Темный Раскол

Прошло несколько дней с тех пор, как Макс принял решение остаться с ячейкой Альфреда. Обустроиться на новом месте оказалось непросто. Макс не привык к постоянному окружению людей: шум, разговоры, даже их присутствие вызывали у него легкое раздражение. За долгие годы одиночества он привык, что ему не нужно учитывать чужие интересы или терпеть посторонние взгляды. Эльза, напротив, пыталась найти свое место. Она искренне старалась быть полезной, но её почти полное отсутствие опыта общения приводили к курьёзным ситуациям. Когда она пыталась помочь на кухне, её усилия закончились тем, что вся кухня была в муке, а кто-то из ребят неосмотрительно предложил ей попробовать готовить быстрее. Эльза приняла это как вызов и, сосредоточенно игнорируя всё вокруг, почти за полчаса приготовила больше теста, чем могли переработать за день. — Она… невероятная, — шептал Альфред одному из бойцов, наблюдая, как Эльза с абсолютно невозмутимым видом убирает кухню, словно всё, что произошло, было запланировано. Макс чаще наблюдал за ней со стороны. Он видел, как Эльза старается, как пытается наладить контакт с окружающими. Но каждый раз, когда её неуклюжие попытки заканчивались смехом или невольной критикой, она словно закрывалась в себе ещё больше. Он ждал. Альфред обещал найти информацию о проекте "Ева" и понять, откуда у этой девушки такая странная связь с загадочной программой, о которой все боятся говорить вслух. Макс проводил вечера в одиночестве, иногда поглядывая на Эльзу, которая, казалось, пыталась быть обычной, но её настоящая природа всегда выдавала себя в мелочах. Эти дни были тревожным затишьем перед бурей, но Макс знал, что скоро всё изменится. Вопрос был лишь в том, в какую сторону. Макс сидел на краю кровати, задумчиво вертя в руках свои старые часы. Слабое тиканье напоминало ему о времени, которое, казалось, остановилось в этот странный момент его жизни. Он чувствовал себя не на своём месте, как будто весь этот мир, где он был окружён людьми, не предназначен для него. Эльза появилась в дверях. Её шаги были почти неслышны, но Макс сразу заметил её присутствие. Девушка замерла на мгновение, словно не решаясь нарушить его размышления, а затем осторожно подошла. — Ты снова думаешь, — тихо сказала она, присаживаясь на стул напротив. Макс лишь кивнул, не поднимая глаз. — Ты чувствуешь себя виноватым, — добавила она, словно читая его мысли. Он поднял на неё взгляд. В её глазах не было упрёка, лишь мягкость, какая-то почти детская невинность, от которой становилось ещё тяжелее. — Ты должна злиться, — наконец выдавил он, отводя взгляд. — После того, как поступил с тобой.... Ты слишком добрая, Эльза. Иногда... этого недостаточно. Она слегка наклонила голову, будто обдумывая его слова, и улыбнулась своей едва заметной улыбкой. — Ты ведь остался, — ответила она. — И это уже что-то значит. — Ты слишком легко прощаешь людей, — его голос стал грубее, как будто он упрекал её. — И однажды это может плохо для тебя закончиться. — Может быть, — просто сказала она, пожимая плечами. — Но ты ведь не хочешь, чтобы я стала другой, верно? Макс замер. В её словах было что-то простое, почти наивное, но он знал, что она права. — Иногда... я думаю, что тебе стоило бы научиться быть жёстче, — сказал он, избегая её взгляда. — Не прощать так легко. Не всем можно доверять. — Я знаю, — прошептала она. — Но ты ведь сам говорил мне, что не доверяешь никому, Макс. Разве это сделало твою жизнь легче? — Это другое — буркнул он. — Не думаю — Эльза покачала головой. — Если бы ты не верил, ты бы не остался. А если остался, значит, всё-таки ещё можешь доверять. По крайней мере, мне. Макс ничего не ответил. Он знал, что Эльза права, но признать это было тяжело. Всё, что он мог сделать сейчас, это смотреть на неё, надеясь, что она действительно сможет сохранить в себе эту наивную доброту, которая, возможно, однажды спасёт её... или погубит. На следующее утро Макс и Эльза вошли в зал, где уже собрались Альфред, Джулия и несколько других членов ячейки. В центре комнаты стояла огромная доска, испещрённая фотографиями, записями, схемами и связующими линиями. Это выглядело как сцена из шпионского фильма, но Макс знал, что всё это было реальностью. — Ну что, готовы узнать, с чем мы имеем дело? — Альфред, прислонившись к столу, жестом указал на доску. Эльза осторожно подошла ближе, её глаза сразу заметили знакомые символы и лица. Макс остался на месте, скрестив руки на груди, но его взгляд был прикован к изображению в центре — большой чёрно-белой фотографии человека с холодными глазами и строгими чертами лица. — Это Генрих Клаузен, — начал Альфред, указывая на фото. — Глава Ордена Омега. Один из тех, кто с самого начала курировал Проект 'Ева'. Бывший офицер СС, специалист по экспериментальной биологии и психологии. Его не интересуют идеологии — только наука, в её самой мрачной форме. Джулия тоже подошла к доске и показала на фотографию женщины, чье лицо было скрыто капюшоном, но ее хищные красные глаза слишком сильно выделялись. — Мадам Хайнт, — продолжила Джулия — Личный телохранитель Клаузена. Никто не знает, кто она на самом деле. У неё феноменальная скорость и сила, хотя никаких следов на её причастность к проекту 'Ева' мы не нашли. Она больше похожа на хищницу, чем на человека. — И это не всё, — продолжил Альфред, подходя к другой части доски. На ней были фотографии целой группы людей. — У него за пазухой очень большая компания — почесал затылок Альфред — И это лишь малая часть тех, кого мне удалось найти, но может их больше. Макс нахмурился, разглядывая все эти лица. — Неплохая у него компания. — Насколько нам известно— сказала Джулия, сложив руки на груди. — Клаузен поднял практически всю свою агентуру и людей из-за пропажи Эльзы. Эльза опустила голову, её руки слегка дрожали. Макс посмотрел на неё и, вздохнув, мягко тронул её за плечо. Макс прикурил сигарету и затянулся, внимательно глядя на доску, полную фотографий и заметок. Его взгляд остановился на одном участке, где Альфред только что добавил новую фотографию. — Что ещё вы узнали? — спросил Макс, выпуская струю дыма. Альфред подошёл к доске и указал на снимок, на котором была запечатлена группа учёных. — Это ключевые фигуры проекта "Ева". В центре — доктор Отто