В огне

Глава 24

Утром у меня уже были готовы и сюжет, и картинки. Чувство, как будто посадил сад и отдыхаешь где-то на кушетке в ожидании плодов. Я почти ликовал, нажимая значок «отправить». Итак, Мелли выбралась из тюрьмы. Думает, как ей ограбить банк, но идёт на площадь. Там обожравшаяся индеек тварь лежит под ёлкой, попивая колу. У Мелли в руках кухонный нож. Тварь пытается бежать, но ей мешает сердце, оно тяжёлое и валит с коротких ног, тянет вниз вместе с набитым индейками пузом. Она вешает сердце на ель и уносится прочь. И вот оно у неё – горячее сердце Грэма. Настоящее Рождественское чудо. «Ну что, Митч, как тебе ФИНАЛ?» Конечно, он не ответил. Третий день Рождества – день, когда дрыхнут до обеда, наслаждаясь тем, что на работу только завтра. Хотя это не про меня. Я снова бродил по городу, то и дело поглядывая на экран. Никто меня не хотел – ни Уилл, ни Донни, ни Карен. Даже мой «страдалец» из Твиттера куда-то провалился. Ещё никогда мне так сильно не хотелось заступить на смену. А едва переоделся – сразу оттуда сбежать. «Где ты увидел ФИНАЛ, Сандер?» - наконец ответил Митчелл. «А что это, по-твоему? Агония?» «Мне, как читателю, не понятно, чем это закончится. Сердце в руках – ничего не значит. Может, Грэм счастлив и без него» «Как можно жить без сердца, Митч?» «Ты не поверишь, Блэйк! ЛЕГКО!» Знал бы Митчелл, насколько убил меня своим ответом… Это нарисованное сердце в тонких ладошках мультяшной героини - на самом деле моё. - Привет, Сандер. На скамью в раздевалке упала сумка, следом полетела куртка и худи с капюшоном, с грохотом открылась металлическая дверь шкафчика. - Уилл??? Я его совсем не ждал и просто безумно счастлив видеть. Чего нельзя сказать о нём. У Билли потухший взгляд и серое осунувшееся лицо, на скуле свежая царапина. - Что случилось? - Ничего, - сказал он отстранённо, - всё в порядке. Приступаю к службе. - Но разве ты не должен был вернуться после праздников? - Праздники закончились, Блэйк. - А Новый год? Уилл взмахнул руками. Изуродованная ладонь сжалась в кулак, и он грохнул им в стену. - Могу я попросить тебя… пожалуйста, просто молчи. Он спрятался в свою каморку, делая вид, что разбирается с документами. Сквозь полуоткрытые жалюзи я наблюдал, как он время от времени кладёт голову на руки, сложенные перед собой, и сидит, уставившись в одну точку. - Уилл тебе что-нибудь говорил? – спросил я Карен. - Нет… Я только знаю, что сегодня его никто не ждал. Смена, слава Богу, выдалась спокойной. Пожарные выезжали всего пару раз. Уилл держался отстранённо и мало с кем разговаривал. Вечером я сварил кофе, добавил к нему немного виски и положил на блюдце круассан с шоколадом. Рядом насыпал горку морковок маршмеллоу. - Можно к тебе? – спросил я, просунув голову в дверь. - Только если очень срочно, - ответил Уилл. - Срочно… Ты не обедал, Билли. Тебе срочно нужно что-нибудь съесть. Хотя бы морковку. Я показал ему язык, оранжевый от маршмеллоу, а губы я изначально подрисовал зелёным от морковного хвоста. Выглядел, как клоун, зато его щёки немного порозовели. - Спасибо, мамочка, - Уилл попытался улыбнуться и показал на телефон, - твоё счастье, что я не Вэнди. А то опять бы покорял Инстаграм. - Ты сейчас сам таким же будешь, - пообещал я, проглатывая конфету, вязкую, как резина. Как он вообще такое ест? Уилл смотрел на поднос без особого восторга. Отхлебнул кофе чисто из вежливости и сразу же поставил назад. - Это что, виски, Блэйк? - Только не зуди, что мы на работе. Уже вечер, Вудсток