Anti Desire Union

***

Феликс нещадно опаздывал на работу и был готов впасть в депрессию в любую секунду своей жизни. Его жизнь текла слишком быстро и он никак не мог поймать её за хвост. Садик он не помнил, школа пронеслась, как один день и он по ней скучал, университет напоминал о стрессе и о последних днях беззаботной жизни. Но теперь, когда началась работа, омега не мог осознать, что он уже взрослый. — Представляешь, я уже на работу иду, — шмыгнул носом Ли, когда звонил своему лучшему другу, который устроился на работу в другом городе, бросив Феликса одного в новой компании, где он уже даже прошёл стажировку и вполне успешно стал полноправным сотрудником крупного офиса. — Взрослая жизнь подкралась незаметно. — Пф, — фыркнул Джисон, катаясь при этом на своём стуле и искренне не желая трогать бухгалтерские отчёты. — Я уже взрослой жизни нанюхался, хочу на пенсию. — Нам двадцать два года, — осторожно напомнил Феликс, тем не менее, тоже чувствуя сильное желание уйти на пенсию. — Зато теперь у нас нет домашек, нет курсачей и дипломов. Просто мне надо вовремя сдавать отчеты и выдавать зарплаты, а тебе лизать зад налоговой и тоже вовремя сдавать отчёты, — Хан посмотрел на свои идеально ровные ногти. — Можно спокойно деградировать после работы, да ещё и денежки есть. — Да, денежки это хорошо, — рассеянно согласился Феликс, пытаясь застегнуть свою ветровку. — Сука, молния ткань зажевала… Джисон только посмеялся и, чмокнув в трубку, отключился. Феликс лишь вздохнул устало, уже представляя, как будет сейчас бежать на остановку и толкаться в переполненном автобусе. Зато он бесплатный, от компании, тут же утешил себя омега и не смог скрыть презрительной гримасы, которая вылезла на его лице, когда он увидел скопление возрастных работников компании, которых видел уже не впервые. Феликс не считал себя хорошим человеком. Он был склонен считать, что он не любил стариков и маленьких детей, потому что чаще всего они его раздражали. Разумеется, по умолчанию он уважал всех, но в его жизни были эпизоды, когда ему приходилось слать нахуй мерзких дедов, которые орали на него в автобусе или в магазине. Феликс злорадствовал в моменте, но потом ему становилось плохо и он винил себя в том, что мог бы быть лучшим человеком хотя бы ради самого себя. Омега в целом не особо понимал, каким он был. Глядя на себя в зеркало, он не мог сказать, что видел самого красивого парня, даже симпатичного. Были дни, когда он себе нравился, были дни, когда он себе был отвратителен. И в этот день он был себе, как и чаще всего, отвратителен. Во-первых, потому что разозлился с самого утра. — Молодой человек, а Вы точно в тот автобус сели? Вам не на обычный? — Феликс лишь глаза закатил, когда к нему прицепился очередной старикан, пользовавшийся в свои почтенные годы неуместно яркой помадой. Омега лишь брезгливо дернул щекой и развернулся к нему лицом, поднимая брови. — Что? — переспросил Феликс, давая шанс отстать от себя. На них уже косо посматривали окружающие. — Это автобус для работников… — начал занудно омега, но Ли не стал дослушивать, лишь прищурился и почувствовал волну раздражения. — Я и есть работник, мне пропуск показать? — повысил голос он. — Или есть идея получше. Проверьте пропуск у тех детей. Явно не работники, так почему тогда занимают места для сотрудников в час-пик? Пусть выметаются и платят за кольцевой автобус! Расписание автобусов в тот день сбилось, потому что пара омег устроили скандал, но Феликс добился своего. Наглых детей ссадили, на него осуждающе смотрели почти все в автобусе, но в моменте он был собой очень доволен. Затем, конечно, пришло раскаяние и тошнота. Бумаги на рабочем столе вызывали желание заплакать. Ещё хуже стало, когда в его кабинет, который он делил ещё с пятью сотрудниками, пришёл Хёнджин из отдела маркетинга. Он был, как всегда, очень ухожен, даже слишком. На его теле не было волос, которые альфы обычно не убирают, он был всегда одет с иголочки, вкусно пах и выглядел вообще как мечта любого омеги, не говоря о том, что природа наградила его натуральной, потрясающей красотой. Разумеется, Феликс на него посматривал и дышал неровно. Он ведь был молодым омегой, у которого