Пятый принц королевства

Императорский бал по случаю демонического праздника Пробуждения Огня был в самом разгаре. Расставленные в хаотичном порядке многочисленные жаровни с тлеющими углями источали нестерпимый жар, но при этом почти не давали света. Из-за чего большой приёмный зал напоминал ступень в Инферно. Ещё больше сходства с демоническим миром придавали верещания сжираемых заживо упырей и стенания жертв. Последних, к слову, никто сюда насильно не тянул. Разумные соглашались сами и не бесплатно. При отборе жертв всех кандидатов не единожды предупреждали, что на тёмном балу им гарантируется только лишь жизнь и отсутствие тяжёлых невосстановимых увечий. Проще говоря, руки-ноги останутся на месте, а другие повреждения залечат целители. Тем не менее, даже такой ценой заработать за одну ночь весьма солидную сумму всегда хватало желающих. Вознаграждение жертвам всегда выплачивалось вперёд, чтобы те чётко понимали, что надев полупрозрачную накидку и переступив порог бального зала, они смогут его покинуть только с рассветом. А до этого момента их тела и души принадлежат приглашенным гостям. Кто-то выйдет сам, кого-то вынесут на носилках, но до окончания празднества им не помогут ни слёзные просьбы, ни мольбы. Знали это все, но когда сталкивались с реальностью, то обязательно находились те, у кого сдавали нервы. Так происходило, потому что жертвы чаще всего принадлежали к нейтральным расам. В основном люди, оборотни, наги, драконы. Реже можно было встретить гномов, эльфов и нэко. Но никогда на участие в тёмном торжестве не соглашались истинно светлые: феи и дриады. На празднике Пробуждения Огня присутствовали не только демоны. Вампиры никогда не упускали случая запустить клыки в жертву, а сегодня и вовсе среди гостей оказался эльф. Правда, одет он был совсем не так, как принято у его расы. Вместо узких брюк, туники и мягких сапожек, на нём была лишь длинная юбка из плотной ткани с двумя глубокими разрезами по бокам. Рубашки не было, зато на обнажённых плечах лежало массивное ожерелье с десятком подвесок разной длины, прикрывающих грудь. На предплечьях, запястьях и лодыжках множество браслетов, которые тихо позвякивали при каждом движении. Эльф был босиком, что для тёмных рас означало подчинённое или низкое положение. Но никому из присутствующих в зале высших не пришло бы в голову протянуть к нему когти. Больше того, демоны и вампиры прекрасно понимали, что эльф практически не видит в темноте, поэтому, при его приближении, они всегда первыми спешили отойти в сторону, а заодно убрать с его пути столы и стулья. Чтобы, не приведи Инферно, тот ни обо что не споткнулся. Ведь если у носорога плохое зрение — это не его проблема. Иллиталь действительно мало что видел. Лишь возле источающих жар треног раскалённые угли слегка разгоняли плотную вязкую тьму. Зато чуткий слух улавливал всё происходящее в зале. Вот, в нескольких шагах слева вампир запустил иглы в молодого парня. Только не артерию, а прямо в плоть. Таким образом он насытиться не сможет, зато для баловства в самый раз. Дальше, в одной из пристенных ниш двое демонов развлекались с одной жертвой. Судя по сдавленным хрипам — кому-то точно понадобится помощь целителя. А на другом конце зала надрывно с надломом выла какая-то девица. И нет, её не пытали. Просто нервный срыв. Только успокаивать её никто не собирается. Наоборот, группа молодых вампиров и демонов ещё сильнее провоцировала её, буквально наслаждаясь страхом и отчаянием жертвы. — Здесь где-нибудь есть кресло? — в пустоту спросил Иллиталь. — Диван устроит? — раздался позади него шелестящий голос Райлана. — Вполне, — кивнул Иллиталь, нащупав подлокотник. — И принеси мне что-нибудь выпить. Только без крови. — Ты точно решил остаться, Иллиталь? — ехидно спросил вампир, протягивая эльфу бокал вина. — Не боишься? — Боятся надо было раньше, когда я соглашался стать супругом демону. Тогда, насколько я помню, именно ты, Райлан, говорил мне, что через год от меня останется пустая оболочка с покалеченной душой и свёрнутыми мозгами. Но, как видишь, прошло уже десять лет. Я жив, здоров и даже… — Иллиталь перекинул босые ноги через подлокотник, заставив зазвенеть многочисленные браслеты, — …получаю от этого удовольствие. — Это потому что ты ненормальный эльф! — Я — нормальный! Просто Хранитель не всегда демон, — признался Иллиталь. — И даже не всегда Даэран. — Бывает что и Ян? — с явным любопытством уточнил Райлан. — Хорошо устроился, Илль. У тебя и супруг, и куча любовников… Все в одном лице! — Сгинь! — вдруг раздался рядом тихий рык, и вампир мгновенно исчез, рассыпавшись туманом. Иллиталь лишь хмыкнул, когда по босым ступням скользнули демонические когти. Не больно, но весьма ощутимо царапая кожу. Промолчал он и когда грубая ладонь поднялась выше: сначала по голени, затем по бедру… — Смотрю, Цветочек, ты решил идти до конца? — Тёмные расы любят обвинять светлых в излишней чувствительности и жалости, — усмехнулся Иллиталь. — Но ты, Даэран, не хуже меня знаешь, что это не так. Просто, светлым часто не хватает информации. А вот я удосужился просмотреть материалы дела. Так что когда этого оборотня будут рвать на куски и живьём сдирать кожу — я не проявлю ни капли сочувствия. Так же, как и он был