Необычный неудачник

***

      Чарльз считал себя пожизненным неудачником с самого детства. В школе его не обижали, потому что он давал списывать, а зубрилой он стал, не потому что ему нравились предметы, а из-за одиночества. Щуплый, никем не понятый, уродец без ногтей. Их не было с рождения. Врачи говорили, что это мутации из-за службы отца в секретных частях Армии Великобритании, где над ним производили опыты. Отец был молод, ему нужны были деньги. О вреде таких вмешательств в организм на потомство никто ему не сообщил, или он попросту пропустил это мимо. С младенчества Чарли был необычным, и с ним никто не дружил. Развлечение он нашёл в науке. Стал изучать, что такое мутации. Поступил в Университет, стал аспирантом, женился на лопоухой Кэйт, дочке декана. Детей они не планировали. Да и зачем? Плодить лопоухих без ногтей мутантов? Хватит им их самих в этом мире. Кредиторы требовали проценты за ипотеку. На кой ему сдался этот дом, если их там всего двое не считая кота Кэйт? Кастрированного морально, как и его хозяин. Чарльз проводил очередной опыт по разделению генов в ДНК. В соседней лаборатории коллеги зашумели, что-то упало на пол. Обычно он был осторожен, закрывал вентиляцию из соседних кабинетов, но сегодня из-за скандала с женой забылся. В голове учёного закружилось, реактив выскочил из рук, разлился, а он, от удушья из-за утечки какого-то газа, сунулся лицом в лужицу на столе.       В назначенный час Чарльз, скрыв лицо под капюшоном, подъехал к загородному дому. Он был напряжен, как натянутая струна, готов в любой момент сорваться, если почувствует опасность. Внутри дома его ждала тишина и полумрак. Чарльз достал пистолет, проверил обойму, и шагнул внутрь. Внезапно вспыхнул свет, ослепляя Чарльза. Он услышал щелчки затворов и грубые мужские голоса: "Полиция! Бросьте оружие на пол! Руки за голову!". Чарльз понял, что это конец. Его ловушка захлопнулась. Ричардс, стоявший в окружении вооруженных полицейских, с торжеством смотрел на поверженного "Судью". "Игра окончена, Чарльз. Твоя миссия завершена." Однако Чарльз лишь усмехнулся. Подняв руки, он произнес: "Ты действительно думаешь, что это конец? Ты понятия не имеешь, с чем связался, Ричардс. Это только начало.". В этот момент дом сотряс мощный взрыв.       Очнувшись учёный осмотрелся, вытер губы и нос, измазанные достаточно опасным для некоторых ДНК веществом салфеткой и решил никому о случившемся не сообщать. Ведь он работал не с вирусом, а значит усиленной защиты не требовалось.       Дома, как обычно, его ждала истерика жены. Кейт заходилась из-за его ботинок, он как-то не так их зашнуровал, и это вызывало в жене раздражение. — Мало того, что пальцы как у осьминога, так ещё и шнуровка не как у людей. — Да и хрен с ней со шнуровкой! Главное не развязывается. — огрызнулся он шарясь по холодильнику, чего бы пожрать. — У всех мужья люди как люди, а у меня хрен на блюде, — продолжала сокрушаься суженная. Наконец, отыскав куриную ножку он, не став её разогревать, жадно вонзил зубы в жаренную плоть. Есть хотелось как никогда. Кейт демонстративно прошла мимо, набросив полотенце на плечо, очевидно в ванную. — Чтоб тебя больше не видеть, — прошептал он, отвернувшись, прикрыл глаза и представил как она погружается в воду с головой и… остаётся там навсегда.       Наспех позавтракав фастфудом, запив колой, он стукнул дверью и пошёл спать в гараж, где у него стояло раздвижное кресло. Там он всегда укрывался, чтобы не слышать её недовольных воплей.       Чарльзу снился мрачный сон о том, что он подобно герою аниме «Тетрадь Смерти» заключил сделку с… он сам не знал как назвать это существо, но по гонору очень влиятельное, внешне напоминающее нейрон под напряжением постоянного тока в 1,1 МВ.       Когда утром он не обнаружил и завтрака, то терпение парня дало сбой и он ворвался в спальню жены. Но по внешним признакам она даже не ложилась в постель. Неужели лопоухая нашла себе того, кто умеет завязывать шнурки?       Окликнув жену, он убедился, что кроме кота ему никто не отзовётся. Тогда он открыл дверь ванной комнаты и обомлел. Кейт лежала под мыльной водой без признаков жизни.       