никого не было (вообще-то, никогда!). Омеге было уже двадцать два и он был всерьёз обеспокоен своей девственностью, но не был достаточно смелым, чтобы пойти на отчаянный шаг и найти кого-то на одну ночь, как часто делали его сверстники. А ещё он был слишком закрытым для этого мира, так что и альфы его сторонились. Поэтому он сидел в своем кресле, крутил в маленькой руке ручку и оформлял очередную декларацию, которая, к счастью, сошлась. — Восхитительный концерт, кстати, — подмигнул ему вдруг Хёнджин, который до этого был занят обсуждением новой стратегии продвижения новой линии с коллегой омеги. — А? — Феликс поморгал растерянно и попытался найти ответ в черных красивых глазах, которые смотрели на него ну очень хитро. — Ты о чём? — в глубине души Феликс уже понимал, о чем он говорил, но предпочел уточнить на всякий случай, чтобы не попасть в глупое положение. — О том, как один очень принципиальный и очень красивый омега устроил скандал в автобусе, выкинул детей и обозвал почтенного сотрудника старым перечником, — как ни в чем не бывало пожал плечами Хван и присел рядом с Феликсом. — Это ложь и провокация, — фыркнул Феликс, но прикрыл лицо документами, чувствуя, как от щек и ушей начало исходить предательское тепло, от которого и Хёнджин мог бы покраснеть. Он назвал его очень красивым! Но он лишь засмеялся, потому что в его отделе в красках рассказывали о том, как сцепились двое в автобусе утром. — Меня с кем-то спутали, а ты и рад верить грязным слухам. Компания хоть и была большой, но это не мешало сплетням разлетаться со скоростью света. Поэтому Феликс и ненавидел влипать в такие истории. С ним один раз такое уже случилось — зазевался в столовой и снес кастрюлю с витаминным компотом. Все равно его никто не пил, но это не отменяло того, что еще две недели над ним шутил весь отдел, а работники столовой подозрительно щурились. Ну, и все вкусные булочки и соки всегда заканчивались теперь именно когда Ли подходил к кассе. Феликс вздохнул тяжело. — Я не осуждаю, между прочим, — хмыкнул Хёнджин, тут же начиная качаться на стуле. Такой уж он был, не мог усидеть на месте и всегда был в движении. — Правда. Я знаю, какая там давка всегда, а пиздюки и прочие зайцы всех бесят. Не бери в голову, это издержки передвижения на общественном транспорте. — Постараюсь, — кивнул Феликс, улыбаясь и пробегаясь глазами по суммам, которые не желали сравниваться в его голове, пока рядом был Хёнджин. Он отвлекал, а еще его очень хотелось беззастенчиво понюхать, уткнувшись в шею. Омеге было любопытно, был ли это его собственный запах, порошок или парфюм. Джисон подначивал его спросить об этом, но Ли слишком смущался и считал это невежливым. Но это не мешало наслаждаться запахом альфы те несколько жалких мгновений, пока он был рядом. — Ты мне, кстати, мешаешь, качаешься тут, как дитя малое. Пройдёшь точку невозврата, а я тебя ловить не буду, — промямлил Феликс, приложив карандаш к губам. — У тебя разве нет других дел? — Нет, я пока загораю, — и заложил руки за голову. Альфа тут же поймал непонимающий взгляд Феликса. — А что, технический отдел пока копается в моём компе. Я там вирус какой-то поймал… — Опять ползал там, где не надо, Хван, — и это была констатация факта от человека, который без стука вошёл в кабинет, где становилось всё теснее. Со Чанбин собственной персоной, в строгом костюме, как и подобает начальнику отдела планирования, стоял рядом со столом начальника Феликса и передавал запечатанные документы. Это был ещё один мужчина, которым Феликс восхищался и к которому его тянуло. Только вот если о Хёнджине он и мог бы мечтать, то на Со Чанбина даже вздыхать не смел. Он был слишком взрослым, умным и ответственным. А ещё очень строгим. Феликс чувствовал себя букашкой под его тяжелым взглядом, которым тот почему-то довольно часто его одаривал. Этот альфа тоже следил за собой, но не так, как Хёнджин. Он был маскулинным, очень мужественным и Феликс скулить начинал даже в мыслях, когда наблюдал за его руками. Такие мысли до добра его не доводили никогда. Феликс предпочел достать еще одну папку, самую толстую, чтобы абстрагироваться и не сосредотачивать своё внимание на альфах, от которых становилось