давно ушёл. А я с удовольствием выпью с тобой и чистый. - Ты правда… хороший друг… но не сейчас. - Друг, - повторил я, - что случилось, Билли? Но этот чёрт умел быть упрямым. Даже похлеще, чем я. - Блэйк, я ценю твою поддержку и всё такое прочее, но… мне нужно побыть одному. Пожалуйста! - Ладно! Я обнял его сзади за плечи и положил подбородок на голову. Он попытался вырваться, но до копа-армрестлера ему далеко. - Твой персональный Хатико тоже побудет здесь. - Блэйк… Уилл весь затрясся, и я сперва подумал, что он плачет, но нет. Он смеялся, и глаза его, как и раньше, сияли голубым. - Ты как BeamBomb. - Что? Кажется, у меня температура – меня одновременно бросило и в холод, и в жар. - Ну, лучевая бомба в игре, - пояснил Билли, - если рванула из винтовки, то никуда не деться. Достанет везде. - Знаешь, с Багзом Банни было намного проще, - я облегчённо выдохнул. - Раньше всё было проще, Блэйк… Уилл задумчиво смотрел перед собой, то сжимая в кулак, то разжимая ладонь в шрамах. - Мы с Хантером расстались. Мне стоило больших усилий изобразить сочувствие, а не радость. Глубоко в душе я только что не танцевал. Чёрт! Я всё-таки дожил до этих слов! Меня слегка отрезвило грустное лицо Билли. - Как можно поссориться, катаясь на лыжах? – спросил я. - Надеюсь, ты не скажешь, что вы не поделили счёт? - Знаешь, не смешно… Уилл закрыл лицо руками, пригладил ладонями волосы назад. У него снова усталый и вымученный вид, морщинки в уголках рта. - У нас и раньше не было гладко… Как у любой пары. Вечно не хватало времени друг на друга, мои смены, его встречи… Я думал, эта поездка сблизит нас. Сначала всё было хорошо, а потом появились его коллеги. Я не знал, что они там будут, хотя это вполне в его духе – Хантер ненавидит отдыхать просто так. Там была одна дамочка, вся такая из себя. Как сейчас говорят, в тюнинге. Мы сели ужинать, а она ушла, потому что ей стало плохо. Как выяснилось, её чуть не стошнило из-за моей руки. - Билли! Я накрыл его ладонь своей и погладил пальцами шрамы. Уилл отдёрнул руку и спрятал под стол. - Она редкая дрянь, и только! - Ну, она хоть не сказала мне этого в лицо. А Хантер да. Я замечал, что что-то не так. Но после этого ужина он сделал это открыто. - И ты его послал? Красавчик! Я бы ещё и врезал. - Да уж… Он вскочил на ноги и нервно зашагал по кабинету. Видимо, это ещё не всё. - Ты бы смог… ну, спать с девушкой с такой рукой? А что рука… Да, неприятно, но только поначалу. Я уже не обращаю внимания, как будто так было всегда. - В постели меня интересуют совсем другие части тела. - Хантер сказал, что его воротит даже от мысли, что я к нему прикоснусь такой рукой. - Можешь не продолжать, Билли! Он просто дебил! Значит, они не спали вместе в это Рождество, и все эти весёлые фотографии – напускной блеф? Я вспомнил, что вытворял с Донни на диване, и не знал, радоваться мне или плакать. Что за чёрт? - Думаю, он не один такой, - Уилл закусил губу, в этот раз без улыбки. - Это всего лишь шрамы, Билли! Это ерунда. У некоторых такие татуировки прямо на роже, что хочется блевать. И ничего… живут. И даже плодятся. - Ты просто, - он долго мялся, подбирая слова, - если бы ты был геем, ты бы понял. Да, детка, в том-то и дело, что я гей! Но я ни черта не понял. Кто на хрен смотрит на какую-то руку, когда целуют губы, когда ласкают языком член, когда кровь стучит в ушах от того, что любимый стонет, принимая твой ствол в себя? Как много я мог ему сказать, только не понимал, как… Я нагородил такую кучу лжи, пытаясь