольствием наблюдая за смесью эмоций на ее лице.       Улыбка пропадает с его лица, стоило почувствовать теплую ладонь, что будто бы случайно нашла свое место у него на талии.       — Я думаю, нам нужно обсудить некоторые вопросы, — напоминает о себе Влад. Марк отодвигается на пару шагов. — Ника, займись делом.       Влад уходит, не дождавшись ответа. Марку, очевидно, следует пойти за ним.       — Ты с ним спал, что ли? — не успев отойти, слышит он.       — Завидно? — бросает он за спину.       Становится противно от самого себя.       О его беспорядочных ночах знает только Демьян — и, к сожалению, догадывается Влад, — и ему никогда не хотелось расширить круг знающих. Такой способ справиться со стрессом кажется постыдным. Люди в пабликах и клубах, где он обычно появляется, уже начинают узнавать его и предлагают повторить. Марк поставил перед собой твердый принцип не спать с кем-то больше одного раза. Хочется, чтобы и они забыли об этой ночи, а не напоминали о себе, создавая лишние неприятности и проблемы на его голову.       Как это делает Влад.       Спина, обтянутая серым пальто, ведет его на второй этаж. Влад, на удивление, молчит. Марк будто бы ожидал от него каких-нибудь двусмысленных фраз или вопросов, но до своего кабинета тот не произносит ни слова.       Кабинет Влада — очевидно, — выглядит куда лучше, чем у Марка. Большие окна создают приятное ощущение пространства, такая же, как в зале, светлая мебель и стены содействуют визуальному увеличению комнаты. Пара кресел, диван, широкий стол и большой шкаф — как обычно и бывает во всех кабинетах. Даже если Марк ничего не знает о его хозяине, заметно то, что он лично приложил руку к дизайну.       Влад складывает пальто на диван, усаживается в кресло и жестом предлагает Марку сесть в соседнее. Лицо его выражает непонятную скуку, и от этого на секунду становится неприятно. Он же сам его сюда позвал!       Марк садится, закидывая ногу на ногу, и спустя мгновение видит, что чужая черная туфля ненавязчиво прикоснулась к его щиколотке. Попытка отодвинуться не обвенчалась успехом, поэтому он, смирившись со своей судьбой, поднимает взгляд на Влада.       — По какому вопросу?       — Значит, ты согласен, — ни малейшего намека на вопрос.       — Не совсем так.       — Но ты пришел, — напоминает он.       Марк и вправду не хотел соглашаться. Он и сейчас не хочет. Как бы не прельщала большая зарплата и такой ресторан — ему тут не место.       — Хотел сказать, что… — начинает он.       По крайней мере, так он думал час назад.       — Возможно, это не такой уж и плохой вариант… — он тянет в попытке увидеть проблеск интереса в голубых глазах, но они не выражают никаких эмоций.       Он в красках представляет лицо Ники после того, как сначала он хвастается своей должностью, а на следующий день не приходит. Она бы посмеялась, в этом можно не сомневаться. Марк не хочет, чтобы Ника над ним смеялась. Его гордости, наверное, не понравятся подобные качели, но он с этим поделать ничего не может. К сожалению, насмешка Ники будет беспокоить его куда сильнее, чем самодовольное лицо Влада после его согласия. Хотя бы потому, что у Влада другого выражения лица не бывает.       — Но сначала я хочу знать условия.       Губы Влада ожидаемо плывут в улыбке, глаза щурятся, а поза становится расслабленнее. Ногу он не убирает, но мысли Марка сейчас далеко от этого. Оказалось весьма увлекательным думать о нахмуренных бровях Ники, когда он будет ей руководить.       Влад двигает к Марку лежавшие на столе бумаги — ими оказывается трудовой договор. Влад знал, что он согласится.       — Образец договора. Завтра принесешь документы и подпишешь.       Марк внимательно — впервые за весь свой рабочий опыт, — читает каждую строчку. Никаких сомнительных пунктов, соглашений и обязательств перед владельцем он не наблюдает. На задворках сознания встает вопрос: неужели все так просто?       — И всё? — отложив шесть листов бумаги, спрашивает он.       — И всё, — подтверждает Влад.       Настроение, даже до этого бывшее приподнятым, поднимается еще выше. Вопрос с деньгами решается практически сам по себе. Работать, тупить и сраться с Демьяном не придется. Марк расправляет плечи, чувствуя, как с них падает гора. Внутри остался кусок подозрения, но с ним он будет справляться, когда прижмет — крыша над головой гораздо актуальнее.       — Скинешь, что надо принести, — Влад кивает, внимательно смотря за тем, как он поднимается с кресла. Странная скука, до этого окружавшая его, будто пропала. — Я пошел.       Туфля цепляется за его щиколотку, и Марк, не сделав ни шага, поворачивает голову. Он с очевидным вопросом в глазах смотрит на их ноги.       — Вы с Никой знакомы? — этот вопрос был последним, что мог представить себе Марк. Брови поднимаются под челку.       — А тебе-то что?       — Уточняю атмосферу в коллективе.       Слабо верится, но настоящую причину из него вытянуть не получится. Марк высвобождает ногу и отходит на пару шагов от стола.       — Трахаться по туалетам не будем, не переживай.       Влад лишь хмыкает. У самой двери Марк слышит:       — А со мной?       Он уходит — скорее, убегает, — не забыв закрыть дверь поплотнее. У людей в его окружении, думается на подкорке сознания, странная привычка говорить ему в спину чересчур обескураживающие слова.       Выйдя из здания, Марк оборачивается. Одно мгновение, взгляд чуть выше первого этажа, и он натыкается на высокую фигуру в светлой одежде, что, ни капли не стесняясь, за ним наблюдает. Хочется показать средний палец и уйти с гордо поднятой головой, однако вокруг его будущие коллеги, и, наверное, с начальством так общаться не следует. Он поворачивается обратно и, чуть не врезавшись в какого-то мужчину, быстрым шагом идет домой.       Вечером, ближе к семи, пока Марк пытается рассчитать свои остатки денег на пол месяца до зарплаты, приходит уведомление. К счастью, не от Влада. От: демьяшкин По поводу работы. Можешь выйти на полгода, пока коллега в декрете. Там по большей части бумаги, но надо делать отчеты и помогать кадровикам.