трудно дышать. И не только потому что они были классными, красивыми и крутыми, но и потому что они начинали, как и всегда, ссориться. Они друг друга недолюбливали. Это знали все. Именно поэтому на корпоративах и совещаниях их старались рассаживать по разным углам и использовать посредников для взаимодействия между ними. Хёнджин, которого через пару лет планировали делать начальником отдела, терпеть не мог Чанбина, который уже дослужился до руководителя. Причина была неясна, но все говорили лишь о том, что они не могли спокойно друг на друга реагировать. Хёнджин раздражал Чанбина, а Чанбин Хёнджина. Их отношения никогда не были хотя бы нейтральными, потому что Хван, на вкус и воспитание Чанбина, был слишком наглым и самовлюбленным, да ещё и модником был, что не могло не вызывать в Чанбине чувство лёгкой брезгливости. Этот альфа уже и самому себе напоминал старшее поколение, которое терпеть не могло тату, пирсинг и цветное окрашивание на довольно длинных волосах. Хёнджин, пришедший в компанию двумя годами позднее Чанбина, искренне веселился и даже специально раздражал серьезного, сдержанного и всегда собранного Со. Младший считал его закостенелым и твердолобым, а ещё не замечал в нем признаков эмпатии. Альфы довольно часто при этом сталкивались по рабочим вопросам и вносили в любое совещание свою забавную ноту вежливого противостояния. Генеральный директор давно привык к ним и даже сам посмеивался, предпочитая просто наблюдать за этим цирком, который они устраивали, находясь в разных концах кабинета. При этом ни один из двух альф не подвергал сомнениям профессиональные навыки другого, что всегда удивляло Феликса, но это ему нравилось. Это было корректно. И молодой омега не подозревал, что оба эти альфы имели виды на него. Чанбину он казался симпатичным достаточно, чтобы попробовать построить что-то настоящее и серьезное, но его отталкивала разница почти в десяток лет и ощущение того, что он сам был бы не очень интересен омеге. Хёнджину Феликс был интересен, потому что он казался забавным. Омега пытался держаться таким же наглым, отвечать такими же дерзкими заигрываниями, как и Хёнджин, но альфа видел его насквозь. Феликс все равно смущался, в его глазах читалась легкая паника, а кончики его ушей краснели. Это было мило, невинно и забавно. Поэтому Хван и пользовался любой возможностью зайти к Феликсу и подразнить его. Этот омега ему нравился, но пока не настолько, чтобы начинать служебный роман, хотя на личном фронте было пусто и грустно. А трахаться хотелось. Как и любви, разумеется. Но пока все было довольно плохо.

***

Феликс приходил в себя после очередной рабочей недели и не верил, что выжил. Его едва не вздернули за почти просроченные отчеты, потом за одну нелепую ошибку в этих же отчетах. Омеге казалось, что теперь седые волосы у него точно появятся. Он тихонько потягивал сладкий и явно не очень полезный алкогольный напиток, сидя на диване в своей съемной однушке и думал о том, что зря не купил чипсы. Он осознавал, что начинал деградировать без постоянных лекций, дедлайнов по заданиям и рефератам, но ему и не хотелось снова переживать переживания об оценках. Парень даже начал задумываться о том, чтобы пойти на какие-то курсы. Может, ему стоило бы начать учить новый язык? Безумно хотелось купить новую тетрадь, набор ручек и отдаться с интересом чему-то новому. — И что тебя останавливает? — спросил в групповом звонке Минхо. Он был старшим товарищем Феликса и Джисона и наставлял их обоих, когда нужны были по-настоящему взрослые и правдивые советы и мнения. — Запишись на любые курсы, купи себе гитару, я не знаю… — А то, что он бросит с удовольствием новое занятие уже через пару месяцев, — шмыгнул носом Джисон, суша влажные волосы полотенцем. — В Пусане сегодня дожди, не обращайте внимание. — Не простынь, — вставил Феликс, прежде чем Минхо смог вступить с ним в очередной спор. — С чего ты решил, что он бросит? Может, ему так понравится, что он полностью освоит что-то новое? Может, он вообще работу в итоге сменит и найдёт то самое хобби, которое станет делом его жизни? — Минхо нахмурился и тяжело вздохнул. Этот омега знал, чего хотел, но не мог этим обладать. Он