выдать себя за натурала, что сам уже не знал, как выбраться из этого дерьма. Вот как я ему скажу об этом сейчас? Какими словами? «Билли, я тебя обманывал. На самом деле я гей и очень хочу тебя». Это даже звучит нелепо! Уилл раздавлен и зол на Хантера. Будь я на его месте, я бы просто себя послал… Я ещё никогда так не радовался сигналу коммуникатора, как в этот раз. И никогда так быстро не летел на вызов. Когда мы вернулись, Билли спал на диване, свернувшись калачиком, как котёнок. Я накрыл его сверху курткой – больше ничего не нашёл. И полночи просидел в раздевалке. В голове уже сотня сценариев, как я рассказываю ему правду. В первую очередь, просто целую его, без слов… Я не представляю, как он отреагирует на самом деле. Меньше всего мне нравится вариант «прости, Блэйк, но… я уже привык к тебе, как к другу»… Я проснулся от противного скрипа металлической двери над самым ухом. Брайс что-то искал в своём шкафчике, расшатанная дверца гуляла туда-сюда. Я заснул, прислонившись спиной к стене, сверху меня накрыли моей же курткой. Уилл… - Твой приятель ушёл минут двадцать назад, - сказал Брайс, - попросил Сейфа подменить его на вторую смену. Вот как? Надеюсь, он не задумал ничего такого? Я достал телефон, выбрал его номер – короткие отрывистые гудки, и так полчаса подряд. Он что – отправил меня в чёрный список? Блядь… В Ватсапе светилось сообщение «Прости, Блэйк. Мне нужно побыть одному сегодня». Вот так… Я запихнул куртку в шкаф. Он не хотел закрываться, и я прошёлся кулаком по дверце пару раз. Не помогло. Её словно заклинило. Я выдернул её с петель, затем поставил назад. Что-то мелкое упало на кафельный пол и покатилось в угол. Я наклонился, и меня прошиб пот. Там лежала пуля. Её никто не крал, она, блядь, просто застряла в щели покорёженного шкафа… И что мне теперь с ней делать? Времени прошло прилично, месяц, даже больше. Донни меня прибьёт. Или окажется, что это уже вообще никому не нужно. Я маялся полдня с этой пулей. Мне казалось, я уже знал наизусть все её царапины. Выбросить не поднималась рука. Ведь это не просто улика. Я бы сказал, это прямой указатель, что те парни не шутят. В следующий раз они запросто пристрелят кого-то из ребят. Поэтому после смены я отправился прямиком в участок. Донни сидел в своём кабинете, развалившись в кресле и закинув ноги на стол. Вид у него довольно помятый, волосы растрёпаны. Воздух пропитался запахами сигарет и перегара. - Ты не против? У тебя здесь газовая камера, – сказал я, открывая окно настежь, - или сеанс токсикомании? - Нет, я ждал, пока прилетит заботливая фея. Донни прикрыл глаза, морщась от яркого света. Они у него красные и усталые, однако заблестели, едва я присел напротив него. - Ты соскучился, Блэки? - Почти, Дон… Я положил на стол пулю, и он ещё с минуту сидел, уставившись на неё. - Что это? - Это «подарок» с того самого пожара, когда у Билли обгорела рука. Там был один парень. Он в меня стрелял. - Блэйк, ты!!! Ты вообще соображаешь??? Донни хлопнул кулаком по столу так, что с него полетели бумажки. У него даже побелели губы, а зрачки неприятно сузились. - У меня только два вопроса. Какого хера ты об этом молчал? И какого хера ты говоришь об этом сейчас? - Я не знаю, что тебе ответить, - честно сказал я, - я говорил об этом ребятам из бригады. Мне никто не поверил. - Кому конкретно? - Всем. Шелдону, Брайсу, Харрису… - Никто не упоминал об этом. Я помню наизусть все отчёты, Блэйк. Но, главное, почему ты не сказал мне? - Я хотел… А ещё я так