Удача улыбается смелым

Мама учила Диму в любых ситуациях оставаться человеком, поэтому он вырос добрым мальчиком, пусть и не слишком сильным. Ему бы хотелось спасать людей от избиений в подворотне или помогать однокласснику, над которым жестоко издевались за школой, но вступать в открытые конфронтации всегда было страшно. Когда Дима шел в полицию, он думал, что хорошо проявит себя в сидении за широким столом и перебирании бумажек. Мама советовала ему стать судьей или адвокатом – кем-то, кто может помочь, когда острая степень опасности уже отступает, и, наверное, она была права, но Дима бросил себе вызов. Он решил, что сможет перебороть в себе страх. В первый год работы с Игорем Громом ничего не получалось. Взрывной и взбалмошный характер самого противоречивого сотрудника Питерской полиции заводил их в самую что ни на есть гущу событий. Дима делал вид, что беспокоится о порядке и законности, но на самом деле он до трясущихся коленок боялся получить подтверждение своей слабости. Позже стало легче. Рядом всегда был друг, готовый подставить крепкое плечо. Дерзить в спорах с судьбой получалось гораздо лучше, когда рядом лаяла бешеная собака, которая любому неприятелю могла играючи разодрать глотку. Дима стал смелее. Но только из-за того, что кто-то всегда прикрывал ему спину. По крайней мере, так думал он сам. Лейтенант Дубин был уверен, что окажись он даже сейчас в той самой подворотне, где несчастному должнику ломали колени, или напротив закрытой двери, за которой стонал от боли избитый одноклассник, смелости помочь у него всё ещё не хватит. Даже служебный пистолет не дарил чувство безопасности, и постоянно надетый бронежилет это подтверждал. Совсем немного (гораздо больше, чем Дима мог признать), он завидовал Игорю, который легко лез в пекло, напрочь забывая о себе. Ему бы хотелось уметь так же, но чувство самосохранения каждый раз дергало внутри стоп-кран, останавливающий от безрассудств. И без сумасшедших поступков Диму считали героем. Получать всеобщую любовь было приятно, но внутри ему все равно не хватало этого всепоглощающего чувства восторга, какой вызывал у окружающих Гром. Он был настоящим суперменом. Гением в кожанке. Борцом за справедливость, сражающимся на передовой. Дима же был просто умным хорошим мальчиком, что особенно ценилось Прокопенко, но угнетало его самого. До героя, которым его пару раз называли, он в личном рейтинге не дотягивал. – Чего приуныл, малой? – большие руки Игоря крепко сжали плечи Димы, и тот вздрогнул от неожиданности, возвращаясь в реальность к перешедшему в спящий режим рабочему компьютеру. – Не приуныл, просто задумался, – отозвался он. Быстро взглянув на напарника, Дима в удивлении приподнял брови. Обычно суровый Гром сегодня будто светился. – А ты чего такой весёлый? Отмахнувшись от друга, Игорь только подвинул первый попавшийся стул спинкой вперед и уселся рядом. – Что нового узнал со вчерашнего дня? – спросил он, разглядывая папки, которые, очевидно, не собирался даже открывать. – Ничего, – с сожалением прошептал Дима, забирая у напарника документы – ещё не хватало потом заново их сортировать. – Это они, Игорь. Сто процентов. Но я понятия не имею, как нам их поймать. Третью неделю подряд они расследовали крайне мутное дело о банде, внезапно появившейся на улицах Питера. Официального названия у нее не было, поэтому в деле Игорь предложил записать их как«Пустые». Структура этой организации была непонятна, как и конечная цель. Череда странных похожих друг на друга ограблений и одно заявление местного чиновника о нападении – всё, что было у полиции на «Пустых». Сначала Дима предположил, что это наемники, но преступления казались незначительными, к тому же Игнат не слышал ничего о готовящихся темных делишках и не мог подсказать заказчика. Полиция искала шайку дворовых пацанов, решивших поиграть в дебоширов, но неделю назад случилось преступление покрупнее. У недавно приехавшего в город Ван Дер