Чарльз застыл на пороге, не в силах поверить своим глазам. Кейт, его жена, всегда такая живая и крикливая, лежала неподвижно в неестественной позе, напоминая утонувшую фарфоровую куклу. Её обычно яркие, полные жизни глаза были плотно сомкнуты, а светлые волосы, которые она так любила укладывать, раскинулись по воде бесформенной массой. Мыльная пена, окрашенная неестественным цветом, скрывала подробности, но Чарльз инстинктивно чувствовал, что случилось нечто ужасное.       Сердце его бешено заколотилось, стук отдался в ушах набатом. Он бросился к жене, хватаясь за скользкие, холодные руки. Пульс отсутствовал. Чарльз судорожно пытался вспомнить приемы реанимации, которым его обучали еще в университете, но мысли путались, перед глазами все плыло. В этот момент он заметил на шее Кейт странную красную отметину, похожую на ожог. Прикосновение к этой отметине вызвало у Чарльза волну головокружения и приступ тошноты.              Он отшатнулся, словно его ударило током. В голове промелькнула безумная мысль: "Нейрон. Тетрадь. Это я?". Не в силах больше находиться в этом кошмарном месте, Чарльз бросился вон из ванной, задыхаясь от ужаса. Его желание сбылось самым страшным образом, и теперь он остался наедине с тяжестью непоправимого и страшной тайной.       В голове Чарльза бушевал ураган. С одной стороны, он прекрасно понимал всю абсурдность ситуации. Сон, сделка с нейроном, смерть Кейт от простого желания – бред сумасшедшего! С другой стороны, факты были неопровержимы: Кейт мертва, а его собственное самочувствие после прикосновения к странному ожогу… Он вспомнил подробности сна. Нейрон, пульсирующий энергией, предложил ему силу в обмен на... На что? Чарльз не помнил условий сделки, но интуитивно понимал, что за все приходится платить. Неужели он, сам того не ведая, принял условия темного договора и теперь обречен нести груз своей смертоносной силы? Страх сковал его ледяными тисками. Чарльз вдруг почувствовал себя опасным чудовищем, способным уничтожить все вокруг одним лишь желанием.             Что ему делать с этой силой? Как ему жить дальше, зная, что он стал причиной гибели Кейт? Вопросы росли в его голове, словно ядовитые грибы после дождя, угрожая поглотить его разум полностью. Он был на грани сумасшествия, балансируя на острой грани между реальностью и бредом, не в силах отличить одно от другого. Оставался ли он прежним Чарльзом – неудачником и одиночкой, или же превратился в нечто более могущественное и ужасное? И если эта сила действительно в его руках, то как ему научиться контролировать ее, не уничтожив все вокруг?       Чарльз, пошатываясь, вышел из дома. Мир вокруг казался нереальным, словно он наблюдал за ним сквозь толстое стекло. В голове звучал лишь один вопрос: что делать? Он не мог пойти в полицию и рассказать о своем сне и странном желании – его признали бы сумасшедшим. Обратиться к коллегам-ученым тоже было невозможно – кто поверит в историю о смертоносных желаниях? Он бродил по улицам, не замечая ни прохожих, ни проезжающих машин. Страх постепенно уступал место холодному расчету. Чарльз всегда был ученым, и сейчас он решил отнестись к произошедшему как к научному эксперименту. Ему нужно было разобраться в механизме своей новой силы, понять, как она работает, и научиться ее контролировать.        Вернувшись домой, он, превозмогая отвращение, вошел в ванную и снова посмотрел на мертвую Кейт. На этот раз он увидел то, что пропустил в первый раз: небольшой, едва заметный символ рядом с ожогом на шее жены. Тот самый символ, который он видел во сне, – знак нейрона. Знак его власти. Чарльз понял, что пути назад нет. Он связался с темными силами, и теперь они не отпустят его. Ему предстояло научиться жить с этим знанием и контролировать смертоносную силу, заключенную в нем. Иначе он рисковал уничтожить не только себя, но и всех, кто ему дорог.       Чарльз, словно одержимый, начал исследовать свою новую силу. Он тщательно фиксировал все свои мысли и желания, проверяя, не приведут ли они к необратимым последствиям. Он часами медитировал, пытаясь проникнуть в глубины своего сознания, найти тот самый нейрон, что наделил его этой страшной силой. Он изучал древние тексты, искал упоминания о сделках с потусторонними существами, о людях, наделенных способностью убивать одним лишь желанием.       