Когда гаснут огни...Свети.

      Как я и думала, в компании дорога ощущалась гораздо приятнее. Ближе к вечеру я достала приготовленные мамой тосты с ветчиной и сыром, и когда поняла, что Леона провизией не снабдили, поделилась с ним едой.       — Так откуда ты? — вытирая уголки губ салфеткой, спросила я.       — На самом деле, это даже смешно. — проглатывая последний кусок бутерброда, ответил Леон. И в отличии от меня, вытер рот рукой. — Я из Бэрефта.       — Чего? — представляю, как у меня вытянулось лицо.       — Ага. — усмехнулся парень. — Забавно, что год назад мне пришлось уехать оттуда, а теперь вот возвращаюсь обратно.       — Но как так вышло? В смысле, почему тебя перевели так далеко?       — Стеф, в смысле, моя сестра, писала в несколько школ. Но согласились принять меня только в твою. — Леон пожал плечами.       — А… — я замялась, потому что вопрос, возникший в голове, был слишком личным.       — Ну говори уже. — закатил глаза парень.       — А где твои родители?       — Погибли. — абсолютно спокойным голосом ответил он.       — Ох, прости!       — Ничего. Меня воспитала старшая сестра.       За окном уже совсем стемнело, и вагон снова погрузился в полумрак, потому что освещала его единственная частица огня, расположенная в центре вагона. Свет от нее до нас почти не доставал, а Леон еще и сидел к ней спиной, так что я не могла рассмотреть его выражение лица.       Но меня зацепило слово «погибли». Обычно так говорят, когда причиной смерти послужили не естественные причины, типа старости или болезни. Но копать дальше и так, по всей видимости, больную тему, я не хотела.       — А я вот одна в семье. — поделилась я. — Всегда хотела братика или сестренку.       — Да, мне повезло со Стеф. — даже с учетом того, что я не видела лица Леона, его голос был наполнен такой теплотой и любовью, что я была уверена, он улыбается. — А вот ей со мной не очень.       — Почему?       — Инциденты, помнишь? — сказал парень. — На самом деле, я и тебе не советую по приезду общаться со мной.       — Так, а это почему? — я уже начинала чувствовать себя ребенком-почемучкой. Сколько раз я произнесла это слово? — Только не говори это свое «инциденты».       — Так и есть. Дурная слава дело такое. Распространяется со скоростью чумы в закрытом помещении. — Леон хмыкнул. — А Бэрефт как большая деревня, так что там о том, что я сделал, знает каждая собака. И, поверь мне, тебе будет гораздо спокойнее в колледже, если ты не будешь со мной общаться.       — Ну это уж я сама решу.       — Как знаешь, но я предупредил.       По голосу было слышно, что парень улыбается. Что ж, если он сам не расскажет, что все-таки стряслось, я, видимо, смогу узнать об этом и без него.       Сытно перекусив, я почувствовала, что засыпаю, так что подложила под голову свою сумку, и вытянулась на лавочке.       Леон же встал, и хоть я не спрашивала, отчитался:       — Всегда читаю перед сном. — подняв книгу, сказал он. — Иначе не засну. Так что я к свету.       — Окей. — я зевнула, и устроилась поудобнее. Если понятие «удобно» вообще применимо к этим деревянным лавочкам. — Спокойной ночи заранее.       Я проводила Леона взглядом, и после этого достаточно быстро заснула.       «Вокруг меня сгущалась темнота, и единственное, что давало хоть какой-то свет — стихийная сфера у меня в руках. Я не понимала что делать, но стоять на месте было плохой идеей, так что я вытянула руку со сферой вперёд, освещая себе путь. Присмотревшись, я поняла, что под ногами у меня белая мраморная плитка с черными прожилками. Значит, я в каком-то здании.       «Спасибо, что не в лесу» — съязвил внутренний голос.       Я продолжала двигаться вперёд, когда-нибудь этот коридор должен кончиться. По началу мне было страшно, но не встречая никого по пути, я расслабилась и ступала гораздо увереннее.       Наконец далеко впереди появился свет, и я прибавила шагу. Чем ближе я была, тем отчётливее различала чей-то силуэт.       