Моя счастливая десятка

«Жизнь полна сожалений, но они не стоят потраченного на них времени». У Джуна была удивительная способность оказываться рядом. Следовать тенью, и, как только я подумаю о нём, он уже стоит напротив меня. Прошло три месяца, и не было ни дня, когда бы мы не общались, лично или в лайн. Джун болтал так же много, даже если писал. Задавал вопросы, интересуюсь ли я модой? Смотрел ли «Назови меня своим именем» и, если да, что я об этом думаю? Список фильмов был достаточно разнообразным, не считая лишь одного сходства — они все про геев. Возможно, его это интересовало, так как тема остросоциальная, особенно в нашей стране, которая поставляет огромную массу слэшконтента, но при этом является гомофобной, ко всему прочему, я смотрел все фильмы, так что почему бы и не поговорить. Мы много рассуждали на тему ориентации, какие бывают и что лично я думаю, он будто ждал намёка на что-то. И я бы его дал, если бы сам знал, чего он хочет. — Дорогой, ты не поверишь, что я узнала! Если вы когда-нибудь увидите низкую и хрупкую девушку, которая несётся со всех ног и так громко кричит, что оборачиваются люди, лучше бегите, не допускайте моих ошибок. Мия — моя лучшая подруга, а ещё глаза и уши нашего университета, нет ни одной сплетни, новости, происшествия, о котором бы она не знала. Собственно, по счастливой или нет случайности, я тоже знаю обо всем. — Дорогой, кажется, в тебя влюбились! Я так счастлива, он красавчик, тебе повезло, даже завидую. Правильно говорят, если у красивого парня нет девушки, значит, у него есть другой красивый парень. Она «плюхнулась» рядом, сделала пару глотков из моей бутылки с соком и продолжила. — Тебе же интересно узнать, кто это, да? — В прошлый раз ты так говорила, и ничего не выгорело. — Откуда мне было знать, что он хотел свободных полиаморных отношений? Но в этот раз я уверена на сто процентов и ты его знаешь. — Я бы не хотел встречаться ни с кем, кого знаю. — Да? А я думала, тебе нравится тот парнишка. Ты подвозишь его, возишься с ним, ты чуть ли не на коленях у него сидишь за обедом. — Ты сейчас про Джуна? Джуна Арчена, того самого? Не обнадёживай меня, не хочу воспринимать желаемое за действительное. — Дорогой, ты же сам мне говорил, что обсуждаешь с ним всяких киношных геев, это проверка. Он прощупывает почву, гомофоб ты или нет, привлекают тебя мужчины и их секс, или ты так, исключительно по женщинам. Дорогой, ну почему ты такой глупый и невинный? Неужели мне нужно каждый раз говорить, насколько ты хорош? Даже гетеро парнишки были бы не прочь с тобой переспать. — Только переспать, в этом-то и проблема. Если это правда и я действительно ему нравлюсь, как мне узнать? Какую проверку делают в таком случае? Не могу же я ворваться к нему в комнату и спросить, будешь ли ты встречаться со мной и жить долгую и счастливую жизнь. — А ты готов с ним? Ладно, не хочу даже думать о том, что ты думаешь, просто потом скинешь дресс-код свадьбы. Я не ворвался в комнату с громким заявлением, посчитав это странной затеей, но решился на более серьёзный и глупый поступок. Отчего-то мне показалось, что я всё пойму, если приму с ним душ, но, кроме того, что у Джуна красивое тело и он быстро сбегает, я не узнал ничего. Может, я даже напугал его. С другой стороны, это ведь нормально, когда два друга моются вместе. Или нет, и это мой больной, пропитанный гейством мозг так думает. Мы стали слишком близки, каждое утро моей задачей было найти что-то интересное, чтобы удивить и порадовать сладостями, это доставляло мне огромное удовольствие, представлять, как его лицо будет меняться, как он улыбается и съедает ещё кусочек. Сама мысль, что его утро начинается с меня, заставляет сердце биться, а руки потеть. Моя забота всегда была неочевидной, состоящей из случайностей. Случайно проезжал мимо, купил больше положенного, чтобы не смущать другого человека, но иногда, если мои чувства достаточно сильны, я могу не справиться. Как сейчас, я понял, что мне мало Джуна лишь как друга, мало тех часов, что я провожу с ним рядом, мало просто наблюдать, я хочу, чтобы Джун Арчен был моим парнем. Если слова Мии правда, то у меня есть все шансы. Прошла целая неделя моих мучительных раздумий, планов и вариантов, как бы признаться. Что-то, что не показалось бы простым и, наоборот, чересчур излишним. Одна мысль перебивала другую, мешая сосредоточиться. К счастью, с утра и до самого вечера я бегал по футбольному полю, и, когда всё моё тело изнывало от тупой боли, мне пришла гениальная идея. Заключить сделку с судьбой, полностью ей доверяя. — Завтра полуфинал. Придёшь за меня поболеть? — М, даже не знаю, завтра много дел, нужно подумать, — Джун улыбался, сидел на ступеньке, наблюдая за игрой. Несмотря на отменённые тренировки, он всё равно приходил. Держал полотенце, подавал воду и изредко пытался незаметно сделать фото. Его лицо было милым, что делало наш флирт невинным. Ему удавалось мягко делать комплименты, смешить в перерывах и протирать мой лоб полотенцем, случайно касаясь щеки. В очередной раз, когда я подставил лицо, Джун достал из кармана резинку, и в следующую секунду моя чёлка была собрана в маленький хвост, какой обычно делают детям. Может, я и выглядел глупо, чего не скрывала моя команда, смеясь вслух, но для одного единственного человека я был милым, и это всё, что было нужно знать. — Я без тебя не выиграю. — Хорошо, я буду в первом ряду, — он кивает, тянется к щеке, но останавливается, когда Прем кричит, чтобы поскорее возвращались на поле. — Не спускай с меня глаз.

***

Несмотря на сделку, нужно приложить немало усилий и надеяться на удачу. Перед финальным броском я не мог дышать, всё замерло и сконцентрировалось лишь на мяче. Всё решится здесь и сейчас, и дело не только в победе университета или выхода в финал, сейчас решалось что-то более важное. Последние минуты, мяч летит в правый угол, защитник пропускает его и раздаётся свист. Победа, парни срываются со своих мест и спешат похлопать по спине, обняться всей толпой, и, уже выбравшись из неё, я вижу его. Думая об этом, всё кажется таким забавным. Мне понравился парень, который настолько плох в футболе, что не смог забить мяч в ворота, парень, который всегда был рядом и невидимой тенью следовал за мной. У каждого футболиста есть свой особенный номер, приносящий удачу, у меня же была моя счастливая десятка.