Потому что я был под кайфом | But then I got high

— Мне нехорошо, — пробормотала Гермиона себе под нос, развалившись на мягком диване в уютной Комнате по Требованию. Её тело казалось необычайно расслабленным, будто исчезли все кости, и мир вокруг выглядел странным, словно покрытым лёгкой дымкой. — Грейнджер, что ты тут делаешь? — знакомый насмешливый голос заставил её вздрогнуть. Гермиона повернула голову и увидела Малфоя, который тоже развалился на соседнем диване, лениво наблюдая за ней. — Что? — она заморгала, чувствуя, как её разум медленно возвращается из туманного состояния. — Как долго ты здесь? Малфой нахмурился и склонил голову набок, его лицо приобрело сосредоточенное выражение, будто он пытался разгадать неразрешимую загадку. — Эээ… — начал он с серьёзностью, непривычной для их обычных перепалок, его брови были сурово сдвинуты, а губы поджаты. Вдруг Гермиона разразилась смехом, не в силах остановиться. Абсурдное выражение лица Малфоя оказалось таким нелепым, что смех вырвался сам собой. Чем больше она смеялась, тем более растерянным становилось его лицо, что лишь усиливало её веселье. — Малфой, — выдавила она сквозь смех, теперь уже указывая на него пальцем. — Твоё лицо! Он фыркнул, но вскоре присоединился к её хохоту, и смех захлестнул их обоих. — Я не понимаю, почему я смеюсь, — выдохнул Малфой, захлёбываясь от смеха. — Ой-ой, — Гермиона осеклась, когда приступ веселья начал сходить на нет. — Мне кажется, я под кайфом. Лицо Малфоя тут же напряглось, вновь став серьёзным. — Это… это оно? — спросил он с осторожностью. Она попыталась осмыслить происходящее: размытые очертания мира вокруг, странное желание чего-то солёного и безудержное веселье, которое вызывало у неё всё подряд. Не оставалось сомнений — она действительно была под кайфом. — Ты тоже? — Гермиона нахмурилась, пытаясь вспомнить последние события. — Постой… как мы вообще сюда попали? Последнее, что она помнила, это как покидала Большой зал после того, как Гарри дал ей странного вкуса шоколад. — Пэнси сунула мне шоколад и толкнула сюда… или это был Нотт? — задумчиво проговорил Малфой, слегка покачав головой. — О, Мерлин, Малфой, — Гермиона внезапно схватила его за руку, её глаза расширились в испуге. — Нас, похоже, накачали! Его глаза тут же округлились. — Но зачем? — недоумённо пробормотал он. Гермиона понятия не имела, зачем это кому-то понадобилось. Это же точно не потому, что они весь восьмой курс не могли перестать препираться и между ними накалилось столько напряжения, что его можно было резать ножом. — Что нам делать? — спросила она, чувствуя странное возбуждение от всей ситуации. — Может, сказать об этом МакГонагалл? Малфой посмотрел на неё, прищурившись, как будто она только что предложила самое нелепое решение в мире. — Ты шутишь, Грейнджер? — его голос звучал так, словно он был на грани нового приступа смеха. И действительно, уже через несколько секунд он снова залился хохотом, который мгновенно заразил и её. — О, да, — пробормотала Гермиона, когда смех утих. Тут она вдруг осознала, что её рука всё ещё покоилась на его руке, а его светлые волосы выглядели такими мягкими и небрежно взъерошенными, что её невольно потянуло к ним. — Что ты делаешь? — настороженно спросил Малфой, сузив глаза. — Ты знал, что у тебя удивительно мягкая кожа? — Гермиона уставилась на его руку и аккуратно провела по ней пальцами. — Эээ… — Малфой осторожно убрал руку, не сводя с неё настороженного взгляда. Гермиона пожала плечами, словно это было абсолютно нормально. — Ну что, хочешь что-нибудь сделать? — невинно спросила она, игриво приподняв бровь. Он заморгал, явно озадаченный её внезапным вопросом. — Например, что? Гермиона задумалась, пытаясь