Burning love

      Чонгук в неверии распахнул глаза и на мгновение застыл, почувствовав лёгкое прикосновение губ Суён к своим. Он был наедине с однокурсницей в пустом кабинете, куда его позвали под предлогом: «помощь с курсовой». Молодой человек по доброте душевной откликнулся на просьбу, оказавшись в нелепой ситуации. Он резко отпрянул назад, испуганно высматривая пути к отступлению. Плохое предчувствие буквально разрывало сердце и, как оказалось, не зря.       Дверь в аудиторию распахнулась, и в проёме показался Ким Тэхён, который считал смешанные эмоции на румяном лице своего парня. Злой и ревнивый, старший с трудом сдерживал внутри дикий собственнический инстинкт.       — Что тут происходит? — с натянуто-фальшивой улыбкой произнёс Ким, с холодом сканируя застывшую пару.       — Тэхён, я… — попытался начать Чонгук.       — За мной! — грубо оборвал Ким, в спешке покидая злосчастный кабинет.       — Тэ, это не то, о чём ты мог подумать, — загнанно оправдывался Чонгук, с трудом поспевая за своим парнем.       Тэхён прервал тираду младшего, схватив того за грудки и впечатав в холодное покрытие стены. Крылья его носа раздулись, а на виске бешено пульсировала венка.       — Чонгук, сколько раз я тебе говорил, что моё принадлежит мне? Ты – мой. И никто другой не смеет к тебе прикасаться так, как это делаю я. Ты меня понял?       — Послушай, это…       — Ты меня понял? — громче переспросил Ким, ещё сильнее вжимаясь всем корпусом в подрагивающее тело, и сдавливая одной рукой тонкую шею.       — Д-да, — просипел Чонгук.       — Вот и умница, бельчонок. А теперь иди собирайся, пора возвращаться домой. Но не думай, что тебе это так просто сойдёт с рук.       И, отпустив младшего, Тэхён пошёл к выходу из университета, на ходу выуживая телефон из заднего кармана. Чонгук вздохнул, потирая саднящее горло. Всё прошло не так плохо, но ещё не вечер.

~ ❤️‍🔥 ~

      Тэхёну не нравилось видеть своего бельчонка в окружении представительниц женского пола, которые, как мухи на мёд, липли к его парню. Чонгук приковывал взгляды многих в университете, заставляя умиляться не только девушек, но и парней, и надо признать небезосновательно. Младший выглядел соблазнительно в своей невинности. Он вёл себя тихо и застенчиво, отдавая предпочтение нежным образам. Юноша проходил по коридорам учебного заведения с опущенной вниз головой, смущаясь, когда кто-то просто смотрел на него, и не мог начать разговор не заикнувшись. Милый и добрый бельчонок, и да, именно Тэхён это разрушил.       Ким Тэхён проник в чужую грудную клетку и пустил там корни. Он долго ухаживал за неприступным парнем, который обучался на его потоке двумя курсами младше. Неудачи на любовном поприще подстёгивали Кима не отступать и ещё больше хотеть тихоню, который завладел не только его разумом, но и сердцем. Спустя время под натиском чужих настойчивых ухаживаний Чонгук сдался. Тэхён был безумно счастлив, вступив в отношения с любимым человеком. А как приятно было открывать с каждым днём новые грани бельчонка. Чонгук прекрасно смотрелся под ним: покрасневший и задыхающийся, хныкающий и скулящий. Казалось, в такие моменты Ким имел полную власть над человеком, которым безумно дорожил.       Двое парней состояли в трудных отношениях: они часто ссорились по одной и той же причине – неконтролируемые вспышки ревности Тэхёна. Каждый раз, когда кто-то пытался приударить за младшим, Ким напрочь слетал с катушек, превращаясь в помешанного. Чонгуку не раз доставалось от него. Пара бурно выясняла отношения, но старшему всегда удавалось добиться прощения.       И всё же одно было неизменно: Чонгук был предан своему парню. Ему было абсолютно плевать на других. Он его, Тэхёна, взгляд днём искал, когда замечал в толпе студентов. Его незаметно ладонью касался, когда тот рядом проходил. Его целовал пылко и со всей отдачей, когда затягивал в пустые аудитории, не в силах больше ждать внимания. В его постели коротал ночи, ему отдавался сам и ласки в ответ дарил. Кима это успокаивало до недавнего времени.