Хольта, владеющего компанией по разработке высокотехнологичного оружия и прочих гаджетов, случилась неприятность на таможне – кто-то угнал три огромных грузовика техники, которую должны были доставить в Москву по госзакупке, и все немногочисленные улики, которые удалось найти, указывали на тех же ребят, что грабили местные магазинчики. Масштабы преступлений не сходились, и Прокопенко усиленно качал головой, сомневаясь в причастности неизвестной банды в столь громком деле, но Димина чуйка подсказывала, что эти дела были связаны, поэтому он получил добро на собственное расследование, успех которого пока был даже не близко. – Ты же умный, разберёшься. – Игорь снова хлопнул друга по плечу. Его самого это как будто не особо волновало. Не то чтобы он Диме не доверял, но тоже сомневался в том, что люди, с горем пополам укравшие деньги из кассы цветочного, могли организовать угон многотонных грузовиков. К тому же попытка нападения на министра экономики у этой же банды оказалась провальной, а с такой организацией они вряд ли смогли бы так искусно провернуть кражу подобного масштаба, да и мотива у обычных ребят на это никакого не было. – Было бы славно, если бы ты помог разобраться. – Третья бессонная ночь давала о себе знать чрезмерной раздражительностью. Дима действительно устал соединять несоединимое и уже был готов признать, что в этот раз чуйка его подвела, поэтому почти без зазрений совести срывался на Игоре за свое упрямство. – Так ты скажи, чё делать, я ж готов, – развел руками Гром. Познавать сарказм Дима только учился, но каждый день работы с Громом прокачивал этот навык, поэтому взгляд, которым он одарил напарника, был достаточно красноречив. – Ты хотя бы помнишь, что сегодня мы едем на встречу с Ван Дер Хольтом? – спросил Дима, уже читая по растерянному взгляду Игоря ответ. – Это тот, у которого украли машинки с роботами? Обратившись к остаткам своего терпения, Дима сдержанно покачал головой. – У него украли машинки с тремя высокотехнологичными системами защиты, которые, к тому же, оснащены оборонной системой. У него украли о-ру-жи-е, – по слогам произнес он, надеясь донести всю степень серьезности их дела. Главным минусом характера Игоря было, наверное, то, что он прекрасно умел существовать в критических ситуациях, но был совершенно плох в планировании и предугадывании, когда опасность только назревала. Пока в городе не гремели выстрелы или не происходили убийства, Игорь в упор не видел в этом ничего серьезного – он предпочитал решать проблемы по мере их поступления и до тех пор, пока его не пускали работать в «поле», не работал совсем. – Я понял, понял. Сорян. – Поднял он ладони в свою защиту. – Так и когда мы там едем к этому Ван Дир Хорту? – Ван Дер Хольту, – поправил Дима. – Без разницы, так когда? – Он назначил на три. – Скрытые очками глаза метнулись к уголку экрана компьютера, где время приближалось к полудню. – А он сам не мог к нам заехать? – Настроения таскаться по дождливому городу ради разговора у Игоря явно не было, что, кстати, было странно, потому что обычно он цеплялся за любую возможность провести рабочий день вне душного полицейского участка. – У тебя всё хорошо? – спросил Дима, искренне беспокоясь. Минутку порассуждав о том, стоило ли делиться с напарником своими личными переживаниями, Игорь всё же признался: – Просто после работы у нас Юлькой типа свиданки, она сказала, быть к шести, и я не хочу опять заставлять её ждать. И так уже трижды просрал нужное время, в этот раз она меня точно прибьёт. Такое волнение перед черт знает каким по счету свиданием Диму умилило. Пчелкина была, наверное, единственным человеком в мире, кто мог заставить Игоря переживать о чем-то, кроме поимки преступников, а ещё только она могла заставить Грома добровольно прийти в роскошный ресторан и к тому же не опоздать. – Не переживай. – Настала очередь Димы трепать напарника по плечу. – Стая своих не бросает. Если что, я тебя прикрою, сможешь пораньше сбежать. Игорь тепло ему улыбнулся.