Шварц, я так понимаю, отец Эльзы. Гениальный учёный в области генетики и биоинженерии. Он был главным разработчиком. Эльза замерла, её взгляд зацепился за лицо отца. — Но есть кое-что интересное, — продолжил Альфред, указывая на силуэт женщины на той же фотографии. Её лицо было замазано или стёрто. — Вот эта женщина. Мы пытались найти хоть какие-то данные о ней, но всё, что могли раскопать, стёрто из всех архивов. Даже имя. Удивительно, но кажется, что она была не менее важной фигурой, чем Шварц. Возможно, она... — Моя мать — тихо произнесла Эльза, едва слышно. Макс бросил взгляд на неё, но не сказал ни слова, только глубже затянулся сигаретой. — Есть ещё кое-что — Альфред перевёл разговор. — Согласно официальным данным, проект "Ева" был закрыт в 1950 году. Но на самом деле он просто ушёл в тень. И знаешь, под чьим покровительством? Макс нахмурился. — Гиммлер — произнёс Альфред, указывая на фотографию оберштурмбаннфюрера. — Гиммлер? Зачем ему это? — Макс прищурился, выпуская дым. — Этот проект кажется слишком узким даже для его амбиций. — Вот это мы и пытаемся понять, — вздохнул Альфред. — Но если судить по фрагментам документов, которые мы нашли, "Ева" была не просто научным экспериментом. Они искали способ создания сверхчеловека. Новый этап эволюции, который бы подчинялся только им. Гиммлер, очевидно, видел в этом инструмент для полного контроля. — Так значит, они хотели сделать из нее оружие — сказал он, глядя на Эльзу. — И бросят все силы, чтобы вернуть ее — добавила Джулия, сложив руки на груди. Эльза молчала, её взгляд был устремлён на доску. Макс почувствовал, как внутри у него растёт злость — на Клаузена, на Гиммлера, на всех, кто стоял за этим адом. — Ладно — наконец произнёс он, подойдя ближе. — Если это всё так, то у нас остаётся два вопроса: зачем именно они хотят её вернуть... и как, чёрт возьми, мы можем этому помешать? — Это то, что мы должны выяснить. Но для начала нам нужно узнать больше о тех, кто финансировал проект, и о том, как он продолжает работать подпольно - сказала Джулия Альфред глубоко вздохнул и подошёл к доске, добавляя несколько новых фотографий и заметок. — Есть ещё одна деталь, которая вас заинтересует — начал он, скрестив руки. — Кроме Харальда Линдера и Отто Шварца, почти все другие учёные, связанные с проектом "Ева", начали умирать при странных обстоятельствах. Макс нахмурился, его взгляд остановился на снимках лиц на доске. — Ты хочешь сказать, что их убирают? — Это не просто предположение, — ответил Альфред. — Давай я перечислю. Вот, например, Эдвард Майер, специалист по нейробиологии. Утопился в своей ванне, хотя соседи утверждают, что они слышали звуки борьбы. Или Мария Гесс, гениальный химик — отравилась угарным газом в гараже, хотя её машина даже не была заведена. Эльза вздрогнула, услышав знакомые имена. — Или вот, Хельмут Краус, который якобы погиб в ДТП. Его машина якобы вылетела с трассы, но мой источник в полиции говорит, что на месте аварии нашли следы от пуль в стекле. Макс задумчиво посмотрел на доску. — Кто-то хочет зачистить все следы — сказал он мрачно. — Ага — кивнул Альфред. Эльза молча смотрела на фотографии, её лицо побледнело. — Я знала их... — тихо произнесла она. — Многие из них были... как семья. Они были добры ко мне, заботились, когда я была маленькой... Макс заметил, как её руки начали дрожать, и подошёл ближе. — Эльза, — сказал он спокойно, положив руку ей на плечо. — Ты здесь. Ты в безопасности. — В безопасности? — её голос задрожал. — Если они смогли добраться до них, что остановит их от того, чтобы найти нас? Макс помедлил, затем твёрдо ответил: — Я им не позволю этого. Альфред, глядя на Эльзу, добавил мягким голосом: — Это не твоя вина, Эльза. Ты была просто ребёнком, а они — взрослыми, которые сделали свой выбор. Если кто-то из них действительно заботился о тебе, они хотели бы, чтобы ты жила. Эльза опустила взгляд, но, казалось, немного успокоилась. Макс подошёл к доске и внимательно посмотрел на лица учёных. — Эти смерти — не случайность, — сказал он. — И кто бы за этим ни стоял, они явно боятся, что правда выйдет наружу. Мы должны выяснить, кто следующий. — И сделать это быстрее, чем они, — добавил Альфред. — Если смотреть на все эти данные, то имеем два возможных направления, — начала Джулия, будто это был не просто разговор, а настоящий анализ ситуации. — Мы можем попробовать найти оставшихся выживших учёных, тех, кто ещё не "убрали" с поля. Это рискованный ход, так как они, скорее всего, скрываются в самых укромных уголках. Но если они ещё живы, это наши самые важные свидетели. Во-вторых, нам стоит искать людей, которые как-то было связаны с проектом. Она сделала паузу и взглянула на всех присутствующих, проверяя, как они восприняли её слова. Альфред, который слушал внимательно, кивнул. Он встал и начал передвигать фотографии на доске, как если бы строил схему операции. — Джулия права, — сказал он. — Нужно выяснить, кто из учёных жив, и что у них есть. Для этого нам нужно быть осторожными. Но я также думаю, что стоит двигаться по двум фронтам. Макс задумался. Его взгляд задержался на группе учёных на доске, а затем он взглянул на Эльзу, которая молча наблюдала за происходящим. — А те, кто скрывается, мы знаем что-нибудь про них? — спросил он, обращаясь к Альфреду. Альфред кивнул, беря со стола несколько фотографий и листов с записями. — Да. Лишь несколько человек из этой группы остались в живых, и они явно знают что-то важное. — Ну и кто они? — спросил Макс, переводя взгляд на Альфреда. — Есть пара учёных, которые, по моим данным, всё ещё в Альтдорфе. Они залегли на дно, но их следы не полностью затёрты. Проблема в том, что за ними уже могли следить люди Клаузена. Он взял одну из фотографий, на которой был изображён мужчина в очках средних лет, с густыми усами. — Вот этот, доктор Клаус Бейер. Он был одним из ведущих инженеров проекта. После официального закрытия он якобы ушёл в тень, но, по нашим сведениям, он прячется где-то в Альтдорфе. Альфред передал Максу фотографию, а затем добавил: — Вторая — Хельга Хартманн, биохимик. Она пропала несколько лет назад, но один мой источник видел её в Альтдорфе месяц назад. Она, вероятно, пытается держаться подальше от остальных, но может знать что-то важное. Макс хмуро