От: марк👍

ой

ты правда спросил

уже не надо

От: демьяшкин Что-то нашел?

От: марк👍

согласился на ресторан

      Демьян звонит почти сразу. Несмотря на своего друга по переписке, он предпочитает звонки и личные встречи. Строить из себя отвлеченного и незаинтересованного своими друзьями человека у него получается не очень. Марк, развалившись на небольшом кресле среди поношенной одежды, усмехается и предвкушает вопросы.       Демьян кажется не слишком удивленным решением Марка после того, как узнает, что произошло.       — Я так и думал, — выдает он.       — Ты всегда так говоришь, — Марк трясет позавчерашнюю банку из-под энергетика, чтобы, если что, оттуда не вылез таракан, и выкидывает в небольшой пакет у двери. — Завтра заберу свое у Михайловны и поеду устраиваться к этому.       — Поразительное рвение к работе.       — Я бы отдохнул, если бы мог! — от обиды хочется пнуть пакет. — Нельзя было как-нибудь на попозже предложить?       — Деньги получишь быстрее, не жалуйся, — Демьян как будто пытается успокоить, но ему следует поработать над словами, которые он для этого выбирает. — Но, вообще, ты вроде говорил, что не хочешь иметь с ним дел. Вы же типа спали, — вспоминает он.       — Не «типа», а спали. И лучше бы этого не было.       — Все настолько плохо?       Марк усмехается.       — Дело не в этом, слушай! Ты не понимаешь.       В трубке раздается громкий слюрп горячего чая, Марк отодвигает телефон от уха. Разговор со стариком был бы приятнее.       — Да.       — Пизда, — Марк хочет подняться с кресла и пройтись пару кругов по комнате, но видит таракана, поэтому быстро решает отложить это на попозже. — Сейчас… главное не это, а то, сколько он будет мне платить. Может, я смогу, наконец, съехать из этой проклятой хаты.       — Будет платить тебе телом, переедешь к нему, чтобы все и сразу.       — Не переноси свои влажные фантазии на меня.       — Как хочешь.       Демьян еще немного рассказывает, — скорее, жалуется, — про свой день, про глупых коллег и бесконечную бумажную волокиту, а ровно в десять говорит, что идет спать. Марк никогда к этому не привыкнет.       — Скинь его аккаунт в инсте, — просит он напоследок. — На оценку.       — Я не помню, — отмахивается Марк. — Поищи сам.       — В подписках у тебя?       — Сходи на хер.       Он злобно тычет на кнопку завершения вызова и с внутренним удовольствием отмечает, что он, наконец, успел сделать это раньше Демьяна.       ***       — Руша! Подойди, пожалуйста!       Василиса Михайловна выглядит очень бодрой и радостной. В ее ресторане уже располагаются работники для ремонта, а сама она решает какие-то вопросы с девушкой, выглядящей знакомой со спины.       Марк подходит, засунув руки в карманы брюк. Влад написал ему вчера ночью — не самая лучшая привычка, — что дресс-код важен.       — И ты здесь, — вместо приветствия говорит Ника, — Руша.       Марку очень хочется сказать ей пару вежливых слов, но не при Михайловне.       — Никуш, конечно, я здесь, — он улыбается и почти невесомо проводит по ее открытому плечу, с прищуром отмечая мурашки. — Ты ведь без своего руководителя не сможешь разобраться, что к чему.       Густо накрашенные ресницы на секунду вздрагивают, Ника отодвигается и закатывает глаза.       — Руководителя? Руша, Владислав и вправду взял тебя?       — А вы во мне сомневались? — вновь тянет губы в улыбке он.       — Нет, ты чего! — она смеется и машет рукой. — Владислав показался мне очень осторожным и придирчивым в плане своего ресторана. А как он спрашивал меня всё обо всем! Сразу видно — разбирается мальчик.       Этот мальчик пристает к своим работникам, думается Марку, но вслух он предпочитает лишь промычать.       — Так вы меня звали? — Марк потирает ладони и оставляет их сцепленными. Влад просил его быть к двенадцати, как вчера.       Ника отвлеклась на рабочего, подошедшего с планом. Марку интересно, чем она здесь занимается и за что ответственна, но спрашивать у нее он, конечно, ничего не станет.       Михайловна недолго роется у себя в сумке, Марк подсматривает краем глаза: полнейший беспорядок. Женские сумки после Ники всегда представлялись небольшими и опрятными, с минимумом вещей.       — Посмотри, — женщина протягивает ему небольшой брелок. Черная кошачья голова с золотыми глазами. Очевидно дешевая: краска то и дело выступает за края. — Увидела в магазине, подумала, что похож на тебя, — Василиса улыбается и вкладывает его в руку Марка. — Это мой тебе прощальный подарок. Видела, что у тебя ключи пустые, так хоть поинтереснее будет.       Значит, это то, про что говорят «мелочь, а приятно». Марк улыбается, сам того не заметив.       — Спасибо, — он сжимает брелок в кулак, чувствуя, как пластиковые уши впиваются в ладонь.       — Обязательно работай хорошо, я буду следить.       — Конечно.       Василиса Михайловна крепко обнимает его и оставляет громкий поцелуй на щеке. Ее сладкий парфюм заполняет легкие и на несколько секунд становится тяжело дышать.       На душе вдруг так легко и спокойно, что плечи расслабляются и опадают. Ему казалось, это расставание будет тяжелым и печальным, но в чужих глазах напротив он видит лишь радость, и то же ощущает у себя в груди.       Новая работа, даже несмотря на определенных личностей, заставляет предвкушение щекотать его внутренности. Пальцы подрагивают, когда он убирает брелок в карман.       — Я пойду, — он кидает быстрый взгляд на время — как раз на доехать.       — Не забыл ничего? — Михайловна осматривается вокруг, будто у него есть что-то настолько большое.       — Нет, если что, приду, — он на всякий, самый крайний случай вспоминает, что нужно было забрать и что он взял. — До свидания.       — Давай, пока.       Василиса Михайловна продолжает улыбаться и провожает его взглядом, пока он идет к двери. Маленький ресторан запоминается ему спокойствием, стабильностью, хорошей хозяйкой, коллегами, прокуренным кабинетом, разбитыми тарелками и тишиной по утрам. Он оставляет за спиной два года, шагая в новую неизвестность.       — Минута.       Влад встречает его возле самой двери во всей своей красе. Как и в предыдущие их встречи, на нем светлая рубашка и свободные брюки, поза расслабленна, но лицо держит серьезный вид. Часы с черным ремешком появляются у Марка перед лицом, показывая несчастные двенадцать ноль две.       — Классные часы, где купил?       — Ты не знаешь такого, — Влад оглядывает его с головы до ног и хмурит брови. — Это что?       — Что? — Марк так же осматривает себя, но не понимает, в чем дело.       — У нас другая форма.       — Ну ахуеть, — Марк вскидывает руки. — Я знал?       Вопрос остается без ответа. Марка ведут через весь зал, куда-то в темный угол, где оказывается неприметная на фоне стены дверь. Влад, провернув ключ в замке, протягивает связку Марку.       — Твой кабинет, — он открывает дверь и пропускает нового хозяина вперед. — Курить нельзя, закидывать ноги на стол — тоже. Если захочешь что-то изменить в дизайне, скажи.       Высокий потолок, пастельных тонов стены, мягкая, новая мебель, обилие книг на навесных полках и различные элементы декора — такие кабинеты Марк видел только в инстаграме. Особого восхищения подобные посты не вызывали, было очевидно, что это все излишня показуха ради аудитории. Однако сейчас, стоя в таком же помещении с приятным глазу интерьером он думает, что, возможно, в работе здесь есть что-то такое. Что-то, что, помимо зарплаты, заставит его возвращаться сюда.       — Нравится? — Влад снова не ждет ответа. — Очень советую прочитать эти книги, — он показывает на полки ладонью, в его интонации слышится не «советую прочитать», а «прочитай», — я выбирал их сам. Если кратко, это руководства по работе в ресторанах высшего класса. Все об этикете, правилах подачи и обслуживании. Ты не часто будешь в зале, — уточняет он, — но знать все это надо. Кабинет можешь закрывать, когда уходишь.       Слова благодарности запинаются о гордость. Влад, кажется, ждет от него именно их, но Марк лишь оборачивается к нему и поднимает уголки губ.       — Пока сойдет, — светлая бровь насмешливо поднимается, но Влад ничего на это не говорит.       — Пошли.       