***

Если честно, Дима ожидал, что безмерно занятой и супербогатый наследник империи назначит встречу в новомодном офисе в перерыве между своими очень важными делами, но когда они с Игорем оказались перед высокими воротами загородного дома, больше похожего на замок, стало немного не по себе. Конечно, следовало догадаться, что не все богачи одинаковые и не все так же, как Разумовский, предпочитают жить там, где работают, и работать там, где живут. Однако к масштабам дома, находящегося во владении иностранца, Дима оказался не готов (страшно было представить, как выглядел дом Ван Дер Хольтов в их родной стране). – Это нормально, что мне этот парень по определению не нравится? – пробурчал Игорь, исподлобья смотря в черную камеру над воротами. – Нет, это называется предвзятость, – сказал Дима то ли ему, то ли самому себе. – Чумной доктор такой один, так что не накручивай. К тому же Ван Дер Хольт жертва... По крайней мере на данный момент. Минуты через две широкие ворота, отделанные красивыми коваными узорами, разъехались в разные стороны, и к ним вышла свита из пяти широченных охранников. – Мы из полиции, – начал объяснять Дима, – у нас назначена встреча с мистером Ван Дер Хольтом на три часа. Местная охрана его как будто не услышала. Они продолжили неподвижно стоять по стойке смирно, ожидая указаний. Только тот, что по центру, высокий мужчина с седой бородой, похожий на мужика из рекламы сотовой связи, позволял себе напрямую внимательно осматривать прибывших гостей. Игорь под этим рентгеновским взглядом закипал недовольством. Было ясно, что ещё минута этой напряжённой тишины приведет его к попытке насильно прорваться к Ван Дер Хольту, но мужик из рекламы очень вовремя заговорил: – Следуйте за мной, вас ожидают. Их повели по выложенной крупными плитами дорожке к главному входу особняка. Это было трехэтажное здание с купольными крышами и множеством окон в стиле старинных дворцов. Диму это удивляло: от владельца высокотехнологичного бизнеса он ожидал увидеть что-то в стиле хай-тек с квадратными формами и панорамным видом. Однако дом Ван Дер Хольта больше был похож на замок с картинок учебника истории. Но внешний вид был как всегда обманчив, потому что стоило им пройти мимо системы автоматического полива газона, как недостающие зданию технологии показали себя во всей красе. Массивные деревянные двери разъехались перед ними, как по волшебству, а в коридоре включились красивые лампы. – Сюда, – сказал седой наемник и ровно встал у закрытой двери под самый потолок. – Какие же все богачи сумасшедшие, – шепнул Игорь, перед тем как толкнуть двустворчатую деревянную дверь. Дима не мог с ним не согласиться. Комната, в которой они оказались, была просторным пустым залом, застеленным однотонным ковром с коротким ворсом. Казалось, будь это настоящим замком, здесь проводили бы прием гостей перед роскошными балами. Но в современных реалиях это была просто пустая комната, в центре которой высокий мужчина лет пятидесяти выдерживал боевую стойку. Откуда-то сбоку послышался треск, и Дима, повернув голову, увидел у дальнего угла высокую фигуру молодого мужчины. Он тяжело дышал, голая грудь его часто сокращалась, а из-за спины бил пугающе красивый сине-фиолетовый свет. Дима не сразу понял, что произошло, но мужчина вдруг заискрил настоящими молниями по телу, разбежался и с размаха ударил своего спарринг-партнера в живот. Тот отлетел, едва не врезавшись в стену, и, чуть оклемавшись, поднял над головой крест, обозначая перерыв. Это было впечатляюще и совсем немного жутко. Дима хотел бы сказать, что работа в полиции выработала в нем равнодушие к странностям. После того же Разумовского, плюющего из огнеметов в костюме, стоило бы принять возможности современного мира, но в реальности это все равно казалось Диме магией. – Вы как-то не подготовились к встрече с полицией, мистер Ван Дер Хольт, – подал голос Игорь, складывая руки