Когда гаснут огни...Свети.

      Вернувшись в дом Нэн я проигнорировала приветствия и вопросы ребят, подняв руку в немой просьбе оставить меня в покое. Прошла в ванную и закрыв за собой дверь на замок, съехала по стенке на пол и разрыдалась. Тихо, почти беззвучно, что бы никто не смог услышать, как мне больно. Положив руку на грудь, я словно старалась удержать саму себя от того, что бы развалиться на части и исчезнуть. Потому что вина, которую я ощущала перед Дзеном, ломала кости и перемалывала внутренности в фарш, не оставляя больше ничего. Все это время он был у меня под носом… Если бы я настояла на своем и сразу по приезду сюда отправилась в особняк, то ему не пришлось бы так долго сидеть в этой каменной могиле, в которой он успел уверовать, что он один и никому не нужен.       И я опять ушла. Оставила его там одного. Злость на саму себя накрывала меня волнами и я решила, что лучше дать всем этим эмоциям выход здесь, в закрытой и темной ванной комнате. Потому что я злилась и на Леона за то, что он так долго меня сдерживал.       Наконец поднявшись с пола, я разделась и встала под душ, включая еле теплую воду в надежде на то, что она смоет с меня все эти чувства. Подставив лицо под напор воды, я чувствовала, как вместе с ней уходят и мои слезы, а в голове постепенно проясняется. Брэнд не убьет Дзена и уже не сможет сделать хуже. Простые издевательства — он это переживет. Дзен сильный и я уверена в том, что он сможет оправиться. Рано или поздно. Но теперь мой план включал в себя вызволение парня из этой ловушки. Когда Брэнд отвлечется на подступающую к его дому толпу, первое, что я сделаю — освобожу Дзена, и никто меня не остановит.       Опустив голову, я заметила, как под ногами расплываются черные разводы от красителя с головы. Я представила, что это все то плохое, о чем я думаю, и что не сбудется, потому что сейчас утечет в сток, смытое водой. Злость постепенно утихла и я поняла, что несправедлива к Леону. Он удерживал меня от опасности и не знал, что Дзен в особняке. Никто не знал. Так что срывать на нем злость я не собиралась. Есть лишь один человек, который заслуживает моего гнева.       Наконец выйдя из ванны, я направилась на кухню. Налила воды в стакан и смочила пересохшее и першащее от немого крика, что вырывался из меня в ванной, горло. На кухню вошел Леон и, подойдя ко мне, дотронулся пальцами до снова посветлевших мокрых прядок, с которых стекала вода.       — Снова ты. — сказал он и улыбнулся, смотря мне в глаза.       — Вряд ли. — поставив стакан рядом с собой, отозвалась я и притянула его к себе, обнимая. — Это больше не я.       — Что ты имеешь ввиду? — спросил Леон, немного отстранившись, что бы видеть мое лицо.       — Я свела с ума человека. — тихо ответила я.       — Что? — парень опешил и его густые черные брови сошлись на переносице.       И я решила, что больше не стану тащить все это в себе. Взяв Леона за руку, я отвела его в гостиную, где тихо болтали наши друзья. Они имели право знать, во что я превратилась. Так что я рассказала им обо всем, что произошло.       — Ох… — выдохнула Киндред, смотря на меня сочувствующим взглядом.       — Ну, он это заслужил. — сказала Альма, но я видела, как в глазах Джо, сидящего рядом с ней, промелькнул страх.       — Разве? — горько усмехнулась я.       — Конечно! Он получил по заслугам, Мира! — вдруг поддержала меня Рикарда, от которой я этого меньше всего ожидала. — Ты все сделала правильно.              Леон стоял рядом со мной и крепко сжимал мою руку. Я видела, как на его предплечьях вздулись вены от напряжения и переливались синим от блуждающей по ним ярости. Конечно, его мало волновала судьба Кристофера. Леон пытался совладать со своей злостью от того, как парень со мной поступил, и я видела, как у Леона ходят жвалки от плохо скрываемого гнева. Но сама я уже не считала себя правой.       Не то что бы у меня был выбор. Я должна была защитить себя, не дав Кристоферу раскрыть меня Брэнду. Но вот стирать его личность, превращая в ничто, теперь казалось мне крайностью. И больше всего меня пугало то, что я наслаждалась своей силой в тот момент, когда глаза Кристофера теряли осмысленность. Власть, что я почувствовала в тот момент, осознав, что он даже не может сопротивляться, затуманила мой разум.       — Нет. — я покачала головой. — Он заслуживал получить по заслугам, но не так. В правильном мире его бы ждал суд и я бы хотела увидеть, как ему выносят приговор и он осознает все, что сделал. Понимает свою ответственность. — серьезно проговорила я. — А я устроила ему самосуд и уничтожила как личность. Так не должно быть…       — Мира. — тихо позвал Леон и я посмотрела на него. — Мы живем в неправильном мире с тех пор, как Брэнд пришел к власти. Ты лишь защитила себя и при этом сохранила парню жизнь. А это больше, чем он заслуживает.       Еще какое-то время ребята старались найти слова, что бы поддержать меня и уверить в том, что я, хоть и поступила не очень правильно, но действовала исходя из ситуации. И пользы от моих действий больше.       — Он больше никому не сможет навредить, Мира. — наконец сказала Альма, обнимая меня за плечи. — И Брэнд лишился лучшего из своих элементалей.       Но дальнейший разговор оказался куда сложнее. Я рассказала, что нашла Дзена и что собираюсь вытащить его в тот день, когда все начнется. И я понимала, что Леон готов мне возразить, но не хочет ругаться, поэтому он глянул на Джо и тот заговорил, поддерживая друга.       — Мира, это лишнее время. — парень покачал головой. — Ничто не помешает нам вытащить его после того, как ты проберешься в храм и все будет кончено.       — Ну нет. — я отрицательно замотала головой. — Если у меня ничего не выйдет, вы не сможете ему помочь.       — Если у тебя не выйдет, нам всем конец. — просто сказал Леон и посмотрел на меня серьезным взглядом.       Только это то, что я не собиралась обсуждать. Время прислушиваться к чужим советам давно прошло. И я твердо решила для себя, что поступлю по-своему.

***

      — Ты чего не спишь? — тихо произнес Леон, присаживаясь рядом со мной на ступеньках дома.       Я вышла на улицу, что бы подышать свежим воздухом. Высоко над головой светила во всю силу полная луна, а небо усыпанное миллионом звезд внушало трепет. Я думала, что если умру, то обязательно окажусь там. Зажгусь звездой и буду гореть очень очень долго, пока и такая жизнь не подойдет к концу.       Но на самом деле я вышла на улицу еще и для того, что бы примириться с мыслью о том, что смерть неминуема. И я дышала полной грудью, стараясь насладиться этой теплой летней ночью, которая станет последней в моей жизни.              Леону об этом говорить не хотелось. Он, как и все, хоть и нервничал этой ночью, но для него и ребят завтрашний день сулил надежду на новую жизнь. Справедливую, полную радости, безопасности и любви. Только вот я уже не буду ее частью.       В тот день, когда я рассказала им о Кристофере и Дзене, мне приснился сон. Наверное, Деметра чувствовала мое приближение и явилась мне. Только не так, как раньше. Мы стояли на зеленом лугу, и где-то вдали бил высокий водопад, такой мощный, что звук разбивающейся воды разносился по всей долине. Я все еще видела светящийся силуэт и не могла разглядеть ее лицо, но это было и не нужно. Я знала, что это Деметра и так, чувствуя силу, исходящую от нее. И единственная фраза, которую она произнесла:       «Твой путь закончится в храме».       И мне все стало предельно ясно. Я никому ничего не рассказала, потому что отказываться от своих намерений не собиралась. И поэтому спать в эту ночь я не могла. Мне хотелось еще немного пожить, находясь в сознании и наслаждаясь такими мелочами, как лунный свет, искрящие звезды на темном небе, стрекот насекомых в ночи и теплый летний ветер, что развевал сейчас мои снова выкрашенные в черный цвет волосы.       — Не хочется. — ответила я, прижимаясь боком к парню. — А ты?       — Проснулся, а тебя нет. — Леон закинул свою руку мне на плечо и, притянув меня чуть ближе, поцеловал в лоб. — Тебе надо поспать. Сегодня важный день.       — Слишком много мыслей в голове. — отозвалась я и немного подвинувшись вбок, положила голову парню на колени. — Расскажи что-нибудь. — попросила я.       — Например? — поглаживая мою талию своей теплой ладонью, спросил он.       — Не знаю. Что-нибудь хорошее.       