Сладкое послевкусие

За окном был яркий, раздражающий свет, от которого болели глаза, хотелось спрятаться где-то под одеялом. Урыться в обьятия Олега и ещё долго не вставать, как это было когда-то. Заставив себя вставать, Матвеев потянулся к телефону, что желал на тумбочке не подолёку. Взглянув на часы, он увидел, что уже одиннадцать утра. — Я так долго спал.. — Задумался Дима. — Хотя какая разница? Дома меня всё равно никто не ждёт. Матвеев разачарованно положил телефон назад на тумбу, одел свои вещи, что были аккуратно сложены на кресле. — Эта женщина меня приятно удивляет. — С некой радостью улыбнулся. Размяв шею, парень резким движением открыл дверь спальни, от чего в нос сразу же ударил запах кофе и свежоприготовленного омлета. На губах заиграла улыбка и парень направился на кухню. Идя к кухне, он оглядывал квартиру Райдос. В ней было уютно и светло, даже не верилось, что у такой тёмной женщины такая светлая квартира. У плиты стояла Вика и уже выкладывала из сковородки вторую порцию омлета. Себе под нос она напевала какую-то старенькую, но весьма цепляющую песню. — Ещё долго будешь на меня глазеть? — С украдчивой улыбкой обернулась кареглазая, скрестив руки на груди. — Да, долго. Знаешь ли, так не привычно просыпаться дома у девушки, с которой был секс... — сделав небольшую паузу продолжил. — С учётом того что я гей. Я от этого.. — В ахуе? — Вскинув брови спросила. — Именно! — Радуйся, что не на хуе. — Взяв тарелки понесла к столу. — Хотя в твоём случае надо расстраиваться. — Улыбнулась она. Дружно посмеявшись, Матвеев пошёл к столу, на который Райдос уже поставила тарелки с едой. Желая вернуться за кружками с кофе, девушка резко обернулась, ударившись о Матвеева, уткнулась в аго грудную клетку. Виктория неловко улыбнулась, подняв взгляд на его лицо, извинилась и отстраняясь пошла за кофе. Татуировщик сел за стол, окинул взглядом омлет, от которого всё ещё шёл пар. Через несколько мгновений, рядом с его тарелкой опустилась кружка. — Не помню когда для меня готовили завтрак. — Слегка разачаровано произнёс Матвеев. — Может это повод начать жить со мной? — Усмехнулась девушка, садясь рядом за стол. — Может это глупо, но я всё ещё люблю Олега. И надеюсь, что у нас всё ещё может что-то наладится. — Поджав губы Дима перевёл взгляд на окно. — Это не глупо. Ты просто любишь и хочешь от него того же. Могу пожелать тебе только удачи. — Начав резать омлет, девушка на секунду оторвалась. — Приятного аппетита. — Спасибо и тебе. — Потянувшись к кофе произнёс Матвеев.

***

Матвеев коснулся дверной ручки, и на несколько секунд застыл. Он понял, что за столь долгое время, он не хочет возвращаться домой. В то время, когда у них всё пошло не так, ему хотелось идти домой, с надеждой, что что-то изменится. Но почему-то надежда, что всё изменится, резко пропала. Открыв дверь, он перешагнул порог, захлопнув за собой дверь. Сняв обувь, направился на кухню. Почему-то его потянуло именно туда, хотя после ебейшого завтрака Вики, есть Дима не хотел. На кухне, в привычной позе стоял Олег с голым торсом. Волосы были немного влажные. Шепс как обычно пил кофе, разглядывая, что-то в окне, хотя там никогда не было ничего интересного. Матвеев попятился назад, так как желание находиться на кухне пропало. — Где шлялся? Дима остановился. Затем встал опираясь о стену. Олег перевёл взгляд с окна на кареглазого. Встретившись взглядами, появилось некое волнение. — Тебя ебать не должно. — Слегка раздражённо сказал Матвеев. — Щас тебя мой член будет ебать. — Олег поставил кружку с кофем рядом с собой. — Спасибо за заботу, Олеж, но у меня уже был секс. — Спокойно произнёс