Влад ведет его по залу, показывает кухню, кладовую, черный выход, второй этаж, попутно рассказывая о деталях работы и обязанностей, о будущих подопечных Марка и своих правилах, которые кровь из носа нужно соблюдать. На прошлом месте из правил было не бить гостей (по возможности), поэтому такое обилие запретов становится непривычным.       Когда Влад заканчивает с обходом необходимых помещений, они стоят посередине зала на втором этаже. Пахнет средством для мытья окон и одеколоном Влада, пока тот стоит чересчур близко, снова игнорируя малейшее понятие личного пространства. Марк чешет затылок, делая почти незаметное движение в сторону.       — Вроде все понятно, — говорит он, смотря куда-то на чужой бритый затылок. — Когда открытие?       — Послезавтра. Будет запара, так что прочитай то, что я сказал и как следует приготовься. Нельзя допустить, чтобы кто-то облажался в первый же день, — он смотрит на Марка сверху, даже если их разница в росте три-четыре жалких сантиметра. — Если это будешь ты, Марк, я не посмотрю на то, что ты только пришел.       Марк хмурится. Многие его недооценивают из-за вида расслабленного и безответственного человека, скептичного взгляда и привычки не отвечать людям вслух, если они говорят слишком много. Даже если так, это не мешает ему серьезно относиться к своей работе и делать больше, чем требуется. К тому же, он здесь не совсем по своей воле. Он открывает рот, чтобы возмутиться, однако Влад оказывается первым, продолжая свой монолог:       — Мой ресторан будет идеальным. Люди будут приходить сюда и знать, что они отлично проведут время. Еда, подача, обслуживание — все будет на высшем уровне, чтобы они были готовы платить за это большие деньги. Я — шеф, — этот факт действительно удивляет. До этого Влад никак не показывал и не упоминал свою роль в этом месте, — мой ресторан получит мишленовские звезды и станет самым популярным в стране, — глаза его загораются, а губы трогает улыбка.       На самом деле, Марк не очень согласен с его убеждениями. Не столько «не очень», сколько «совсем». Насколько ему известно, в подобном деле нет места «я», есть люди, которые помогают тебе с достижением твоих целей. Будет замечательно, если у Влада в коллективе собраны именно такие, Марк ему похлопает. Он косит взгляд, проходясь по столам с красивой светло-бежевой скатертью, лишь бы не смотреть в голубые глаза напротив.       — Ты будешь со мной, — утверждает Влад, ткнув в него пальцем.       — Я? — Марк промаргивается и делает полшага назад. — Ты в себе?       — Ты, — Влад, в свою очередь, делает шаг навстречу. Носки потрепанных кроссовок и едва не блестящих туфель почти сталкиваются. — Ты будешь смотреть, как я стану еще известнее. Ты увидишь, как я добьюсь того, что тебе даже не снилось.       — А мне от этого какая польза вообще? — Марк двигает бедром стул и делает шаг левее.       — Тебе не нужен богатый и красивый мужчина? — тот сдвигает брови не переносице. — Ты не хочешь успеха?       Марк правда не понимает, что к чему. Может, Влад внезапно переключился на другой язык? Причем тут вообще он?       — Есть кандидаты?       — Посмотри получше, — в голосе ни грамма шутки. Марк не может зацепиться за его интонацию, не может прочитать лицо и угадать, что у него в голове. Не может понять, чего Владу от него нужно. Он оглядывает почти пустой зал: пара официантов проверяют расстановку столов, уборщица моет окна. Красивых и богатых мужчин на горизонте не видится.       — Не вижу.       Когда Влад немного отодвигается и устало выдыхает, Марку думается, что он понимает все, но не хочет этого показывать. Этот парень изучен на один процент из миллиона, и так сразу давать ему прочесть себя нельзя.       — Наблюдай получше за людьми вокруг, наверняка увидишь кого-то, — он прикладывает палец к подбородку, а потом мотает головой. — Не кого-то левого. Вообще, забудь эту фразу сейчас. На меня смотри, — призывает он, когда Марк снова уводит взгляд в сторону разводов на окне. — И всё.       Влад говорит не совсем правильные вещи.       — Слушай, — Марк осматривается по сторонам на предмет любопытных ушей, однако все, кто здесь был, испарились, — не знаю, что ты там себе надумал, — он делает голос тише и подходит ближе. Нельзя, чтобы слышали даже стены, — то, что между нами было, ничего не значит. Ты понимаешь это?       — Ты за отсталого меня держишь?       — Что я должен был подумать? Твои распинания о будущем, в котором должен быть я; какие-то прикосновения; теперь на тебя смотреть приказываешь, что дальше?       — Собираешься здесь отношения выяснять? — Влад двигает рукой, показывая на зал позади себя.       — Хочу понять, чего тебе от меня надо.       Как оказалось, мертвого разговорить проще. Марк не пробовал, но, судя по тому, как ведет себя Влад, скоро появится тот, на ком можно попробовать.       Пробовать будет Влад.       Он молчит и выдерживает самую неловкую в жизни Марка паузу. Две несчастные минуты длятся как все десять, пока они оба мнутся на месте, не делая ни шага друг от друга. Марк складывает руки на груди, смотря за тем, как поза Влада становится расслабленнее, и он убирает руки в карманы. Брови хмурятся, и он поворачивает голову в сторону, одним глазом смотря на парня перед собой.       — Следующий вопрос.       — Ты на интервью, блядь? — пришла его очередь устало вздыхать. С этим парнем по-другому не получается. Марк чуть наклоняет голову. — Короче, я люблю, когда с начальством хорошие отношения. Не люблю, когда мне напоминают о моих ошибках. Понимаешь, о чем я?       Влад поворачивается к нему, прищурив глаза.       — Я пытаюсь добиться хороших отношений, но ты строишь недотрогу.       — Это к тому, что та ночь — всё, — он хлопает в ладони. — Ничего не было. Мы с тобой новые коллеги, как тебе?       Влад снова молчит, сотрясая воздух своими мыслями. Марк не дожидается его ответа — если тот вообще планировал отвечать, — и разворачивается в сторону лестницы.       — Я пошел.       — Не забудь про книги, — говорят ему в спину, получая средний палец в ответ.       По крайней мере, это не такая же придурошная фраза, как в прошлый раз.       Зайдя в кабинет один, Марк уделяет немного больше времени его осмотру. Дизайн не вычурный, скорее, простой, но удобный. Мелочи декора дополняют общую картину и добавляют уюта. Тарелка свежих фруктов на журнальном столике, небольшой диван в углу, плотные жалюзи, большой монитор, кофеварка — Марк проходится взглядом по всему, что попадется. В ящике стола находятся ручки, карандаши и мелкая канцелярия.       Понимая, что у него действительно не получится «как следует» взаимодействовать с гостями из другого класса, Марк честно берет одну из книг и усаживается на диван. Страниц достаточно, чтобы провести за ними весь оставшийся день.       На форзаце его встречает желтый стикер с аккуратными буквами. Марк хлопает глазами, а потом отодвигает часть без клея — это не рисунок в книге.       «Какое твое любимое блюдо?»       В голову тут же приходит один-единственный вариант, кто это мог быть.       Губы кривятся в усмешке, и Марк усаживается на диване поудобнее. Внимание переключается на бумажку у него в руке, и изучение этикета не кажется таким уж обязательным.       Он думает о том, почему Влад не спросил об этом лично, почему вообще спросил, и как получше ответить. Желтый стикер складывается под когда-то прозрачный чехол телефона, а пальцы быстрыми движениями открывают нужный чат.

От: марк👍

борщ

От: не отвечать ? Из всех существующих супов Ты выбираешь борщ

От: марк👍

какие у тебя претензии к борщу

От: не отвечать 0 Что-то еще? Блюда авторской кухни?

От: марк👍

зачем тебе

От: не отвечать Ответ тот же       Марк стучит короткими ногтями по задней крышке телефона и покачивает ногой. Открытая на форзаце книга лежит возле бедра.

От: марк👍

приготовь мне что нибудь

может попадешь в мои предпочтения

От: не отвечать Мне делать нечего

От: марк👍

я так и думал

вперед

      Книга все-таки открывается на предисловии автора, и Марк погружается в чтение, то и дело косясь на телефон.       В следующий раз Влад пишет ему только вечером: короткое «Иди домой» в пол седьмого. Марк, закончив вторую, похожую по содержанию на первую книгу, скептично поднял бровь. Не то чтобы он ждал их встречи или, раз на то пошло, какого-то блюда, но ощущения были не слишком приятными.       Вечер встречает его холодным ветром и темнотой.