Красная шапочка для взрослых

      — Минхо-я! Сынок, милый, подойди ко мне! — доносится с кухни громкий женский голос.       — Да, мам, что такое? — высовывается из-за угла Ли, спуская рукава поношенной кофты.       — Ты подмёл двор?       — Подмёл.       — Тогда иди к бабушке. Мы с ней созванивались недавно, и она тебя уже ждёт, — заявляет женщина, обтирая руки полотенцем.       — С чего вдруг? Вроде сегодня не собирались к ней идти, — не понимает Минхо, ведь вчера речь шла только о домашних делах, а не о походе в другую деревню.       — Она по тебе соскучилась, да и гостинцы ей отнесёшь как раз, — говорит она, разглядывая сына, белая одежда которого стала серой. — Ты только переоденься перед тем, как идти. А это в стирку бросай.       — Ты не идёшь со мной?       — У меня ещё остались дела. Может, вечером приду, и после мы вместе вернёмся домой.       — Хорошо, мам, — выдохнул он и вернулся в комнату, доставая из шкафа чистые вещи.       С одной стороны, идти куда-то не было в его планах. Он хотел встретиться с друзьями, которых, правда, и без того видит каждый день. Может, он просто хотел побыть один на один с собой в полном одиночестве? Но, с другой стороны, в этой прогулке есть очень и очень большой плюс. Встреча с ним.       Минхо однажды совершенно случайно встретил Чана в тёмном лесу, когда возвращался от бабушки. И не то чтобы ему прям хотелось знакомиться с этим существом. Но судьба сказала, что ей всё равно, что и кому хотелось, и продолжала устраивать им случайные встречи. Ну, так думал Минхо. Однако сейчас он ни разу не жалеет о знакомстве со странным парнем.       Переодевшись в чистое, натянув на голову красную кепку и собрав всё нужное, Ли идёт обратно к матери, чтобы сообщить о своём уходе.       — Телефон взял? В рюкзак всё положил? — пристаёт с вопросами она сразу же.       — Да, всё взял и положил, — отчитывается Минхо.       — Тогда можешь идти, — со спокойствием произносит женщина и уже было возвращается к делам, но вдруг оборачивается и строго говорит: — Иди только по прямой тропе. Помнишь же? А то мало ли на кого в лесу нарвёшься.       — Помню я, помню. Ты каждый раз это говоришь, когда одного меня к бабушке отправляешь, — закатывает глаза Минхо, но, отвернувшись от матери, растягивает губы в ухмылке.       Когда он последний раз следовал чужим наставлениям? Правильно. Никогда! «Если быть во всём послушным, то вряд ли можно найти приключений на одно место», — примерно так рассуждает Ли каждый раз, тайно нарушая что-либо сказанное кем-то, будто принимая за вызов.       Выйдя из дома, Минхо срывается на бег, дабы сэкономить время и не вызвать череду вопросов о том, почему так долго шёл. И вот уже за считанные минуты он пересекает границу леса и сразу же сворачивает на кривую, давно выглядящую заброшенной тропу. Тут и там растёт трава, местами на пути встречаются большие ветки, что мешали пройти, но Ли это не останавливает. Он идёт только вперёд, перешагивая все препятствия и сканируя взглядом лес, где сквозь кроны деревьев просачиваются солнечные лучи.       Одна минута ходьбы и поиска нужного. Другая. Третья. Минхо начинает злиться, ведь пока это всё попусту трата времени.       — Эй, Бан! Если не появишься прямо сейчас, я уйду! — кричит Ли, пугая местных птиц.       Однако он и сам пугается, когда неожиданно его хватают сзади за талию и прижимают к себе крепко-крепко. Минхо в момент поворачивает голову и где-то на грани между облегчением и возмущением шумно выдыхает. Это он.       — Ну чего так орать, я же рядом был, — с мягкой улыбкой говорит Чан, и Ли краем глаза замечает, как серый хвост за спиной парня игриво дёрнулся из стороны в сторону.        — Мне не до игр теперь, — Минхо поворачивается всем телом к гибриду, выбираясь из хватки и скрещивая руки. — Столько времени потратили на эти прятки, а могли уже сто раз поцеловаться и возбудиться. Ты вот точно волк, а не соседский щенок, м?       — Не ворчи, — всё так же лыбится Чан, а после тянет Минхо ближе, останавливая в паре сантиметров от лица. — Всё ещё можно исправить.       