Леон вздохнул, но затем заставил меня подняться и, усадив к себе на колени, заговорил, как только я положила голову ему на плечо.       — Представь, что у нас все получилось. — начал он, подняв голову к небу. — Брэнд уничтожен и мы свободны…       И он стал описывать нашу будущую жизнь. В горле стоял ком, но я не перебивала и не останавливала его. Просто слушала, насколько наши мечты, которыми мы раньше не делились друг с другом, похожи… Ведь в рассказе Леона тоже был небольшой домик на берегу реки, друзья, что приходят по выходным и наводят полнейший бардак, веселясь и смеясь от души. Стеф и Артур, чей ребенок резвится в саду и называет нас дядей и тетей.       — А там, чуть позже, и наши собственные дети. — вдруг сказал он. — Мальчик и девочка. Такие же красивые и умные как ты и темпераментные как я. — усмехнулся Леон.       — Может ты и имена придумал? — слабо улыбнувшись спросила я.       Решив отпустить ситуацию я живо представляла себе все эти картинки, что Леон рисовал в моем воображении своими словами, полными надежды на это счастливое будущее.       — Еще нет. — Леон склонил голову и посмотрел на меня, рисующую пальцем на его груди невидимые узоры. — А у тебя есть мысли?       — Неа. — я покачала головой.       — Ну, думаю мы что-нибудь придумаем, и даже не поубиваем друг друга в процессе. — Леон засмеялся.       — Да уж. — отозвалась я. — Теперь то ты способен меня испепелить.       Леон недовольно рыкнул и легонько шлепнул меня по бедру, а я хмыкнула. Когда-то, в прошлой жизни, мы шутили об этом, пока ехали в поезде к нашему будущему. Я попыталась припомнить, что воображала себе тогда.       Беспросветное одиночество? Что-то вроде того. Мне казалось, что сила, которой меня по какой-то ей одной известной причине наделила Деметра, оградит меня от людей. Но все вышло совсем по-другому. Мел, Альма и Киндред. Джо, Эш и Рикарда. Леон и Дзен… Все они стали частью меня и каждый научил чему-то новому. Любви, поддержке, дружбе, надежде, вере в себя и в будущее, которое сейчас так воодушевленно описывал мне Леон. И я была до бесконечности благодарна судьбе за то время, что провела с ними.       И готова была пожертвовать собой, что бы дать им ту жизнь, которую они все заслуживали.

***

      — Мира, просыпайся. — тихо шепнул Леон мне на ухо и я открыла глаза.       В комнате остались только мы, и я приподнялась на локтях, пытаясь вспомнить, как вообще заснула. Каким-то чудесным образом Леону все же удалось меня убаюкать, так что сейчас, выспавшись, я чувствовала себя на удивление легко. Поднявшись с пола, я сходила умыться и, высушив, надела свою голубую форму, которую Нэн вчера добродушно постирала.       — Итак, ты помнишь план? — спросил Леон, когда я вошла на кухню.       — Да. — я кивнула, поправляя очки, которые пока что покоились на моей голове на манер ободка.       План был прост. Брэнд ожидал нашего появления сегодня, и мы решили, что не будем рушить его ожиданий. День рождения первородного сыграл нам на руку, хоть он сам этого и не предполагал. Большой праздник, который каждый год устраивали в Брэндфорте, станет отличным прикрытием для тех элементалей, что уже несколько недель ожидали в близлежащих городах. Сегодня они съедутся сюда под прикрытием посещения праздника, а вечером, когда начнется салют, вспыхнет революция. Расчет был еще и на то, что ближе к концу дня Брэнд расслабится, и его все же удастся застать врасплох.       — Как только прогремит салют — действуй. Скорее всего он и правда выгонит почти всех из дома на свою защиту, так что тебе будет легче. — сказал Леон и подойдя ко мне, сжал мою руку. — Вытащи Дзена и пусть Зоя выведет его оттуда. — неожиданно произнес он. — И, Мира. — добавил он серьезно, проводя костяшками пальцев по моей щеке. — Оставь ту девочку, что должна была поступить в колледж розовых пони, здесь и сейчас. Не мешкай и не бойся применять силу.       И хоть я не собиралась спрашивать разрешения и получать одобрение, меня тронуло то, что Леон сказал о Дзене. Он знал, что я не отступлюсь и принял мое решение. И это было очень важно для меня.       — Не подставляйся и выживи, хорошо? — попросила я и прижалась к его широкой груди щекой, сжимая в объятиях.       — Хорошо. — ответил Леон. — Встретимся вечером, да?       