посмотрел на фото. — А остальные? Альфред тяжело вздохнул. — Либо мертвы, либо сбежали. Некоторые, по слухам, перебрались к японцам или итальянцам. Это неудивительно — обе стороны интересуются проектами Рейха. Особенно японцы. Они скупают мозги, как дети конфеты. Джулия усмехнулась, сложив руки на груди. — Если японцы их заполучили, это будет трудно. Они мастера в том, чтобы скрывать свои активы. Макс посмотрел на Альфреда. — Значит, мы сосредотачиваемся на тех, кто в Альтдорфе? Альфред кивнул. — Да. Это наш шанс. Но нужно быть осторожными. Если мы найдём хотя бы одного из них, это может стать нашей единственной зацепкой, чтобы понять, что именно произошло и чего хочет Орден Омега. Эльза смотрела на фотографии, её лицо стало бледным, когда она услышала имя доктора Бейера. — Я помню его, — сказала она тихо. — Он был… странным, но добрым. Если он всё ещё жив, может быть, он сможет нам помочь? Макс обернулся к ней и кивнул. — Мы узнаем. Но сперва нужно понять, как добраться до них раньше остальных. Альфред вытащил ещё один лист бумаги и повесил его на доску рядом с фотографиями учёных. На листе было изображение с обрывочным текстом, едва читаемым, как будто его кто-то намеренно пытался затереть. — Ещё кое-что, что я нашёл, — сказал он, постукивая пальцем по бумаге. — Некоторые из этих учёных работали над другим проектом. Его название частично уничтожено, но звучит что-то вроде... «Проект Гелиос». Или «Гелион». Макс, опершись на спинку стула, скрестил руки. — И ты вообще не знаешь, что это? — Нет, — ответил Альфред, качая головой. — Все упоминания об этом проекте были уничтожены. Как будто кто-то очень не хотел, чтобы о нём осталось хоть что-то. Даже более тщательно, чем в случае с «Евой». Джулия, которая облокотилась на стол, прищурилась, внимательно глядя на изображение. — Если его так хорошо скрывали, значит, это что-то значительное. Что-то, что, возможно, связано с военной сферой или… более экспериментальными исследованиями. — Её голос стал холодным, как будто она пыталась просчитать, какие ужасы могли скрываться за этим именем. — А может, это вообще не связано с военными. Может, это что-то политическое или идеологическое. Ты знаешь этих людей — они могли экспериментировать не только с оружием, но и с… людьми. — Макс мельком посмотрел на Эльзу. Альфред кивнул, но заметно напрягся. — Это возможно. Но без данных мы можем только гадать. Он повернулся к Эльзе, которая всё это время молча сидела, нервно скручивая уголок ткани на юбке. — Эльза? Ты не помнишь ничего подобного? Может, слышала о проекте? Или видела эти названия? Она подняла взгляд, её глаза были полны неуверенности. — Нет, — тихо ответила она, качая головой. — Я… Я не помню ничего такого. Они… никогда не говорили мне о других проектах. Макс пристально посмотрел на неё, но ничего не сказал. — Что ж, — сказал Альфред, откидываясь назад, — Я думаю это может отойти на второй план, но , попытаюсь найти хоть что-то. — Сейчас, главная задача это Бейер и Хартман. Доберёмся до них, может что-нибудь выцепим и про этот ваш "Гелиос" — заключила Джулия Макс посмотрел на карту Альтдорфа: — Если Бейер действительно здесь, мы должны добраться до него первыми, — сказал он. — Если он узнает, что кто-то охотится на него, он либо заляжет на дно ещё глубже, либо попробует сбежать. Альфред нахмурился и постучал пальцем по карте. — Я понимаю, но это может быть рискованно. Он работает как врач в одном из районов Альтдорфа. Если ты просто появишься там, это может вызвать подозрения. У таких людей всегда есть инстинкт самосохранения. — У нас нет другого выбора, — отрезал Макс — Если он знает что-то о «Еве» или о том, что с этим связано, нам нужно это узнать. — Примерно известно, где он живёт? — Район на восточной стороне, — ответил Альфред. — Дом у него простой, никаких особых охранных систем, насколько я знаю. Но там часто бывает людно, особенно днём. Эльза осторожно подняла руку, как будто хотела что-то сказать, но потом передумала. Макс заметил это и обернулся к ней. — Говори, если есть что-то, что ты хочешь сказать. Она нерешительно опустила руки. — Если он испугается… что мы будем делать? — тихо спросила она. — Мы не можем заставить его говорить, верно? Макс улыбнулся уголками губ, но его взгляд оставался холодным. — Иногда люди начинают говорить, когда им кажется, что у них нет другого выхода. Эльза заметно побледнела, но промолчала. Альфред поджал губы. — Макс, я предупреждаю: если ты слишком сильно на него надавишь, он может сломаться. И тогда мы потеряем единственный шанс что-то узнать. — Я знаю, что делаю, — сухо ответил Макс, вставая. — Ты просто скажи, куда идти. Альфред вздохнул и кивнул на карту. — Вот его предполагаемый район. Но, Макс, будь осторожен. Если он что-то заподозрит, он быстро свалит и тогда чёрта с два мы его достанем. — Если он попытается сбежать, я всё равно его найду. У нас нет времени играть в игры. Эльза робко посмотрела на него. — Ты ведь не… — Я не трону его, если он не сделает глупостей, — перебил Макс. — У нас есть вопросы, и он нам на них ответит. Он встал и вместе с Эльзой пошел готовиться к вылазке. После недолгих сборов, Макс аккуратно проверял свой пистолет. Время от времени он бросал взгляд на Эльзу, которая стояла у стены и молчала, явно напряжённая. Альфред подошёл к ней с коробкой, в которой лежал небольшой пистолет. — Эльза, это на всякий случай, — начал он, вытягивая оружие и протягивая ей. Она покачала головой, не делая шагов навстречу. — Нет, спасибо. — Это не обсуждается, — вмешался Макс, не поднимая глаз от своей работы. — Тебе нужно чем-то защищаться. Альфред нахмурился. — Эльза, я конечно все понимаю, но ситуации разные бывают... Она покачала головой, её голос дрожал, но в глазах читалась решимость. — Я не хочу никого убивать. Макс поднял взгляд. В его глазах читалась смесь удивления и раздражения. Альфред выдохнул и отступил, положив пистолет обратно в коробку. — Хорошо. Это твой выбор. Но, Эльза, если ты передумаешь, знай, что у нас всегда есть для тебя оружие. Макс посмотрел на неё ещё раз, затем встал, убирая пистолет в кобуру. — Ладно. Надеюсь, ты не пожалеешь об этом выборе. Эльза лишь молча кивнула, она понимала, что раздражает Макса, но в глубине души понимала, что делает все правильно.