на груди. В ответ на это хозяин особняка только коротко улыбнулся. Он развернулся, чтобы взять оставленную на полу бутылку воды, и Дима увидел его спину. Черный каркас экзоскелета торчал из кожи как огромная впившаяся в тело сороконожка. Он переливался теперь приятным светло-голубым цветом и изгибался, улавливая каждое мелкое движение хозяина. – Прошу меня простить, – сказал Ван Дер Хольт, подходя ближе. Его расслабленное выражение лица в совокупности с игривой улыбочкой и мягкой походкой одновременно завораживали и напрягали. – Знаете, когда ваш позвоночник источает высоковольтное электричество, лучше выпустить пар до того, как случится катастрофа, тем более если намечается встреча с таким важным человеком, как вы, Майор Гром. Ван Дер Хольт говорил мягким вкрадчивым тоном, распевая слова. Его красивый акцент добавлял речи злодейского флёра, а прямой уверенный взгляд это ощущение подкреплял. Было похоже, что вот-вот должна случиться драка, но поводов к ней не было никаких, кроме непонятного безосновательного напряжения в комнате. – Моё имя написано где-то в аэропорту на стенде или вы в личных целях интересовались, мистер Хольт? – Игорь с подозрением прищурился, включая свое любимое амплуа «плохого» полицейского. – Ваше имя, my dear friend, написано в Питере везде. – Ухмылка на лице Ван Дер Хольта стала шире, как будто каждое слово Грома оправдывало его ожидания. – Я даже польщён, что дело с кражей моего имущества взяли расследовать вы. Мне казалось, в вашей компетенции более серьезные... crimes. – Да вот, слава Богу, не каждый день приходится бегать за свихнувшимися маньяками, а в расследовании краж мы натренировались, – Игорь кинул быстрый взгляд на Диму, улыбнувшись, – на холодильниках, в основном. Дубин шутку не оценил. Его вся эта атмосфера очень настораживала, напрочь лишая возможности воспринимать юмор. Он прекрасно видел, что Игорю совершенно не нравился Ван Дер Хольт, поэтому готовился к худшему: что придется вмешиваться в выросший из ничего конфликт. Однако, мистер Хольт казался спокойным. Он, как будто только сейчас заметив ещё одного человека, быстро переключил свое внимание. – А вы, должно быть, мистер Дубин, – обращение на английский манер показалось несуразно смешным, и Дима, не сдержавшись, хихикнул. – Можно просто Дмитрий, – представился он. – О вас, Dmitriy, тоже много говорят. Безмерно рад встрече. Мистер Хольт протянул ему руку, и Дима, слегка удивленный тем, что о его скромной персоне кто-то что-то знает, чуть затормозив, всё же пожал её. Ладонь Ван Дер Хольта была горячей и влажной после недавней тренировки. Едва коснувшись её, Дима почувствовал короткий электрический разряд, какой бывает от прикосновения к металлическим ограждениями в торговых центрах. Захотелось дернуться, чтобы избежать этого щекочущего тока, но Дима упрямо оставил руку на месте, выдерживая прикосновение. Ему казалось слишком невежливым отказаться от рукопожатия, тем более учитывая странный настрой Игоря на всю эту встречу. Чтобы раскрыть дело, им нужно было работать в команде, Ван Дер Хольт должен им доверять, а если конспирологические теории Димы о том, что все преступления последних недель как-то связаны между собой, окажутся правдивыми, возможно, помощь мистера Хольта будет нужна им в большем количестве, чем одна неловкая беседа, поэтому стоило вести себя учтиво, чтобы нивелировать резкость своего напарника. – My apologies, Dmitriy, – сказал Ван Дер Хольт, спешно убирая руку. Он задержал взгляд на чужом лице, выдавая какую-то совершенно необъяснимую эмоцию, и Дима, почувствовав в этой секундной тишине неловкость, попытался вести себя, как профессионал. – Мистер Хольт... – он запнулся, пытаясь выбрать правильное обращение, – Ван Дер Хольт. Мистер Ван Дер Хольт. Собственный лепет показался Диме глупым. Он разозлился на себя за неуверенность и хотел было поскорее перевести тему, но мистер Хольт, расплываясь в широченной улыбке, сказал: – You