Пламя и его тень

Рок-н-ролл сам по себе – отличная мотивация.

Такой классный стиль жизни:

путешествуешь, а всюду тобой восхищаются.

Весёлая работа, не правда ли?

(Лемми из Motörhead)

АЛЬБЕРТ ЛЕВИ-СТРОСС

      Фест, на который нас приняли, проводился в первый раз и назывался «Роклайт». Он должен был состояться в конце августа на побережье Тихого океана, к западу от Портленда.       – Представь, как круто будет! – вещал Дерек с горящими от восторга глазами. – Маленькие щитовые домики – для каждой группы свой. Палаточный городок для гостей праздника. Большая сцена на берегу. Потрясающие закаты, когда солнце уходит прямо в океан. Будем выступать, знакомиться с классными чуваками, может, даже найдём продюсера! А в свободное время будем вместе гулять и радоваться жизни!       Да, Дерек умеет прорекламировать любое мероприятие так, что ему хочется верить. Мы посмотрели по сайту те самые домики, сцену и закатные пейзажи, почитали описание феста. Обоих обрадовало, что среди участников будут только рок-группы: никаких унылых Мартинид, никакой попсы и прочей лажи.       – Раз это первый фест, то он войдёт в историю! – радовался Дерек, пританцовывая у компа. – Если мы займём первое место – прославимся! Да даже если третье! Не верю, что там будет больше трёх офигенных групп, значит, мы уже в тройке. Осталось выбрать, какие песни исполним, отрепетировать их да накопить денег на все взносы. Кстати, смотри, какой у феста классный герб: бобр с микрофоном на фоне океанского заката. Бобр – символ Орегона, сразу видно, какой штат проводит фест. Когда уже у нашей группы будет своё лого? Твой Камиль нам помочь отказался, Рекс никак не может найти художника, да и мне подходящие не встречаются! Все или заламывают огромную цену, или просто не хотят браться за работу. Один тип написал, что раз мы рокеры, то наверняка не заплатим или как-нибудь ещё его надуем. А платить авансом я не хочу: вдруг лого получится никудышное?       – Как ты вообще представляешь себе наше лого? – поинтересовался я.       – О, – приосанился Дерек. – Оно будет максимально брутальное. Представь: чёрная электрогитара. Она наклонена на 45 градусов вправо и вся охвачена языками оранжевого пламени. Справа-снизу, под оранжевым, идёт новый слой пламени: чёрный. Это как бы потусторонний огонь. Получается, что гитара горит и отбрасывает тень пламени, которая тоже горит, но чёрным. А сверху над этим великолепием рыжая огненная надпись: «Можно всё».       – Впечатляет, – одобрил я. – Только одно «но»: пламя отбрасывает тень, лишь когда поблизости есть более сильный источник света.       – Рок-музыка и есть этот источник! – воскликнул Дерек возбуждённо. – Она освещает пламя нашего творчества так ярко, что тень пламени превращается во второе пламя – бездонное, как ночь, притягивающее, как чёрная дыра! Найти бы дизайнера, который достойно воплотит это в жизнь – и мы получим самое крутое лого во всём Орегоне! Нет, даже во всей Америке!       Да, лого, которое придумал Дерек, действительно обещало быть шикарным. Я вообразил, как мы будем смотреться на сцене, с охваченной огнём и мраком гитарой на заднике, и ощутил в теле приятную дрожь.