хотел прорваться к Уиллу, что решил опустить эту маленькую подробность. - Но я думал, что потерял эту пулю… И не хотел выставлять себя клоуном, которому что-то померещилось. Ребята так мне и сказали. Никто ничего не заметил, кроме меня. - Потерял, - в голосе Донни звучал сарказм, - а теперь вдруг нашёл. - Да, сегодня утром. У меня дырка в куртке, она упала куда-то в шкаф. - И я, по-твоему, должен во всё это поверить? - Делай с этим, что хочешь, Дон… Начинаю думать, что Сейф был прав. Я просто выставил себя идиотом. - Ты и есть идиот, Блэки… Если всё так, как ты рассказываешь, ты ходячая мишень. Я не зря подозревал, что это надолго. Донни потащил меня в сгоревший торговый центр, мы битый час лазили по этажам, пробрались в комнату с люком. Он заставил меня лечь на пол и показать, как это было. И нашёл маленькое отверстие от пули под потолком. - От этого, конечно, мало толку, - Дон задумчиво тёр заросший подбородок, - ты похерил мне целое расследование, Блэйк! - Ну так выбрось эту пулю и забудь. - Но это хоть какая-то зацепка. Я отдам её баллистикам. - А я… Чёрт, мне нужно было молчать, но я не мог. Я очень хорошо запомнил глаза этого парня. - Я мог бы кое-что нарисовать. Верхнюю часть лица. - Ну да, ты же у нас художник, - усмехнулся Донни, - мультипликатор. - Я сделаю это лучше, чем ваш фоторобот, - огрызнулся я. - Валяй. Когда, после Нового года? - Он уже завтра, Дон. - И… какие у тебя планы? Донни сжал губами сигарету и щёлкал колесом зажигалки. Пальцы его дрожали. Он старался смотреть куда угодно, только не на меня. - Я поеду к родителям. - Но это же в Филадельфии, Блэки. - Знаю… У меня есть ещё полдня, чтобы добраться. - И когда ты это решил? - Я всегда так делаю на Новый год. И это, кстати, правда. Только не в этот раз. Но знать ему об этом необязательно. Донни выпустил в чёрный закопченный потолок тонкое колечко дыма, лицо его было грустное. - Кажется, я начинаю понимать, когда ты врёшь, Блэки. - И что я должен на это ответить? - Не знаю… Он как бы случайно дотронулся до моей ладони, я быстро убрал руку в карман. Донни усмехнулся. - Я обещал, что не буду тебя доставать, Блэки… Можешь не переживать… я уже поимел тебя… как хотел. Больше… не интересно. Но в этот праздник тебе лучше никуда не соваться. Много фейерверков, много пожаров… ты меня понял, парень? - Вполне. А Буйвол умел кусаться, без крови, но побольней. Хотя я рад, что не пришлось ничего выяснять – он сам всё сказал за нас двоих. Но было немного гадко. Совсем чуть-чуть. Донни развернулся и ушёл, оставив меня в одиночестве. Я уже набирал такси, как вдруг увидел, что он ждёт меня на улице, прислонившись спиной к машине. Больше ни слова о празднике, он просто отвёз меня домой. - Жду твой рисунок, Блэки. - Отправлю тебе на мэйл. Дома я быстро принял душ и достал свои наброски. Я уже рисовал этого парня, и не раз. Отобрав самые удачные, я включил сканер. Пока он грузился, я полез в телефон и обнаружил сообщение от Уилла. «Привет, Блэйк. Пишу, на случай, если ты переживаешь, что я прыгнул с какого-нибудь моста (смеющийся до слёз смайлик). Я гулял всю ночь и решил, что неплохо начать всё сначала. Я имею ввиду жизнь. Поэтому сегодня и иду в клуб. Оторваться. Найти кого-нибудь. Я уже не делал этого лет сто – так что держи за меня пальцы. И если вдруг я сильно напьюсь, с праздниками, Блэки! Люблю тебя!» Люблю тебя… Так не пишут парню, с которым ничего нет. Только если этот парень –друг, достаточно близкий, чтобы не подумать ничего такого. Особенно, если