can call me August. Дима первым предложил облегчить способ обращения, но то же самое от Ван Дер Хольта почему-то смутило его. – Мистер Хольт, – уже спокойнее произнес он. – Мы можем присесть где-то для разговора? Нам будет полезна любая информация, которую вы можете дать. – Of course! – Он подозвал к себе неприметно стоявшего у двери охранника и, отдав ему бутылку с водой, что-то прошептал, затем снова обратившись к Диме. – Пройдёмте. Он развернулся к той же двери, через которую они заходили, и Дима с Игорем последовали за ним. – Если вам нужно переодеться, мы можем подождать, Мистер Хольт, – сказал Дима, в упор смотря на голый электрический позвоночник. Лицезреть чью-то достаточно уязвимую часть во время первой встречи казалось ему неправильным. – В этом нет необходимости, – отмахнулся Ван Дер Хольт, а потом, резко остановившись, добавил: – Если только Вас не смущает мой внешний вид. Он точно заметил, как Дима пялился, поэтому, чтобы не делать всю эту ситуацию ещё более неловкой, Дубин отрицательно мотнул головой, да так, что очки его чуть съехали влево. Когда они оказались в светлой столовой с длинным (наверняка дубовым) столом и минимум четырьмя красивыми вазами по периметру, Хольту всё-таки принесли халат. – Мистер Хольт, скажите, пожалуйста, – начал Игорь непривычно вежливо. – Вы догадываетесь о том, кто мог организовать эту кражу? Дима открыл блокнот, чтобы записать показания, и это помогло ему отвлечься от чрезмерно внимательного взгляда Ван Дер Хольта. – Не имею ни малейшего понятия, – он мягко качнул головой, закидывая ногу на ногу. – Я в России недавно, ещё не успел изучить местный менталитет. У вас часто пытаются так глупо и беспардонно воровать? Говорить о том, что довольно часто, не очень хотелось, поэтому Дима предпочел просто слушать, предоставляя право допроса Игорю. Это был один из немногих разов, когда ему вообще не хотелось говорить. Повышенное внимание к своей персоне его настораживало, и пока Гром в своей манере строил диалог, Дима скромно делал пометки в блокноте. – Не сказал бы, что глупо. У них всё-таки получилось. – Игорь усмехнулся, считая, что смог задеть напыщенного мистера Хольта, с самого начала говорящего с полицией свысока. Но Хольт не поддался на провокацию, только махнул одному из охранников и все с таким же самодовольным и спокойным видом дождался, пока ему принесут какую-то странную механическую детальку. Чип был совсем крошечным и горел в углу ярким красным цветом. – Я ни в коем случае не сомневаюсь в ваших способностях, Мистер Гром. Но неужели вы думаете, что у системы безопасности последней разработки не предусмотрена собственная система безопасности? Игорь затих, с хмурым видом разглядывая непонятную штуковину. – Что делает этот чип, мистер Хольт? – уточнил Дима, на всякий случай зарисовывая устройство. За своим делом он пропустил те несколько мгновений довольной улыбки Хольта и его взгляд, направленный прямо на блокнот. – Dmitriy, если вы такой fan of gadget, я могу подарить вам его, – сказал он, а затем коснулся руки Димы, в которой не было карандаша, чтобы вложить в неё устройство. В этот раз за прикосновением не последовало электрического разряда, и Дима сосредоточенно кивнул, пытаясь рассмотреть непонятый чип ближе. – Так что это? – повторил он вопрос. Смотреть на Ван Дер Хольта ему всё ещё было немного неловко, поэтому он настойчиво продолжал вглядываться в кусочек металла и делать вид, что понимает в этом всем хоть что-то. – Обычный маячок. Почти. Чеширская улыбка добавляла фразе туманности. – То есть, вы знаете, куда увезли ваши игрушки? – с раздражением выдал Игорь. Грома явно не вдохновляли все эти мутные намеки и игры в угадайку. Они тратили его время, растягивая эту встречу до бесконечности, а он в целом не любил долгие разговоры, даже по делу, и особенно не любил, когда кто-то пытался набивать себе цену, вместо того, чтобы сразу все объяснить. – Пока нет, но могу узнать. Почувствовав