***

      16 июля утром я получил праздничную SMS-ку от Дерека. Он поздравлял меня с годовщиной и желал, чтобы наш творческий союз рыжего и чёрного пламени длился как можно дольше. Я улыбнулся: это было даже слишком круто – лого группы в честь нас двоих.       Весь день я чинил приборы с особым вдохновением, а вечером Дерек заглянул ко мне на работу.       – Пришёл посмотреть, чем ты тут занимаешься, – пояснил он, заключив меня в объятия прямо при мистере Филипсе. – Щас закончишь – и пойдём в кафе отмечать. Я, кстати, тебе подарок принёс. Вот, держи.       – О, Берт, да у тебя сегодня День Рождения? – удивился мистер Филипс.       – Нет-нет, – спешно возразил Дерек. – Днюха у него была в мае, а сегодня совершенно другой праздник. Как тебе подарок? Это рубашка. Она совсем новая: мать когда-то купила её мне, а размер не подошёл. Ты уже в плечах – думаю, тебе будет в самый раз. Ну, надень! Хватит ходить всё время как гот! Расцветка в серую клетку – именно то, что тебе сейчас нужно. Она и не яркая, и не чёрная.       Я выбрался из объятий Дерека, надел новую рубашку поверх футболки. Она оказалась будто на меня и сшита. Было очень приятно, что вещь любимого человека так идеально мне подошла.       – Рекс, Радуга, Джо, Дэнди – все в восторге от того, что нас приняли на фест, – вещал Дерек, не стесняясь моего работодателя. – Бекки тоже, но она расстроена, что родаки запретили ей впредь к нам приезжать. Пишет Стиву каждые пять минут, плачется. А он раскис чего-то. Говорит, что без сестры скучает, хотя всю неделю только и мечтал, чтоб она скорей уехала. Ну, это утром было. Потом ударную установку привезли, и он забыл обо всём на свете.       – Дерек, я хотел бы немного доделать работу, потом готов тебя слушать хоть весь вечер, – неловко вклинился я в поток новостей. – Хотя бы найду, где неисправность, а починю завтра утром.       – Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Дерек. – Что тут у тебя? Гирлянда? Нафиг она летом? К Рождеству починишь – нормально.       – Заказчик принёс сейчас, значит, надо сейчас, – возразил я. – Может, он что-то хочет ею украсить. Своё кафе, например.       – Ладно, – сдался Дерек. – И как ты будешь искать неисправность?       – Смотри, – начал объяснять я. – На гирлянде есть красные и жёлтые лампочки. Сейчас красные не горят. Все красные соединены между собой последовательно, поэтому если не работает одна – не работают все. Сейчас их прозвоню мультиметром и увидим, какая перегорела. – Скучища, – скривился Дерек. – Ты сказал столько умных слов, что я ничегошеньки не понял. Пошли лучше праздновать. У нас годовщина, а тебя волнуют какие-то лампочки. – Найду неисправную – потом пойдём, – отрезал я. – Тебе зря кажется, что скучно. Это же настоящее расследование! Гляди: вот эта исправна. И эта. И эта. О, а вот сгоревшая. Щас помечу её как-нибудь, завтра поищу такую же на замену. Берт, я сейчас пойду, хорошо?       – О’кей, – согласился мистер Филипс. – Кстати, если у вас сегодня годовщина, то поздравляю.       – Спасибо, – улыбнулись мы.       На улице возле мастерской Дерек набросился на меня и начал страстно целовать.       – Давай хоть отойдём куда-нибудь, – запротестовал я. – Зачем у всех на виду?       Дерек крепче сжал объятия, и его губы оказались около моего уха.       – Зачем на виду? – прошептал он возбуждённо. – Потому что мы рокеры. Потому что нам можно всё! Разве не интересно, когда на тебя устремлены десятки глаз? Представь, что мы на сцене!       Я хотел возразить, что это вовсе не интересно, а за бурное проявление эмоций в людном месте нас могут арестовать, но передумал. Мне было слишком хорошо, чтобы ругаться. Всё перед глазами плыло, мозг наполнялся сладким туманом.       «Вот уже год мы вместе, и Дерек по-прежнему любит меня и верен мне! Даже логотип группы символизирует наш союз! А в августе мы поедем на побережье и исполним там наши песни…»       Все эти мысли даже не были облечены в слова – просто было тепло и уютно. Хотелось забыть обо всём и наслаждаться моментом.       …Из эйфории меня вывела резкая боль. Я дёрнулся в сторону, высвобождая волосы из чьей-то хватки, и обернулся. Прямо передо мной стоял очень сердитый пожилой господин.       – Что вы себе позволяете! – зашёлся в негодовании он. – Парни! Целуются на улице при всех! Да мы с невестой в вашем возрасте за руку держаться на людях не смели! А ну вон отсюда, не то полицию вызову!       – Иди к чёрту, старикан! – Дерек, одной рукой обнимая меня, показал мужчине фак. – Ваши времена давно прошли, а как жить в наши – лучше известно нам.       Старик, трясясь от бешенства, полез в карман за мобильником, а Дерек царственно развернулся и зашагал прочь. Я двинулся за ним. Свернув за угол, мы сели в наш джип, врубили музыку и поехали в сторону центра.       – Пусть старый хрыч звонит, кому угодно – никто его слушать не будет, – рассуждал Дерек беззаботно. – Камер в том месте нет – хрен он что докажет! И вообще, зачем лезть в чужую жизнь? Ну захотели – поцеловались… Мы же одетые, всё прилично. По ТВ куда более откровенные сцены показывают.       Я потёр то место на голове, откуда едва не выдрали клок волос. Было одновременно стыдно перед стариком и досадно, что нам помешали.       – Наверное, не стоило показывать фак, – вздохнул я. – Всё-таки, этот мужчина намного старше нас.       – Старше или младше – нечего лезть в наши личные дела! – взвился Дерек. – У нас годовщина, а нам даже поцеловаться спокойно нельзя!       Когда мы подъехали к кафешке, я сообразил, что так и не вручил Дереку свой подарок. Мой непоседливый партнёр уже отстёгивал ремень безопасности, готовясь выпрыгнуть из машины.       – Игнат, – окликнул я его. – У меня для тебя кое-что есть.       – Подарок? – заинтересовался Дерек. – Круто! Показывай!       Я извлёк из кармана маленькую бархатную коробочку.       – Серёжка для брови. Золотая, как ты и хотел. У меня была заначка – решил потратить её с пользой.       – Ух ты!!! – Дерек схватил коробочку и, открыв, стал любоваться серёжкой. – Блин, Леви, какой ты, всё-таки, клёвый! Знаешь, чем порадовать.       – Только сейчас не надевай, – спешно сказал я. – Бровь пока не зажила, можно занести инфекцию.       – Это у тебя не зажила, а у меня норм всё, – уверенно заявил Дерек. – Ща с мылом её помоем и о’кей.       В итоге, несмотря на мои возражения, Дерек таки помыл серёжку и осторожно заменил на неё свой предыдущий, дешёвый пирсинг. Потом мы заказали пирожные и сели праздновать нашу дату.       – Дерек, тебе что-то пишут, – сообщил я, услышав жужжание смартфона.       – По-любому что-то хорошее, – улыбнулся Дерек и поглядел на экран. Пару секунд он сосредоточенно читал, потом подскочил и с размаху обнял меня.       – Леви! Твой подарок принёс мне удачу! Организаторы MusicfestNW ответили! Говорят, что мы сможем выступить, если пройдём кастинг! По сути, нам просто нужно до первого августа приехать к ним и показать, как мы играем вживую. Если хорошо, то нас возьмут! Главное, чтобы Рекс доучил свои партии. И ещё орги спросили, есть ли у нашей группы сайт, чтобы составить о ней более подробное впечатление. А у нас сайта нет, и логотип ещё не отрисован, и студийных записей ноль, а-а-а-а!       – Дерек, успокойся. – Я положил надкушенное пирожное и ласково погладил парня по спине. – Сайт от нас никуда не убежит. Художника мы тоже найдём: их много, хоть кто-то согласится. Деньги на студийные записи благодаря Рексу у нас есть. Он говорит, что быстро учит партии, тем более, партии бас-гитары обычно несложные. Скоро он выучит несколько основных, и мы сможем записаться.       – Леви, ты вправду гений.       Некоторое время мы сидели в обнимку, переваривая новость и строя планы, потом доели пирожные и поехали ко мне.       – Нас ждёт великое будущее! – заявил Дерек, широко улыбаясь. – Скоро, скоро о нас услышит вся Америка, а Фрэнк Тарсен будет плакать в гримёрке от зависти!

