Влюблённая в неё

Варя. Мы были в ординаторской и пили кофе. Диана Андреевна сидела за компьютером и заполняла историю болезни пациента. Рядом с ней стояла большая кружка с надписью "Big BOSS", с которой она то и дело отпивала свой двойной эспрессо без сахара. Горькая гадость. Однако женщине явно нравилось. У Дианы были пепельные волосы, они едва доходили ей до плеч, поэтому постоянно лезли в глаза. Она завязала их чёрной резинкой на затылке. Неожиданно мой взгляд наткнулся на её серебристые глаза. — Вы так пристально на меня смотрите, – произнесла она с ухмылкой. Я смутилась, застигнутая врасплох, но постаралась не показать виду. — Просто думаю, как вы можете пить эту бурду. Она рассмеялась. — Вообще-то это достаточно вкусно, я добавляю немного шоколадного сиропа и острого перца. Перца?! Я скривилась, чем снова вызвала её смех. — Хотите попробовать? Она протянула мне кружку. Я вспомнила, что мои губы накрашены розоватой помадой, а значит на белой керамической кромке останется след. Лично я не брезгливая, но вдруг она – да? Ей тогда придется переделать этот кофе, а там ещё половина кружки. Я помотала головой. — Ну же. — Но у меня помада! — Какой вкус? — Клубничный... — Пойдет. Я фыркнула и всё же попробовала кофе. На моё удивление он вовсе не был отвратительным, перец придавал остроты и раскрывал сладость шоколадного сиропа. Необычно. Но всё же для меня это было слишком крепко. Я облизнула губы. — Понравилось? – Диана Андреевна смотрела с надеждой. — Ну... Лучше, чем я думала, но всё-таки я больше люблю капучино. Она вдруг на секунду застыла с кружкой в руке, словно в её голове появились какие-то другие мысли. Быстро пришла в себя и улыбнулась. — Ладно, Левчук, ты давай мне зубы не заговаривай, какой диагноз писать? Тут уже я застыла, не успев сообразить. Кажется, от этого кофе меня немного расплавило. Или от её взгляда. В этот момент она поднесла кружку ко рту и отпила прямо из того места, где осталась моя помада. Наверное, не заметила. Я тут же вспыхнула, вспомнив те самые романтические манхвы, которые часто читала по ночам. Это получается... Был косвенный поцелуй? Ну и глупости. Начитаюсь вот всякой ерунды, а потом какие-то поцелуи мерещатся. Она просто не брезгливая. Что, кстати, прекрасное качество для хирурга. Тут такие мерзости иногда бывают... — Варвара-а-а, – протянула Диана Андреевна на манер известной песни группы Би-2. На самом деле в детстве меня все достали с этой Варварой. Но от неё это звучало как-то... Мило? — А... Эм... Желчнокаменная болезнь, осложнённая желчной коликой, проведена холецистэктомия... – бессвязно стала бормотать я. Мыслей об операции в голове уже давно не было. Только странные зарождающиеся подозрения, что со мной что-то не так. Со вчерашнего вечера. Поняв, что от меня толку мало, женщина отвернулась и принялась сама печатать на компьютере. Хорошо, что не стала ругать. Да я всё равно уже ничего не воспринимаю. Видимо, вчерашняя гулянка не прошла даром. К тому же, ночью я спала очень мало. Как результат, меня уже клонит в сон. Поэтому и кажется всякая ерунда. Например, что у Дианы Андреевны из-под хир костюма проглядывает элемент татуировки на шее... Стоп. Там реально тату? Похоже на извивающуюся змею. Круто! А главное очень неожиданно у такого вроде бы консервативного человека... Хотя, о чем это я... Тут же вспомнилась вчерашняя сцена в туалете. Думаю, у этой женщины ещё много сюрпризов припасено. — Диана Андреевна, а ваши коллеги знают? – вдруг решила спросить я. Честно говоря, этот вопрос был для меня самой слишком внезапный. Оно как-то вырвалось... Мне стало стыдно. — Простите, я не должна была такое вообще спрашивать! — Нет, они не в курсе, – она снова повернулась ко мне. — Как-то не заходила тема. Я же не могу ворваться в ординаторскую с воплями "я лесбиянка!" Представив эту картину, я невольно прыснула от смеха. Я бы на это посмотрела! — А вы лесбиянка? – как говорится, гулять так гулять. Если уж решила спрашивать всё подряд, то нужно спрашивать! Женщина вовсе не смутилась. Хотя я вообще ожидала, что она разозлится и тут же выгонит меня. — Да, я лесбиянка. Окончательная и бесповоротная. Может быть поэтому мне и проще работать с мужчинами. — Но здесь и медсестры есть, возможно, для вас они симпатичны... Меня было уже не остановить. Диана Андреевна озадаченно пожала плечами. — Не знаю, раньше мне тут никто не нравился, и вообще я думаю, что встречаться с кем-то с работы не совсем этично. Все эти служебные романы, особенно в больнице... Ничем хорошим не заканчиваются. Раньше?! Что ещё за оговорка по Фрейду. Неужели, сейчас она положила глаз на какую-то медсестру? Интересно... Надо узнать, не приходили ли новые медсестры в отделение. Не то, чтобы я хочу сталкерить Диану Андреевну, просто интересно, какой тип девушек ей нравится. Я вспомнила вчерашнюю красотку в обтягивающем серебристом платье. Никого похожего я здесь не видела. — А ты натуралка? – вдруг спросила она. Её щеки тронул лёгкий румянец. — Просто вчера ты так удивлённо на нас смотрела, будто первый раз увидела целующихся девушек. — На самом деле так и было, – я тут же покраснела. Но за её откровенность надо было расплачиваться тем же. — Мне парни нравятся, с девушками даже не пробовала никогда. До момента в туалете меня вообще мало волновали гомосексуальные отношения. Но и гетеросексуальных за всю жизнь было всего двое. И в обоих случаях всё закончилось неприятно. Один раз мне изменили, второй раз мне перестал нравиться человек. А сейчас я осталась одна и в принципе никаких отношений уже не хочется. Как подумаю, что нужно начинать всё сначала: где-то знакомиться, узнавать человека, привыкать, довериться... Нет, сейчас я не хочу снова через это проходить. Хочется спокойной жизни в одиночестве. Диана Андреевна открыла рот, явно хотела спросить что-то ещё, но тут в ординаторскую вошёл один из хирургов. — Так, я Былицкого на выписку готовлю, так что в восьмой палате будет место, – произнес он, наливая кипяток в свою ча шку. Женщина кивнула ему и отвернулась. Интересно, какой вопрос она хотела задать?