***

Тусклый свет фонарей едва разгонял темноту в сыром тоннеле. Макс шёл уверенно впереди, его ботинки громко хлюпали по воде. Эльза же, напротив, шагала медленно и осторожно, каждый раз опасливо приподнимая подол своей юбки, чтобы не намочить ткань. Альфред сказал им, что единственный безопасный путь до восточного района лежит через канализацию, Эльза услышав это начала возмущаться, но к сожалению, других вариантов у них нет. — Великолепно, — проворчала она, пытаясь балансировать на сухих участках. — Почему всегда канализация...?! — Канализация — надёжная. Тут точно никому не придёт в голову искать нас. — Ну конечно, особенно когда здесь ужасный запах и... — Эльза замерла, уставившись в лужу впереди. — Пожалуйста, скажи мне, что это просто грязь. — Возможно, это что-то хуже. Лучше отвлекись и подумай о чём-то другом. Например, о крысах. — О крысах?! — её голос прозвучал возмущённо. — Ну да. Говорят, в канализациях крыс больше, чем людей в городе. Они повсюду. — Спасибо за утешение. Это совсем не пугает, — саркастично заметила она. — Вот видишь, девочка, ты учишься сарказму. Горжусь тобой. И тут она увидела, как из тени показалась крыса. Эльза вскрикнула, едва не поскользнувшись на мокром полу. — Боже мой! Эта... эта штука только что пробежала мимо! Макс остановился и обернулся, его лицо расплылось в широкой ухмылке. — Серьёзно? Ты испугалась крысы? Эльза нахмурилась, её щеки залила краска. — Она была огромная! — Забавно, что такая малявка смогла напугать тебя. — Очень смешно, — проворчала она, сердито прищурившись. — Лучше смотри, чтобы она не прыгнула тебе на плечо! Макс продолжал смеяться, двигаясь дальше по тоннелю. — Ты просто прелесть, когда пугаешься. Эльза недовольно фыркнула, но продолжила идти за ним, стараясь не смотреть по сторонам и молиться, чтобы больше никаких крыс ей не попалось. Макс шагал вперед, фонарь в руке отбрасывал дрожащие тени на стены тоннеля. Эльза молчала некоторое время, но потом, не выдержав, решила нарушить тишину: — Макс, а чем ты занимался, ну... до всего этого? Макс обернулся, чуть приподняв бровь. — Что именно ты имеешь в виду? — Чем ты любил заниматься? Может, у тебя было какое-то хобби? — Хобби... Не могу сказать, что у меня их много было. Я любил гулять. Часами мог бродить по лесу или вдоль реки. Смотреть на разные пейзажи. — Гулять? — удивлённо переспросила Эльза. — И всё? — А что не так? Свежий воздух, тишина. Разве это не прекрасно? — Это как-то... скучно. — Ну а ты? — Макс остановился, обернувшись к ней. — Чем ты занималась? Эльза тут же оживилась, её лицо засияло энтузиазмом. — О, я пробовала много всего! Я занималась рисованием, играла на пианино, пробовала лепить из глины. А однажды... — она мечтательно улыбнулась. — Я даже пыталась танцевать балет. Это было весело, но не слишком удачно. — И всё это тебе нравилось? — Конечно! — Эльза едва ли не подпрыгнула от возбуждения. — Мне всегда было интересно пробовать что-то новое. Я даже собиралась однажды заняться садоводством, но как-то не получилось... — Занятная ты, — усмехнулся Макс, когда она, наконец, остановилась, чтобы перевести дыхание. — А что в этом такого? — Ничего, — покачал головой он, снова поворачиваясь к дороге. — Просто ты говоришь об этом с такой энергией, будто это было вчера. — Потому что мне это нравилось, — с лёгкой обидой в голосе ответила она. — А ты... Ты слишком серьёзный. — Может быть. Но знаешь, твоя энергия, кажется, может поднять настроение даже в таком месте. — Спасибо - хихикнула она. Макс и Эльза выбрались из канализационного люка в тихом переулке, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Улицы Альтдорфа были полны жизни: прохожие торопились по своим делам, торговцы выкрикивали свои предложения, а дети играли возле небольших лавок. День был обыденным, но именно эта обыденность на мгновение пленила Эльзу. Она огляделась, задержавшись взглядом на группе школьников, которые смеялись, делая вид, что убегают от строгой учительницы. Её лицо озарилось улыбкой, и она слегка дёрнула Макса за рукав. — Посмотри, как здесь спокойно. Разве это не чудесно? — Чудесно, — сухо ответил Макс, оглядываясь вокруг. Он всегда был начеку, особенно в таких местах, где легко могли появиться чужие глаза. Эльза подошла чуть ближе к главной улице, но вдруг остановилась. К ней неслышно подошла небольшая чёрная кошка с ярко-зелёными глазами, осторожно принюхиваясь к её обуви. — О, привет, красавица, — Эльза присела, протянув руку. Кошка, к удивлению, не убежала, а позволила себя погладить, даже замурлыкала. Макс стоял чуть в стороне, наблюдая за этой сценой с легкой насмешкой. — Ты всегда так с животными? — А что тут такого? — спросила она, не отрываясь от кошки. — Они же просто чудесные. Такие искренние. Куда лучше, чем некоторые люди. Эльза подняла голову, взглянув на него с лукавой улыбкой. — А ты кого больше любишь, кошек или собак? Макс на секунду задумался, прежде чем ответить: — Собаки более надёжные. — Типичный ответ, — хихикнула она. — А я люблю всех. Кошек, собак, даже птиц. Когда я была маленькой, я всегда мечтала завести себе кошку. Да, милашка? - она погладила кошку, а та замурлыкала. — Ну так забери ее. Интересно, что Альфред скажет? Эльза кинула в него чуть обиженный взгляд, но тут же снова посмотрела на кошку, которая уже терлась об её ногу. — Вот, видишь? Она мне доверяет. Может, это знак. Макс фыркнул. — Знак чего? — Что не всё так плохо, как может показаться, — уверенно сказала она. — Ладно, хватит сидеть,— ответил Макс, подавая ей руку, чтобы помочь подняться. — Пора идти. — До встречи, маленькая, — шепнула она, прежде чем снова последовать за Максом вглубь оживлённой улицы. Эльза шла рядом с Максом, заметив, что его плечи всё ещё оставались напряжёнными. Она задумалась, как ещё его, и вдруг ей пришла в голову одна забавная история. — Макс, — начала она, слегка подталкивая его локтем, — хочешь, расскажу одну историю из моего… э-э, "весёлого" прошлого? — Весёлого? Из лаборатории? Это что-то новенькое. — Ага, — ухмыльнулась Эльза. — Это случилось, когда мне выдали моего первого "компаньона". — Компаньона? — Макс чуть замедлил шаг. — Ты про человека? — Нет, не человека. Хомяка, — пояснила она, улыбнувшись. — Хомяка? — Ну да, они решили, что мне будет "полезно для морального состояния" заботиться о чём-то живом. Так что однажды мне принесли маленькую клетку с хомяком. Я была так счастлива, что у меня появилась хоть какая-то компания, что решила назвать его… Генрих. — Генрих? — Макс не смог сдержать усмешки. — Серьёзно? — Ну, он выглядел как настоящий Генрих! У него были такие щёчки, знаешь, как будто он вечно что-то обдумывал. — И что с ним стало? — Ну, он оказался любиетелем побегов. — Хомяк? — Макс остановился, чтобы взглянуть на неё, уже с явным интересом. — Да! Каждый раз, как я думала, что клетка закрыта, он находил способ выбраться. Один раз я проснулась ночью от странного шума — Генрих бегал по комнате, как будто устроил себе марафон. — И что ты