Я посмотрела в его ярко голубые глаза и поняла, что пообещать этого не смогу. Так что просто притянула его за шею к себе и поцеловала так страстно, как давно не целовала.       После случившегося в Бэрефте я слишком долго находилась в смятении, словно забыв, что Леон — это единственное, что всегда было мне нужно. Мой дом, человек, рядом с которым я всегда чувствовала себя на своем месте. И после, занятая делами, работой в доме Брэнда и бесконечным обсуждением предстоящего, я совсем мало времени проводила с тем, кого люблю большего всего на свете. И вот теперь времени не осталось.       Я так крепко прижимала его к себе и мои губы с такой силой впивались в его, будто я хотела в нем раствориться. Отдать ему через этот поцелуй свою душу, хотя бы так оставшись с ним.       И Леон это понял. Он почувствовал, что я прощаюсь в этом поцелуе. Потому что когда я открыла глаза, он смотрел на меня поддернутым пеленой из слез взглядом. Они уже скопились в уголках его ярко голубых глаз, и готовы были вылиться, но Леон себя сдерживал, часто дыша. И я поняла, что в кои-то веке он не станет меня удерживать или отговаривать. Парень лишь притянул меня к себе и нежно поцеловал в лоб, после чего я направилась на выход, и моя рука выскользнула из его горячей ладони.       — Ну что, готова? — спросила Зоя, когда я подошла к ней, ожидающей меня у дома.       — Да. — отозвалась я. — Где Марисса?       — Я отвела ее к Далле. — сказала женщина, когда мы двинулись по тихим улочкам гетто.       — Правильно. — я кивнула.       Женщины и дети, жившие в гетто, не будут принимать участия в сегодняшнем мероприятии, так что их всех соберут у Даллы и ближе к вечеру они покинут город через проход со стороны леса, который сделал Леон. Для их же безопасности, они отправятся в Корхолд и переждут там. А что будет дальше, одной Деметре известно. Если все получится — свободная жизнь. Если же нет — вечные бега.       Улочки Брэндфорта же с самого утра были полны жизни. Живая музыка лилась со всех сторон, и люди гуляли и посещали лавки и ресторанчики, в которых сегодня, в честь дня рождения Брэнда, были объявлены огромные скидки. Люди, попадающиеся нам на пути, в большинстве своем улыбались и беспечно болтали, но я выхватывала из толпы напряженный лица патрульных, которых сегодня здесь было как никогда много.       Когда мы с Зоей почти подошли к особняку, я остановила ее.       — Послушай. План немного поменялся. — тихо сказала я, осматриваясь. — Как только все начнется, иди в заднюю часть дома.       — Что? Зачем? — произнесла женщина.       — Я вытащу одного человека из темницы и ты должна будешь вывести его из дома.       — Мира… — покачивая головой, начала Зоя.       — Он элементаль воздуха и сможет вас защитить. Мне только нужно, что бы ты безопасно вывела его из дома.       — Хорошо. — спустя несколько секунд произнесла Зоя.       — Спасибо. — сжав ее руку, поблагодарила я.       В особняке атмосфера была напряженная, в отличии от весело гуляющего города. С самого утра я бегала с поручениями, убирая давно пустующие гостевые комнаты, в которых сегодня собирался остаться кто-то из приглашенных на прием Брэнда. Самым нервным для первородного была ежегодная речь, которую он произносил на площади, и я слышала, как Дуглас ругается, считая, что это опрометчиво и лучше бы Брэнду из особняка совсем не выходить.       Тем не менее, время потихоньку двигалось к вечеру, и я пыталась морально настроиться на то, что мне придется сражаться с охраной. Леон был прав, я все еще верила внутри себя, что все можно решить ненасильственными методами, но реальность была совсем другой. Даже если в доме никого из охраны не останется, храм без защиты Брэнд точно не оставит, и мне придется применять силу. Так что единственное, на что я надеялась, это то, что первородный не станет устремится к храму сам, поняв, что к чему. Иначе всем нашим планам придет очень быстрый конец.       «Он не ожидает тебя там, Мира. Все будет хорошо.» — сказала мне вчера вечером Альма, пытаясь успокоить. И я старалась поверить в это.       