ДЕРЕК ШВАРЦ

      Переночевав у Леви, я отправился домой. Там, к моему удивлению, уже тусовались Джо и Дэнди.       – Дерек, привет! Мы пришли опробовать Радугину новую установку, – помахала рукой Дэнди. – Как пообщался с Леви? Надеюсь, вы хорошо отметили годовщину?       – Да, отлично! – приосанился я. – Альберт мне подарил золотой пирсинг, вот, глядите!       – По-моему, ничем не отличается от предыдущего, – хмыкнул Джо, изучив мою бровь.       – Ничего ты не понимаешь, Пивас, – сказал я сердито. – Сразу видно, что это золото, а не дешёвый медицинский металл. Я хочу войти в золотой фонд рок-исполнителей Америки, а значит, должен выглядеть на все сто!       – Ну-ну. – Джо рассеянно поправил очки и уставился в окно.       – Стив, сыграй что-нибудь торжественное, – попросил я сидящего за барабанами Радугу. – Все слушают, да? Нас! Взяли! На MusicfestNW! До первого августа нужно выступить перед оргами вживую и, когда они убедятся, что мы реально существующая и классная группа, то включат нас в окончательный список выступающих.       – Ура! – завопил Стив.       – Поздравляю! Отличная новость! – просияла Дэнди.       – Так ты и вправду скоро войдёшь в золотой фонд, – присвистнул Пивас.       – Не просто войду, а влечу на всей скорости! – пообещал я гордо. – И группу с собой проведу. Я, Радуга, Рекс и Леви – мы станем легендами! Наша четвёрка будет даже известнее Beatles!       – Удачи, – ухмыльнулся Джо.       – По числам получается, что мы с Роклайта сразу едем на Мьюзикфест – настоящее турне! – я уже потирал руки в ожидании выступлений.       – К фестам надо хорошо подготовиться, – заметила Дэнди. – Если облажаетесь, больше вас не позовут.       – Да уж мы-то не облажаемся! – счастье кружило мне голову. В тот момент я казался себе уже состоявшейся суперзвездой, а члены моей группы – великими музыкантами.       Стив, кажется, тоже проникся моментом. Лихо тряся цветной гривой, он исполнил пару бравых маршей, потом вытер со лба пот и передал палочки Дэнди.       – Сыграй что-нибудь тоже, если хочешь, – предложил он.       Пока барабанщики менялись местами, я вспомнил одну очень важную вещь.       – У нашей группы нет сайта. Людям негде найти информацию о нас, а нам некуда выкладывать отчёты и фотки. Джо, Дэнди, вы же программисты. Сможете замутить прикольный сайт? Деньги мы отдадим с первого гонорара.       – Какой первый гонорар, – фыркнул Джо. – Ты мне ещё за матрас должен! Почему это студийные записи ты собрался оплачивать сразу, а нашу работу – неизвестно когда?       – Чужие люди по-другому не согласятся, но ты-то мой кузен, Джо! Ты мне, можно сказать, брат! Неужели не поможешь?       – За процент с гонораров – могу. Например, если один процент всех заработков вашей группы будет перечисляться мне...       – Помогите! Грабят!! – завопил я отчаянно. – 1% всех гонораров – за что? За долбаный сайт! Да мне любой начинающий верстальщик его за два часа сделает!       – Начинающий не сделает, – покачала головой Дэнди.       – Джо! Вот у тебя до отъезда ещё трое суток! Неужели ты, такой умный и талантливый, не успеешь за это время соорудить нам хотя бы какой-нибудь сайтец?       – Какой-нибудь – это очень плохой, – возразил упрямый Джордж. – Он, скорее, всех отпугнёт, чем привлечёт новых слушателей. Да и что там размещать? Тот видос с выступления «Пиццы», который ты всем отправляешь как пример творчества? Но группа-то у тебя уже поменялась, приятель!       – Создай лучше страницу в соцсетях, – посоветовала Дэнди. – И проще, и толку больше. А сайт можно и потом запилить.       – Ну и создам, – обиделся я. – Не хотите помогать – не надо. Ещё друзья, называется!       Отказ Джорджа и Дэнди подпортил мне настроение. Я ушёл в ванную и встал там у зеркала, разглядывая бровь. Кажется, Леви был прав и менять пирсинг ещё не стоило: теперь место прокола воспалилось и болело.       «Пирсинг помыл, а саму бровь – нет, – сообразил я с досадой. – Ну и ладно, заживёт. Надо попросить у Джо немного той фигни, которой он лечит свои порезанные пальцы».       Из комнаты доносились барабанные дроби и металлический звон тарелок: Дэнди тестировала Радугину установку.       Я вспомнил, что иду сегодня с девушками в кино. Можно похвастаться им, что нашу группу взяли на супер крутой фест, что Радуга купил себе новый отличный инструмент… А можно и самого Радугу взять, пусть он расскажет. Я ведь обещал познакомить его с Линнеа и Шерил – почему бы не сделать это сегодня?       – Стив! – объявил я, появляясь в комнате в тот момент, когда Дэнди окончила очередное соло. – Сегодня мы идём в кино – познакомлю с девушками, может, найдёшь, наконец, свою любовь. В полтретьего нам надо быть возле кинотеатра, чтобы всё успеть до вечерней репетиции. Будь к этому времени готов, пожалуйста.       Стив беспокойно закрутился на месте. С одной стороны, ему явно хотелось новых знакомств, с другой – было неловко перед Дэнди.       – Мы с Джо уже скоро поедем, – сказала Дэнделайон, заметив смущение Радуги. – Установка у тебя отличная, я бы хоть весь день играла, но надо завершить кое-какие дела.       – О’кей, – согласился я. – Только сначала расскажите про своих знакомых, которые выступали на Мьюзикфесте. Такие же наверняка есть, правда?

