Красная лента

***

Парни шли по лагерю, весело и беззаботно болтая обо всем на свете между собой, будто были знакомы вечно, а не познакомились всего-лишь пару часов назад.        Помимо основных зданий и мест в лагере о которых знать нужно обязательно, Николай показал Федору и местные, так называемые «достопримечательности» — какой-то старый, трухлявый пень, дерево со вкусными вишнями, непонятную ржавую трубу, забытую кем-то в кустах, дыру в заборе и многое другое. Наконец они дошли до небольшой калитки в заборе. Она была полностью ржавая и жутко противно скрипела. От неё в лес уходила длинная, почти полностью заросшая тропинка. –А куда она ведёт? –спросил Достоевский –А этого никто не знает–ответил ему блондин–это одна из легенд лагеря. Говорят, что она ведёт к лесному пруду. И по ночам из чащи леса слышатся голоса детей разного возраста, которые зовут загулявшихся после отбоя. И если пойти за ними по этой тропинке, то можно выйти к этому пруду. Правда, все, кто туда уходил, не возвращались. А ещё говорят, что это души утонувших детей зазывают других к себе. –А если игнорировать голоса и не идти за ними? –Тех, у кого это выходило, через день на утро находили мёртвыми около калитки, на тропинке или рядом с ней. Их трупы были в глубоких царапинах от когтей по всему телу. –Ясно. И ты в это веришь? Лично мне кажется, что это простая страшилка, которую выдумали вожатые, чтобы дети по ночам не шлялись и по лесу одни не шарились. –Мне тоже так кажется, но всё может быть. Ладно, пойдём, а то скоро уже обед.       Парни шли молча половину дороги, пока Фёдор не нарушил молчание. –А… До этого пруда возможно дойти днём? –Не знаю… — Гоголь задумался — вроде бы возможно, но точного пути никто не знает, говорят, что если пойти по не правильному, то можно остаться в этом лесу навсегда. — М-да… Никто ничего не знает, но все что-то говорят… Может на самом деле и нет там никакого пруда… –Есть. — Николай резко остановился –я точно знаю, что он там есть. –Правда? А почему ты так уверен? –Просто знаю и всё. Ну ладно, идем уже, а то нас вожатые потеряют.       Парни шли молча, будто все темы для разговоров вмиг испарились. Брюнет размышлял о том, почему его друг так резко попытался съехать с темы, когда резко зашла о пруде.

«и чего он там боится... Травма какая у него что-ли или реально в это верит и скрывает, чтобы за долбаёба не приняли? Странный он...»