так пишет гей. Кусает похлеще, чем «откровение» Донни. Я бросил рисунки и полез в интернет. Гей-клуб, значит? Не думаю, что в этом городе их сотни. Я нашёл целых два и несколько гей-баров, включая тот, что почти под моим окном. Я настолько зол, что готов обойти их все. Один из клубов продавал билеты на новогоднюю GayParty, обещая «море драйва, любви и стриптиз». Второй предлагал «вечеринку в темноте». Господи, какая отбитая хрень... Я оплатил онлайн билеты в оба и старался не думать, что скажет Билли, увидев меня там. В первую очередь я отправился в «гавань стриптиза», мекку для малолеток и наркоманов, которые между делом толкали друг другу кайф. Дым стоял столбом, нужно было назвать это «вечеринка в тумане». Я долго искал Билли в толпе танцующих, скачущих, визжащих, и понял, что не найду. Меня уже тошнило от запаха наркоты. Все эти парни-стриптизёры с блестящими телами, прозрачными насадками на членах – типа не совсем голые, навевали тоску. - Привет! Что-то в этом парне было знакомое. Кажется, он из того бара, «Ночной демон». Да, точно, тот самый бармен, Джастин. Видимо, тоже решил развеяться. - Ищешь себе приятеля на ночь? - Нет. - Жаль… Но если передумаешь, вот мой телефон. Джастин сунул в задний карман моих джинсов визитку, не упустив шанса меня полапать. - Классная задница, Блэйк! Он быстро растворился в толпе, а я решил, что пора уносить ноги, пока меня не срисовал ещё кто-нибудь. Минут через пятнадцать парень с серебряными волосами и пирсингом в носу уже сканировал мой билет на «вечеринку в темноте». Я почему-то ожидал, что это будет что-то вроде группового свидания на ощупь, нам выдадут неоновые браслеты или повязки, чтобы гости не затоптали друг друга. Но создатели идеи, похоже, не понимали разницы между «темнотой» и «полумраком». Я мог рассмотреть любого, примерно, как в первом ряду кинотеатра. Без особых красок, зато хорошо видны черты лиц. Здесь было потише, а ещё эта вечеринка хоть как-то напоминала о том, что сейчас праздники. Над барной стойкой развесили гирлянды, по бокам круглой сцены две небольшие ёлки, сверкающие шарами. А в остальном, глаза всё также щекотал дым, а на данс-поле было не протолкнуться. Я пару раз обошёл вокруг толпы танцующих и решил, что неплохо бы выпить. - О, вижу тебя обделили вниманием, - сказал бармен. - Что? – я немного не понял, что он имеет ввиду. То, что я один? Таких половина бара. Можно не переживать – эти ребята скоро очнутся и запустят функцию «поиск». Но бармен неожиданно перегнулся через стойку, и прежде, чем я успел открыть рот, выпустил мне на голову струю из пульверизатора. - Вот, теперь, как надо, - он довольно улыбался. Чёрт, только теперь я заметил, что у большинства волосы странно блестят. Не только волосы – лбы, щёки, плечи. Кому куда повезло. - Это что – типа боевой окрас новогоднего гея? - Я как-то не думал, но звучит здорово. Что будешь? - Виски. - Сегодня в тренде текила, - бармен кивнул куда-то в сторону, - этот парень точно оставит здесь половину месячной зарплаты. Я поднёс стакан к губам, посмотрел, куда указывал бармен, и чуть не поперхнулся. Билли… Я едва его узнал. На нём обтягивающие джинсы – похоже, голубые, в темноте не особо видно. Белая майка без рукавов, на шее блестит цепочка, на правой руке белая кожаная перчатка без пальцев. Видимо, он понравился кому-то на входе – блесток ему отсыпали от души, даже нос переливался в тусклом свете настенных ламп. Невероятно красиво – для меня. Вот точно так выглядит Грэм в моём