Он коротко и ласково целует Ли в губы, проходится кончиком носа по щеке и спускается ниже. Чан мягко выцеловывает линию челюсти, едва проводит языком по пульсирующей венке на шее и прикусывает нежную кожу на ключице.       — Ну не посреди дороги же, подожди, — выдыхает Минхо и заставляет от себя отстраниться. Он снимает рюкзак, достаёт знакомое и повидавшее виды в этом же лесу покрывало и отходит в сторону, прячась за парочкой деревьев. — А теперь можно, — зовёт, и Бан, идя на голос, видит расстеленную ткань.       — Можно было ко мне домой пойти, — ухмыляется он и стягивает с себя тонкую ветровку, что сидела на голом торсе.       — Идти долго.       — Пять минут — долго? — спрашивает Чан и опускается на колени рядом с сидящим Минхо. Он сразу тычется губами в шею и мягко оставляет дорожку из поцелуев, добираясь до впадины меж ключиц.       — Теперь уже поздно куда-то идти, — шепчет Ли и аккуратно снимает с себя футболку, откидывая её за пределы покрывала.       Чан слегка давит на обнажённый торс, заставляя Минхо лечь. Тот недовольно шипит, ведь в спину упираются мелкие ветки, твёрдая земля не добавляет удобств. Гибрид оплетает одной рукой талию, делая так, чтобы Ли поясницей оказался на предплечье, и продолжает целовать, но уже ниже. Губами спускается к груди, свободной ладонью ведёт по проглядывающимся кубикам пресса.       — Прошу, давай сегодня без прелюдий, — тихо просит Минхо и меняет позу, снимая весь низ, становясь на колени и поворачивая голову к Чану. — Держи, — отдаёт в чужие руки из ниоткуда взявшийся полупустой тюбик. — Растянешь? — улыбается он и сладко целует пухлые губы своего волка.       Чан кивает, выдавливает смазку и, выждав, когда Ли удобно упрётся локтями в рюкзак, ныряет влажными пальцами в промежность.       Чан медленно растягивает нежные стенки ануса, смягчает ощущения частыми поцелуями в загривок, в плечи, вдоль позвоночника. Он останавливается, когда Минхо просит другого продолжения, и раздевается до конца.       Чан наспех смазывает член, добавляет жидкости на покрасневшую дырочку и осторожно проникает внутрь, замирает до тех пор, пока Минхо не подаёт знак, что можно двигаться. Он выходит, оставляя в плену стеночек лишь головку, а после полностью входит, выбивая из Ли резкий вздох.              Чан двигается неторопливо, аккуратно, не причиняя неудобств и стараясь словно утопить Минхо в нежности, поглаживая того по спине, по талии, спускаясь на живот и целуя каждый миллиметр податливого тела.       — Быстрее, — стонет Ли, на секунду поднимая голову, а после вновь опуская.       И Чан выполняет просьбу, вбиваясь в дырочку размашистее, резче, одновременно обхватывая чужой, истекающий естественной смазкой член. Минхо глушит ладонью собственные стоны, жмурясь до белых мушек в глазах.       Хватает несколько грубых толчков, и Ли кончает в руку Чана с тихим рыком. Усталость накатывает неожиданно, и его ноги норовят вот-вот разъехаться в стороны, уронив тело на твёрдую землю. Однако Бан замечает, придерживает разморённого парня и всё так же продолжает толкаться, пока не достигает пика. Он вынимает член из расстраханной дырки и заканчивает испачканной рукой, марая её ещё больше, а после мягко опускает уставшего Минхо и сам ложится рядом.       — Тебя донести до бабушки? — через какое-то время подаёт голос Чан, поворачивая голову к парню.       — Боюсь, она не одобрит, если увидит меня на руках парня с хвостом.       — Скажем, что я этот.. как его.. квадробер, — вспоминает Чан и широко улыбается.       — Думаю, она не знает, кто это, и поэтому ещё больше начнёт наседать, — устало тянет Минхо и слабо улыбается. Однако в следующее мгновение приподнимается и вдруг заваливается сверху на гибрида. — Но ты можешь отнести меня до границы леса, а ещё можешь меня одеть, так уж и быть, — бормочет он так, будто соглашается на долгие уговоры.       Чан лишь тихонько посмеивается на эти слова и довольно виляет хвостом, натягивая на Минхо вещи и параллельно целуя куда придётся.