был самым талантливым танцором в округе, выигрывал все конкурсы, мечтал поступить на хореографа. Родители и друзья его поддерживали, у него был любящий жених, с которым они планировали свадьбу. У них не было проблем с деньгами, у Минхо была почти идеальная жизнь. Почти. Потому что мечту он так и не осуществил. Ему помешала травма, полученная во время одной из репетиций. Омега не мог сказать, что именно случилось. Он подозревал, кто мог «помочь» ему, но предпочел не копаться в этом, чтобы не делать больнее себе самому. Минхо покинул студию, в которой проводил свое свободное время с восьми лет, с высоко поднятой головой. Он отказался от предложения быть тренером там же, потому что это было бы невыносимо больно. Видеть, как другие танцуют. К тому же, тренер должен показывать, как стоит выполнять элементы, а колено иногда не давало ему даже ровно ходить, не то что танцевать. Омеге пришлось забыть о своих планах. Его мечте суждено было остаться лишь мечтой. Именно поэтому к чужим мечтам он относился с особым трепетом. — Потому что такова его натура, — ответил Джисон. — Вспомни его попытки выучить испанский, — да, такое правда было. Феликсу надоело через пару недель. — Давай еще найдем его скетчбук с тремя рисунками и краски. Его абонемент в зал, который он использовал раз пять и забросил. А его занятия плаванием? — Джисон без устали перечислял все неудавшиеся хобби Феликса. — У меня дома до сих пор валяется его вышивка гладью, которую он не закончил и не планирует. — Он просто пробует новое. Если не будет пробовать, то не найдет то, что ему придется по душе! — вскинулся Минхо, который был в таком же поиске. Только вот Ли вода нравилась. Его жених владел сетью фитнес-клубов, а сам преподавал плаванье в головном филиале. Чан научил Минхо плавать и его суставы стали меньше болеть, но работа с бухгалтерией в бизнесе Чана не приносила ему удовольствия. Просыпаясь утром, он не чувствовал, что шел на свою любимую работу. Феликс же слушал перепалку Джисона и Минхо и чувствовл, что они просто озвучивали две конфликтующие стороны его собственной сущности. В нём жили два этих мнения и поразительным образом уживались друг в друге. Чего нельзя было сказать о Минхо с Джисоном. Они бы уже давно катались по полу и орали друг на друга, если бы были рядом. Феликс же пожевал нижнюю губу и предпочел сменить тему. — Как идет подготовка к свадьбе? — спросил Феликс, открывая вторую бутылку. — Будешь вводить дресс-код? — Не буду, — вздохнул устало Минхо, — с одной стороны, я бы хотел, потому что хочу красивые фото со всеми гостями в одних тонах. А с другой, половина из них не придет, потому что не захотят тратиться и заморачиваться из-за одежды. И я их понимаю, я так две свадьбы пропустил, потому что пошли бы вот они все нахуй со своими условиями. — Ты можешь его не вводить, а просто по-доброму попросить, чтобы гости по возможности выбирали пастельные тона, но не уходили в белое, — пожал плечами Феликс, а Джисон согласно покивал. Но вдруг резко хлопнул в ладони и привлек к себе внимание собеседников. — Что на личном, кстати? Тот красавец маркетолог все еще к тебе ходит? — Джисон состроил любопытное лицо и приблизил его к камере. — Я болею за него! — Он заходит к моему начальнику, — поправил Феликс. — Но сегодня он сказал, что я очень красивый. Не напрямую, но в третьем лице он так обо мне сказал, — и задумчиво подул в бутылку, создавая низкий гул. — Но это просто заигрывания, ничего более. Уверен, он со всеми омегами у себя в отделе так себя ведет. — А я не думаю, что он очень надежный, он не намного старше тебя и явно еще не нагулялся, — вставил Минхо. — Мне больше нравится руководитель из отдела планирования. И на лицо более мужественный, да еще и старше. Уже ориентирован на серьезные отношения. К тому же, такие дядечки в строгих костюмах дома обычно кровати ломают, — и шаловливо пошевелил бровями. Феликс густо покраснел и прикрыл руками свою пьяную голову. Минхо подкинул ему замечательную пищу для фантазии. И если обычно он выбирал, кого представлять, чтобы удовлетворить себя, то сегодня явно будет представлять руководителя Со. Без костюма, с этими его большими сильными руками. Какой кошмар… — Чего