Прометей Прометея видит издалека

Лицо Гермионы в сквозном зеркале было таким родным. Гарри почувствовал себя счастливым, когда ему позволили общаться с друзьями и знакомыми. Конечно, он поклялся не рассказывать им, где находится и чем именно занимается. Но ведь можно было говорить о многом другом. — Я… вступил в брак, — немного застенчиво сообщил Гарри. — У тебя теперь жена? — удивлённо переспросила Гермиона. — Вообще-то нет. Глаза Гермионы округлились: — Муж? — Ага. И я не могу назвать имя. У него непростой характер, но мне с ним хорошо. — Так нужно было для дела? — проницательно спросила она. — Да. И всё-таки для меня это нечто большее. — Это не Том Риддл? — Нет, — с чистой совестью ответил Гарри. Когда разговор завершился, Поттер вышел из комнаты и увидел Геллерта. — Твоя подруга довольно догадлива, — чуть насмешливо сказал тот. — Есть такое. Она всегда была мозгом нашего «трио». — У тебя был тройничок? Гарри фыркнул: — Вообще-то всего лишь дружба. Но эти люди мне очень дороги. А почему у тебя нет друзей? — Я всегда вызывал в людях восхищение или ненависть. А для того, чтобы общаться на равных, нужно что-то другое. — Тебе никогда не хотелось это исправить? — Думаю, что это не та тема, которую стоит обсуждать. Нам лучше говорить на том языке, который понятен нам обоим, — Геллерт обвил руками его талию и прикоснулся к губам дразнящим поцелуем. Гарри увернулся. — Почему ты думаешь, что мы не можем понять друг друга? — Гарри, — Гриндевальд неохотно выпустил его из объятий, — это никогда не будет «нечто большее», потому что мы слишком различны. — Если ты так уверен, — пробормотал Гарри и пошёл искать Люпина. Обсудив с оборотнем один очень важный вопрос, он вернулся, чтобы вместе с мужем заняться тренировкой. В этот раз сила шла неуверенно, потоки ощущались разобщёнными. Это не понравилось Люпину, наблюдавшими за этой попыткой. — Гарри, на твоём месте я бы всё-таки не стал… — Римус укоризненно посмотрел на него. — Впрочем, я надеюсь, что вы справитесь. — О чём это он? — поинтересовался Гриндевальд, когда оборотень ушёл. — Неважно, — хмуро ответил Гарри и ушёл в библиотеку, которая была оборудована для супругов, чтобы они не скучали. Там были и магловские книги. Поттер с удовольствием принялся перечитывать «Стальную крысу» Гаррисона, отмечая про себя, что Гриндевальд похож на Ангелину — внешне успешный, но глубоко в душе закомплексованный. Было непонятно, что спровоцировало в нём такую жажду самоутверждения. Ведь, в отличие от героини, он от природы не был обделён ни красотой, ни удачей. Что-то тут было не так. Судьба Тома Риддла очевидна: мальчик-сирота, да ещё и зачатый от приворота. Но Геллерт был любимчиком судьбы. И то же стремление к власти легко мог бы реализовать на руководящих постах в министерстве. Или открыл бы собственное дело, благо достаток позволял ему это сделать. В какой момент успешного молодого человека переклинило? Гарри взял книгу с собой, чтобы потом почитать перед сном. — Магловское чтиво? — с усмешкой поинтересовался Геллерт. — Очень хорошая книга, — кивнул Гарри, игнорируя его тон. — Волшебникам есть чему поучиться у маглов. — С кем я связался? Хотя… при такой фигуре это не так важно. Неудивительно, что некто Гарри Поттер был популярен в своём времени. Ты говорил, что знаешь, каково это — когда тебя разбирают на сувениры. Наверно, поклонницы и поклонники ухаживали за тобой? — Не совсем. Мне пришлось грохнуть Тёмного Лорда, — нехотя признался Гарри. — Вот так просто? Одного Тёмного Лорда грохнул, другого — тра... — Хватит! — заорал Гарри. — Если для тебя это просто секс, то перетопчешься. Я ухожу в отдельную спальню. Мне Люпин сказал, что достаточно провести вместе одну ночь в месяц. — Упрямый, — сказал Геллерт, медленно приближаясь. — Будет тебе «не просто секс». — Ты не обманываешь? — Нет. Мне нет смысла. Такой совместимостью не разбрасываются, — он провёл рукой по шее Гарри. — И не только.