Наконец наступил вечер и Брэнд приготовился покинуть поместье, что бы произнести свою речь и запустить салют. Вокруг него толпились человек двадцать в черной форме, и еще около сотни ждало у ворот особняка. Мы знали, благодаря вечно недовольному и бубнящему себе под нос Дугласу, что и среди толпы жителей города будут одетые в гражданское силовики, только вот нервозность начальника охраны это нисколько не уменьшало. Как и нервозность самого Брэнда, который перечитывал карточки и время от времени орал на кого-то из парней за то, что посмели слишком громко говорить или подошли ближе, чем требовалось.       Мерелин и Дуглас покинули дом вместе с первородным, а я направилась во внутренний двор. С улицы я точно услышу салют, и отсюда мне будет гораздо быстрее добраться до подвала, где держали Дзена. Я присела на скамейку, под внимательный взгляд мужчины в черной форме, что стоял у арки. Брэнд расставил людей вообще везде, и в последние дни работы я поражалась, как никто еще не следит за мной в женском туалете. Мужчина же, осмотревшись, вдруг двинулся в мою сторону и я напряглась, следя за тем, как он подходит.       — С праздником. — сказал он, остановившись в паре шагов.       — С праздником. — отозвалась я, стараясь не выдать голосом своих нервов.       — Можно я присяду? — дружелюбно спросил он, указав рукой на лавочку.       — Пожалуйста. — я пожала плечами и подвинулась в сторону, уступая ему место.       — Ну и работенка. — снимая черную фуражку и открывая темные волосы с проседью, произнес охранник. — Моя жена сказала, что здесь отлично платят. Но никто не предупреждал, что придется работать сверхурочно. — искренне негодуя, поделился со мной мужчина и стер пот со лба, на котором прорезались три глубокие морщины от того, как он хмурился. — Теперь она, конечно, всю плешь мне проела, за то что я дома не бываю.       Я сложила руки на коленях и пыталась понять, что этот человек нашел во мне такого, что решил излить душу. Впрочем, выглядеть бестактной не хотелось, и я просто произнесла.       — Да ладно вам, это только на время праздника.       — Вот уж конечно. — мужчина покачал головой. — Все знают, что он боится этого селестила, или как там. И пока не изловит его, так и будем пахать без выходных. — голос охранника был полон злости. — Прости, что вывалил это все на тебя. Просто тут все такие скрытные и молчаливые, что я уже с ума схожу.       — Ничего. — я наигранно улыбнулась. — Иногда полезно выговориться, а это проще сделать незнакомому человеку.       — Наверное, ты права. — мужчина кивнул. — Вас небось тоже загоняли с этим банкетом?       — Да, есть такое. Вот вырвалась ненадолго посидеть, а то ног уже не чувствую.       И мужчина хотел сказать что-то еще, но тут в отдалении зазвучал салют.       — О, скоро они вернуться. Мне пора. — сказала я, вставая.       — Да, да. — отозвался мужчина, снова надевая фуражку и поднимаясь. — Спасибо, что выслушала.       Я лишь улыбнулась и устремилась в дом. До двери пришлось идти просто быстрым шагом, что бы не вызывать подозрений, но как только я зашла внутрь и закрыла за собой дверь, то бегом устремилась по коридорам к темницам. В этой части дома, на удивление, никого не осталось, и я открыла тяжелую металлическую дверь, после чего зажгла сферу огня и перепрыгивая через две ступеньки начала спускаться вниз. На ходу сняла очки, так как они теперь были без надобности, и за несколько секунд добежала до камеры Дзена.       — Мира, осторожно! — хриплым голосом крикнул парень.       Но я не успела обернуться и заблокировать порыв воздуха, который припечатал меня к железным прутьям камеры. В голове зазвенело, а из темноты вышел элементаль из свиты Брэнда. Улыбка на его лице была торжествующей и он было занес руку, что бы снова подбросить меня, но удара не случилось. Мне понадобилось несколько секунд, что бы прийти в себя, но этого было недостаточно, я не могла отбить удар. А вот Дзен смог. Я резко обернулась и увидела, как он падает на пол, потратив последние силы на то, что бы создать для меня воздушный щит.       