***

      В кино мы сходили даже лучше, чем я ожидал. Линнеа была ужасно рада, что мы вернули ей браслет.       – Спасибо, спасибо! – повторяла она с забавным акцентом. – Это подарок моей матери. Пока я здесь, в чужой стране, он напоминает мне о ней. Когда я его потеряла, то была совершенно сломлена!       – Это Стив нашёл, – похвастался я. – Как заметил – сказал: «Надо вернуть хозяйке». Ну, мы вам и позвонили.       – Большое спасибо, Стив! – Линнеа посмотрела на Радугу с такой благодарностью, что тот зарделся.       Фильм оказался очень интересным, и мы все, затаив дыхание, следили за приключениями героев.       – Нам бы такие спецэффекты в клипы, – размечтался я после сеанса. – Горящие мотоциклы, прыжки по крышам! Но для этого нужны каскадёры и немалый бюджет. А у нас даже лого нет пока, ну что за жесть.       – Лого – это логотип группы? – уточнила Шерил. – Я знаю девушку, которая могла бы вам его нарисовать. Её зовут Анна, она обожает тяжёлую музыку. А вообще, она работает дизайнером.       – Шерил! Что ж ты раньше о ней не говорила?! – возопил я. – Мы так давно ищем дизайнера и никак не можем найти!       – Мы с тобой знакомы третий день, когда я могла сказать? – засмеялась Шерил. – Я про Анну вообще только вспомнила. Скину её тебе контакты в Фейсбуке.       – Договорились!       Я похвастался девушкам, что нас приняли на Мьюзикфест, потом мы просто гуляли и болтали. Постепенно наша компашка разделилась на две пары: я с Шерил и Стив с Линнеа.       Я не был уверен, что серьёзной молчаливой Линнеа понравится общаться с придурковатым Радугой, но они оказались из тех, кто отлично друг друга дополняет. Радуга рассказывал всякую ерунду про себя, барабаны, татуировки и телешоу, а Линнеа всё это с интересом слушала.       – Так наш Стиви, глядишь, и по Дэнди сохнуть перестанет, – ухмыльнулся я мысленно. – Правда, потом Линнеа уедет на родину, а Стиву придётся искать новую девушку. Ну и ладно, найти-то не проблема. Главное, что сейчас он не одинок.       На репетицию мы с Радугой явились довольные. Я сообщил, что у нас на примете появился отличный дизайнер и показал ребятам примеры Анниных работ.       – Стильно, мрачно и со вкусом, – отметил Рекс. – Именно такое нам и надо. И сколько эта Анна хочет за лого?       – Щас напишу узнаю, – пожал плечами я. – Мы пока не знакомы, я просто нашёл её в сети.       – А если она не согласится рисовать, потому что занята? – забеспокоился Леви.       – Найдём кого-нибудь другого, – отмахнулся я. – Вечно ты переживаешь, когда ещё ничего не случилось.       