надвигающуюся беду, Дима быстро сжал маячок в ладошке и уложил руку Игорю на плечо, останавливая готового бить морды напарника от горячих решений. Ван Дер Хольт особенно внимательно за его действием проследил. – Вы можете, пожалуйста, всё нам рассказать? – попросил он дипломатично. – Не очень понятно, почему вы заявили о краже, если легко могли сами вернуть свое имущество или почему не предоставили полиции координаты, по которым его могли бы вернуть мы. – Dmitriy, – то, как Хольт произносил его имя, было похоже на какой-то очень примитивный флирт, но Дима предпочитал считать это языковыми особенностями. – Я не хочу показаться вам eccentric, but... Мне, как и любому человеку, ужасно не нравится терять прибыль, и меньше всего мне бы хотелось лишиться её из-за этого дурацкого инцидента. Вот только ещё сильнее, чем терять деньги, я не хочу, чтобы люди присваивали себе что-то моё, поэтому все устройства нашей компании оснащены противоугонной системой. Она работает по принципу кнопки самоуничтожения. То есть через двадцать четыре часа после получения координат, если чипы не деактивировать, они разрушат систему изнутри, и все мои, как выразился мистер Гром, «игрушки» станут просто грудой металла и проводов. Звучало действительно несколько эксцентрично: уничтожить баснословно дорогую технику, только чтобы ей не воспользовался кто-то другой. – Мистер Хольт, извините, конечно, но я всё равно не очень понимаю, почему бы вам самому не отправить специально обученных людей, чтобы вернуть системы? Дима давно привык к недоверию в сторону полиции, и ему казалось странным, что имея все возможности, мистер Хольт не стал самостоятельно решать вопрос. В конце концов, заявление в полицию поднимало много шума вокруг его персоны, а с тем условием, что системы безопасности в страну завозили по госконтракту, это и вовсе выглядело нелогично. Постепенно в Диминой голове строились новые теории, в которых Ван Дер Хольт был непосредственно замешан в этом всем, и такая перспектива его отнюдь не радовала. – Dmitriy! Как вы можете предполагать, что я захочу нарушить закон страны, в которой меня добродушно приняли в качестве гостя? – Он картинно развел руками. – К тому же, вернуть своё не единственная моя цель. Я хочу, чтобы преступники ответили за свои действия, а кто обеспечит правосудие лучше, чем вы? Доверия к его словам было не много, но обвинить в чем-то Ван Дер Хольта пока было нельзя. У Димы снова оставались только теории и подозрения, не подкрепленные ни единым фактом. – Все ясно, – подал голос притихший Игорь, – когда вы предоставите нам координаты, мистер Хольт? – Как только вы будете готовы, мистер Гром. План раскрытия дела Ван Дер Хольт, по сути, подал им на блюдечке. В этой схеме все были довольны: Дима и Игорь получали похвалу, Хольт возвращал имущество, государство получало свои системы безопасности. Всё хорошо, и от этого крайне подозрительно. Игорь кивнул, протягивая мистеру Хольту руку, и Дима заметил, как он мельком глянул на часы. До свидания с Юлей у него оставалось меньше двух часов. – Спасибо за беседу. – Гром встал, намереваясь уходить, и махнул Диме, чтобы тот тоже начал собираться, но планы Дубина, пытавшегося найти упущение во всем этом деле, отличались от его. – Вообще-то есть ещё парочка вопросов, которые я хотел бы задать вам, мистер Хольт. Если у вас, конечно, найдется время, – сказал он, поднимая повыше свой блокнот для заметок. С усталым вздохом Игорь присел обратно за стол. – С радостью отвечу, Dmitriy, – Хольт продолжал улыбаться каждый раз, когда произносил имя светловолосого полицейского. Дима, надеясь поговорить с ним наедине, чтобы ни о чем не догадывающийся Игорь не вмешался, шепнул тому на ухо: – Иди, я тут сам закончу. – Мне этот тип не нравится, – так же тихо сказал Гром, не стесняясь сидящего в паре метрах Ван Дер Хольта, – не хочу тебя с ним оставлять. – Ты опоздаешь к Юле, – надавил Дима. – А он даже не подозреваемый, так