Я быстро вскочила на ноги, стараясь не думать о боли в спине. Следующий порыв воздуха, который в меня запустил парень, я спокойно отразила, смешав его со своим собственным импульсом и отправив в его сторону. Элементаль отскочил за колонну, и я ожидала, что он снова будет использовать вихрь, но парень был сильнее рядового обладателя стихии воздуха. Стоя за колонной, он начал стягивать весь воздух в подвале к своим рукам, и я поняла это, когда услышала, как от недостатка воздуха закашлял Дзен за моей спиной.       Только вот элементаль не учел, что в этом подвале есть не только воздух. Задержав дыхание, я вытянула руки вперед, призывая к себе воду. Она загудела где-то совсем близко, и тут по бетонной стене, которая была ближе всего к парню, пошла трещина.       Сначала вода стала сочиться из нее маленькими струйками, но когда я дернула руками в свою сторону, словно притягивая стихию, часть стены просто обрушилась и в подвал бурным потоком хлынула вода, сбивая элементаля с ног. Его припечатало к колоне, за которой он прятался, и, видимо потеряв сознание, он упустил свою силу, а я вздохнула полной грудью и устремилась к Дзену. Расплавив импульсом силы огня замок решетки, я прошла в камеру и помогла парню подняться. Он все еще кашлял, хватая ртом воздух, но задерживаться было нельзя и я потащила его вперед, рассекая воду у нас под ногами.       Лишь когда мы с Дзеном оказались на лестнице и я увидела беспокойную Зою наверху, совесть меня догнала. Я обернулась и притянула силой воздуха элементаля без сознания к нам. Закрыв плотно дверь, я оставила его лежать на лестнице, куда не могла добраться вода, а сама пошла с Дзеном наверх.       — Благородно. — опираясь на мое плечо, сказал парень и я фыркнула.       Зоя наверху ходила взад вперед, заламывая руки.       — Это кошмар, Мира! Кошмар! Как нам выбраться?! — срывающимся голосом спросила она, и я увидела через окно зарево от пламени и поднимающийся к небу дым.       — Идите через лес. — сказала я. — Ты сможешь перекинуть вас через забор? — спросила я у Дзена, который пытался натянуть на себя одежду, которую я сказала захватить для него Зое.       — Вряд ли. — парень покачал головой. — Я еле вызвал тот щит…       «Используй силу» — пронесся в голове чей-то голос.       Я быстро подошла к Дзену и присев рядом на корточки, сосредоточилась и призвала сферу селестиала.       — Твои глаза… — выдохнул он, вглядываясь в мое лицо, но я не слушала.       Просто прижала ладонь со сферой к его груди и наблюдала, как его кожа покрывается серебристым свечением, а к бледному исхудавшему лицу приливает кровь. Шрам никуда не исчез, но зато сам Дзен воспрял духом и покачал головой из стороны в сторону, разминая шею. Я встала и отошла на пару шагов, после чего парень тоже самостоятельно встал и встряхнул плечами.       — Лучше? — спросила я.       — Да. Гораздо. — кивнул он и взмахнув рукой, отбросил стоящую неподалеку тумбочку на несколько метров вглубь коридора.       — Отлично! Вы справитесь! Уходите! — сказала я и было двинулась в сторону, как Дзен поймал меня за руку и притянул к себе.       Времени было мало, но когда мы встретились глазами, оно словно вовсе остановилось. Держа меня за талию, Дзен вдруг опустил свое лицо совсем близко и прижался к моим губам своими, такими теплыми и нежными. Этот поцелуй был совсем легким, почти мимолетным, но в нем было столько искренности и силы, что по моей спине забегали мурашки и я на несколько секунд прикрыла глаза, не в силах отстраниться. Моя рука застыла на щеке парня и я чувствовала шрам под ладонью, и его руки, вновь обретшие силу, что прижимали меня к себе.       — Будь осторожна, Мира. — сказал он, выпуская меня из своих объятий, когда я открыла глаза. — И возвращайся.       Подавив свое замешательство и непрошенные мысли, я лишь кивнула и все же устремилась к выходу из дома. Как только оказалась на улице, до моего слуха стали доноситься крики и грохот, звучавшие в отдалении со стороны города. Не сбавляя скорости я бежала к священной роще, не встречая никого на своем пути. Сердце бешенно билось, но вовсе не от бега. Этот поцелуй и просьба Дзена пробили мое душевное равновесие, разорвав его в клочья. И я не была к этому готова. К этой просьбе вернуться, полной любви.       «Ты все равно не доживешь до утра» — напомнил внутренний голос, и я выдохнула. Да, мне не придется разбираться в этом бардаке, устроенном мной же. Сейчас от меня зависит лишь одно — уничтожение Брэнда. И это именно то, о чем я должна думать.       