Влюблённая в неё

Диана. Я и сама толком не понимала, почему не выгнала эту дерзкую девчонку в первую же минуту. Конечно, я тоже нагрубила ей, но уж слишком неожиданным было её появление в моем кабинете в 8 утра! Тем не менее, что-то в ней есть такое... С виду кажется обычной тихой девочкой, но как же легко её вывести на эмоции! И как же мне понравилось, когда она так сильно покраснела, сразу узнав меня. Злая она тоже выглядела довольно соблазнительно. Особенно, когда надувала свои пухлые губки или нервно кусала их. «Диана, ну с ума-то ты не сходи, – одёрнула я себя, когда почувствовала, что невольно стою и расплываюсь в дурацкой улыбке, — вам ещё работать в одном отделении. К тому же, она младше лет на десять, только универ окончила... » Я ущипнула себя за бок, потому что последняя мысль была как раз почему-то привлекательной, а не остужающей мой пыл. Совсем уже долбанулась. Хотя чего я хотела: отсутствие секса, уже как недели три, делает своё дело. Ещё и вчера всё сорвалось. Тут не только на молоденьких будешь заглядываться, но и на Ирину Иосифовну... Представив пожилую операционную сестру в лифчике, я поморщилась. Хватит на сегодня мыслей. Завязав бахилы, я потопала в операционную. Едва открыв двери, чуть не пырснула от смеха. Меня ждала огромная зефирка, завёрнутая в большой не по размеру халат, с маской, закрывающей половину лица и пышной белой шапочкой, в которой умещались каштановые волосы. Интерн была такая смешная во всём этом, словно космонавт на выезде. — Привет землянам! – металлическим голосом проговорила я с улыбкой и помахала рукой. Иосифовна хихикнула, а вот девчонка надулась. — Простите, у нас закончились стерильные костюмы маленьких размеров, – развела руками опер сестра. — Хирурги почти все мужики, а они же огромные. — Ничего страшного, – сказала интерн, просверлив меня укоризненным взглядом. — Ладно, оставим шутки, – усмехнулась я. — Как вас зовут? Она помедлила, словно размышляла, стоит ли говорить мне своё имя. Очевидно, девушка планировала сбежать в другое отделение, вот только, если она хирург, то деваться ей некуда. — Варвара Евгеньевна Левчук, – наконец представилась она. Варя, значит. — А меня зовут Диана Андреевна Яроцкая, но я думаю, что Иосифовна уже всё тебе про меня рассказала. Опер сестра утвердительно кивнула. Двери предоперационной, наконец, открылись, и к нам ввезли пациента. Это был мужчина средних лет, у которого внезапно начались боли в типичном месте. Вот только обратился он в поликлинику, когда боль уже стала нестерпимой и кожные покровы пожелтели. Пока вызвали хирурга, пока приехала скорая — и вот уже он у меня на столе. Будем надеяться, что без перитонита. Подоспел ассистент. Медсестра ограничила операционное поле. Я обработала его йодискином и взялась за скальпель. Сделав несколько маленьких надрезов, я ввела троакар, раздула брюшную полость углекислым газом и взялась за лапароскоп. Картина внутри была неплохой. Перитонита не было, но желчный пузырь был уже очень увеличенный. Готов разорваться в любой момент. Время терять нельзя. Ассистент перехватил лапароскоп, я же ввела зажимы и пережала проток и артерию. — Смотри, Варвара Евгеньевна, на экране мы видим желчный пузырь, сейчас я пережимаю артерию, которая его питает, чтобы при разрезе не возникло кровотечения, – я решила прокомментировать все свои действия для интерна. Пусть учится, таких операций у нее будет ещё очень много. — Кстати, как называется эта артерия и откуда она отходит? Девушка слегка растерялась. Но потом все же произнесла: — Это a.cystica, она отходит от a.hepatica propria. — Правильно, — я улыбнулась под маской. Ну хоть действительно учила, это уже хорошо. — А сейчас мы удалим желчный пузырь. Я отсекла его. Мы быстро вынули его и положили в лоток. Через минуту тонкая стенка порвалась, как я и предполагала. Наружу тут же вылезло множество больших и маленьких желчных камней. Хорошо, что вовремя успели. Я мельком глянула на интерна, она с восторгом разглядывала разорвавшийся орган. — Хочешь сделать швы? Тут всего по одному шву надо наложить. Варвара тут же закивала. Опер сестра подала ей держатель с иголкой и пинцет. Девушка слегка трясущимися руками наложила аккуратный шов, затем завязала трижды. Ну прям как по учебнику. — Молодец, – похвалила я. Варя обработала швы и наложила небольшие повязки. — Всё, можно забирать. Анестезиолог кивнул и принялся выводить пациента из наркоза. — Что ж, ты себя неплохо показала. Мы вышли из операционной. Варя сняла маску, её лицо было пунцовым, но счастливым. — Это твоя первая операция? — Где я участвовала да, – призналась девушка. — В универе всегда мальчики лезли в ассистенты. Ну а в травме только один раз дали ввести лекарство в сустав... — Тогда поздравляю! Варвара прямо светилась, будто я доверила делать ампутацию ноги или удаление опухоли мозга. Но с другой стороны, было приятно, что ей понравилось. В памяти возникла моя собственная первая операция. Точно так же тряслись руки, в голове шумела кровь, воздуха не хватало, но после неё хотелось ещё и ещё. Будто где-то за спиной вдруг появлялись крылья. Раньше в отделении были интерны. Но я очень редко видела, чтобы так реагировали на операции. Чаще всего либо предпочитали поесть вместо ассистирования, либо пыхтели от скуки в операционной, поглядывая то в телефоны, то на часы. А год назад вообще произошел ужасный скандал. Я разрешила интерну поучаствовать в операции, а он освободил ущемлённую грыжу. Да так быстро, что я не успела среагировать. Кишка тут же втянулась, а там был некроз. Вместо небольшой операции всё превратилось в полостную с поисками кишки. Хорошо, что последствий для пациента не было. Но я естественно писала объяснительную по поводу удлинения хода операции. После такого я решила вообще не пускать в отделение интернов. Да они и сами редко приходили. Моя репутация требовательного врача шла впереди меня. Лично я считаю, что по-другому в медицине нельзя. Либо ты учишься, работаешь, остаёшься допоздна, не спишь ночами. Либо в хирургии тебе точно не место. Я пошла переодеваться, Варя на выходе сняла с себя этот огромный одноразовый халат и шапочку. — И куда теперь? – обернулась она. — Теперь пить кофе и писать историю болезни!