~ ❤️‍🔥 ~

       Бледные руки стягивает кожаный ремень – туго и больно. Чонгук понимает, что вляпался. Произошло чёртово недоразумение, свидетелем которого стал Тэхён. Его Тэ. По вздрагивающим хрупким ключицам нежно проходят длинные фаланги пальцев. Они задирают джемпер младшего, мимолётом играются с тёмными бусинами, но вскоре возвращаются вверх и ещё выше, смыкаясь удавкой на шее. Чонгук ловит воздух ртом, но и этого мало. Глаза удивлённо распахиваются, а губы крепко поджимаются в тонкую линию.       — Сегодня ты перешёл все допустимые границы, бельчонок, — спокойным голосом произносит Тэхён и прижимается вплотную, чуть ослабляя хватку, но, как только младший начинает судорожно дышать, он впивается в его губы и тут же проникает языком в рот.       За окнами полупустой комнаты начинается гроза. Дождь звонко бьёт по стеклу. Ким не включил свет, и единственным источником света является полумесяц, скромно подглядывающий из-за деревьев.       — Я весь день только и думал о тебе. Отсидеть пары нормально не мог, потому что в мыслях представлял как разложу тебя на этой кровати.       Парни падают на мягкую постель, и Тэхён тут же устраивается у разведённых в стороны ног. Чонгук, притаившись, внимает каждому произнесённому слову.       — Знаешь, как я планировал провести сегодняшний вечер, родной? — с нотами раздражения интересуется Ким. — В лучших традициях твоих любимых мыльных опер. Но ты, видимо, желаешь иного развития событий! — Тэхён несдержанно рычит, таща связанные руки младшего вверх, и придерживая их над тёмными прядями.       — Что мешает нам устроить романтический вечер? — с хитрым прищуром интересуется Чонгук, играя на тонких струнах нервной системы старшего.       — Проверяешь мою выдержку, бельчонок?       — Ещё долго планируешь болтать или может начнёшь исполнять обещания? — передразнивает младший, принимая условия чужой игры.       Молния за окном ударяет где-то совсем близко, но двое парней, поглощённые друг другом даже не вздрагивают. Чонгук смотрит только на Тэхёна, внимательно и с толикой задора. В тёмных глазах без иллюзий можно заметить пляшущих дьяволят.       — Ты, блять, невыносим.       — За это ты меня и любишь.       Ким не отвечает. Снимает стягивающие путы с покрасневших запястий, бережно растирая пострадавшие участки кожи, а после окидывает Чонгука хищным взглядом, в котором младший читает просьбу беспрекословного повиновения.