сразу кошмар? — ухмыльнулся довольно Минхо, а Феликс подпрыгнул, прикрывая рот руками. — Ага, опять вслух мечтаешь, на работе так не делай. — Просто у тебя фетиш на качков, не надо на это настраивать Феликса. Пусть будет с молодым, красивым хулиганом. Он тоже горяч. Твой качок будет его в миссионерской поебывать, когда будет освобождаться из зала и после совещаний, а вот маркетолог явно за эксперименты, — Джисон довольно покачался из стороны в сторону, а Феликс обреченно застонал. — Да ладно, бедолага, подрочи один раз на Чанбина, а второй на Хёнджина и ложись спать, — хихикнул Минхо. Феликс, к своему стыду, только пожал плечами и кивнул. Не было смысла обманывать лучших друзей. Конечно, он уже возбудился и не стеснялся говорить об этом с ними. Он вообще первый раз с Минхо поцеловался! Так что теперь он дослушивал информацию о надвигавшейся свадьбе, о новом коллеге Джисона, от которого он становился влажным и скором закрытии периода расчетов. Феликс же уже был влажным. Он уже предствлял, как его прямо на своем столе брал руководитель Со. А потом он бы взял его на весу, потому что явно мог бы. Он развонялся на всю квартиру, так что сразу после завершения звонка пошел и открыл окно. Небо было мрачным. Ветер явно принес из Пусана в столицу дожди. Омега немного подышал и невольно выпустил смешок, вспоминая, как друзья пожелали ему не стереть ладошки, пока он будет дрочить на недосягаемых коллег. А что ему еще оставалось? У этих альф явно все было в порядке в этом плане. Иначе и быть не могло. Им было слишком просто подцепить кого-то на одну ночь или не на одну ночь. Альфам это в целом было проще, по мнению Феликса. Достаточно не быть совсем уж конченым мудаком и мыться каждый день. Ему самому было гораздо сложнее. Тяжело нравиться людям, когда не очень нравишься самому себе. Возбуждение понемногу стихало, а настроение пропало, потому что он почему-то представил себе Хёнджина в клубе с каким-нибудь конвенционально красивым омегой, а Чанбина дома на кухне с домашним, но очень красивым омегой, его самооценка упала совсем. К тому же, тишину в квартире прервал звонок в дверь. Омега никого не ждал, поэтому внутренне содрогнулся, но пошел открывать. Глянув в глазок, он не поверил своим глазам, но когда открыл дверь, понял, что не спал и что это были не игры алкоголя. Перед ним стоял альфа на пару лет старше, очень красивый и крепкий. Не такой мощный как руководитель Со, но крепче, чем Хёнджин. Его волосы были красиво уложены, глаза сверкали, а на губах красовалась очаровательная белозубая улыбка. Да, этот засранец всегда был красавцем. Аж тошно становилось. — Ну, может обнимешь? — и бровь приподнял весело. — Соман! — Феликс тут же бросился на шею своему двоюродному брату. Он был старше на три года, очень красивый и очень умный, но все такой же разгильдяй. И пах он точно так же, как Феликс и запомнил. Они не виделись пять лет, так что теперь омега был счастлив, ведь он обожал кузена. — Почему не позвонил? Как ты тут вообще?.. — Феликс пропустил брата внутрь. Он разулся и сразу прошел в кухню, где подхватил бутылку, почти пустую, но все же допил содержимое. — Соман, у тебя все хорошо? У тебя ведь жилье в Тэгу? Ты в отпуске? — Нет, я уволился, — он просто пожал плечами, а Феликс потрясенно вздохнул. — Но я уже устроился в новую компанию, в твою, — и прищурился довольно, пока глаза Феликса становились все больше. — Я теперь доблестный член команды логистов. Буду оптимизировать ваши процессы, — и хрустнул суставами на руках. — Квартиру в Тэгу я сдал, так что у меня есть пассивный доход, но Тэгу и Сеул в разных весовых и ценовых категориях, так что я хочу попросить тебя потерпеть меня несколько месяцев, а потом обзавестись жильем тут. Аренду буду платить! Продукты, бытовые вещи, вода, свет, хуё моё, на все буду скидываться, — тут же уведомил Соман, но это Феликса не сильно волновало. Он просто был рад, что какое-то время будет жить с братом. Они были действительно близки, так что Феликс был рад его появлению. — Омег не таскать, я никуда не собираюсь уходить гулять, — все же опасно прищурился Ли, а Соман лишь фыркнул и сложил руки на груди. — Ты мне вечно будешь это припоминать?..

