Не сбежать

Их связь была странной изначально. Когда параллельная версия показалась из портала Джодах понял сразу, что это добром не закончится. Так и случилось. Стоило им завидеть друг друга, как необъяснимое притяжение сковало тело. Две одинаковых Меня в одной реальности... Когда вселенная стремится к порядку, то происходят какие-то небылицы, искажая привычные законы для того, чтобы вернуть все к изначальному положению. Тогда Лололошка держался хорошо, впиваясь ногтями в ладони, не имея сил отвести глаз. Идентичный, но... другой. И невозможно притягательный, хотя все существо пыталось отталкивать, сопротивляться высшим силам. Первым сдался Джон, непонятно для чего флиртуя, целуя сбитые костяшки. Голубоглазый застыл статуей, проглотив все слова, хотя должен был вмазать хорошенько после ехидного "красотка". Не успев выдохнуть, уже вовлечен в безумный танец, который утягивает с неестественной силой. И вот, его кружат чужие руки, поддерживают сзади, где чувствуются ошеломленные взгляды остальных. Джон положил начало и предал там же, всего на долю секунды засомневавшись, но таки выбросив копию в другую реальность. Притяжение, как ожидалось, испарилось. По одному на реальность, вселенная спокойна. Пока что.

***

Спросить Лололошку нуждается ли в Джоне — солжет. Спросить Джона нуждается ли в Лололошке — переведет тему. Прения, недовольства, несогласия... Все это не важно, когда ты тащишь окровавленное тело на себе, пачкая белый костюм, шарф, руки, которые так не вовремя затряслись. Это не имело значения. Битва уже совсем скоро, как сказала Голос, нельзя допустить смертей. В физической силе Джон немного уступал, а тратить магию не хотелось, поэтому он принял решение перенести двойника в свой сон. Такой же темный, как будущее этого клятого места. Нет, он не жалеет. Но пожалел бы, если б... Лололошка стремительно терял кровь, что давило на нервы. Создав бинты и прочее для обработки Джон выбросил очки обоих на траву, снимая одежду с торса. Плохи дела, нужно поторопиться. Как вообще можно было не заметить огромное, хоть и шустрое чудище? Удивительно, что такие вообще остались, учитывая снижение популяции тварей. Он снова не успел защитить, но вина будет потом, сейчас же есть дела поважнее. Лололошка периодически подавал признаки осознанности, ведь обезболивающего не было, только кусок льда, на более сложные приспособления времени нет. — Не рыпайся, иначе будет хуже, — приказал ученый, когда Лололошка в бреду захотел подняться и продолжить с кем-то сражаться. Благо, успокоение настигло быстрее, чем ожидалось. Взяв себя в руки он закончил перевязку и обработку. Как оказалось, все это время губа настырно прокусывалась и ощущение крови на языке было не настолько ужасным, как кровь Лололошки на руках. У небольшого прудика стоял одинокий желтый фонарь. Джон не обживался здесь, не хотел. Слишком одиноко и темно, ему не нравилась такая атмосфера. Сегодня магические затраты происходили все чаще и чаще. Перетаскивая на только что созданную кровать послышался вздох облегчения, ведь второй наконец-то нормально уснул. Что ж, эту одежду можно выбросить. Всю. Не хочется носить после подобных картинок. Гулять так гулять, Джон создает новый костюм и, так уж и быть, верх для Лололошки, ведь его одеяния разодраны окончательно, теперь напоминая тряпки. — Ох... И кто меня просил тебе в няньки наниматься? На край кровати присели, оказываясь совсем близко с потрёпанным телом. Свет уже не так хорошо доставал, поэтому очертания лица казались острыми из-за облегающей желтизны фонаря. Джон неоднозначно проводит вдоль бинтов, щекоча кончиками пальцев. Ныряет в непослушные волосы, на удивление мягкие, но тут же опешил, ибо делает непонятно что. Харрис вздрагивает, ощущая неожиданное касание вдруг полупроснувшегося раненого на руке. — Спасибо... Губы застыли в немой просьбе заткнуться и беречь силы, но тут же нижнюю снова укусили, задумчиво улыбаясь. — Если находишь силы открывать рот, то найди и захлопнуть, пока я сам этого не сделал. — Но, Джон... А он не солгал. Ладонь расположилась на чужих губах, сам же Джон хмуро посмотрел, чувствуя под кожей слабую улыбку. Идиот. Но на долго руку не оставил. — Спи. Мне надо уйти, — направляясь к путеводному скинту. Лололошка только после этого заметил возле ног чистый белый плащ с голубыми элементами. — Куда? Оставлять в кромешной тьме человека, который вот-вот снова провалится в себя звучит совсем глупо. Но показывать его таким Неверу и остальным себе дороже. Особенно Марку, который сожжет там все к черту от злости, а остальные обвинят. Что ж, второе было справедливо. «Лололошка не воплотился, хотя должен был. Никаких следов заражения и характерных симптомов, кристаллы ведь появляются моментально... Ничего не понимаю. Возможно, на поле боя я найду информацию. Не умрет без меня.» — Никуда не вставай. — Но... Снова. Снова он исчез, оставив без объяснений! Но злость не могла просочиться сквозь усталость и боль, даже свет больше не виден. Желанное забвение.