перебрать в голове возможные варианты, чем они могли бы заняться. Может, они могли бы поиграть в какую-нибудь игру или обсудить домашнее задание по арифмантике, а может, подготовиться к предстоящим СОВ. Однако сама мысль о школе вдруг вызвала у неё новый приступ смеха, и она снова осознала всю нелепость ситуации, в которой они с Малфоем оказались. — Грейнджер, ты с нами? — голос Малфоя прорвался сквозь её мысли. Он помахал рукой перед её лицом, и Гермиона поняла, что уже несколько минут просто сидела и смотрела в пустоту. — Ты очень бледный, — заметила она, вернувшись к реальности. Малфой уставился на неё, но вскоре его взгляд сместился на её волосы. Он, кажется, потерял нить разговора, полностью сосредоточившись на пушистых кудрях. — Можно потрогать? — спросил он, его рука зависла в воздухе, почти касаясь её локонов. — Эээ… — она на мгновение замерла, не сводя с него глаз. Его серые глаза были прикованы к её волосам с какой-то детской заинтересованностью. — Ну, да. Он тихо рассмеялся, осторожно провёл рукой по её кудрям. — Они такие забавные на ощупь, — сказал он с усмешкой. Она не смогла сдержать улыбку, засмеявшись вместе с ним. — Да, — подтвердила Гермиона, чувствуя, как тепло его прикосновения распространяется по телу. Она закрыла глаза, неожиданно наслаждаясь тем, как его пальцы пробираются сквозь её каштановые пряди. Когда она вновь открыла глаза, её голова уже покоилась у него на коленях, а его пальцы продолжали мягко перебирать её волосы. Малфой смотрел на неё с такой же внимательностью, с какой изучал её локоны, словно это было чем-то новым для него. — Почему мы раньше не общались? — спросила она вдруг, не отрывая взгляда от его лица. Малфой задумался, его брови слегка нахмурились. — Мне кажется, у нас была какая-то веская причина, но я не могу её сейчас вспомнить… — пробормотал он, продолжая перебирать её волосы. Гермиона лежала, чувствуя, как её накрывает волна необъяснимого спокойствия. Она постукивала пальцами по своему животу и тихо напевала что-то под нос, будто это была самая естественная вещь на свете. — Что это ты мурлычешь? — спросил он, заинтересованно посмотрев на неё. — Мм? — Вот это твоё «мм мм мм». — Он попытался повторить её мелодию, но у него вышло весьма неловко. Гермиона рассмеялась. — О, это песенка про то, как накурился. Она начинается так: «Я собирался пойти на урок, но потом я накурился». — Она снова тихо запела, подражая тексту: — «Потому что я был под кайфом, потому что я был под кайфом, потому что я был под кайфом…» Малфой на мгновение застыл, а потом фыркнул. — Это смешно, — сказал он, всё ещё усмехаясь. — Правда? — она улыбнулась, кивая. Её веселье казалось заразительным. Она почувствовала, как его пальцы осторожно переместились с её волос на плечо. Её дыхание сбилось от неожиданного прикосновения, но почти сразу же она расслабилась, когда он начал медленно проводить пальцами вверх-вниз по её руке, даря лёгкие мурашки. — Это приятно, — прошептала она, закрыв глаза, чувствуя, как тепло его прикосновения распространяется по телу. Он в ответ лишь тихо промычал, поглаживая её руку. В этот момент она не удержалась и провела своей рукой по его ноге. — Что мы делаем? — спросила она, её голос был тихим, словно она говорила во сне. Она ощутила, как его взгляд скользнул по её лицу. Они встретились глазами, словно остановив время, погружаясь друг в друга, как будто эти мгновения могли длиться целую вечность. Малфой медленно наклонился и мягко коснулся её губ. Его поцелуй был лёгким, едва ощутимым, но от этого ещё более нежным. Гермиона, не раздумывая, обвила рукой его шею, её пальцы вплелись в его светлые волосы, притягивая его ближе. Гермиона закрыла глаза, погружаясь в поцелуй