~ ❤️‍🔥 ~

      Хорошо отточенными движениями Тэхён устраивает Чонгука на коленях, притягивая вплотную к себе. Он стягивает ненужное тряпьё до колен, оставляя безвольно болтаться на обмякших ногах. Податливое тело покорно прижимается к чужим ногам и млеет, от властности любимых рук и рычащего дыхания над ухом.       Ким пробегается безумным взглядом по обнажённой коже упругих половинок, глубоко вздыхая, когда его бельчонок призывно расставляет ноги и приподнимает бёдра выше, будто выпрашивает первый удар. Тэхён невыносимо близок к тому, чтобы окончательно потерять самообладание, ощущая жар в собственных штанах. Одной рукой продолжая сжимать кожаный ремень, но пока не используя его, он лёгким взмахом руки шлёпает по касательной в начале правую ягодицу, а после левую, наблюдая за мягким содроганием плоти и приливом к ней румянца. Младший ёрзает от лёгкого жжения и слегка постанывает.       Тэхён видит, как бельчонок плавится в его руках и льнёт ближе, чувствует его запах возбуждения, и словно окунается в прошлое – в тот самый день, когда впервые понял, что влюбился в этого парня окончательно и бесповоротно.       Осознание собственной власти опьяняет не хуже виски. Ким с тяжёлым хлопком опускает руку сразу на два полушария, ближе к сжатой дырочке, слышит отрывистый вскрик и вдогонку шлёпает ещё пару раз, получая желаемую награду – умоляющее поскуливание, что после преображается в протяжный стон. Чонгук хватается пальцами за покрывало, натягивая его на себя, и с жалобным стоном на выдохе обмякает при повторном шлепке. Тэхён набирает в лёгкие побольше воздуха и тихонько дует на заалевшую кожу, а после вновь ударяет по каждой из ягодиц сбоку так, что остаются красные отпечатки ладони. От этих нехитрых манипуляций младший закатывает глаза, бесстыдно подмахивая бёдрами каждый раз, когда ладонь с болезненной точностью опускается на раскрасневшийся зад. Ким в который раз готов благодарить судьбу за то, что та подарила ему парня, не пугающегося его сексуальных предпочтений.       Пальцы свободной руки зарываются в волосы возлюбленного и до помутнения в глазах сжимают их, заставляя Чонгука сильнее прогнуться в спине.       — Тебе стоит попросить прощения за своё поведение, — выдаёт приказным тоном Тэхён, не терпящим возражений.       — Но… — голос младшего охрип от возбуждения, став тише: — …я не виноват.       — Ты ослышался? Я сказал: проси прощения, — предупреждающее низкое рычание всё же даёт эффект.       Широкая ладонь звучно впивается в ягодицы Чонгука ещё раз, бьёт к низу, ближе к жаркому нутру. Пока одна рука тянет парня за волосы, Тэхён, наконец, складывает пополам ремень и чуть сжимает в ладони.       — Прости, — шёпот отдаётся вибрацией в висках, пока Чонгук, жаждущий продолжения, собирает по крупицам остатки разума.       Ким ждёт, пока бельчонок окончательно расслабится, окидывает его коротким взглядом и улыбается, опаляя тенью безумия. Ремень со свистом разрезает воздух и болезненно жалит кожу, оставляя красную полосу, и Чонгук вскрикивает. Он пытается приподняться, чтобы потереться собственным возбуждением о чужое колено, но старший прерывает его, властным нажатием руки не дав пошевелиться.       — Не так быстро. Я ещё не расслышал твоих извинений, — соблазнительный шёпот приятно обжигает ушную раковину.       Ухмылка на пухлых губах становится шире, преображается животным оскалом, когда Тэхён видит всё, что должен увидеть: его бельчонок отзывчиво дёргается навстречу, стоит пальцам вскользь пройтись по твёрдой плоти. А стоит лизнуть за ухом – Чонгук послушно подставляется. Такой бельчонок ему особенно нравится, нравится настолько, что Тэхён согласен потакать всем его капризам, лишь бы он оставался в таком состоянии подольше: податливым и ласковым.       — Прости меня, прости... Я обещаю, что такого больше не повторится. Пожалуйста, только не останавливайся.       — Ты сводишь меня с ума!.. — прорычал Тэхён, отбросив ремень в сторону.       Чонгук, взглянув в тёмные омуты напротив, в которых с каждым днём тонул всё глубже, завис от переизбытка чувств. Он устал анализировать, предугадывать последствия, вновь отдавшись моменту. Потом парень обязательно будет себя винить, но это всё потом, а сейчас... Облизнув свои пересохшие губы, младший поддался вперёд, встречаясь с губами старшего. Он прикрыл глаза и нервно вдохнул, цепляясь рукой за локоть Тэхёна, который в этот раз не напирал. Ким целовал осторожно, но чувственно, прихватывая то нижнюю, то верхнюю губу. Необузданное пламя ревности приутихло, оставив после себя прилив нежности.       