Вампирский обет

Посетители торопились к выходу, изредка бросая короткие взгляды на висящие картины. Лучи искусственного света вязли в бордовых стенах выставочного зала. Я взглянула на часы, до закрытия музея оставалось всего полчаса. Не спеша, я направилась к моей любимой работе Боттичели — «Рождение Венеры». Жадно впитывая каждый дюйм, я скользила взглядом по картине. Золотистые волосы мягко обрамляли аккуратные черты лица, развеваясь на ветру. Распахнутый взгляд больших янтарных глаз, мягкие и плавные изгибы обнажённого тела, стыдливо прикрытого руками. Её красота стала воплощением божественной власти, как символ чистоты и невинности на земле. Я всегда любила искусство. Будь то музыка, балет или живопись. Творчество, в любом его проявлении, я рассматривала, как способ заглянуть внутрь себя. Прислушаться к себе и своим ощущениям. «Венера» вызывала во мне безмятежность. — Вам нравится? Мои размышления прервал мягкий голос незнакомца. От чего-то в голове возникла ассоциация с лёгким, тёплым ветром в осенний вечер. Повернув голову в его сторону, я ответила из вежливости: — Конечно, да. «Я не слышала, как он подошёл. Не могла же я утонуть в мыслях настолько глубоко?..» Мужчина внимательно всматривался в моё лицо, и заметив смущение, едва тепло улыбнулся и сверкнул глазами. Тут же продолжил: — Безмерно рад этому. Немногие девушки отличаются хорошим вкусом в наше время, — лукаво произнёс он. С интересом продолжая наблюдать за моей реакцией, будто хотел прочитать мои мысли. Я почувствовала, как щёки стали гореть сильнее. Заметив это, мужчина снова улыбнулся, но теперь только одним уголком рта. Мой взгляд скользнул по незнакомцу. Он — явный поклонник чёрных оттенков и старомодных вещей: классическое двубортное пальто, с элегантно расстёгнутыми большими пуговицами, начищенные до блеска ботинки, тонкая водолазка и брюки. Не хватало только высокой чёрной шляпы с узкими полями, чтобы его образ сложился у меня в голове. Он будто из другой эпохи. Было в его взгляде нечто загадочное, что одновременно пугало и привлекало меня. Прогнав эти странные мысли, я решила всё-таки поблагодарить его: — Спасибо. Но я не думаю, что только время определяет наш вкус. Теперь лицо мужчины расплылось в довольной улыбке. — А вы, проницательны, юная леди. Признаться, я не ожидал этого от вас, — заявил он. Мужчина осмотрел меня с ног до головы. Он не скрывал своего удивления, скорее, хотел охотно поделиться своими впечатлениями, и был похож на ребёнка, который познавал окружающий мир. «Не так быстро!» Я перевела взгляд на картину, стараясь не обращать на него внимание. Мы находились достаточно близко, чтобы я могла уловить в воздухе тонкие нотки мужского парфюма: перец, мускатный орех и кедр. С каждым вздохом, древесный аромат все глубже проникал под кожу, разливая тепло по всему телу. Мне захотелось нежно прикоснуться к открытому участку кожи на его шее, поддеть волевой подбородок пальцами и очертить линию скулы. Просто любоваться его прекрасным лицом. «Боже, надеюсь, он не умеет читать мысли, иначе я буду совсем красная, как помидор! Хотя… тогда точно появится шанс слиться со стеной. Хах». Я по-прежнему чувствовала на себе взгляд незнакомца. Стараясь отогнать любые мысли о нём, я терпела поражение. Словно загнанная в лабиринт, мысленно я возвращалась к нему вновь и вновь. «Чёрт, даже не знаю его имени. И не уверена, хочу ли я знать что-либо о нём… Он кажется таким порочным и страстным внутри. Такой невозмутимый… А какой голос… Я могла бы слушать его вечность. Так стоп! Мне нужно срочно отвлечься». Повернув голову в сторону выхода, я делаю шаг в нужном направлении. — Уже уходите? От его слов меня будто накрыло прохладной волной, я почувствовала покалывание в ногах. «На что надеешься? Хочешь уйти вместе со мной? Хах». — Да, мне уже пора, — я ответила быстро, едва не запнувшись. В горле немного запершило. — И вам, кстати, тоже. Музей скоро закроется. — Я бы хотел пригласить вас в мою картинную галерею. Думаю, что ваш портрет особенно украсит мою коллекцию, — открыто заявил незнакомец. Я повернулась к нему так, чтобы он видел моё недовольное лицо. — Не сочтите меня наглецом, но я не умею принимать отказы, — спокойно продолжил он. Наглая уверенность незнакомца в своей привлекательности и в своих словах дико раздражали. Моему возмущению не было предела. «Я вижу тебя впервые, и мне уже так хочется тебе вмазать!» Я постаралась взять себя в руки и отпустить ситуацию. Но, если за своими словами я ещё как-то могу следить, то с чувствами всё обстояло сложнее. Гордость не позволит мне это проглотить. «Я просто воткну твоё самомнение в эту стену и прикреплю рамку, чтобы получилась новая картина». — Что ж, кажется, пришло время учиться чему-то новому для вас. Вы можете добавить это себе в свою коллекцию, — бросила я, подытожив наш разговор. — Ха-ха-ха, — незнакомец громко засмеялся, широко улыбнувшись. Кажется, его глаза стали блестеть ещё ярче. Вскинув подбородок, я молча направилась в сторону выхода.

***

«Хм, слишком смело и безрассудно для такой хрупкой, маленькой леди. Но мне даже понравилась твоя дерзость. Так будет приятнее ломать тебя. Все, кто пытался строить из себя героев — вскоре жалели об этом, и ты — не будешь исключением. Пусть, мои чары не действуют на тебя, но твои эмоции расскажут о тебе больше, чем ты думаешь. Мы еще встретимся». Я смотрел ей в след и размышлял об этом. Моё лицо горело так, будто она влепила мне невидимую пощечину, которую я не мог стерпеть.