***

— Да да-да! Не мне эти мази, а кому — не твое дело, старик. И надеюсь, что там нет мухоморов. Беренгарий со вздохом опечаленного внуком дедушки нашел свои приготовления и явно не спешит отдавать. — Ох-ох-ох, юноша, ты совсем не плохой, как про тебя говорят. Но где же Лололошка? — Я бы на твоём месте оставил ненужные беспокойства. Позаботится о себе, не дитё малое. «Ага, позаботился. Не мироходец уже помер бы.» Выхватив мази у алхимика, Джон направился к путеводному скинту и сразу же с него переместился к себе в сон. Лололошка лежал на здоровом боку лицом от него, в пустоту и кажись спал. Медиком Харрис не был, но знал многое. Достаточно для того, чтобы сохранить жизнь безбашенным шатенам. — Знаешь, это было неожиданно. Джон удивился вдруг подавшему голос Лололошке. Не спал. — Что именно? Странностей наблюдается много. — Да, я заметил, что не воплотился, сейчас не об этом. Я понимаю, что ты в любом случае не оставил бы меня умирать, но ты правда заботишься. Харрис хотел прыснуть от смеха, и все же обошелся улыбкой, присаживаясь рядом. И как ему хватает сил вести подобные разговоры? Когда Джона ранят, то настроение устроить апокалипсис, а не языком чесать. — Я бы не стал разбрасываться такими словами. Мы союзники, не вижу в этом ничего особенного. Ло перевернулся на спину, не рискуя приподниматься на локтях. Всё еще болело, вызывая хмурость и тихое шипение. — Но ты мог спихнуть меня Беренгарию, Неверу, да кому угодно. Не тащить в свой сон, не создавать мне одежду, ведь Невер все это и сам сделал бы. Улыбка сползла с лица. — Ты слишком любопытный. Слабо болит? Тогда сейчас я напомню тебе ощущения несколько часов назад. Расслабленное до этого тело в миг напряглось, когда бинты стянули. То были необычные мази, Беренгарий не дурак, стоит подметить. Пальцы в прохладной субстанции ощущались чужими, вязко и медленно проводя по нужным местам. Всего баночки было две, которые нужно смешать. — Не дергайся. Сначала больно, потом не будет. Терпи. Щурится и ругается, но не зло. Перевязанный чистым бинтом Лололошка вскоре действительно почувствовал, что боль немного отступила, а приятный холодок расцветал все ярче. — Спасибо. «Если бы я успел, тебе бы не пришлось благодарить меня за это.» Джон удивился своим мыслям, моментально отмахиваясь от них. — Ага, отработаешь. Мне надо к себе в библиотеку. Как только сможешь вставать, то заходи, есть что обсудить, — знал, что лежать долго тот не будет. Провели взглядом молча, а сонливость накатила снова. Что за чудо-лекарства?