воображении… «Привет, Грэми, это я, Молли, у меня есть сердце – хочешь половинку?» Господи, какой бред… Я осушил виски одним махом. У бармена чуть приподнялись брови, он молча налил ещё. - Хочешь к нему подкатить? Вот шоколадка. Ему неплохо заходит под текилу. Я в первый раз вижу, чтобы закусывали лимон. - Есть мороженое с клубникой? - Нет… есть клубничные макаронсы. Но стоят почти как Харлей. - Давай. Я протянул ему двести баксов – пусть успокоится, я платежеспособен, и бармен поставил блюдце с четырьмя крошечными пирожными. Похожи на гамбургеры в миниатюре. - Не мне – ему. Я наблюдал, как Билли удивлённо завис над угощением. Он не оглядывался по сторонам, как сделал бы на его месте любой. Я даже расслышал его спокойный голос «вы, наверное, ошиблись». Бармен покачал головой и сунул блюдце прямо в его ладонь. И, наконец, наши глаза встретились. Не знаю, что там у меня написано, меня буквально рвало на части от желания его обнять. Во взгляде Билли – странный коктейль, как его текила с шоколадом. Немного радости, немного смятения и грусти, а в целом на лице тоска. Я пересел поближе, и он протянул руку, стряхнул с моего подбородка блёстки, они полетели в стакан. - Ты выглядишь примерно также, - улыбнулся я. - Я, как блестящая тень. Меня никто не видит. - Ну, я тебя увидел. - Ты – это совсем другое, Блэйк… Мне иногда кажется, у тебя есть маленькие щупальца, которые лезут в душу… Ты видишь меня насквозь. Я рассмеялся, хотя на самом деле не смешно. У него уже совсем поплывший взгляд. - Билли, сколько ты уже выпил? - Я думаю, много. - Знаешь, приятель, если хочешь напиться, совсем не обязательно идти вот сюда. - Но здесь… здесь хотя бы весело. - Ага, я вижу. Уилл аккуратно подцепил пирожное и надкусил. На губе остались розовые крошки. Он собрал их пальцами и слизал языком. - Хочешь? – спросил он, заметив мой взгляд. - Только кусочек. Я взял его руку с половинкой макарона и поднёс ко рту. Это сладкое хрустящие месиво на языке вполне даже ничего. Глаза Уилла вспыхнули, кадык дёрнулся, как будто он сглотнул. - Что… что ты делаешь? - Ты сам предложил. - Я не об этом… Что ты делаешь в гей-клубе, Блэйк? - Здесь вроде бы открыто для всех. А я решил, что хочу присмотреть за одним приятелем. - Но… Уилл явно нервничал и смотрел на меня во все глаза. - Ты же терпеть не можешь геев. - Потише, Билли… Здесь вас целая банда. А я один. И у тебя с собой нет рапиры. Он рассмеялся, насыпал соль на здоровую ладонь и запрокинул в горло ещё одну рюмку. Следом лимонная долька, кусочек шоколадки, макарон... У меня глаза на лоб полезли. Надо бы снять видео и сбросить Вэнди – это будет очередной инстаграмм-хит. - Здесь никто не будет с тобой драться… Просто выкинут на улицу. Видел вон тех громил? Я видел. Четыре двухметровых шкафа с повязками «секьюрити» на здоровенных плечах. Один до сих пор исподтишка строил мне глазки. - Ну да… Ты вроде хотел оторваться, найти кого-нибудь. И как? Он вздохнул и распластался на барной стойке. - Я уже, наверное, стар… Я смотрю на этих малолеток, прыгают, как идиоты… А они на меня, как на олда. - Кого? - Олд, папочка, старик. Гей, который не будет зажигать до утра и спокойно живёт без экстази. Который в ужасе от вечеринки без презервативов. И не будет вон в той комнате за шторами делать какому-то незнакомцу минет. - Где ты этого нахватался, Билли? - Потусуйся здесь ещё часок, ещё не то услышишь. М-да… Я давно не посещал подобные места. Думал, это всё уже осталось в киношных фантазиях. - Слушай, пойдём