Кинктобер — 2024

Кёнсу первый раз проигрывает. Первый раз за все время, это так глупо, что он сжимает и разжимает пальцы еще раз, надеясь, что камень в его ладони поменяет цвет. Сегодня у проигравшего есть десять минут, чтобы спрятаться, и Кёнсу намерен продержаться весь положенный час. Шестьдесят минут, пока остальные не обыщут самые укромные места и не вернутся ни с чем. Он не должен был сегодня проигрывать, он не любит быть снизу и почти никогда не бывает, но сегодня он вытянул черный камень из ящика. Чертов рандом. Подвал отпадает сразу. Оттуда незаметно не выйдешь и все об этом знают. Достаточно встать у любого из двух выходов и секс тебе обеспечен, проигравшему некуда деться. К тому же секс в грязном подвале — то еще удовольствие, Кёнсу знает. Правда, он всегда сверху был, а неудобства партнера доставляют определенное удовольствие. Он обходит первый этаж, второй. Можно было бы досадовать на правила, но он сам игру предложил. Белые камни по числу собравшихся и один черный, чтобы внести элемент случайности. Вытянувший черный камень сделает все, что захочет обладатель белого камня — если, конечно, в течение часа его удастся найти. Кёнсу выбирает большую пустую комнату со шкафом в углу и дверью в смежную ванную. Оттуда можно перейти во вторую комнату или дождаться, пока из первой уйдут, но, Кёнсу уверен, в пустой комнате слишком внимательно искать не будут. Люди любят привычные схемы. Он оставляет дверь открытой. Расчет оправдывается, несколько раз он слышит шаги, в дверях останавливаются, но не заходят, ограничившись осмотром пустой комнаты. Кёнсу не зря выбрал шкаф как приманку, из дверного проема отлично видно, стоит ли кто-то за массивным деревянным шкафом, а приоткрытые дверцы не дадут спрятаться внутри. В другую сторону никто не будет смотреть. Проходит минут сорок, может, чуть больше. Остается совсем чуть-чуть, но теперь искать его будут куда как внимательнее. Кёнсу слышит шаги и замирает. Кто-то входит в комнату, но не останавливается на пороге, а делает несколько шагов внутрь. Открывает дверцы шкафа — Кёнсу слышит скрип — проходит к окну и откидывает портьеры. Кёнсу задерживает дыхание в своей нише, чтобы не чихнуть. Шаги то приближаются, то отдаляются, один раз кто-то подходит совсем близко к его укрытию, но не заглядывает. Судя по шагам, это кто-то высокий. Всех высоких Кёнсу находил не один раз, им есть, что предъявить, он никогда не сдерживался. Шаги удаляются и стихают, Кёнсу выбирается из своего укрытия, приоткрывает дверь ванной и проскальзывает в полутьму. — Привет, Кёнсу-я, все гадал, когда ты зайдешь. Кёнсу стискивает зубы. Вот уж кого он меньше всего хотел встретить. Бэкхён отталкивается от стены и подходит. Расстегивает его ремень, вытаскивает рубашку из джинсов, проводит рукой по его животу. Кладет ладонь на его затылок и Кёнсу понимает, чего от него ждут. — Не так быстро, — Бэкхён посмеивается. — Хотя ты мог и не ждать, если так меня хочешь. Ты же знаешь, достаточно попросить. — Пошел ты, — хрипит Кёнсу. Горло пересыхает, при одной мысли, что придется взять у Бэкхёна, его передергивает. — Тише, Кёнсу-я, вдруг я тут не один тебя жду? Хочешь, чтобы кто-то нам составил компанию? Кёнсу сверлит его взглядом. Ясное дело, не хочет, и Бэкхён знает об этом прекрасно. Кёнсу в его полной власти, выполнит любое его желание, если Бэкхён захочет втроем, он не сможет ему отказать. А если захочет сохранить для себя, Кёнсу ему будет обязан. — Тебе нужно быть очень, очень тихим, — Бэкхён стягивает его джинсы вместе с бельем. — Постарайся, Кёнсу. Кёнсу бросает взгляд на дверь. Та закрыта, но не слишком плотно, предупреждение Бэкхёна не лишено смысла. Бэкхён наклоняет его над раковиной и разводит ноги. Опыта у Кёнсу немного, Бэкхён поймет сразу. — Мой сладкий, — Бэкхён не пожалел смазки, за что Кёнсу ему благодарен, хоть и вряд ли когда-то признается. — Я так долго этого ждал. — Пошел ты, — Кёнсу опускает голову. Он готовил партнеров не слишком тщательно, но те снизу бывали куда чаще него. Бэкхён поступает с ним так же и ему определенно это нравится. Им обоим. — Я уже там, — Бэкхён подается назад, позволяя ему вздохнуть, и снова входит медленным плавным толчком. — Знал бы ты, как мне нравится. — Знаю. — О нет, Кёнсу-я, — Бэкхён довольно смеется. — Вряд ли ты так долго кого-то хотел. Вряд ли твои партнеры были такие… От его шепота мурашки по коже. Кёнсу задерживает дыхание, когда Бэкхён входит, и жмурится от облегчения, когда чужой член покидает его тело. Бэкхён прижимается к нему и держит поперек живота. Кёнсу на его члене как бабочка на булавке, приятного мало. — Ты тут всех знаешь. — Кроме тебя, — Бэкхён находит его член. — У тебя стоит, Кёнсу. Всегда знал, что тебе нравится снизу. Подрочи себе. Кёнсу подчиняется. Бэкхён подбадривает его жарким шепотом, смотрит из-за плеча, как Кёнсу двигает рукой. Так куда приятнее, Кёнсу постепенно толкается в собственный кулак, соскальзывая и возвращаясь на член. Кёнсу не сразу понимает, что подмахивает, а когда понимает, рычит от досады. — Тише, тише, сладкий, — Бэкхён пробирается под рубашку и находит сосок. — Я совсем не против делиться, но мы тут разве не в прятки играем? — В следующий раз я тебя первым найду. — Жаль тебя огорчать, — Бэкхён начинает двигаться в такт, Кёнсу пробивает дрожь. Приятней в разы. — Такой тесный, так стесняешься, Кёнсу. — Бэкхён обнимает его крепче, голос меняется. — Так приятно быть твоим… каким? — Третьим, — Кёнсу стонет от досады, но уже поздно. — Третьим, да? Не-е-ет, не буду делиться, — теперь каждый толчок доставляет Кёнсу удовольствие. — Хочу сам тебя всему научить! Будешь учиться? — Нет! — Кёнсу шипит. Голова кружится, поза неудобная, хочется продолжить нормально. — Тебе понравится, — Бэкхён кусает его шею. — Соглашайся, Кёнсу. — Не… — Согласишься, если кончишь без рук? Кёнсу смеется. Его ведет, ему нужно за что-то держаться. — Никогда не кончал, а с тобой с первого раза без подготовки? — Спорим? Сегодня плохой день, удача не на его стороне, нельзя рисковать и позволять Бэкхёну быть сверху. Тем более, когда есть шанс проиграть спор. Кёнсу сам не понимает, как соглашается. — Заставь меня кончить первым не раньше, чем через полчаса. Если нас никто не найдет… — Сорок минут, — перебивает Бэкхён. — И я кончу тебе на лицо. — Через сорок минут, — Кёнсу потряхивает, — я даже соглашусь проглотить. Спорим. О том, что будет делать, если их найдут, Кёнсу забывает подумать.