Информация была скудной и противоречивой, но Чарльз цеплялся за каждую крупицу знания, надеясь найти способ управлять своим даром. С каждым днем он все больше убеждался, что его сила – не просто случайность, а часть некоего плана, грандиозного и непостижимого. Он чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, словно невидимый кукловод наблюдал за каждым его шагом, ожидая подходящего момента, чтобы дернуть за ниточки.       Страх сменился ледяным спокойствием. Чарльз решил принять свою судьбу, какой бы ужасной она ни была. Он станет орудием в руках неведомой силы, но орудием осознанным и контролирующим каждый свой шаг. Он научится направлять свою смертоносную силу, чтобы вершить правосудие, наказывать зло и защищать невинных. Он станет карающей десницей судьбы, Ангелом Смерти, несущим возмездие тем, кто этого заслуживает.       Но для начала Чарльзу нужно было избавиться от тела Кейт. Он не мог просто вызвать полицию – его тут же заподозрили бы в убийстве. Идея с инсценировкой несчастного случая тоже не казалась удачной – слишком много улик указывало на его причастность.        Оставался лишь один вариант… В ту ночь Чарльз, вооружившись лопатой и мешком, похоронил Кейт в дальнем углу сада. Он не стал рыть глубокую могилу – боялся, что соседи заметят. Просто закидал тело землей и сухими листьями, надеясь, что никто не обратит внимания на свежий холмик. Вернувшись в дом, он собрал все вещи Кейт, фотографии, документы – все, что напоминало о ее существовании – и сжег в камине. Пламя жадно пожирало прошлое, оставляя после себя лишь пепел и запах гари. Чарльз смотрел на огонь, и в его глазах не было ни скорби, ни раскаяния. Лишь холодный расчет и решимость. Он сделал свой выбор, переступил черту, и пути назад уже не было. Отныне он – Ангел Смерти, и его воля – закон.       Утром Чарльз проснулся с четким планом действий. Первым делом, нужно было создать себе алиби на случай, если полиция заинтересуется исчезновением Кейт. Он отправился в Лондон, снял номер в отеле под вымышленным именем, и провел там несколько дней, имитируя бурную туристическую деятельность. Он посещал музеи и галереи, делал селфи на фоне достопримечательностей, покупал сувениры – все это фиксировалось на камерах наблюдения и служило доказательством его невиновности.        Вернувшись домой, Чарльз узнал из новостей, что в городе орудует серийный убийца. Жертвами становились влиятельные и богатые люди, замешанные в коррупционных скандалах, торговле наркотиками, насилии. Полиция была в тупике, не находя никаких зацепок. Чарльз слушал эти новости с мрачным удовлетворением. Он нашел применение своей силе, став карающим мечом, обрушивающимся на головы преступников.             Он тщательно выбирал свои жертвы, изучал их дела, убеждаясь, что они заслуживают смерти. И каждый раз, загадывая желание, он чувствовал, как темная сила внутри него ликует, питаясь болью и страхом умирающих. Чарльз создал себе образ неуловимого мстителя, сея ужас в сердцах преступного мира. Газеты окрестили его "Судьей", и с каждым новым убийством его имя обрастало зловещими легендами. Но чем дальше Чарльз заходил по этому пути, тем сложнее ему было контролировать свою темную сущность. Он чувствовал, как сила пожирает его изнутри, превращая в безжалостного монстра.       Чарльз всё глубже погружался в пучину тьмы. Он уже не довольствовался ролью безликого мстителя, наказывающего лишь отъявленных злодеев. Ему хотелось больше власти, больше контроля над чужими жизнями. Он начал видеть грех и порочность в каждом человеке, даже в самых, казалось бы, невинных поступках. Он перестал заботиться о создании алиби, пренебрегал мерами предосторожности. Ему казалось, что он неуязвим, что его миссия – карать и вершить суд – возвышает его над законом и моралью. Полиция, однако, не сидела сложа руки. Детектив Ричардс, опытный следователь, возглавлявший дело "Судьи", начал замечать странные совпадения между жертвами и Чарльзом. То в прессе всплывет статья о коррупционной схеме, в которой был замешан бывший одноклассник Чарльза, то по телевизору покажут репортаж о наркобароне, которого Чарльз когда-то обвинял в смерти своего друга. Ричардс почувствовал, что он на верном пути. Он начал копать глубже, изучать прошлое Чарльза, его связи, его мотивы. И чем больше он узнавал, тем яснее ему становилось: Чарльз и "Судья" – одно и то же лицо.       