Grenzenlose Sucht

Пальцы неловко обдирают кору дерева. Каин делает вид, что говорит по телефону — якобы в одиннадцать вечера, стоя в парке на газоне, так он не будет привлекать внимание. Кто клеит закладки на пластилин, еще и на черный — в темноте ничего не было видно. Дай боже это нужное дерево, хотя, точечным анализом Каин уверен — по углу веток подходит только оно. Лишь бы не ненаход. Однако пальцы упираются в что-то липкое и мягкое -это оно. Кусок клячки отдирается вместе с корой — но тонкая фольга внутри, Каин нащупывает ее, убеждаясь в своей находке. И уверенно, как будто бы не он полчаса пытал несчастное растение, идет прочь. Клячка приятно оседает в кармане. Дальше — возвращение в свою квартиру. Потом — растворение маленькой бумажки на языке. Затем бесконечное ожидание. Каин чувствует — ему холодно. И он хочет есть. Ёнэ сидит в соседней комнате. Работает. Каин чувствует — ему жарко. И его тошнит. Он кричит Ёнэ, чтобы тот принес ему что-нибудь поесть. А потом жадно уминает картошку прямо со сковороды. Голод скребется о стенки желудка. Ёнэ молчит. Не осуждает — и не сочувствует. Каин вручает пустую сковородку назад и утыкается в телефон. Доза не такая большая, чтобы реальный мир мог превратиться в сплошные мультики. Но листать видео на удивление увлекательно. Он смотрит ролик про цветы. Они увядают в speed режиме, это красиво. Цикличные действия завораживают. Наслаждение отдается где-то в подкорке. Он смотрит какой-то концерт классической музыки. Звуки громче и насыщенные. Смотрит какие-то видео с нарезкой мыла. Слаймы. Бесконечное количество нарезок под реддит. Купить наркотики чтобы посидеть в тиктоке — что-то неадекватное. Но Каин уставляется в телефон, пожирая бессмысленные яркие картинки. В голове только желание найти больше бесполезного, повторяющегося контента. Как для детей аутистов. Каин думает, между ними не такая большая разница. Холод пробирается по ногам, и Шиеда лишь плотнее укутывается в одеяло. Он чувствует ткань и это его раздражает. Он чувствует все — ощущает любое прикосновение. Даже дуновение сквозняка. Искренне хочется, чтобы мир был гладким — силиконовым. Без углом и шероховатостей. Как 3д модель в какой-нибудь программе для анимации. Мультики придумали под ЛСД — Каин уверен. Ему попадается какой-то перезалив ролика и почему-то эти изображения не плывут — а выглядят почти трезвыми. Каин думает, что в голове есть кэш — как в браузере. И старые изображения даже кислота не может изменить. Каин думает, что его сжимает до rar архива и он не знает, хочет ли он сделать еще сжатие — или разорхивировать файлы своего мозга. Хочет ли он нажать на кнопку очистить корзину? Сбросить до заводских настроек? Ёнэ садится рядом и смотрит. Молчит. Он чуть-чуть расплывается, но все-таки Ёнэ — часть кэша. Каин никак не вычистит комп от мусора. Антивирус тоже слетел. Процессор грозит перегреться, а aida64 предлагает купить платную версию для продолжения анализа. Каин не ложится спать — он пожирает webp и mp4 файлы также, как пару часов назад картошку. Голод скребется о стенки мозга. — Ты знаешь как работают rar файлы? Zip? Они сжимают размер файла. Ёнэ отвечает впервые за вечер. — Я думаю, надо запретить наркотики айтишникам на законодательном уровне. Каин смеется и утыкается в телефон. Все позже. Эта ночь потеряла время и пространство — остался только светящийся экран телефона.