сделала? — Я пыталась его поймать, но он оказался быстрее, чем я думала. В итоге я запнулась о стул, упала и всю ночь пыталась его поймать... На следующий день они решили, что мне нельзя доверять хомяка, и забрали его. — Значит, ты даже с хомяком умудрилась устроить переполох. — Ну, не моя вина, что Генрих был таким упрямым, — пожала плечами Эльза, довольная, что смогла его развеселить. Макс взглянул на неё уже с явной симпатией. — Да уж, теперь я точно знаю: с тобой скучно не будет. Она явно старалась поднять ему настроение, и, к своему удивлению, он почувствовал, что хочет поделиться чем-то из своей жизни — чем-то, что он давно никому не рассказывал. — Знаешь, — начал он, прервав тишину, — у тебя этот хомяк… напомнил одну историю из моего прошлого. Эльза оживилась, повернувшись к нему. — Правда? Ну-ка, расскажи! Макс чуть замялся, но затем всё же продолжил. — Это было ещё до войны, в моей родной деревне. Я тогда только закончил школу и работал подмастерьем у одного сапожника. Так вот, у него в мастерской жила кошка — чёрная, как ночь, и злая, как собака. — Кошка-сапожник? — хихикнула Эльза. — Уже звучит интересно. — Её звали Фрау Клаус, — добавил Макс, усмехнувшись. — Фрау? — переспросила Эльза, смеясь. — Это же кошка! — Да, но мой хозяин считал, что ей нужно уважительное обращение. Она же была "священной хранительницей мастерской", — Макс сделал акцент на последних словах, изображая голос своего старого наставника. Эльза снова засмеялась, и Макс продолжил: — Но на самом деле эта "хранительница" была настоящей напастью. Она любила лазать на полки, ронять обувь и вообще устраивать хаос. А ещё у неё была странная привычка — запрыгивать на головы людям, которые заходили в мастерскую. — На головы? — Эльза открыла рот от удивления. — Да. Заходишь, а она с верхней полки бац — и прямо тебе на голову! Пару раз она так пугала клиентов, что они выбегали из мастерской, забывая свои заказы. — И что ты делал? — Ну, однажды хозяин поручил мне придумать, как её отучить. Я подумал, что, может, если напугать её в ответ, она перестанет это делать. Так что я поставил на полку возле двери большую коробку и запустил туда крысу, которую поймал во дворе. — Крысу?! — Эльза в ужасе прикрыла рот рукой, но глаза её блестели от смеха. — Да, — кивнул Макс с усмешкой. — Моя логика была проста: кошка полезет на полку, увидит крысу, испугается и больше не будет туда залезать. — И что произошло? — Она полезла на полку… — Макс сделал паузу, наслаждаясь вниманием Эльзы, — и начала драться с крысой! — Что?! — Да. Эта кошка была настоящим бойцом. Она выбила крышку коробки, вытащила крысу за хвост и бегала с ней по всей мастерской, как с игрушкой. Хозяин потом сказал мне, что кошка доказала свою силу и заслужила повышение в звании. С тех пор она стала "Баронессой Клаус". Эльза хохотала, едва удерживая равновесие, пока они шли. — Это самая нелепая история, что я когда-либо слышала! — Ну, может быть, — признал Макс, улыбаясь ей. — Но это была единственная кошка, которая могла поставить меня в тупик. Эльза улыбнулась и Макс почувствовал, что они раскрылись друг другу ещё больше. Они подошли к небольшому, на первый взгляд неприметному зданию, где должен был работать доктор Бейер. Макс остановился, взглянув на Эльзу. — Мы почти на месте, — сказал он, изучая окружающую местность. — Расскажи мне о нём. Каким он был? — Доктор Бейер... — она на мгновение задумалась, вспоминая, — он был другом моего отца. — И что ты о нём думаешь? — Знаешь, он всегда казался мне... немного странным. — Странным? — Ну, например, он всегда разговаривал с такой тихой, почти шёпотом манерой, как будто боялся, что его услышат. И ещё у него была привычка смотреть как-то... мимо тебя, будто он вечно думает о чём-то своём. Макс прищурился, внимательно слушая. — Думаешь, это могло быть из-за того, чем он занимался? — Не знаю. Может быть. Но он никогда не казался мне злым или опасным. Скорее наоборот. Он был добрым... иногда даже слишком. — Слишком добрым? — Например, когда я была маленькой, он всегда приносил мне какие-нибудь сладости или книги, хотя никто его об этом не просил. Помню, как однажды он подарил мне большую куклу, которую привёз из командировки. Она была красивой, но... почему-то мне стало не по себе. — Почему? — Не знаю, — призналась Эльза. — Может, потому что он смотрел на меня, когда вручал её, так... странно, с каким-то жалобным выражением. Как будто чувствовал вину за что-то. Макс задумчиво кивнул, но ничего не сказал. Он чувствовал, что здесь есть что-то ещё, что-то, что Эльза, возможно, сама не осознавала. — А что насчёт его работы? Ты что-нибудь о ней знала? — Нет. Я видела, как иногда Бейер выходил с каким-то тяжёлым выражением лица. Однажды он даже сказал мне, что хотел бы всё бросить и уехать куда-нибудь далеко. — И почему он этого не сделал? — спросил Макс, слегка нахмурившись. — Не знаю, — тихо ответила Эльза. — Может, потому что отец его убедил остаться. Макс задумался, обдумывая услышанное. — Ладно, — наконец сказал он. — Давай посмотрим, на работе ли этот твой "дядя". Эльза кивнула, но её взгляд оставался напряжённым. Макс, стоя перед аптекой, повернулся к Эльзе. — Подожди здесь. Я быстро. Эльза кивнула. — Хорошо, только не долго. Макс вошёл в аптеку. Внутри было тихо, за исключением раздающегося откуда-то с дальнего конца голоса, который становился всё громче и раздражённее. — Сколько можно повторять?! — кричал мужчина, стоявший у прилавка. Он нервно стучал по стеклянной поверхности. — Я сказал, мне нужны эти чёртовы таблетки сейчас! Продавец, молодой парень с испуганным видом, пытался его успокоить. — Господин, я уже сказал, что они закончились. Поставка будет завтра. — Завтра?! — Мужик с силой ударил по прилавку. — Да ты знаешь, кто я такой?! Макс, наблюдавший со стороны, молча подошёл к нему. Его шаги были достаточно громкими, чтобы дебошир обернулся. — Хватит, — спокойно сказал Макс, глядя прямо ему в глаза. — Чего? — Мужик повернулся к нему, явно недоумевая. Макс приблизился ещё ближе, слегка улыбнувшись, но в его взгляде было что-то такое, что заставило дебошира отступить. — Ты слышал. Проваливай, пока не пожалеешь. Мужик колебался, но потом, буркнув что-то неразборчивое, развернулся и вышел, хлопнув дверью. Продавец выдохнул с облегчением. — Спасибо вам, господин. Он уже полчаса тут буянит. — Бывает, — ответил Макс, облокотившись на прилавок. — У меня к тебе вопрос. Продавец внимательно посмотрел на него. — Да, конечно. — Тут доктор работал, — сказал Макс. — Бейер. Где он? — Доктор Бейер? Он уехал. Недели две назад, кажется. — Уехал? — Макс прищурился. — Куда? — Не знаю. Сказал, что у него какие-то дела. Больше ничего не сказал. — Ты уверен? Может, он кому-то что-то упоминал? Продавец задумался, слегка нахмурившись. — Ну... Он как-то говорил о "волках". Что-то вроде: "Эти волки меня снова нашли". Тогда я не понял, о чём он. Подумал, что это метафора. — "Волки", говоришь? — Да. Больше ничего не знаю, извините, — ответил