что всё нормально. Несколько секунд Игорь обдумывал свои дальнейшие действия, но, прикидывая время до свидания, все-таки решил довериться Диме. В конце концов, тот не раз доказывал, что может за себя постоять, и объективных причин оставаться с ним в качестве няньки не было, разве что кроме той, что Игорь действительно по-дружески за него волновался. – Свистни, как закончишь, – кивнул он, а затем обратился к Хольту: – Надеемся на Ваше сотрудничество. К выходу Игоря провожали двое охранников, и, как только те вышли, в столовой остался только тот седой бугай, которого они приметили в самом начале, и Дима с Хольтом. Без двух пар лишних ушей стало чуть менее напряжённо. – Что ещё вы хотели спросить? – Ван Дер Хольт облокотился о стол, готовясь отвечать как будто на любые вопросы. – Вы что-нибудь знаете о недавних случаях ограблений по городу? Пытаясь уловить малейшее изменение в поведении, Дима внимательно всмотрелся в чужое лицо, но Ван Дер Хольт не повел и бровью. – Как же я могу знать? Я ведь совсем недавно в Питере. – Кажется, вы в стране уже около месяца. Безымянная банда появилась на улицах вскоре после вашего приезда. – Это звучало как обвинение, но Дима старался подбирать более безобидные слова. – Я имею в виду, что об этом много говорили в новостях. Вы, как новоприбывший, должны были запомнить такие яркие заголовки. – Ограбление цветочного магазина – не такое уж яркое событие, – ответил Хольт, и Дима зацепился за его оговорку, надеясь копнуть глубже. – Так вы всё-таки знаете об этом. – Конечно, mon cher policier. – Внезапный французский снова выбивал из колеи. С мистером Хольтом вообще тяжело было сохранять самообладание, все шло совершенно не так, как предполагал Дима. – Я стал смотреть новости с того момента, как узнал о ваших с мистером Громом подвигах. Отмазка была слабоватой, и в нее почему-то не верилось от слова совсем. Зажженный решимостью Дима продолжил мягкое давление. Он чувствовал, что где-то в этом диалоге можно было найти подтверждение своим догадкам. – Почему же соврали после первого моего вопроса? – Because, Dmitriy, мне показалось, вы неправильно подумаете обо мне, если узнаете о моём повышенном интересе к вашей работе. Хольт снова подал своему охраннику какой-то молчаливый сигнал, и суровый мужчина тут же вышел, оставляя их наедине. Дима почувствовал, как мурашки пробежали по его шее: в конце концов после озвученных вслух подозрений от богатого властного человека можно было ожидать что угодно, но пистолета у виска пока не было, и пока никто никому не угрожал, поэтому Дима концентрировался на деле, тем не менее оставаясь начеку. – Это действительно кажется подозрительным, – сказал он дерзко. – Люди, которым нечего скрывать, такого интереса к полиции не проявляют. – Я ни в чем не замешан, Dmitriy, если вы вдруг подозреваете меня, – в голосе послышалась наигранная оскорбленность. – Более того, я могу помочь вам в этом деле. Такая инициатива вызывала ешё больше вопросов. – Почему вы хотите помочь, если, как говорите, ни в чем не замешаны? – Потому что я, Dmitriy, ваш большой фанат, – неожиданно признался Ван Дер Хольт, – и мне будет приятно знать, что я участвовал в вашем очередном подвиге. Удивленный такому ответу, Дима смутился. Глаза его забегали по чужому лицу, пытаясь отыскать в словах обман или шутку, но Хольт оставался непроницаем. – Мой фанат? – решил-таки уточнить Дима. Ван Дер Хольт оскалился, довольный произведенным эффектом, и придвинул свой стул поближе, сокращая между ними дистанцию. – Да, знаете, – начал он тихо, – Майор Гром личность довольно скандальная, если так подумать, но вы... Та журналистка, кажется, Юлия, часто упоминает вас в своих репортажах. Когда я в первый раз услышал ваше имя, вы восхитили меня. Все, с кем я общался, очень боятся и уважают мистера Грома, но я думаю, что бояться они должны вас. Мистер Гром good in a fight, but you... Dmitriy, вы гораздо умнее бездумных ударов кулаков. Даже