В какой-то момент рука Тэхёна на голове сжалась сильнее, и Чонгук не удержался, тихо застонав. Старший прервал поцелуй, но не отстранился, прижался лбом ко лбу младшего и хрипло дышал. Чонгук старался восстановить дыхание, прикрыл глаза, сжимая пальцы на чужой шее сильнее, словно через тактильный контакт пытался не потерять связь с реальностью.       — Хочу тебя, — еле слышно шепчет Чонгук.       Ким на мгновение отстраняется, чтобы взять в прикроватной тумбе бутылёк со смазкой. Он выжимает густую субстанцию себе на пальцы, и часть размазывает меж чужих округлых ягодиц. Тэхён вводит сразу два пальца в горячее нутро, заставляя Чонгука хныкать в подушку и интенсивнее двигать бёдрами навстречу жаждущим касаниям. Старший плавно проталкивает пальцы дальше, находясь на пределе, и держится из последних сил, чтобы не взять бельчонка без должной подготовки.       Вдобавок к двум идёт уже третий по счёту палец, который заставляет скулить младшего сильнее. Его бёдра разъезжаются в стороны, но Тэхён держит его крепко, не давая упасть. Спустя время Чонгука подбрасывает, словно его ударило током. Он громко стонет в подушку. Дальнейшие манипуляции чужих пальцев приходились почти каждый раз по заветному комочку нервов внутри, который приносил до боли неописуемое удовольствие. Младший не мог прекратить стонать в подушку, глуша в ней звук. Он не контролировал ни своё тело, ни свои эмоции. Его член налился кровью и головка сочилась новой порцией естественной смазки, пачкая постель.       Тэхён прекращает томительную растяжку, отстранившись, и Чонгук слышит позади себя, как с характерным звуком срабатывает бегунок молнии на чужих штанах, а после чувствительная головка упирается в его вход. Ким не даёт и минуты на то, чтобы привыкнуть, толкаясь в младшего на всю длину крупного ствола, и вырывает глухой стон. Тэхён не двигается, лишь наклоняется, прикасаясь губами к тонкой шее, целуя свои любимые родинки, а затем начинает медленно толкаться во влажную узость.       — Знаешь, мне больше по душе слышать твои громкие стоны, нежели тихий скулёж, — всё так же медленно двигаясь, лукаво тянет Тэхён. — Пора это исправлять.       Толчки становятся интенсивнее, и Чонгук кричит, когда головка проходится по простате, а затем снова, и снова, глубже и сильнее. С каждым последующим толчком внутри нарастает буря, что отдаётся приятной тяжестью в паху.       — Я безумен в своих желаниях, но единственное, чего мне хотелось и хочется – это посадить тебя в клетку, никогда не отпускать, никогда не показывать этому миру, бельчонок, — говорит сквозь толчки Тэхён, оставляя очередную порцию засосов на шее младшего, и облизывая быстро пульсирующую жилку.       Чонгук стонет в подушку, мыча что-то нечленораздельно. Ким поднимает его и тянет на себя, сменяя толчки с быстрых на более глубокие, и наоборот. Бельчонку с трудом удаётся стоять ровно на коленях, не в силах больше держать голову, он роняет её на плечо своего парня. В комнате стоят звуки стонов, громких влажных ударов кожи о кожу. Тэхён нежно целует в шею, в скулу, берёт в рот мочку чужого уха, слегка покусывая и смачивая своей слюной.       — Хочу видеть твои эмоции.       Ким выходит из младшего, резко разворачивая к себе лицом, и голодно рассматривая его пылающее лицо, встречаясь взглядом с затуманенными глазами. Он разводит широко ноги обессиленного парня, и входит сразу до упора, с упоением наблюдая за тем, как Чонгук раскрывает рот в громком стоне, и старается спрятать зардевшееся лицо в ладонях.       — Смотри на меня! — приказывает Ким, делая более резкие толчки в чужое тело.       Тэхён наклоняется, впиваясь в желанные губы поцелуем. Целует мягко, лениво, слегка играясь с чужим языком, в то время, как берёт своего бельчонка грубо и властно. Руки старшего поднимаются выше и переплетаются с руками младшего.       Чонгук, в который раз убеждается, что Ким Тэхён – это беспощадный вихрь из сущего безумия и сладостной нежности. Он чувствует подступающий оргазм. Словно, прочитав его мысли, Ким берёт в руку чужой член, начиная двигать ею в унисон своим толчкам. Бельчонок не знает куда себя деть от подступающей сладкой истомы. Пару глубоких толчков и вот он уже кричит на пике удовольствия, пачкая руку старшего.       — Ты только мой, слышишь? — рычит Тэхён, крепко сжимая чужие бёдра и изливаясь глубоко внутрь жара.       — Твой, — слабо улыбается Чонгук в ответ, пытаясь выровнять дыхание.       Что такое любовь?       Это жажда неизвестного, доведённая до безумия.       И ты этого не боишься.       Ты, кажется, счастлив.       Они счастливы.

конец.