парень. Макс кивнул и выпрямился. — Спасибо. Если что-то вспомнишь, дай знать. Он направился к выходу, размышляя над услышанным. Волки... Интересно. На улице Эльза встретила его настороженным взглядом. — Ну что? — Бейера здесь нет. Уехал, — коротко ответил Макс. — Куда? — спросила Эльза. — Пока не ясно, — сказал он, оглядывая улицу. — Но есть одна зацепка. Нам нужно найти каких-то "волков". Макс резко остановился, поднимая руку, чтобы дать знак Эльзе. Она, заметив его жест, тут же замерла, оглянувшись на него с тревогой. — Что такое? — шепотом спросила она. — Тихо, — прошептал Макс, кивая в сторону ближайшей подворотни. Оттуда доносились приглушённые голоса. Они спрятались за углом, стараясь не шуметь. Макс осторожно выглянул, увидев трёх мужчин в чёрных балахонах, стоящих полукругом. Один из них оживлённо размахивал руками, явно рассказывая что-то с гордостью. — Я же говорил, что смогу, — хвастался он. — Этот доктор даже не понял, что случилось. Одно движение — и всё. — Да-да, ты молодец, — поддакнул второй с насмешливым тоном. — Но что дальше? — Слушайте, хватит болтать! — резко перебил их третий, самый высокий из троицы. Его голос был резким и раздражённым. — Нас могут услышать. — Ой, да брось, — хмыкнул первый. — Здесь никого нет. — Ты уверен? — процедил третий. — Потому что я не хочу потом отвечать перед начальством. Первый нахмурился, но замолчал. Через несколько секунд он спросил: — Ладно, какой у нас план? Третий огляделся и понизил голос: — Пока возвращаемся в убежище. Там всё решат. К тому же скоро будет речь. Макс прищурился, напряжённо следя за их движениями. Затем он обернулся к Эльзе, которая выглядела испуганной. — Ты думаешь... они про Бейера? — прошептала она. — Похоже на то, — коротко ответил Макс. — Что нам делать? — Эльза нервно сжала руки. — Следуем за ними. Если они упомянут убежище, это наш шанс узнать, куда делся доктор. Они остались в тени, не сводя глаз с троицы, которая начала двигаться дальше по улице. Макс и Эльза, держась на расстоянии, осторожно последовали за тремя людьми в балахонах. Они свернули за угол и скрылись за массивными дверями большого здания с внушительным фасадом из тёмного камня. Над входом висела массивная табличка с названием: "Дом Вернера Вельцера". — Кто это ещё такой? — прошептал Макс, нахмурившись. Эльза замялась, глядя на табличку с явным отвращением. — Вернер Вельцер был одним из самых фанатичных последователей режима, — ответила она. — Офицер СС и оккультист, известный своими экспериментами над людьми. Его называли "Собирателем душ". Он считал, что с помощью определённых ритуалов и технологий можно создать сверхчеловека. Макс нахмурился ещё сильнее. — Значит, ещё один фанатик, который хотел играть в бога. — Не просто фанатик, — продолжила Эльза, её голос звучал натянуто. — После войны его считали погибшим, но его идеи вдохновили на создание разного рода культов. А это здание… его построили на месте старого госпиталя, где он проводил свои эксперименты. Макс посмотрел на здание. Его готическая архитектура выглядела зловеще: острые шпили, огромные витражные окна, изображающие странные сцены с символами, напоминающими рунические. На гербе здания, закреплённом у входа, был изображён чёрный волк с алыми глазами, стоящий на фоне переплетённых змей. — Символизм на месте, — пробормотал Макс. — Волк среди змей? — Это "Чёрный Волк", — объяснила Эльза, стараясь не смотреть на герб. — Вельцер считал его своим личным символом. Он говорил, что волк — это идеальный охотник, прирождённый лидер. А змеи… это, как он выражался, "тёмные силы", которые можно подчинить. Макс почувствовал, как внутри него нарастает раздражение. — Отлично. Значит, ещё один клуб сумасшедших с манией величия. — Мне от этого места не по себе, — тихо сказала она. — Оно жуткое. Давай просто разберёмся с этим и уйдём, — произнесла она, отворачиваясь. Зайдя внутрь, Макс и Эльза оказались в просторном зале с высокими потолками, освещённом тусклым светом массивных люстр. Центр помещения занимала внушительная статуя из чёрного мрамора. Фигура изображала человека в длинном плаще, с вытянутой вперёд рукой, в которой он держал обнажённый меч. Лицо статуи было выточено с суровым выражением, взгляд устремлён куда-то вдаль. Внизу, у подножия статуи, стояла надпись: "В память о Зигфриде Крауце, очищавшем землю от заразы предателей и врагов истинной идеи." Макс нахмурился и посмотрел на Эльзу. — Крауце? Кто это? Эльза сделала шаг ближе к статуе, разглядывая детали: крошечный орёл, вырезанный на нагрудной части мраморной фигуры, и змеи, извивающиеся у её ног. — Зигфрид Крауце был известен тем, что убил Конрада Штайнера, одного из лидеров сопротивления, — пояснила она. — Это было в 1944 году. Штайнер собирал информацию о секретных операциях Омега Ордена и готовил отчёт для союзников. Крауце выследил его и убил вместе с десятком его людей. — И за это ему памятник? — Для них Крауце стал символом преданности идеям Ордена. Но это место… — она замялась. Макс обернулся к ней, нахмурившись. — Омега Орден? Это они? Эльза покачала головой. — Нет. Это просто группа фанатиков. Они называют себя "Братство Чёрного Волка", но на самом деле они никак не связаны с Омега Орденом. Они просто взяли одного из членов Ордена за своего идола. Макс задумался, переводя взгляд с Эльзы на статую. — Значит, это всего лишь культ, который прикрывается чужой славой? — Скорее, те, кто хочет возродить старые идеалы, но у них нет ресурсов и знаний Омега Ордена, — тихо ответила Эльза. — Они просто цепляются за символы. Макс ещё раз посмотрел на статую. — Что-то мне подсказывает, что эти "цепляющиеся за символы" могут доставить нам немало проблем. Эльза промолчала, но её взгляд оставался устремлён на мраморное лицо Крауце. Войдя в главный зал, Макс и Эльза спрятались за одной из колонн, чтобы не привлекать внимания. Зал был переполнен людьми в чёрных одеяниях, а в центре, на небольшой возвышенности, стоял их лидер. В отличие от остальных, он был одет в роскошный, вышитый золотом мундир с массивным крестом на груди. Его лицо было резким, глаза горели фанатичным блеском, а голос звучал громко и уверенно, раздаваясь по всему залу: — Братья и сёстры! Сегодня мы вновь собираемся здесь, чтобы напомнить миру: правда принадлежит сильным, а слабость должна быть искоренена! Наш враг — это те, кто пытается разрушить наш порядок, кто хочет навязать нам хаос и беспорядок! — он поднял руку, и зал разразился одобрительными выкриками. Макс с усмешкой наклонился к Эльзе и тихо прошептал: — Дай угадаю: под "хаосом" он имеет в виду всех, кто не согласен с его идиотской философией? Эльза только сжала губы, её взгляд был прикован к лидеру, а пальцы нервно сжимали край её юбки. — Но, друзья, наши главные враги — это те, кто скрываются среди нас! — продолжал лидер, его голос становился всё громче. — Уродливые, трусливые предатели, которые называют себя "учёными", "просвещёнными" или "свободными мыслями"! Те, кто осмеливается