«Ты же не спишь?»

      На часах, по крайней мере американских, ровно десять вечера, или по их временному поясу — 10.00 PM. Аллан уже как час готовиться лечь спать, но всë что-то ему не нравится. То рукописи разбросаны чëрт знает как, то вспоминает, что Карла забыл покормить, то вспоминает, что сам забыл поесть, потом будильник завести и это ещё не всë. Но даже сейчас, По чувствует, что что-то да не так, что-то он забыл сделать… Но вот только-только начал он засыпать, как кто-то стал так настойчиво писать, похоже, что каждое слово — это новое сообщение. Эдгар чуть злой и капец насколько усталый поднимается, чтобы хотя бы поставить телефон на беззвучный, но чëрт, как он тогда будильник услышит?! Значит, надо написать, чтобы ему не писали. Но… Подождите, это… Ранпо?! «Ты спишь?» «Не спишь?» «Чо не спишь?» «Ну раз не спишь, то у меня для тебя есть сюрприз!;)»

«Ты больной?! У меня сейчас ночь!»

«Не волнует, давай видео-звонок!»

«Я спать хочу. Какие ещё звонки?!»

Но американец знает, что этот вредителей не отстанет, а если отстанет, то обидеться и хрен с ним помиришься. Поэтому, в одинадстом часу, кудрявый парень включает видеосвязь со своим любовником. Но это чудо камеру не включило и сидит смеётся на фоне. Писатель лежит, смотрит на своë помятое лицо и думает, что он вообще здесь забыл? — Я думал, ты что-то хочешь мне показать, а ты дуришь лишь. — Эдди сонно моргает, даже зевает, уже собираясь завалиться спать. — Подожди, не спи! — Эдогава быстрее начинает приготавливать всë, что ему там нужно. Затем слышится очень хорошо записанный стук, затем, как будто что-то прицепляют присосками к чему-то. — готов? — давай уже… Камера по другую сторону земного полушария включается и. О Боги! Этот молодой детектив поставил камеру под таким хорошим углом, что прекрасно видно будет всë это шоу, в центре которого будет резиновый член, чëрт знает на что приклеенный к стулу. Позади него и сам виновник разврата. — Ты. Ты совсем?! — смущённо отводит свой взгляд писатель, прикрывая половину лица рукой. Господи, ну это же надо так?! Без предупреждение! — А что? Не нравится? — человек, по знаку зодиака весы который, недовольно скулит, или мычит, не разборчиво. — я тут для тебя стараюсь! И даже. Даже! — Ранпо отправляется чуть дальше, благо фонарик и лампа, которые Эдогава притащил, могли придать хорошее освещение. Теперь можно разглядеть за место привычных на парнях боксеров, чëрные женские кружевные трусики. — Реальный подлец… — Аллан ради этого снова возвращается в свой положение, но делает вид, что не смотрит, мол, рука лежит, значит не вижу, но пальчики-то раздвигаются и можно видеть один не послушный глаз. — Ну так что? Я тут для тебя шоу заготовил! — японец обратно перешëл на передний план. Рука обхватила этот предмет для «шоу», сжимая. — м-да. С этой игрушкой не так приятно будет играть, как с тобой. — Ты и так со мной играешь. Вернее, с моими нервами. — но Эдгар окончательно повернулся на бок, рассматривая черты лица этого негодяя. Да, он это уже делал много раз, но каждый раз картинка менялась. Здесь, например, из-за озорной улыбки, кажется, что видны ямочки на щëчках, прям-таки и хочется прикоснуться и понять, правда ли это? — Ой, не будь букой! — Сладкоежка огорчённо фыркнул, но на лице светилась искра недовольства, но глаза выдавили нотки азарта с такого разворота событий. — С тобой иначе нельзя. Ранпо больше не стал слушать этого горе-любовника и начал самую изюминку представления: аккуратно лизнул головку, одарив её тëплым дыханием. Издавая не культурные вздохи, более уже похожие на стоны, Эдогава продолжал таким способом «расправляться» с самым кончиком. По своё мнение, о сложившейся картине, разделил на две стороны: первая — что это вообще значит, и вторая — это выглядит вполне интригующе. Щëки и немного кончик носа стали выдавать всю эту заинтересованность своим красным оттенком. Детектив с приятным чмоканьем стал прикусывать по всей длине. На вкус конечно было паршивенько, но что не поделаешь, ради удовольствие для другого. — Прекращай эти игры. — но голос американца звучал не так настойчиво, или убедительно, как ему, бы хотелось, ведь как-никак, это заставляло чувствовать некоторую возбуждённость. — Ой, да ладно тебе. — представитель монголоидной расы попробовал пройтись по всей длине, не обращая внимания на просьбы об «отступлении». Вообще, Ранпо точно знал, чего он хотел и что ему надо, но лишь была одна проблемка — Эдди не так быстро заводился, как хотелось бы. Поэтому, придется растянуть процесс на подольше из-за того, что этот партнёр ещё и в плохом настроении и ещё спать хочет! Прямо убийственно-скучно комбо! Эдогава медленно берëт наполовину, также медленно вытаскивая назад, оставляя этот объект в меру влажным. Затем опускает голову ниже, снова проводя языком по длине, в некоторых местах проходя лишь мазками. В этом процессе стали слышны всевозможные виды вздохов, нежных, почти неразборчивых, стонов и слов. — Представь, что это я так тебе делаю… — томно произнëс японец, даже уже не совсем своим привычным голос, а с таким тоном, как будто он снимается в фильме, где играет роль злодея и мучает жертву. — Слишком больно представлять. — это было сказано к тому, что его детектив несколько раз кусал этот пенис, от чего по телу пробегали мрачные мурашки. Спать Аллану уже не хотелось, да и как можно уснуть, если внизу живота стало приятно покалывать. Рука сама потянулась к паху и мягко легла, правда пальцы больше стали трогать именно не сам член, а мошонку. Детектив дышит на этот предмет из секс-магазина, лишь бы заставить своего партнёра по-быстрее согнуться от оргазма. Тайком на его лице отражается озорная ухмылка, от кротких взглядов на любовника. Ранпо набирает воздух и тяжело выдыхает его обратно. Кажется, что это приносит ему дичайшее удовольствие, но не совсем так, ведь саму сладость ему принесёт реакция любимого. — Ну же, скажи мне что-нибудь на этот счëт. — детектив шепчет это, издавая кучу мычаний и других стонов, проводит языком по всей длине, уже который раз он это делает. — Паршивец. — Эдгар с трудом приговаривает это, кусая свои губы, сжимая головку, обводы её контуры, размазывая природную смазку. — Как грубо… — Эдогава проводит кончиками пальцев по контурам игрушки — я могу лучше… — Ранпо кусает губу, в предвкушении будущей реакции — Мх… Э. Эдгар, прошу. Ха… — ой, бл. — По зажал свой рот рукой, прикусывая фаланги пальцев, не желая говорить столь отвратительные слова, набирая резкий и дëргнанный темп. Сыщик посмеялся, радуясь себе и своим умениям. Но, стоит ещё разрушен показать свои умения работать ртом. С неожиданным причмокиванием Ранпо помещает в себя этот пенис, с тем же звуком несильно опускаясь, производя микро толчки. Даже этого шоу для поэта было достаточно, чтобы кончить, испачкав руку и нижнее бельё. — Чëрт… Ты же знаешь, что ты подлец. — Аллан с тяжким вздохом, со сбитым дыханием стал говорить это — но, спасибо… — Вот, так бы и сразу.