Выбежав наконец к краю рощи, я увидела храм. Белый, полностью из мрамора с черными прожилками, он был совсем крохотным и идеально круглым. Подняв голову, я заметила вдали бьющий водопад, которого из дома не было видно. Но меня волновало только одно.       Два напрягшихся элементаля с нашивками воды и земли, что буравили меня, запыхавшуюся от бега, взглядами.       — В чем дело? — спросил один из них, поднимая руку.       — Привет, мальчики. — пытаясь отдышаться, произнесла я, схватившись за бок, в котором кололо от быстрого бега.       — Что тебе тут надо? — под моими ногами задрожала земля, повинуясь приказу второго элементаля.       — Да так, хотела зайти, свечку поставить. — выпрямляясь, отозвалась я, и внутренне приготовилась действовать. — Деметра же мать Брэнда. Ее праздник тоже.       И, не став мешкать, как и просил Леон, я собрала импульс воздуха и метнула в парней. Тут они наконец поняли, с кем имеют дело, и земля у меня под ногами разрыхлилась настолько, что я провалилась в нее по щиколотку.       Сражаться с двумя элементалями за раз было новым вызовом, но я не собиралась сдаваться здесь, в паре шагов от своей цели. Впившись рукой в землю, я заставила ее разойтись и трещина, что я образовала, устремилась к ногам элементалей и заставила их упасть, не удержав равновесие на ставшей зыбкой земле. Но они не сдались, земля под моими собственными ногами превратилась в тягучее болото, так как второй парень призвал воду, что бы разбавить ее. Когда я поняла, что меня засасывает, то опустила руки ладонями вниз и приложив усилие, подняла себя над землей на пару метров. Глаза элементалей расширились в ужасе, и они, наконец поднявшись, сформировали в своих руках пульсирующие сферы земли и воды, и были готовы метать их в меня. Только вот я больше не собиралась тратить на это время.       Раскинув руки в стороны, я на секунду прикрыла глаза, фокусируя всю свою силу в ладонях. Я снова действовала интуитивно, будто всегда знала, что способна на это. Наконец открыв глаза, горящие изумрудным цветом, я посмотрела на безмолвных стражников храма. Они одновременно выбросили свои сферы в мою сторону, но в нескольких сантиметрах от меня вода и земля рассыпались в небольшие серебряные искорки, словно столкнулись с невидимым щитом, что рассеял их в воздухе. Осознав свою силу, я соединила руки в громком хлопке и от них яркой белой вспышкой устремилась слепящая световая волна такой мощи, что сбила парней с ног, припечатав к земле.       Опустившись рядом с бездвижными телами, я со вздохом облегчения поняла, что элементали дышат. Я просто вырубила их и они придут в себя еще не скоро. Переступив через одного из них, я прошла к тяжелому валуну из белого камня, что служил дверью храма. Взмахнув рукой, я отодвинула его в сторону и вошла внутрь.       Все как в моем сне. Белый мраморный пол, мозаика, изображающая Жанну, Полому, Клиоса и Брэнда. Только здесь, в отличии от моих сновидений, глаза у сестер и брата Брэнда были открыты и словно смотрели на меня. Я поежилась и двинулась вперед.       Здесь было гораздо холоднее, нежели на улице, где во всю силу разгулялось лето. Стены, образующие идеальный круг и никакого коридора с дверью в конце. Единственной деталью, которая отличалась от того, что я уже видела, была черная мраморная гробница, стоящая посередине зала. На нее, сквозь отверстие в крыше, падал свет восходящей луны, но ни надписей, ни чего-либо еще на ней не было. Я обошла небольшое пространство вдоль и поперек, дотрагиваясь до стен, ища какие-то скрытые тайники или углубления, но так ничего и не обнаружила.       — И где мои ответы? — достаточно тихо сказала я, но даже этого хватило, что бы мой голос эхом разнесся по пустому залу.       Подойдя к гробнице, что бы удостовериться, что ничего не пропустила, я провела рукой по ледяной плите. И тут вокруг меня, начиная свое движение от неосвещенных стен, стал сгущаться мрак. И я хотела было убрать руку от надгробной плиты, но пальцы словно приросли к холодному мрамору. Так тьма окружила меня со всех сторон.       И поначалу не было ничего, кроме этой кромешной тьмы и тишины.