Матвеев. Между ними повисло напряжение. Оба просто стояли и смотрели друг на друга. Олег сделал пару шагов навстречу к Матвееву, но тот всё так же неподвижно стоял опираясь о стену. — И.. —Помедлил Шепс. — С кем? — Едва ли заметно нахмурился парень. — Твои любовные похождения меня не интересуют, так почему тебя должны интересовать мои? — Язвительно спросил Дима. Олег скрестил руки на груди и несколько десятков секунд думал, что ответить ему. Дима подошёл ближе, но между ними осталось ещё примерно шагов пять. — Блять, Дима, какая тебе разница почему меня это интересует? — Слегка повысил голос Олег. — Почему человеку который начал мне изменять не всё равно на меня? — На губах сыграла лёгкая улыбка. — Ты каждый день после работы с ним, каждый выходной. Каждый раз, когда у тебя есть свободное время ты с ним, а не со мной. Даже вчера. — Вчера? Откуда ты знаешь, что вчера я был с ним? — Нахмурился Олег. — Следишь за мной? — На его лицо было наигианное беспокойство, а затем он ухмыльнулся. — Ревнуешь? — А ты меня? — Безразлично спросил Матвеев. — Может. — Ты же мне изменяешь. — И ты мне. — Лишь вчера вечером. — Это из разряда «один раз не пидорас»? — Улыбнулся Шепс. — Может. — Вскинул брови Матвеев и ухмыльнулся. Повисла пауза. Оба смотрели друг на друга с лёгкой опаской. Они молчали. Между ними повисла тишина, напряжённая, давящая, почти осязаемая. Будто воздух в комнате стал гуще, насыщеннее. Оба продолжали смотреть друг на друга, словно надеялись найти ответ в глазах другого, но ответа не было. Только упрямство, только незавершённые мысли, только глухая стена недосказанности. Матвеев скользнул взглядом по лицу Олега, задержался на его губах, чуть шевельнувшихся, будто он хотел что-то сказать, но передумал. Дима выдохнул сквозь нос, качнул головой и отвёл взгляд в сторону, на секунду прикрыв глаза. Олег чуть поёрзал, будто ему стало не по себе. Вздохнул, открыл рот, но опять промолчал. Он не мог подобрать слов. Или не хотел? Тишина продолжала нарастать, заполняя собой пространство. Она давила, словно кто-то неведомый стоял рядом, наблюдал за ними и ждал, кто из них первым сдастся. Кто первым нарушит это безмолвное противостояние. — Ты ведь злишься, — наконец сказал Олег, нарушая хрупкое равновесие. Его голос прозвучал негромко, но уверенно. Дима усмехнулся, не глядя на него. — Я разочарован, — ответил он, пожав плечами. И снова тишина. Олег дёрнулся чуть вперёд, чтобы подойти, но почему-то резко остановился. Матвеев перевёл взгляд на Олега. В глазах читалось желание подойти, может даже коснуться друг друга. Дима неуверенно шагнул вперёд, затем сделал ещё шаг. Ещё один. — Ты ведь сам хотел подойти. — Слегка неуверенно произнёс Дима, опасаясь, что ошибся. Шепс сделал последние шаги, что были между ними. Они стояли слишком близко. Слишком, чтобы не чувствовать друг друга, но недостаточно, чтобы стереть это расстояние окончательно. Олег смотрел в глаза Диме, изучая каждую эмоцию, каждую мельчайшую тень сомнения, но там было только одно — ожидание. Дима дышал неровно, будто пытался удержать что-то внутри, но его пальцы дрогнули, когда он почти незаметно коснулся Олега — едва ощутимое прикосновение, но оно вспыхнуло искрой по коже. Олег вздрогнул, но не отстранился. Наоборот, сделал ещё один крошечный шаг вперёд, пока их дыхание не смешалось. — Ну же… — тихо выдохнул Матвеев, его голос едва слышно дрогнул. Олег не ответил. Он просто наклонился ближе, осторожно, будто всё ещё сомневался, но когда их губы соприкоснулись, медленно и настороженно, вся неуверенность исчезла. Дима замер на секунду, а потом ответил — чуть резче, жаднее, словно