глух к мольбам своих жертв. Свой смертный приговор он заслужил полностью. — Я говорил не о законности вынесенного решения, — хмыкнул Даэран, устраиваясь на диване рядом с супругом. — В нём у меня нет сомнений. Как и в мудрости императора, приурочившего казнь к празднику Пробуждения Огня. В Нарай у демонов не так много подобного рода развлечений. Я о том, стоит ли тебе это видеть? Аллейнир остаётся, как Император, но Ниллайрен уже ушел. — А при чём здесь Ниллай? У него супруг — дракон, а у меня — демон! Ехидно ухмыльнувшись, Иллиталь положил голову на колени Даэрана и с усилием провёл ладонью по паху супруга, сквозь одежду ощущая как дёрнулся совсем не маленький член. — Что ты задумал, Цветочек? — прищурился Даэран. — Мне сказать это вслух? Иллиталь запрокинул голову и взглянул прямо в глаза демону, которые сейчас светились флуоресцентным огнём. Это единственное, что Иллиталь видел. Разглядеть выражение лица не давала кромешная тьма. И эльф был ей благодарен за это. Он не видел — значит, можно сделать вид, что и другие не видят тебя. Хотя это было совсем не так, но сегодня Иллиталь был готов морально. Не зря же он предпочёл демонический наряд. Причём, одет он был вовсе не как супруг, а как наложник. А всё потому, что он серьёзно отнёсся к давнему предостережению вампира. Светлые расы редко живут долго и счастливо в супругах у тёмных. Слишком разный у них взгляд на семейную жизнь. Взять хотя бы вампира Райлана и его супруга — демона Лантера. Они сегодня оба на этом балу. И Райлан вполне может себе позволить запустить клыки в жертву. И не только клыки. Он может спокойно пить и трахать донора одновременно, причём на глазах Лантера. И демон посчитает это забавным. Возможно даже сам присоединится. Потому что это — еда, игрушка, вещь. А вот за связь с тем же разумным, но в другое время супруги могут и поубивать друг друга. Эти нюансы тёмные чувствуют интуитивно, а Иллиталю пришлось учиться. Наверное, Райлан всё же прав — он ненормальный эльф. Но и Даэран не обычный демон. Его светлые воплощения сильно облегчали им семейное взаимопонимание. И всё же Иллиталь знал, что Хранителю время от времени необходимо демонстрировать свою власть. В противном случае его демоническая сущность однажды может просто сорваться. И тогда произойдёт то, о чём ещё в академии предупреждал Райлан. Даэран его покалечит. Или физически, или морально, или всё сразу. Допускать подобное Иллиталь не собирался, поэтому решил, что некоторым желаниям супруга стоит уступать. Но делать это лучше под своим контролем. Тем временем демонический праздник Пробуждения Огня подошел к своей кульминации. И к плачу и стенаниям жертв добавились крики и вой приговорённого к казни. Умирать он будет долго, давая возможность всем присутствующим вдоволь насладиться его страданиями. Но Иллиталь не собирался смотреть. Вместо этого он чуть приподнялся на локте, сдвинул вниз пояс брюк и освободил крупную налитую плоть. Его демон был уже возбуждён. И с каждой каплей разлитых в воздухе страха и боли его возбуждение становилось всё сильнее. Возможно, Хранитель тоже бы принял участие в казни, но Илль уже склонился и коснулся губами рельефной головки, заставляя Хранителя выбирать между ним и преступником. Даэран выбрал остаться с супругом. *** — Куда ты собрался? — переспросил Даэран, оторвавшись от еды. — В королевство Эдвир, — повторил Иллиталь. — Помнишь тот огненный артефакт, который я полгода назад купил у джина Мехраба? Наши столичные огневики так и не смогли с ним разобраться. Я даже в ВМАР его возил. У Лаану Олло, супруги магистра Раэра, отец ведь тоже джин. Вот он мне и сказал, что эти артефакты как раз из Эдвира и привозят. — И чем ты расплатился с джином? — прищурился Даэран. — Не с ним, а с Лаану. Позволил пери довести меня до слёз, а затем сказал, что верну ей гобелен с дриадой. Вот она сама у отца всё и узнала. — Ну и где этот Эдвир находится? — На Северном континенте… — Где?! — рыкнул Даэран. — Илль, ты представляешь, сколько туда добираться? Надо будет сначала наш весь пройти через пустыню джинов, а потом пересечь океан. И ещё неизвестно, где там это королевство искать. — Раз джины привозят товары, значит в Эдвир караваны ходят. — Может, и ходят, только отпускать тебя неизвестно куда я не собираюсь! И сам доставить тебя не смогу. Демоны могут перемещаться или по призыву, или туда, где мы уже были. А я Северный континент ни разу не посещал, уж не говоря про Эдвир. — Даэран, если я сумею понять и повторить эти плетения, то мне не будет равных в Нарай. Неужели ты не хочешь, чтобы твой супруг стал самым сильным и умелым огневиком в Империи? Иллиталь знал, как и чем надавить на демона. Поэтому просто вернулся к завтраку, не забывая чутко вслушиваться в возмущённое сопение. — На следующей неделе у Виллара запланированы учения в смешанных группах, — через время заговорил Даэран. — Там будет отрабатываться взаимодействие пар вампир-эльф и демон-фея. Последние как раз в моей охране. Так что я должен присутствовать. А потом можно будет отправится в Эдвир. Вместе поедем. За пару месяцев мы должны туда добраться. Аллейнир уж как-нибудь перебьется это время без меня. Зато я точно буду знать, где тебя оставляю и смогу прийти к тебе в любой момент.