Прометей Прометея видит издалека

— Что ж, теперь, когда я провёл с тобой беседу о том, «откуда книги берутся», я надеюсь, мы исправим сделанное. Гарри стоял, глядя на Геллерта. Серьёзное лицо, на котором сейчас не было маски «я весёлый и равнодушный ловелас». Едва заметная вертикальная морщина на лбу — Гриндевальд нахмурился. Поттер чувствовал пульсацию мгновения: искры вероятностей, которые возникали между их напряжёнными взглядами. Всё наносное отступило — и Гарри со всей определённостью чувствовал, что супруг ему кого-то напоминает. Тут Гриндевальд сдержанно кивнул, и они произнесли: — Восход. Геллерт подождал пару мгновений, потом сделал шаг к Книге, открыл её — тут же захлопнул. В его глазах горела ярость. В комнату вошёл Люпин, подошёл к Книге, вновь распахнул её — и Гарри через его плечо увидел то, что так взбесило Гриндевальда: на первой странице по-прежнему красовалась спираль, а вокруг неё искрились разноцветные сполохи. — Кхм, думаю, нам надо поговорить. Следуйте за мной, — сказал Римус. Гарри и взбешённый Геллерт прошли вслед за оборотнем в гостиную. Там все трое заняли кресла. — Мистер Гриндевальд… Позвольте вам объяснить ситуацию. — Попробуйте, — прищурился Гриндевальд, который в этот раз не стал фамильярничать. — Я делал диагностику в тот момент, когда вы создавали магию. И пришёл к выводу, что такой необычный результат связан с энергетикой Гарри. Он по натуре своей новатор — и его магия проявляется в этом стихийно, то есть он сам никогда не знает, что получится. Должен признать, что использование цвета в колдовстве — это стоящее изобретение. — Я уже говорил Поттеру — и вам ещё раз скажу, — Гарри вздрогнул: он не ожидал, что муж назовёт его по фамилии, а Гриндевальд между тем продолжал, — такое устройство магических потоков небезопасно. Если с их помощью создать боевые заклятия, это чревато непредсказуемыми ранениями и убийствами. Сопляк настаивает, что магия, стало быть, должна быть мирной. Вы понимаете, что это абсурд? — Напротив, — наклонил голову Римус, — думается, мирная магия — это очень… перспективно. — Вот как, — прошипел Геллерт. Злодей и оборотень уставились друг на друга в дуэли взглядов. Гриндевальд буквально испепелял Люпина яростью, тогда как сам Римус был спокоен и чуть насмешлив. Кажется, они вели безмолвный диалог, понятный только им двоим. — Что происходит? — не выдержав неопределённости, воскликнул Гарри. — Я подаю на развод, — веско уронил каждое слово Геллерт. Встал и вышел из гостиной. — Развод, — тихо повторил потрясённый Поттер. — Я понимаю, тебе нужно побыть одному, — мягко произнёс Люпин и бесшумно покинул комнату. Гарри, не ощущая тела, встал, нашёл в шкафчике бутыль вина и откупорил её. Прохлада бокала успокаивающе касалась пальцев. А Гарри представлял образ за образом, словно смотря кино: Геллерт, который соблазняет его, обнимает утром сквозь сон, цинично шутит, а иногда смотрит неожиданно серьёзным искренним взглядом… Поттеру хотелось пойти в ритуальный зал и, подобно Гриндевальду, перевернуть там всё, поджечь и уничтожить. И ещё было что-то, связанное с Геллертом, но такое неуловимое и неосознаваемое, что не было никакого шанса «ухватить» эту ассоциацию. Гарри пошёл в библиотеку. Гриндевальд сидел за столом и смотрел на свои сложенные в замок руки. — Я нашёл безболезненный вариант развода, — сказал он, кивнув на открытый потрёпанный том. — Вернёшься к друзьям уже завтра. — Почему ты хочешь развестись? — Гарри с досадой прикусил губу, потому что обещал себе не спрашивать — надолго же хватило его обещаний… — Потому что я хочу создать магию, которой можно нормально пользоваться. Здесь нет места экспериментам и чудодейственным новинкам. Он встал и отвернулся к стеллажам. — Как пожелаешь, — голос плохо слушался Поттера. — Ты чем-то недоволен? — поинтересовался Геллерт. — Самопожертвование отменяется, сможешь нормально жить. — А ты меня спросил? — вскипел Гарри. — Ты просто... привык, что всё по-твоему, а чуть не так, сразу казнить! — Гарри в отчаянии сжал руки, впиваясь ногтями в ладони. Не услышав ничего в ответ, поднял голову. Гриндевальд выглядел очень удивлённым. — Наш развод... был бы казнью для тебя? Серьёзно? Ты говорил, что хотел бы большего, но... неужели всё так запущено? Гарри, не в силах говорить об этом, кивнул. Геллерт посмотрел на него долгим взглядом: — Иди сюда, — и обнял подошедшего Гарри, мягко укачивая. — Женился на свою голову... — Ты не сам, тебя заставили. — Недоучка, — усмехнулся Гриндевальд. — Разве моя магия могла сказать тебе нет? А теперь придётся делать мирную магию с завихрениями и светомузыкой. — Придётся? — с надеждой переспросил Гарри. — А куда деваться, — и Геллерт крепче прижал к себе Поттера.