Леви ушёл настраивать гитару, а я задумался над письмом для Анны. Мне очень хотелось, чтобы она сделала для нас не только лого, но и эскизы костюмов, задника сцены и прочего. Дело было не только в художественном таланте: мне очень понравился её фейсбуковский профиль. На фотках Анна представала стройной девушкой с длинными рубиновыми волосами. Одевалась она в стильные чёрные вещи, часто с заклёпками и шипами. На своей стене постила в основном рисунки и музыку, но иногда писала довольно интересные заметки.       «Вот бы с такой замутить, – мечтал я, разглядывая татуировки на её изящных бёдрах. – Правда, в профиле написано, что у неё есть парень – ну так и у меня есть! Это только поможет нам лучше понять друг друга».       – Надо записать репу на диктофон, – заметил Рекс, которого в прошлый раз лучше было вообще не писать. – Дерек, у тебя хороший диктофон на мобилке – не забудь его включить. Кстати, Леви, классная рубашка! Ты становишься всё менее мрачным!       – Спасибо, стараюсь. – Леви расчесал рукой отросшие у корней волосы. – Ой, мне, кажется, звонят. Выйду поговорю, потом начнём.       Аккуратно сложив Сильвию, Леви исчез в коридоре. Мы остались разминать руки перед репой и просто болтать.       – Рекс, ты выучил партии? – осведомился я, сурово сдвинув брови.       – Ага. Вчера и сегодня только ими и занимался, – тряхнул головой басист.       – Вот и отлично! – Я показал большой палец. – Щас продемонстрируешь, как круто всё знаешь. Как там, кстати, Мэгги? Вы виделись после феста?       – Некогда было, – вздохнул Рекс. – Я же партии учил. Но вообще, мы на связи. Она классная девчонка.       Мы немного подождали, но Леви почему-то не возвращался. Это начинало действовать на нервы.       – Заплатили за студию, время идёт, а он болтает с кем-то, – бурчал я, глядя на дверь. – Может, без ритм-гитары пока начнём? Альберт пусть по ходу присоединяется.       – В одной из моих прошлых групп трубач вышел между песнями покурить и уехал бухать, – радостно сообщил Радуга.       – В нашей группе такое карается смертной казнью! – ощерился я. – Ждём Леви ещё минуту, потом начинаем репетицию. Я поставлю таймер.       Через 55 секунд от Альберта пришла SMS-ка, повергшая меня в ступор.       «Возникли серьёзные проблемы. Репетируйте без меня», – вот что написал наш ритм-гитарист.       – Какие это у него могут быть проблемы? – возмутился я, прочитав SMS-ку вслух. – Что может быть важнее репетиции, да ещё в преддверии фестов? Гитару свою бросил, комбик, все примочки, а сам куда-то укатил! Как будто идеально играет! Или как будто ему на всех плевать!       – Игнат, не кипятись, – вмешался Рекс. – У каждого бывают форс-мажоры.       – Во время репетиций и концертов – никаких форс-мажоров! – отрезал я. – Ладно, с Леви я завтра поговорю, а мы сейчас поиграем неполным составом. Рекс, Радуга, покажите себя с лучшей стороны! Чтоб даже без ритм-гитары мы звучали по-настоящему круто! Все готовы? 3, 2, 1!