отвергать нашу священную миссию! Те, кто слились с отбросами общества — евреями, коммунистами, предателями! Лидер поднял обе руки, требуя тишины. — Они думают, что спрячутся за спинами элиты, за стенами великих городов! Но их время истекает! Наши благородные покровители, наши братья, понимают важность очищения! И они поддерживают нас в нашем деле. Мы уничтожим всякого, кто посмеет встать на пути нашей истины! Макс нахмурился. — "Благородные покровители"? Значит, эти фанатики работают не сами по себе. Кто-то спонсирует их... — Наверняка те же, кто когда-то поддерживал Омега Орден, — прошептала Эльза. — Только теперь они прикрываются новыми идолами. Лидер закончил свою речь, высоко подняв кулак. Макс, сжимая рукоять пистолета, усмехнулся. — Что ж, посмотрим, кто кого? — и не раздумывая вышел в зал. — Посторонние! — раздался крик, вызвавший хаос в зале. Главарь на сцене, сохраняя ледяное спокойствие, посмотрел в их сторону, а затем резко обернулся и бросился к боковому выходу. Макс тут же поднял пистолет и выстрелил в воздух. — Всем на пол! — рявкнул он, а эхо выстрела затихло в высоких сводах зала. Большая часть толпы — перепуганные гражданские, явно привлечённые фанатичными речами, — тут же начали паниковать и разбегаться. Но несколько человек остались, и Макс сразу понял: это не просто слушатели. Это были те, кто действительно верил, те, кто готов был защищать свои "идеалы". — Эльза, держись позади, — бросил он, укрываясь за колонной. Мужчины в чёрных балахонах выхватили оружие. Раздался оглушительный грохот перестрелки. Макс хладнокровно отвечал на каждый выстрел, действуя быстро и точно. Эльза, стоявшая за ним, прикрывала уши, её лицо было бледным, но она уже не кричала. Одного за другим Макс обезвреживал врагов. Те, кто остались, попытались атаковать, но их неподготовленность и хаос в зале сыграли на руку Максу. Последний из фанатиков упал, держа в руках странный кинжал с выгравированными рунами. Когда всё затихло, Макс оглянулся на Эльзу. — Ты в порядке? Она медленно кивнула, обнимая себя за плечи. — Я... Да, я в порядке. Просто... — Она тяжело вздохнула. — Уже не знаю, что чувствовать. — Не думай об этом. Сейчас главное — поймать этого фанатика, — коротко сказал он, указывая на дверь, через которую сбежал главарь. Эльза кивнула, и они вдвоём направились в сторону выхода. Они вошли в просторное помещение, освещённое тусклым светом. Посреди зала стоял массивный овальный стол, вокруг которого располагались пустые кресла. На стене напротив них виднелся проектор и записывающее устройство. Макс подошёл к панели управления и включил запись. На экране появился мужчина в строгом костюме — с явной харизмой и уверенностью в голосе. Рядом с ним стоял человек в чёрной мантии с капюшоном, лицо которого было скрыто тенью. — Друзья мои, — начал он, глядя в камеру. — Вы сделали многое, чтобы сохранить наше братство в это сложное время. Но настало нечто, что может изменить ход истории. Человек в мантии, которого называли Магистром, скрестил руки. — Мы не принимаем приказы извне, Майер. Ты это знаешь. Мужчина усмехнулся и наклонился вперёд. — Я не прошу вас о подчинении. Я предлагаю возможность. Я хочу, чтобы вы нашли одного... Предателя. Звать его Бейер, он работает в местной аптеке. Достаньте его для господина Клаузена и за нами будет должок. А ещё - он сделал паузу - Если вы хотите выслужиться перед Герром Клаузеном, то вы можете найти одну девчонку, звать ее Эльзой - за кадром он что-то передал, наверное фотографию. — Почему мы должны доверять тебе? — голос Магистра звучал холодно. Мужчина сделал паузу: — Слушай, просто достань ее. А за мной не заржавеет - он достал чемодан - Считай, это взнос за ваши услуги. Магистр взглянул на чемодан, затем на гостя. — Если ты лжёшь... — Я не лгу, — перебил мужчина. — Господин Клаузен щедро вас наградит за помощь. Друзей он никогда не забывает. Запись оборвалась. — Значит, он использует их, чтобы поймать меня, — тихо сказала Эльза, стараясь держать голос ровным. — А ещё они взяли Бейера - добавил Макс Пока Макс изучал документы, Эльза подошла к столу с разбросанными бумагами и включила ещё одну запись. На этот раз это был голос фанатика, записанный на плёнку: — Вера в Братство — это основа нашей жизни. Первое правило: преданность без колебаний. Второе: мы никогда не раскрываем себя. Третье: каждый символ, который мы носим, — это напоминание о нашей миссии. Голос звучал срывающимся, как будто говорящий испытывал сильное физическое напряжение. — Чёрный капюшон — это наша тень, наша невидимость. Символ на груди — это наше сердце, пылающее в огне революции... — внезапно он закашлялся. На плёнке слышны звуки сильного почесывания, затем раздражённый крик: — Чёртова сыворотка! Она должна была сделать меня сильнее, но вместо этого... — резкий удар по чему-то металлическому. — Это всё ради высшей цели. Надо... Надо выдержать. Запись оборвалась. Эльза смотрела на устройство, её глаза расширились. — Они экспериментируют на своих же, — прошептала она. Макс подошёл к ней, бросив быстрый взгляд на устройство. — И похоже, не слишком удачно, — сказал он. — Они сами становятся жертвами своих идеалов, — добавила Эльза, отводя взгляд. — А нас это касается только в одном аспекте, — Макс указал на дверь. — Мы должны найти Бейера и надеяться, что они с ним не разобрались. Эльза кивнула, но в её глазах читалась тревога. Они остановились у массивной металлической двери, за которой слышались приглушённые мольбы о помощи. Голос звучал сломленным, плач мужчины срывался на судорожные всхлипы. — Мы должны помочь ему! — воскликнула Эльза, глядя на Макса с мольбой. — Это может быть ловушка, — ответил он, напрягаясь и осматривая коридор. — Мы не знаем, кто там. — Он страдает, Макс. Я не могу просто стоять и слушать! — Эльза протянула руку к двери. Макс тяжело вздохнул: — Хорошо. Но будь начеку и держись позади. Он осторожно повернул ручку двери, и они вошли в тёмное помещение, освещённое тусклым светом лампы. У стены на коленях стоял мужчина, истощённый и избитый. Его руки были связаны, а на лбу виднелась кровь. Он посмотрел на них с надеждой. — Помогите... пожалуйста... — прохрипел он. Внезапно, в углу комнаты послышался хриплый голос: — Помощь? Нет, только суд. Из тени вышел человек в чёрном одеянии с капюшоном. Его лицо было скрыто под маской, но из рукавов свисали странные металлические конструкции, напоминающие когти. Он протянул руку, и из неё вырвалась стая чёрных, густо-теневых волков, которые хищно закружили вокруг мужчины. Мужчина завопил от ужаса, пытаясь отползти, но волки начали разрывать его плоть, оставляя глубокие раны. Его крики наполнили комнату. — Боже! — закричала Эльза, её глаза наполнились слезами. Она отвернулась, зажмурившись, не в силах больше смотреть. Макс, замерев на мгновение от шока, затем схватил её за руку. — В укрытие! — прошипел он. Они быстро выбежали из комнаты и спрятались за углом. Макс, тяжело дыша, оглянулся, проверяя, не идут ли за ними. Эльза