с головой, словно погружаясь в тёплую, сладкую волну. Его губы напоминали вкус шоколада с лёгким оттенком корицы, а язык игриво скользнул по её нижней губе, заставив её вздрогнуть и приоткрыть рот навстречу. Малфой тихо усмехнулся, его смех отозвался вибрацией у её губ, пока руки медленно скользили вдоль её тела, очерчивая каждый изгиб. Её сердце колотилось в груди, а тепло поднималось от шеи и щёк вниз, накрывая каждую клеточку её существа. Внезапный прилив жара и лёгкое головокружение заставили её резко сесть, будто мир закружился под ногами. Она ухватилась за его руку, чтобы не потерять равновесие, и весело рассмеялась. — Что с тобой? — хрипло прошептал он, его губы замерли в нескольких дюймах от её уха, дыхание тёплой волной коснулось её кожи. Гермиона хихикнула, обернувшись к нему, и в её взгляде блеснуло что-то озорное. — Кажется, я определённо под кайфом, — улыбнулась она, прежде чем вновь наклониться к нему и припасть губами к его. На этот раз она устроилась у него на коленях, лицом к лицу, обвивая его шею руками и притягивая ближе. — Э-э… мы точно должны это делать? — его голос был низким и прерывистым, словно каждое слово давалось ему с трудом. — Знаешь… — тихо прошептала она, поддаваясь нахлынувшему дерзкому порыву. — Я бы соврала, если бы сказала, что никогда об этом не думала. — Она фыркнула, сама удивляясь, как легко слова сорвались с её губ. Малфой приподнял бровь, будто пытался сохранить надменное выражение, но покрасневшие глаза выдавали его смущение. — Вот как? — пробормотал он, опуская голову и мягко касаясь губами её шеи. Тёплая дрожь пробежала по её телу, и она невольно выгнулась, наслаждаясь прикосновением. Её рука скользнула к его поясу, пальцы медленно продвигаясь ниже. Малфой шумно выдохнул, его дыхание щекотало её кожу. Руки на мгновение замерли у её бёдер, но вскоре вновь пришли в движение, забираясь под её рубашку. — Это безумие, — прошептала она, но не остановилась. Её пальцы осторожно проникли под его бельё, а Малфой резко втянул воздух, его губы прижались к её шее, оставляя горячие поцелуи. Его прикосновения были осторожными, но настойчивыми. Она вздрогнула, когда он уверенно скользнул пальцами под её бюстгальтер, его ладонь коснулась её груди, вызывая у неё дрожь от удовольствия. Малфой, едва сдерживаясь, сжал её талию, будто пытаясь найти хоть какую-то опору в этом моменте. Его движения стали отчаянными, неловкими и одновременно невероятно чувственными. — Чёрт, — прошептал он, когда Гермиона тихо засмеялась, почувствовав, как его пальцы начинают терять контроль, сжимая её рубашку. Она знала, что и он, как и она, захвачен этим моментом. — Потому что я был под кайфоммм, — снова запела она себе под нос, посмеиваясь от мысли о том, насколько нелепо всё происходящее. Но его руки продолжали блуждать, и смех быстро сменился тихими стонами. Она никогда не думала, что прикосновения могут быть такими электризующими, пока его пальцы не скользнули под её юбку, находя самую чувствительную точку. Её тело отозвалось незамедлительно: она выгнулась к нему, следуя ритму его движений. Малфой наклонился ближе, его горячее дыхание обжигало её ухо. — Ну что, Грейнджер, как тебе? — прошептал он хриплым, низким голосом, от которого мурашки побежали по её спине. Она зажмурилась и тихо застонала, когда его пальцы уверенно вошли в неё. Движения были медленными, но целенаправленными, с каждым разом приводя её всё ближе к разрядке. Её бёдра инстинктивно двигались в такт его касаниям, наслаждаясь каждым мгновением близости. Гермиона судорожно вдохнула, её руки сжались в его светлых волосах, и она почувствовала, как её тело содрогается от удовольствия. Она была на грани, каждая секунда словно растягивалась