отсюда. - Нет. - Ты сам говоришь, что ловить здесь нечего. - Я… я попробую перешагнуть через себя. Быть правильным – так неправильно, Блэки. - Да ну тебя. Я сделал глоток виски и шепнул бармену, чтобы больше ему не наливал. Обещал платить за каждую неналитую рюмку. Тот ухмыльнулся и положил на стойку шоколадку. - Красавчик, хочешь потанцевать? За спиной стояли два парня, чуть младше меня. Один мускулистый, весьма неплохо сложен. Второй чуть пониже, с шикарной татуировкой в виде дракона по всему плечу. - А ничего, что вас двое? - Хочешь, можем все вместе… Хочешь – выбирай. - Я вообще-то уже с ним, - я кивнул на Уилла. Парни многозначительно переглянулись, у того, что с татуировкой, даже глаза загорелись. Но я остудил их пыл. - И нам достаточно друг друга. - Олды… - Вот, о чём я говорил, Блэйк, - прошептал Уилл. Он сделал знак бармену, но тот, как мы и договаривались, свалил в другой конец. Уилл долго возмущался, а потом стащил у меня виски. - Скажите мне, кто этот парень? – поддел я его. И заказал нам обоим колу. Хоть один из нас должен сегодня быть трезв, особенно сейчас, когда дело близилось к полуночи. Народ в клубе пьянел и искал романтики. Ко мне уже клеились со всех сторон, самых наглых я открыто посылал на хрен. Иногда попадались вполне приличные. Такие же, как мы с Билли, «олды». - Нужно табличку повесить «занят» - заметил бармен, - ты видный чувак. - Но у него огромный недостаток, - пьяно улыбнулся Уилл. - Я заноза в заднице, - я потрепал его по сверкающему от блёсток затылку. - Он натурал. Бармен застыл со стаканом в руке, глядя на нас обоих, как на придурков. Я лишь пожал плечами и закурил. И как назло, к Уиллу подкатил какой-то парень, они вместе ушли на данс-пол. Я даже не успел ничего сказать, просто проводил их глазами. И наблюдал, как эти говнюки лапают друг друга под голос Кэти Перри. Вернее, лапал «ухажёр», Уилл просто не сопротивлялся. Он вообще выглядел так, будто вот-вот уснёт. Парень это тоже понял и плавно рулил в сторону тёмно-синих портьер. Оттуда регулярно выходили парочки, троицы, квартеты малолеток с довольными физиономиями. Билли искал приключений на свою задницу? Похоже, уже нашёл. - Слышишь, чувак, это мой парень. Я дёрнул партнёра Уилла за плечо. Слегка не рассчитал силы, так что тот улетел в толпу. - Ты охренел, бля? Парень поднялся, отряхивая джинсы. Губы дрожали от обиды, ладони сжимались в кулаки. - Лучше не надо, а? – спокойно сказал я. - Ты не слышал? Он занят. Кати свои яйца отсюда. - Да пошли вы оба! Ну вот и поговорили. Билли даже проснулся, глаза его круглые, как макароны. - И где спасибо, что я тебя спас? - Я не просил. - Ещё пару минут, и он бы трахал тебя в той комнате, за занавеской. Я взял его за подбородок и посмотрел в глаза. - Или ты хотел? - Если честно, - Уилл улыбнулся, - у него костлявые плечи и жуткая туалетная вода. Мы стояли посреди данс-пола, как два столба. Танцующие парочки обходили нас, шептались и хихикали. И я вдруг подумал: сейчас или никогда. И положил руки Уиллу на талию. - Что ты делаешь? - Хочу с тобой потанцевать. - Но, Блэйк! Ты… - Все смотрят на нас, как на клоунов, Билли. Клади руки мне на плечи, или сваливаем отсюда. - Ты сумасшедший! - Да, Билли! С Новым годом! Меня тянуло к нему прижаться, он сразу бы понял всё без лишних слов. Его руки скользили по моим плечам, робко и несмело. Он чуть повыше и понемногу наклонял подбородок ко мне. Губы всё ближе к моим губам, я уже чувствовал его дыхание. Запах виски, колы и текилы с