***

Узнать удалось немного. Тот заражённый мутант был таким же, как и остальные. Ни намека на видоизменение, что добавляло вопросов. Если они с Лололошкой одинаковые на все 99,007%, то заразится ли Джон, если попробует рискнуть ради эксперимента? Или же эти мизерные доли отличия включают в себя как раз таки отсутствие иммунитета? Он уже знает, что Лололошка не согласится помочь и будет отговаривать. Но если тот смог развоплотить двоих, то и Джона сможет как-нибудь. Время тянулось медленно. Казалось, что даже "небо" налилось свинцом, хотя не изменилось вовсе. Нужно было поспать, но учитывая упрямство двойника в библиотеку скоро заявятся. Если его конечно пустят куда-либо, как только увидят горе-воина. Терпеть в очередной раз расхаживания по своим хоромам в обуви не хотелось, поэтому он ждал его внутри у входа. Не захочет разуваться — выгонит. Из размышлений выдернули знакомые шаги, обладатель которых не увидел владельца замка за стеной. — И где он... Шаг навстречу. — Здесь, собственной персоной. Представляться не буду, уже знакомы, красавчик. В ответ лишь закатили глаза. Да уж, в новом плаще и с чистым лицом он смотрелся свежее. «— Лололошка? Лололошка! Разрывающие плоть когти нанесли удар, прикладывая к земле. Железный, тошнотворный запах ударил в нос, а болезненный стон — в уши. Агрессия. Он расправился с тварью мечом раненого, запитав пустотной магией. Пульсирование собственного сердца рвало горло, дыхание учащенное. Он уже не в сознании. — Лололошка...» Джон сглотнул бесшумно, отбрасывая ненужные сейчас воспоминания. Его манеру закатывать глаза бессовестно переняли на себя. Странно, что очки не надел назад, как это сделал ученый. — Не начинай. Ох... У скинта меня ждал Невер, сразу понял откуда ветер дул. — Пф, и что? Обвинял? — А тебе чего интересно? Даже если и обвинял, я здесь не за тем. Пойдем, у меня тоже есть некоторые мысли. Несмотря на свою слабость, Лололошка держался молодцом. — А-а-а, — проговаривал Джон в такт своему указательному пальцу. — Думал я не замечу? Обувь снимай, иначе потом будешь всё поместье вылизывать. Их чувство вины было одинаковым в размерах, но разным в направлении. Один винил, что не успел, второй — что не заметил, мог подвергнуть опасности обоих. Пострадал один, значит уже неплохо, не два ведь, всегда есть куда хуже. Вздохнув на справедливое замечание, обувь была скинута рядом со входом и Харрис в уютных домашних тапочках не стеснялся светить носками в клетку, прямо как шарф. Чувствует себя, как дома. Это радовало. В библиотеке царила соответствующая атмосфера. Неизвестно были ли эти книги такими же пустыми, как у Невера, но смотрелось хорошо. Лололошка без какой-либо скованности присел за чужое рабочее место рассматривая. Тут же на край стола опустился владелец жилища. — А ты тоже не особо скромничаешь, — усмехнулся Харрис. В самом деле он не возражал, раненому бы поменьше стоять и шляться. — Но не больше твоего. Улыбаются друг другу. Так спокойно и необычно. Джон неохотно нарушил эту комфортную тишину, все-таки они не глазки строить собрались. — Возвращаясь к тому, что ты не воплотился, — что-то неприятное зашевелилось в груди, уголки губ выровнялись. — Мы идентичны не стопроцентно, и даже учитывая эти жалкие 0,993 отличия не факт, что я тоже имею подобный иммунитет. Гарантии, что в этом небольшом "отклонении" не кроется уязвимость к заражению я не имею. И если ты смог развоплотить двух, то, опять же, откуда мне знать, что я умею так же? Лололошка слушал внимательно, стараясь лишний раз не двигаться, чтобы не вызывать нытье в боку. — В общем, если ты не понял к чему я клоню, то я хочу заразиться. — Что?! Все-таки дернулся. И слишком резко, зашипев моментально и схватившись за бок. — Воу-воу, не кипятись. Тебе не положено на данный момент, забыл? Это будет явно не сейчас, у нас есть чем заняться. Скоро решающая битва, не хотелось бы примкнуть к вражеской армии. Голубоглазый задохнулся в возмущении, подбирая слова. Джон наверняка стукнулся головой в прошлом бою и растерял весь интеллект. Это было пиком глупости. — Но как же ты не понимаешь?! Я не знаю как это происходило и почему я вообще способен на это. Неужели тебе хочется остаться вечноголодным монстром? — Во-первых, Лололошка, я уже замечал некоторые различия. Вполне вероятно, что они и есть тот асимметричный изъян. Во-вторых, у нас есть ты. Рано или поздно все равно до правды докопаемся и сможешь, либо сможем развоплощать остальных. На данный момент это лишь сухое представление действий в далеком будущем. Я ведь предупреждал, что будет опасно. Тяжелое молчание и такой же голос вскоре. — Джон, неужели тебе не страшно? Эксперименты над собой это чуть ли не серьёзнейший риск. — Ах, оставь нравоучения себе или ворону, которому совсем плевать на себя. Я прекрасно осознаю все риски. Но если я смогу воплощаться, то и значительно увеличивать свои силы. Если ты думаешь, что предстоящая битва это худшее нас ожидающее, то ошибаешься. Это лишь непредвиденные обстоятельства. Ты сможешь меня развоплощать и— — Хватит. Я не хочу слушать дальше. Мало того, что ты выставляешь угрозу цивилизации пустым звуком, будто эти люди никак не касаются нас, так и собираешься рисковать собой. Но куда тебе еще мощи? Принцип "на войне все средства хороши" в нашем положении не совсем подходит. Джон снял очки, рассматривая повреждения на них. Никто все еще не знает, что он слабеет. В моменте он вскочил и сделал колесо, пока второй едва ли сдерживается от хлопка себя по лбу. — А что, касаются? Мы здесь за выяснением тайн, а не спасением мира. — Если не будет разумных существ, то не будет откуда черпать информацию. Мы должны спасти их и мне плевать сколько усилий придется приложить. Тусклая улыбка. — Другого я от тебя и не ожидал.