      На входе около столовой уже во всю дежурила Анна Петровна, ожидая опоздавших. –Где вы оба шляитесь? Обед уже 10 минут как начался, весь отряд здесь, а вас нет. В следующий раз ждать вас не будем! Будете голодные сидеть! — сердито проговорила вожатая, когда парни подошли к столовой. —Живо внутрь и чтоб всё съели!— она впустила их внутрь и отправилась к вожатскому столу. —Ты не переживай, это она для вида шумит. А так она добрая и детей любит. — обернулся к другу Николай, на что в ответ получил понимающий кивок. — Ну ладно, иди тогда занимай нам с тобой места, а я пока за едой схожу. — Блондин быстро убежал в сторону выдачи, Достоевский снова кивнул ему в след. Оглядев столовую и приметив пустой стол, он направился туда. Сев за стол, он принялся ждать своего приятеля.       Минут через пять они уже во всю обедали. Николай оживлённо рассказывал о том, как пару минут назад он уговаривал повариху, что сразу две порции он просит вовсе не для себя, а для друга. — А она мне до последнего не хотела верить. Говорила: «Да знаю Я вас, и не надо мне тут ничего выдумывать, бери уже своё и иди» –он специально передразнил повариху, якобы «её голосом», на что Фёдор только тихо хихикал. — Но все-таки Я её убедил. –гордо произнёс Гоголь. — Не спорю, ты конечно молодец, но ешь давай быстрее, пока не остыло. Да и плюсом обед скоро кончится, мы и так почти его половину прогуляли. — Ладно, ладно, как скажешь. –Николай принялся усердно и с аппетитом поглощать свой обед.       Через несколько минут оба парня вышли из столовой и направились в неизвестном обоим направлении. –А мы куда? –спросил Николай –А я знаю? Я за тобой шёл. –А я за тобой. Ладно, идём в корпус? Сейчас тихий час должен начаться. Если нас вожатые поймают, то от наказания вряд-ли отделаемся. –И что мы на нём будем делать? Не спать же? –Скоро узнаешь, идём. — блондин взял Достоевского за запястье и потащил за собой в корпус, а он, не отнимая руки последовал за ним, стараясь не сильно отставать.       Когда он пришли, в их комнате не было никого. Николай, зайдя в комнату, сразу же развалился на своей кровати. –Ну и что ты хотел предложить делать? –Всё, что вашей душеньке угодно. Вот смотри: сидеть, лежать, тупить в потолок… — не успел он и договорить, как ему в лицо прилетела подушка. –Да за что?! –За всё хорошее. Подушку только верни. Блондин, после этих слов, храстянулся в хитрой улыбке. Отчего-то Фёдору она показалась очень знакомой, и он понимал, что ничего особо хорошего она не предвещала. –Ну как скажешь. В Достоевского полетела подушка и попала ему в лицо. –Вот совсем не сме… А куда?.. — начало было говорить парень, но его смутила одна вещь–Николая не было на прошлом месте, будь-то он испарился или его там никогда не было. Но была и ещё одна деталь–с кровати кроме хозяина пропало ещё кое-что–одеяло. Вдруг парень почувствовал чьё-то присутствие сзади… Он начал медленно оборачиваться… Кто-то сзади резко накинул на голову Фёдора одеяло и резко повалил на пол. Парень от неожиданности успел только ойкнуть, пару секунд от шока не мог сопротивляться, ровно до того момента, как его начали щекотать, не давая выбраться из-под одеяла. –Помогите!.. –кричал парень –Хехехе, никто тебя не спасёт. Можешь даже не кричать–отвечал парень «снаружи», параллельно смеясь. По его голосу и «злодейскому» смеху было понятно–его план удался. –Коля блять! Отпусти по хорошему! Ты меня задушишь ведь! Я вообще-то ещё хоть немного пожить хочу! –Не-а, не отпущу. Это месть. –Я тебе сейчас такую «месть» устрою! –Боюсь, боюсь прямо ужас как! Аж сознание теряю со страху!–блондин случайно и неосознанно ослабил хватку, чем воспользовался Фёдор и вылез из по одеяла, быстро схватив валявшуюся рядом подушку и начал дубасить ею друга. –Ай, ай, ай! Ну за что?! Я ведь просто пошутил!.. –А я тоже сейчас «шучу» — парень сильнее ударил Гоголя подушкой, и пока тот зажмурился, он схватил одеяло и завернул его в своеобразную «шаурму» из одеяла и уселся на него сверху. –Эй!.. Т… Так не честно!.. –Всё честно. –Нет! Отпусти! –Нет, не отпущу. А будешь орать–я тебя для надёжности ещё верёвкой перевяжу. –Жду не дождусь.–огрызнулся парень.       В этот момент в комнату вошёл Сигма. Вид у него был слегка недовольный. –Чего орёте как придурки? Вас даже на улице слышно. –Я не ору! –А я не придурок!–возразил блондин, за что снова получил подушкой по голове. На всë это Сигма только шикнул и пробормотал что-то по типу: «дурдом ей-богу. Никак это по другому не назвать» себе под нос. –Да прямо нас так слышно? — Николай захлопал глазами, будь-то совсем не понимает о чëм речь и пару минут назад это не он орал во всë горло, умоляя отпустить его. –Да хоть криво. Но факт, что вас слышно остаётся фактом. –Ладно, ладно, это понятно. А кстати, где Дазай? –А я знаю? –Знаешь. Сигма немного нахмурился как-бы говоря «не смешно» –Ладно, вожатые его отловили и помогать заставили. Подробностей я не знаю. –А в чëм такая «великая» тайна с первого раза сказать была? –возмущалась «шаурма» –Не в чëм.–парень молча улëгся на свою кровать и начал читать книгу, лежавшую у него на тумбочке, игнорируя своих соседей.       Блондин, пользуясь моментом начал вылезать из своего «кокона», но его тут же схватили за ногу. –Куда? Парень повернулся к своему мучителю. –Никуда. –он резко дёрнулся, сбивая друга, и выпутался из плена, начав ползти на четвереньках с одеялом на спине к своей кровати, параллельно показывая ему язык. –Придурок. –брюнет поднял с пола свою подушку, кидая её на кровать и ложась на неё, смотря в потолок и закрывая глаза, постепенно и незаметно для себя, погружаясь в сон.