Чарльз, чувствуя на себе взгляд детектива Ричардса, лишь ухмылялся. Он видел бесполезные попытки полиции остановить его, их растерянность перед лицом необъяснимого. Он играл с ними, словно кот с мышкой, оставляя намеки на свое следующее движение, наслаждаясь их страхом и бессилием. Он все чаще нарушал свои же правила, убивая не только закоренелых преступников, но и тех, кого считал мелкими сошками, досадными помехами на своем пути. Так, одним из его "приговоров" стала смерть журналиста, осмелившегося публично осудить методы "Судьи". Другой жертвой пала молодая девушка, ставшая случайной свидетельницей одного из его преступлений. Чарльз все дальше уходил от своего первоначального замысла, превращаясь в то, против чего боролся. Он сам стал монстром, сеющим хаос и смерть ради удовлетворения своих амбиций и тщеславия. Его темная сторона, которую он так долго пытался контролировать, вырвалась наружу, угрожая поглотить его без остатка.       Детектив Ричардс, между тем, приближался к разгадке. Он собрал все факты, все улики, все совпадения воедино и получил пугающе четкую картину. Он понял, что "Судья" не супергерой и не мистическое существо, а обычный человек, ослепленный собственной значимостью и жаждой власти. Человек, который поверил в свою исключительность и теперь сам стал угрозой для общества.       Ричардс знал, что обычными методами "Судью" не остановить. Он слишком хитер, слишком осторожен, слишком умен. Нужно было действовать иначе, сыграть на его слабостях, на его тщеславии, на его желании быть всегда на шаг впереди. И Ричардс придумал план. Рискованный, дерзкий, на грани фола. План, который мог либо остановить "Судью" раз и навсегда, либо развязать ему руки, превратив его в настоящего Ангела Смерти, неуловимого и всемогущего.       Ричардс решил использовать самого Чарльза в качестве оружия против него самого. Он организовал утечку информации в прессу, распустив слух о том, что "Судья" страдает неизлечимой болезнью и ищет способа излечиться. Он даже назвал имя врача, якобы способного помочь "Судье" – вымышленного светила медицины, специализирующегося на редких и опасных заболеваниях.        Расчет Ричардса был прост и одновременно дерзок. Тщеславие Чарльза не позволит ему оставить без внимания такую информацию. Он обязательно выйдет на связь с этим врачом, попытается узнать больше, а значит, даст полиции шанс выйти на его след. Это была опасная игра, своего рода русская рулетка. Ричардс понимал, что рискует жизнями многих людей, ведь разъяренный "Судья", узнав о ловушке, способен на самые отчаянные поступки. Но другого выхода не было. Ставки были слишком высоки, цена бездействия – еще большее число жертв.       Как и ожидал Ричардс, Чарльз клюнул на наживку. Слух о чудо-докторе, способном излечить любую болезнь, задел его за живое. Он всегда был осторожен, но мысль о собственной смерти, о том, что его миссия может быть прервана какой-то досадной случайностью, приводила его в бешенство. Используя все свои навыки конспирации, Чарльз вышел на связь с "доктором", не подозревая, что каждый его шаг отслеживается людьми Ричардса. Он назначил встречу в отдаленном загородном доме, надеясь сохранить анонимность и получить ответы на свои вопросы. Ричардс торжествовал. "Судья" сам загнал себя в ловушку. Оставалось лишь дождаться, когда он явится на встречу, и захлопнуть капкан.       В назначенный час Чарльз, скрыв лицо под капюшоном, подъехал к загородному дому. Он был напряжен, как натянутая струна, готов в любой момент сорваться, если почувствует опасность. Внутри дома его ждала тишина и полумрак.       Он достал пистолет, проверил обойму, и шагнул внутрь. Внезапно вспыхнул свет, ослепив его, и учёный услышал щелчки затворов, грубые мужские голоса: "Полиция! Бросьте оружие на пол! Руки за голову!".       Чарльз понял, что это конец. Его ловушка захлопнулась. Ричардс, стоявший в окружении вооруженных полицейских, с торжеством смотрел на поверженного "Судью". "Игра окончена. Твоя миссия завершена." Однако "Судья" лишь усмехнулся и, подняв руки произнес: "Ты действительно думаешь, что это конец? Ты понятия не имеешь, с чем связался, Ричардс. Это только начало.". В этот момент дом сотряс мощный взрыв.