лёгкой лимонной горчинкой. Просто потрясающий аромат. - Да, детка, - прошептал я. Билли положил голову на моё плечо, потом навалился всем телом. Он далеко не лёгкий малый, но всё же это приятная тяжесть. - Меня сейчас вырубит, Блэйк, - сказал Уилл. Что ж, это заметно. И всё же я не спешил его отпускать, мы ещё минут двадцать кружили на данс-поле. Диджей пускал медляк за медляком, мне просто хотелось насладиться. Его тело такое тёплое, мышцы спины перекатываются в моих руках… Я бедром ощущал, что у него неплохой стояк, и млел от восторга. Краем глаза я заметил, что из толпы на нас кто-то смотрит. Жёсткий, неприятный взгляд, прямо колодец эмоций. Я чуть замедлился, мне показалось, что это Донни. Бледное лицо, покрытая мерцающей краской борода, сигарета в зубах. Но через секунду там уже никого не было. Просто кучка малолеток смеялись, размахивая руками. А ещё к нам спешила троица, проталкиваясь через танцующие пары. Две гориллы-секьюрити и тот обиженный недоухажёр. Он ещё и стукач, оказывается. Совсем, как Хантер. Зачем марать руки, если можно всё сделать исподтишка. - Ты прямо магнит для придурков, Билли. Я потащил его к выходу, пока нас не «проводили». Это наверняка закончится тем, что сломаю кому-то нос. Мы забрали куртки в гардеробе и вызвали такси. - Блэйк, - сказал Уилл, когда мы поднялись в его квартиру, - почему всё так несправедливо? - Ты хотел ещё тусоваться? - Нет… почему мы не с теми, кого хотим? - А кого хочешь ты, Билли? Он не ответил, просто рухнул на кровать прямо в одежде. Я залез сверху и поцеловал его в губы. Крепко, по-настоящему. - Натуралы так не целуются. - Да… и не делают вот так. Пальцы потянулись к его ширинке, я уже почти добрался до члена, как вдруг он резко сбросил меня с себя, вскочил и помчался в ванную. Да… судя по звукам, текила с виски решили передать привет, сказав, что секса не будет. Уилла буквально выворачивало наизнанку. Когда он чуть отошёл, я помог ему раздеться и уложил в кровать. Он уснул почти мгновенно. Я устроился у него под боком и полез в телефон. Спать совершенно не хотелось. Я просмотрел новые сюжеты Митчелла, ответил на пару сообщений, зачем-то заглянул в Твиттер. Я обещал себе, что больше не буду читать все эти бредни Пола, но всё же палец нажал колокольчик. «С Днём рождения, любимый… Сейчас ровно двенадцать часов, надеюсь, я первым успею тебя поздравить. Воздух взрывается разноцветными огнями, я пью этот бокал шипучего вина за тебя. Ты как-то шутил, что появился на свет с первым новогодним салютом. Твой отец поднёс тебя к окну, хоть ты видел мир ещё расплывчато, зато услышал первый в своей жизни звук. Не голос матери, а свист от разрывающихся в небе ракет. Я думаю, это здорово – родиться в новогоднюю полночь, когда вокруг фонтаны эмоций и восторг. Большинство загадывают желание – самое сокровенное, с верой, что оно исполнится. Это, по-своему, волшебство. Если ты во что-то веришь, то идёшь напролом, не замечая преград. Теперь я знаю, как бывает, когда это чувство уходит. Я для тебя – метеорит, сгоревший в атмосфере. Ты – мой фейерверк. Взрываешься в моём сердце снова и снова. Не могу тебя забыть. Надеюсь, мы скоро увидимся. Люблю тебя» На часах три минуты первого новогоднего дня. Он всё-таки успел. Даже мама ещё не добралась до телефона. Я подошёл к окну – небо ревело пёстрыми слезами салютов, рассыпающихся по крышам домов. Это действительно очень красиво, люблю эти мгновения… да простят меня защитники животных. - С Днём рождения, Блэки, - прошептал я.