***

Феликс был счастлив. Они ходили по торговому центру рядом с домом Феликса и покупали Соману одежду и все необходимое. Балбес приехал даже без зубной щетки, не говоря уже о домашней одежде. Вот и залез на единственный диван в маленькой квартирке омеги в одних трусах со словами «ой, да ладно, мы так спали у дедов на раскладухе шесть лет назад, пофиг». И действительно пофиг, Феликс лишь рассмеялся. В детстве они обожали ночевать вместе у дедушек, так что теперь это ощущалось как постоянная ночевка. Им было весело, разве что теперь они могли обсуждать вещи более взрослые и интересные. И начали они прямо в магазинах. Соман купил себе костюм, повседневные вещи, пару домашних футболок и нижнее белье. А еще не забыл про свое обещание и купил продукты. — На тебя омеги пялятся, — проинформировал Феликс, когда кинул в тележку упаковку с помидорами черри. Это его немного смущало, потому что он не привык, что в его сторону обращено так много взглядов. Конечно, это было из-за Сомана, но это все же смущало Феликса, потому что он был серой мышью в сравнении с братом. Конечно, он не был уродлив, но он просто терялся на фоне такого красавца. — Фу, школьники, — констатировал альфа, хмурясь. Он едва взглянул на них и тут же вернулся к Феликсу. — К тому же, я сейчас вообще не заинтересован в отношениях, — он снова нахмурился. — Мне бы сначала на ноги тут встать. По свиданиям никого водить пока не собираюсь, — сразу предупредил Соман. Феликс лишь удовлетворенно кивнул. — Разве что тебя, мой дорогой кузен, — и подмигнул озорно. Омега лишь закатил глаза. Это была старая история. Соман тогда только перешел на третий курс университета, а Феликс был в выпускном классе. В альфу влюбился довольно милый, но не совсем адекватный омега, который хотел Сомана любой ценой, пока тот был свободен. Тогда альфа и решил, что лучший выход — гулять с Феликсом за руку по вечерам перед университетом. Омега целый месяц изображал из себя парня Сомана и в итоге получил довольно много бонусов. Соман водил его в боулинг и в кино, покупал самое вкусное мороженое и был очень нежным и милым. Это помогло им обоим. Соман избавился от своего воздыхателя, проводил все время с семьей и тратился на любимого братишку, так как не хотел вовлекать в это посторонних людей. А ещё он неосознанно показал Феликсу, каким должен быть мужчина и свидания. — Если тебе скажут разделить счет или скинуть деньги за бензин или счет и это будет позиционироваться как свидание — кидай деньги и больше никогда не общайся! — наставлял Соман, когда покупал Феликсу попкорн перед сеансом. — Или если тебя после свидания будут склонять к чему-то, аргументируя тем, что тебя сводили покушать… — альфа покачал головой и его ноздри сами раздулись. — Понял, — Феликс моргнул пару раз и успокаивающе погладил тогда кузена по плечу, чувствуя сильные мышцы. — И вообще, если тебя кто-то обидит… — Соман посмотрел сверху вниз на брата. — Я тебе скажу последним, потому что не хочу, чтобы ты отправился на пожизненное. И, казалось, что даже спустя столько лет ничего не изменилось. Соман снова оплачивал все на свете, Феликс стоял рядом и складывал все в пакеты, чтобы альфа унес все домой. Омега цеплялся за локоть брата, чувствуя под пальцами его кожаную куртку. У них впереди были все выходные, чтобы наговориться обо всем на свете, а потом вместе отправиться теперь уже в их компанию. У Феликса вроде в жизни все было хорошо. Но в личной жизни пока все было плохо.

***