боялся, что это может закончиться раньше, чем началось. Поцелуй был напряжённым, глубоким, в нём было слишком много эмоций сразу — злость, ревность, обида, тоска. Дима сжал пальцы на затылке Олега, притягивая ближе, словно хотел раствориться в этом моменте. Шепс тихо выдохнул в его губы, на мгновение замедлился, смягчая поцелуй, делая его осторожнее. Когда они отстранились, дыхание обоих было сбито. — Так ты ревнуешь, — хрипло произнёс Олег, скользнув пальцем по губам Димы. Матвеев лишь усмехнулся, не отводя взгляда. — Тебя? — С отдышкой спросил Матвеев, положив руку на плечо Олега. — Я тебе искренне сочувствую. Ты теряешь лучшее в своей жизни - меня. Олег усмехнулся, но взгляд его потемнел. Он скользнул пальцами по запястью Димы, легко сжал, словно проверяя, насколько далеко тот готов зайти. — Ты так в этом уверен? — тихо спросил он, наклоняясь ближе, их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Более чем, — Матвеев наклонил голову, изучая выражение лица Олега, его чуть приоткрытые губы, напряжённую линию челюсти. Они снова замолчали, но теперь тишина была другой. В ней не было прошлого напряжения — теперь в ней кипело что-то совсем иное, куда более опасное. Дима провёл ладонью по шее Олега, подушечками пальцев коснулся кожи, почти невесомо. Шепс прикрыл глаза, на мгновение поддаваясь ощущению. — Не думай, что я просто так отпущу тебя, — вдруг произнёс Олег, открывая глаза и ловя Диму за руку. Матвеев лишь усмехнулся, не отводя взгляда. — А ты попробуй. Олег сжал запястье Димы чуть сильнее, в глазах мелькнул вызов. — Думаешь, я не смогу? — его голос звучал ровно, но в нём было что-то напряжённое, будто он сам не верил в сказанное. Матвеев дернулся было назад, но Олег не отпустил его руку. Их взгляды сцепились, в воздухе снова разлилась глухая тишина. Только тяжёлое дыхание, только едва заметное движение пальцев по чужой коже. — Ты говоришь так, будто это я тебя держу, — с усмешкой произнёс Дима. — Хотя на самом деле… Он резко дернул руку, но не чтобы вырваться — наоборот, чтобы притянуть Олега ближе. Их тела столкнулись, горячее дыхание обожгло кожу. — …это ты не хочешь меня отпускать. Олег не ответил сразу. Его пальцы дрогнули, но он не отстранился. Вместо этого он медленно наклонился, губами почти касаясь шеи Димы. — А что, если не хочу? — тихо выдохнул он. Матвеев вздрогнул, но не отступил. Его пальцы сомкнулись на талии Олега, чуть сильнее, чем нужно. — Тогда тебе придётся что-то сделать. — прошептал он, наклоняясь ближе. — Иначе я уйду. Олег усмехнулся, но в его взгляде больше не было насмешки. Он знал — если сейчас позволит Диме уйти, если отпустит, всё закончится. Окончательно. — Не уйдёшь.— уверенно сказал он, прежде чем снова притянуть Диму к себе. И на этот раз в поцелуе не было осторожности. Только жадность. Только нестерпимое желание доказать друг другу, что они ещё принадлежат друг другу. Дима почти сразу перехватил инициативу. Он сжал пальцами затылок Олега, углубляя поцелуй, делая его жёстче, настойчивее. Будто пытался заглушить в нём всё: злость, ревность, сомнения. Олег ответил так же — резко, требовательно, с каким-то отчаянием, словно боялся, что если разожмёт пальцы, Дима растворится. Они отступили на пару шагов, спотыкаясь, но не отпуская друг друга. Спина Матвеева врезалась в стену, но он даже не обратил внимания, только ещё сильнее притянул Олега к себе. Их тела соприкасались, дыхание было прерывистым, тяжёлым. — Думаешь, это что-то меняет? — выдохнул Дима, когда Олег наконец оторвался от его губ, опускаясь к шее, оставляя там горячие, лихорадочные поцелуи. — Всё уже изменилось. — тихо ответил