Но тут я почувствовала опасность. В коридоре было темно и тихо, мои мягкие шаги не создавали звука, а силуэт в конце не двигался. Но по коже отчего-то побежали мурашки, заставив волосы встать дыбом, а глаза забегали по темноте вокруг.       — Кто ты такая? — послышался шёпот, отскакивающий в пустом пространстве от стен, и бьющий куда-то в самое нутро.       Я сорвалась на бег, не видя того, что меня пугало, но четко ощущая. И когда до силуэта в свете оставалось совсем немного, передо мной вдруг вспыхнула красная вспышка и меня кто-то схватил за горло.»       — Эй!       Я резко открыла глаза, почувствовав, что меня тормошат за плечо. Села, безудержно кашляя, словно за горло меня схватили в реальности.       Когда смогла наконец вздохнуть, осмотрелась, вспоминая, где я вообще.       Передо мной, в проеме между лавочек, сидел на коленях обеспокоенный чем-то Леон, и его лицо я отчётливо видела, потому что за окном занимался рассвет, и утренний свет освещал вагон.       — Что такое?       — Ты заорала, как будто тебя убивают! — встав с колен, парень сел на лавочку, откинулся на ее спинку, и потер ушибленный локоть.       — Ты что, упал? — осведомилась я.       — Не все тут размером с эту лавочку. — все ещё морщась от боли в руке, отозвался Леон. — Я повернулся на твой крик, но лавочка кончилась.       Смешок. Ещё один. И вот я уже заливисто смеюсь, представляя, как он грохнулся вниз.       — Рад, что ты находишь это смешным. — как-будто с обидой в голосе произнес парень. — Что это было?       — Да кошмар приснился. — все ещё посмеиваясь, ответила я. — Вообще, такого раньше не было. Мне редко снятся кошмары. Ох и сочувствую я своей соседке, кем бы она ни была.       — Какой ещё соседке? — Леон закатил глаза. — Кто, находясь в здравом уме, будет селить несостоявшихся элементалей огня со взрывными характерами вместе?       — То есть? Насколько я знаю, во всех колледжах комнату выдают на двоих.       — Ага, во всех, кроме Уэлча.       Вот это новость. Хотя, с другой стороны, так даже проще. У меня будет хоть одно место, где не придется притворяться.       — Далеко еще? — взглянув в окно, спросила я.       Пейзаж, за покрытым инеем окном, был умиротворяющим. Широкая, замерзшая речка извивалась змеей, и простиралась так далеко, что я даже не видела, где она заканчивается. А вокруг хвойные деревья под снежными шапками.       — Нет, думаю, около часа. — отозвался Леон. — Эта река называется Игниас. Бэрефт стоит у ее истока.       — Ох, понятно.       Я полезла в сумку, и достала оставшиеся тосты. Эти я специально оставила на утро, так как они были с клубничным джемом, а для меня завтрак без сладкого равно плохому дню.       — Держи. — я протянула один из двух тостов Леону.       — Спасибо.       Мне было интересно, почему парня в дорогу отправили без еды, но я не стала спрашивать. Позавтракав, мы погрузились каждый в свои мысли. Внутри меня наконец появилась нервозность, ведь я не знала, чего ожидать от нового места. И как себя вести. Но очень похоже, что мне придется демонстрировать не присущие моему характеру качества, что бы соответствовать обстановке.       — А преподаватели элементали?       — Да. — Леон кивнул. — И блюстители.       — Кто?       — Ребята, которые следят за порядком.       — В каком смысле?       — Что конкретно во фразе «следят за порядком» тебе непонятно? — осведомился Леон.       — Да это и непонятно. Я знаю, что в колледжах есть кураторы групп и преподаватели. Но блюстители порядка? На словах это какая-то тюрьма, а не колледж!       — Добро пожаловать в этот суровый мир. — усмехнулся Леон.       — Ладно, и что они делают? — парень закатил глаза, и я уточнила. — В чем заключается их работа? Как именно они следят за порядком, и что будет, если я его нарушу?       — Хочу тебе напомнить, что я тоже еду туда впервые. А что происходит в Уэлче, остается в Уэлче. Так что без понятия. — Леон пожал плечами. — Скоро узнаем.       — Надеюсь, что нет. — отозвалась я.       Вот уж чего бы мне не хотелось, так это привлекать к себе внимание и получать наказание. Что вообще за бред? На что я подписалась?       Поезд тем временем уже начал снижать скорость, и за окном появилась платформа. Когда Леон натянул шапку, я последовала его примеру, и подхватила сумку. Мы вышли в тамбур, и стали ждать полной остановки.       — А отсюда до Бэрефта далеко? — осведомилась я.       — Часика полтора на карете.       Когда поезд остановился и открылись двери, парень пропустил меня вперед на заснеженную платформу.       — Сюда. — подсказал Леон, когда я замешкалась, не понимая, в какую сторону идти.       Я молча топала за ним, осматриваясь. В зоне видимости были старые, пошарпанные здания, и в целом атмосфера вокруг была унылая. Людей не было видно, и создавалось впечатление, что мы приехали в город призрак.       Спустившись с платформы, Леон уверенно пошел вперед. Вообще, странно, что нас никто не встретил на самой платформе. Как я, никогда здесь не бывавшая, должна была бы догадаться, куда идти?       Но, спустя пару минут ходьбы, я заметила в конце улицы черную повозку, и пару человек рядом с ней. Подойдя чуть ближе, Леон вдруг резко остановился и повернулся ко мне лицом.       — Ты меня не знаешь, поняла? Не подавай виду, что мы знакомы!       — Что? Почему?       — Мира! — Леон посмотрел на меня своим «испепеляющим взглядом», и только когда я кивнула, пошел дальше, держась теперь на несколько шагов впереди меня.       Что он увидел? Почему так отреагировал? Что, блин, произошло?       Ответ я получила, когда мы подошли к карете.       — О-хо-хо, какие люди! — надменно произнес парень блондин.       Вообще, парней было двое, и судя по виду, они были нашими ровесниками. Блондин — высокий, очень худой, и я бы могла назвать его симпатичным, если бы не это презрительное выражение лица, и шрам, протянувшийся от правой брови к левому уголку тонких губ. Рядом с ним стоял более приземестый, коренастый парень, с волосами цвета соломы, и с широким носом-картошкой. Оба были одеты в фирменные куртки колледжа Уэлча, с нашивками, отражающими их стихии. Блондин — воздух, а его напарник — земля.       — Я знал, что справедливость существует. То что ты, Стронгхолд, ничтожество, ни на что не годишься, кроме того, что бы кулаками махать, подтвердил даже тест. Что, сестрёнка, наверное, в трауре? Уж дар то она тебе не сможет обеспечить. — излился желчью блондин.       — Пошел нахер, Споилт. — достаточно спокойно ответил Леон, но я заметила, как его руки сжались в кулаки.       — Бааа, за такие разговоры… — начал блондин.       — Может поедем уже? На улице холодно, и я с удовольствием обойдусь без ваших приветственных диалогов. — выйдя из-за спины Леона, достаточно надменно сказала я, поражаясь собственной смелости.       — А это у нас что за пташка? — делая шаг в мою сторону, спросил блондин.       Но тут его за локоть схватил напарник, и краем глаза я заметила, как Леон сместился немного в мою сторону, словно был готов в любой момент прикрыть меня.       — Хватит, Дзен. — сказал второй парень. — Меня зовут Эш Райт, а это Дзен Споилт. Мы сопроводим вас в колледж. Проходите.       Я подошла к повозке первой, и Дзен, мерзенько улыбаясь, протянул руку, что бы помочь мне подняться по двум ступенькам. Но я его руку проигнорировала, что парня нисколько не смутило. Он отвернулся, и пошел к началу повозки, и за ним последовал Эш.       Поднявшись, я зашла в карету и уселась на скамейку, положив рядом с собой сумку. За мной почти сразу поднялся Леон, и закрыл дверцу. Наши «сопроводители» остались снаружи, так как повозкой управлял Дзен, и, по всей видимости, так же как и моя мама защищала нас от снега и мороза по пути к станции, защищал себя и Эша от морозного воздуха.       — И что это было? — спросила я у Леона, как только повозка тронулась.       — Инциденты. — сухо ответил он и тяжело вздохнул.