в вечность, пока наконец не достигла пика, содрогнувшись в его руках. — Чёрт… — выдохнул Малфой, его губы снова нашли её, накрывая долгим, глубоким поцелуем. Гермиона всё ещё дрожала, удерживая его голову в своих руках, когда его язык очертил контур её нижней губы. Она тихо рассмеялась, её сердце бешено колотилось в груди, а губы изогнулись в хитрой улыбке. — Ты снова напрягся, — прошептала она с легкой насмешкой, чувствуя, как его тело предательски реагирует на каждое её движение. Малфой стиснул её талию, пытаясь сохранить хотя бы видимость контроля, но его рука уже снова скользила вверх по её спине, и они оба знали — контроль ускользал быстрее, чем они могли его удержать. Гермиона оторвалась от его губ и, тяжело дыша, сделала шаг назад, чтобы снять рубашку и юбку. Однако процесс оказался далеко не таким соблазнительным, как ей хотелось бы. Она едва не споткнулась о собственную юбку, и это вызвало у неё новый взрыв смеха. Малфой быстро подхватил её за талию, не дав упасть, его руки скользили по её оголённой коже, оставляя за собой тёплые следы. В ответ она резко потянула его рубашку, с лёгким рвущимся звуком открывая его бледную грудь. Её взгляд скользнул по его оголённому телу, и она не смогла сдержать дрожь. Прикусив нижнюю губу, Гермиона потянулась к его шее, осыпая поцелуями каждый участок кожи, чувствуя, как его напряжение нарастает с каждым движением. Малфой, не теряя времени, убрал остатки одежды заклинанием, оставив их оба почти обнажёнными. Его пальцы нежно потянули вниз её трусики, осторожно касаясь её влажной кожи, и она не сдержала тихого вздоха. Опустившись на колени, она почувствовала, как его руки обвили её бёдра, готовые поддержать её. — Ты точно уверена, Грейнджер? — хрипло прошептал он, его взгляд был сосредоточен на её лице, а руки нежно касались её тела. Гермиона молча кивнула, и дыхание вырвалось у неё через сжатые зубы: — Чёрт, да. — Она медленно опустилась на него, погружаясь полностью за один решительный толчок. Его руки скользнули в её волосы, осторожно потянув за непослушные локоны, пока она начинала двигаться. Её спина выгнулась, голова запрокинулась назад, а глаза закрылись от удовольствия. Она обхватила его бока руками, крепко держась, чувствуя, как его пальцы переместились на её ягодицы, сжимая их и подталкивая её вперёд-назад. Их движения были быстрыми, неслаженными, но невероятно интенсивными. Гермиона обвила его талию ногами, приближая его к себе ещё сильнее. Трение между их телами усиливалось, заставляя её дышать всё тяжелее. Малфой двигался настойчиво, его дыхание всё чаще сбивалось, и каждый толчок приближал их обоих к разрядке. — Малфой, — прошептала она ему на ухо, слегка прикусив мочку. Он тихо сглотнул и резко выдохнул, его пальцы тем временем нашли её чувствительный клитор, добавляя к этому моменту ещё больше страсти. Всё вокруг стало размытым, их движения потеряли ритм, растворяясь в ярких вспышках удовольствия. Вскоре их тела содрогнулись в унисон, и они достигли кульминации, погрузившись в сладкий, исцеляющий хаос. Гермиона обессиленно рухнула на него, её лицо прижалось к его влажной от пота шее, их дыхания медленно успокаивались. — О, чёрт… — прошептала она, когда силы вернулись к ней, и она отстранилась, усаживаясь рядом с ним на диван. — Ага, — Малфой взглянул на неё, и они оба разразились смехом, не в силах сдержать смешки, вызванные абсурдностью всего произошедшего. Гермиона, всё ещё улыбаясь, подняла брови и слегка прикусила нижнюю губу. — Нам нужно почаще так расслабляться, — проговорила она с игривой ноткой в голосе. Малфой фыркнул, вытирая со лба остатки пота и бросив на неё взгляд, полный скрытой улыбки. — В любое время, в любом месте, Грейнджер.