Олег, чуть прикусывая кожу. Дима запрокинул голову, едва слышно втягивая воздух сквозь зубы. Его пальцы сжались на плечах Олега. — Ты дурак. — хрипло усмехнулся он, но не отстранился. — Возможно. — Олег поднял голову, в глазах всё ещё плясали искры. — Но тогда ты — мой дурак. Дима посмотрел на него, в уголке губ дрогнула усмешка. — Это ещё посмотрим. Но он не оттолкнул Олега. И не попытался уйти. Они замерли, дыша друг другом. Олег провёл ладонями по талии Димы, ощущая, как под тонкой тканью напряглись мышцы. Дима не отстранялся, не пытался прервать этот момент — наоборот, сжал пальцы на его плечах, будто не хотел, чтобы он отходил даже на миллиметр. — Значит, ты не уйдёшь? — спросил Олег, едва касаясь губами уголка его рта. Матвеев выдохнул смешок, но в его глазах больше не было прежней насмешки — только что-то тёплое, что он, казалось, сам не хотел признавать. — Не знаю… — протянул он, но не спешил разжимать пальцы. — Может, ты ещё убедишь меня остаться. Олег наклонился ближе, не торопясь, словно дразня. Его губы снова скользнули по шее Димы, оставляя короткие, горячие поцелуи. — Может, я этого сейчас и добиваюсь. — прошептал он. Дима вздрогнул, но не отстранился. Его пальцы скользнули вверх по спине Олега, зарылись в волосы, притягивая его ближе. — Ты делаешь это слишком хорошо. — признался он, а затем, прежде чем Олег успел что-то сказать, перехватил его за подбородок и снова жадно впился в его губы. Поцелуй был яростным, требовательным, но уже без прежней злости. В нём чувствовалось что-то иное, более глубокое, что-то, что Дима бы никогда не признал вслух. Они так и стояли, прижавшись друг к другу, не замечая, как за окном давно стемнело, как время потеряло значение. Остались только они — двое людей, которые пытались разобраться в своих чувствах через поцелуи, касания, горячее дыхание. И пока никто из них не хотел разрывать этот момент. Тишина между ними была наполнена только частым дыханием и биением сердец, сливавшихся в один сумасшедший ритм. Олег провёл пальцами по линии подбородка Димы, словно пытаясь запомнить каждую его черту. Ему хотелось остаться в этом моменте навсегда, но реальность неизбежно напоминала о себе. — Дима... — прошептал он, отстраняясь всего на миллиметр, но этого хватило, чтобы почувствовать лёгкий холодок, пробежавший между их разгорячёнными телами. — Ты уверен, что хочешь этого? Дима посмотрел на него так, словно взвешивал что-то внутри себя, решая, стоит ли дать голос тем чувствам, которые прятал так долго. Его глаза блестели в тусклом свете кухонной лампы, а губы, слегка припухшие после поцелуев, дрогнули в едва заметной усмешке. — Я уверен, что не хочу останавливаться. — ответил он, проводя пальцами по его ключице. — А ты? Олег тихо выдохнул, его губы снова коснулись губ Димы, но теперь мягче, с каким-то трепетом, которого не было раньше. В этом поцелуе больше не было борьбы — только понимание и желание быть ближе. Но внезапно Олег отстранился, положив ладони на плечи Димы. — Я не хочу начинать всё заново с секса. — сказал он, глядя прямо в его глаза. Дима замер, будто осмысливая услышанное. На его лице промелькнула тень удивления, затем что-то ещё, более глубокое, но он не стал спорить. Вместо этого он кивнул, слегка сжав плечи Олега. — Тогда с чего начнём? — спросил он, наклоняясь ближе. Олег усмехнулся и нежно взял за руку Диму. — Для начала — с чая. Дима фыркнул, но не отпустил его руку. Они остались на кухне, среди запахов чая и тихого гула холодильника, наслаждаясь моментом. Завтра могло быть по-разному — вопросы, сомнения, страх перед неизведанным. Но сейчас... Сейчас они просто были вместе.