сейчас вы остались наедине с человеком, которого подозреваете в нечестных делах, чтобы убедиться в своей правоте. Эта смелость достойна моего уважения. Его лицо оказалось к Диме слишком близко. Вся эта хвалебная речь звучала слишком сладко и неправдоподобно. Подобный контакт, резко изменивший характер допроса, смущал Диму до самопроизвольно краснеющих щек, и он поспешил вернуться к делу, с которого они начали. – Кхм... Как вы можете мне помочь? – спросил он, отворачиваясь. – Мне кажется, вы подозреваете, что кражи в городе могут быть связаны с кражей моего имущества, – такая проницательность удивила Диму. – Я могу поискать для вас информацию о тех самых людях. Мистер Хольт в целом за время их разговора успел произвести впечатление умного и расчетливого человека, и это давало повод относиться к нему ещё более настороженно, чем в самом начале. – Спасибо, мистер Хольт, но у нас есть информаторы, которых мы можем допросить, так что ваша помощь не будет необходимой, – сказал Дима. – Некоторые люди гораздо охотнее говорят, имея в руках стопку баксов. Не думаю, что у полиции есть средства для финансирования столь эффективных методов допроса. – Мистер Хольт! – Он в первый раз за все время позволил себе повысить голос. – Во-первых, это незаконно, а во-вторых, если вы думаете, что получите от полиции какую-то услугу взамен... – Мне ничего не нужно, Dmitriy, – перебили его. – Тогда зачем вам это? Свои системы вы можете вернуть в любой момент. Дима чувствовал, что его затягивали в какую-то странную игру, правил которой не объяснили, и это заставляло его натягиваться струной в ожидании первого хода соперника. Вот только, предвкушая кровавую бойню, он оказался совершенно не готов к тому, что Ван Дер Хольт сказал дальше: – Вы мне понравились. Это окончательно запутало Диму, в голове которого такого варианта ответа не существовало априори. – Что? – он ошарашенно округлил глаза, пытаясь понять смысл сказанного. – Вы не убрали руку, – сказал Хольт, ничего этим не проясняя. – Я не понимаю... – признался Дима, чувствуя себя потерянным в торговом центре ребенком. Он много раз уже сталкивался с опасностью, с угрозами жизни, с пафосными речами глупых злодеев, но что-то подобное случилось с ним впервые, и как на это реагировать, он решительно не знал. – Когда я ударил Вас током, – объяснил Хольт, – Вы не убрали руку. Why? – Это... – Дима задумался, вспоминая событие, произошедшее в самом начале их встречи. – Было бы невежливо с моей стороны. – А вежливость для Вас всегда важнее собственного комфорта? Вкрадчивый голос Хольта и без того смущал, а когда он встал с места, чтобы опереться на спинку Диминого стула, и наклонился к нему поближе, обезьянка в голове и вовсе свихнулась, застучав тарелками. Это было странно. Даже страннее, чем бегающий по улицам поджигатель в костюме чумного доктора или воришки в смешных масках. Дима ещё никогда не испытывал так много противоречивых эмоций за раз. – Мне, наверное, уже пора, – спешно произнес он, запихивая блокнот в черный портфель. Из всех возможных вариантов он решил выбрать тактическое отступление. – Спасибо за сотрудничество, мистер Хольт. – Я же просил вас называть меня Августом, – сказал он только теперь, хотя Дима весь их разговор упрямо использовал это обращение. – До свидания, мистер Хольт, – повторил он. – Мы свяжемся с вами, чтобы согласовать детали операции и получить координаты. У двери он оказался в считанные секунды. – Отто проводит вас к выходу, Dmitriy, – кивнул с улыбкой Хольт. – Должен сказать, наша беседа доставила мне невероятное удовольствие. Его восторга Дима не разделял. У него этот разговор вызвал только бурю сложных эмоций, отвлекающих от первоначальной цели, и он, если честно, предпочел бы закончить его поскорей и больше ни за что на свете не начинать. – Dmitriy, – застывший в дверях Дубин обернулся, – я обязательно сообщу вам, если получится разузнать что-то о той банде, которая вас интересует.