стояла рядом, её плечи дрожали. Она не могла сдержать слёзы. — Это... это было чудовище... — пробормотала она сквозь слёзы. Макс кивнул, его лицо оставалось каменным, но в глазах читалась тревога. — И их может быть больше, — тихо сказал он. — Мы не готовы к такому. — Но... что это было? — Не знаю, — ответил Макс — Но теперь мы знаем, на что они способны. И если мы не будем осторожны, нас ждёт такая же участь. Эльза кивнула, хотя её руки всё ещё дрожали. Макс окинул её взглядом и мягко положил руку ей на плечо. — Эй, все хорошо... Успокойся. — Я постараюсь, — прошептала она, отводя взгляд. Они осторожно вошли в большой зал, освещённый лишь тусклыми лампами, отбрасывающими зловещие тени. В центре зала стоял фанатик, дожидаясь их. Его фигура казалась неестественно крупной, благодаря тёмным одеяниям и металлическим конструкциям на руках. — Вы смеете осквернять святилище истины?! — выкрикнул фанатик, раскинув руки. Его голос эхом разносился по залу. — Смертные черви, вы не достойны даже дышать этим воздухом! Ваши души будут очищены! Выпустил теневых волков на них, Макс толкнул Эльзу за колонну и шагнул вперёд, держа оружие наготове. — Я видел много фанатиков, но ты бьёшь все рекорды, — бросил он, направляя пистолет на врага. — Давай посмотрим, какой ты «бог», когда пули начнут летать. Фанатик поднял руку и волки попытались напрыгнуть на Макса, заставив Макса перекатиться в сторону. — Мы поглатим ваши тела и души во имя возрождения! — продолжал фанатик, атакуя волками и мечом, заставляя Макса уворачиваться. Макс, несмотря на опыт и ловкость, не мог долго противостоять. Эльза, дрожа за колонной, наблюдала, как Макс начинал выдыхаться. Она хотела помочь, но страх сковывал её. — Я... я должна что-то сделать, — прошептала она себе, смотря, как фанатик подступает к Максу, выбивая пистолет из его руки. Макс схватил металлический стержень с пола, чтобы защищаться, но фанатик оказался сильнее. Тот поднял его одной рукой, готовясь нанести удар когтем. — Ты увидишь силу света перед своей смертью! — завопил фанатик, вздымая оружие. Эльза в этот момент сжала кулаки. Её глаза блеснули странным голубым светом, и она выбежала из укрытия. — Оставь его! — закричала она, протягивая руки вперёд. Внезапно мощный поток энергии ударил фанатика, отбрасывая его в сторону. Он рухнул на пол, а волки пропали. Фанатик пытался подняться, но был оглушён. Эльза стояла, тяжело дыша, её руки дрожали. Она не хотела причинять вред, но её силы сработали сами по себе. Макс быстро поднялся и схватил пистолет, направив его на врага. — Ты молодец, Эльза, — тихо сказал он, глядя на неё. Затем его голос стал холодным. — А теперь с этим кончено. Он выстрелил в фанатика, положив конец схватке. Эльза отвернулась, сжав губы, не в силах смотреть. — Он мог что-то рассказать, — прошептала она. — Не мог. Такие, как он, не говорят, — ответил Макс. — Спасибо, что помогла. Он подошёл к ней, чтобы проверить, всё ли с ней в порядке. — Ты спасла мне жизнь, — сказал он, стараясь говорить мягче. — Я не хотела... Навредить ему — прошептала Эльза, глядя на свои руки. — Иногда приходится, — сказал Макс, кладя руку ей на плечо. — Теперь идём. Здесь небезопасно. Макс нашел на поясе поверженного фанатика небольшую стеклянную капсулу с черной жидкостью, которая переливается, словно живая. На ней выбито название "Lupus Umbra"— "Теневой Волк". Макс с подозрением рассмотрел капсулу, а затем молча втыкает иглу шприца в содержимое, решая рискнуть, чтобы получить преимущество в грядущих схватках. — В прошлый раз я играл с огнём, теперь — посмотрим, что у вас ещё есть, — тихо сказал он, вкалывая препарат. Через несколько секунд его тело охватила дрожь, зрение потемнело, а мир вокруг будто затопило ночной тьмой. Макс ощутил, как нечто холодное и бесформенное обвивает его, заставляя сердце колотиться в груди. Вскоре он оказался в лесу, где деревья были мрачными силуэтами, а луна светила неестественно ярко, окутывая всё серебряным светом. Вдалеке он услышал зловещий вой, от которого побежали мурашки по коже. Из теней начали появляться огромные волки с горящими красными глазами. Они двигались беззвучно, окружая Макса, словно оценивая его. Лес вокруг начал рушиться, тени закружились, превращаясь в вихрь. Волки кинулись на Макса, слившись с его телом, а затем он услышал громкий голос, гремящий в его голове: "Mors tua, vita mea" (Твоя смерть — моя жизнь) Макс резко пришёл в себя, упав на колени и тяжело дыша. Его руки тряслись, но в голове царила странная ясность. Эльза обеспокоенно наклонилась к нему: — Макс? Ты в порядке? Что это было? Он медленно поднялся, ощущая странную лёгкость и сосредоточенность. — Явно не пробник... — коротко ответил он, взгляд его стал хищным. — Пошли отсюда. Пройдя чуть дальше, Макс и Эльза нашли в небольшой комнате аудиодневник, лежащий на столе рядом с горой бумаг и пустых бутылок. Макс включил его, и из динамика раздался хриплый, слегка напряжённый голос: "…Сегодня доставили этого доктора, Бейера. Майер лично приказал держать его в склепе, подальше от глаз. Да, прямо на старом кладбище возле часовни. Удобное место, скажу я вам: никто туда не сунется, а если сунется, станет удобным удобрением для мёртвых." Эльза побледнела, услышав это, а Макс нахмурился. "Этот тип странный. Всё шепчет что-то себе под нос. Сначала я подумал, что он молитвы читает, но нет — он формулы какие-то повторяет, да ещё с такими деталями, что голова идёт кругом. Мне даже стало страшно: будто он что-то знает про нас, чего мы сами не знаем." Короткая пауза, затем звук скрипа стула, словно кто-то откинулся назад. "Майер сказал, что его люди заберут этого урода совсем скоро. Говорит, что у доктора есть то, что очень нужно ему. Не знаю. Нам только сказали: держать его под охраной и никуда не выпускать. Если что, сразу докладывать. Только вот не нравится мне это всё. Этот Бейер... Глаза у него странные. Словно он видит больше, чем мы. И мне не по себе от того, что он всё время улыбается." Последовал громкий звук стука в дверь, и голос нервно произнёс: "Всё, заканчиваю. Кажется, это мои сменщики пришли. Конец записи." Аудиодневник замолк, оставляя тишину, нарушаемую лишь биением сердца Эльзы. — Часовня на кладбище, — медленно сказал Макс. — Ну конечно. Где ещё этим психам держать заложников? Эльза тихо проговорила: — Бейер... Почему он улыбался? Макс пожал плечами, глядя на неё серьёзным взглядом: — Узнаем, когда доберёмся туда. Но, судя по тому, что мы слышали, лучше поторопиться. Они пошли к выходу и надеялись, что смогут добраться до Бейера как можно быстрее.

***

Темный склеп на заброшенном кладбище освещался тусклым светом керосиновой лампы. Трое сектантов стояли у массивных дверей, за которыми они держали доктора Бейер. Первый, нервно постукивая пальцами по рукояти ножа, посмотрел на главного: — Слушай, а чего мы его просто не прихлопнем? Он же всё равно нам только мешает. Главный, мужчина с хриплым голосом и взглядом, каким смотрят на поломанные часы, лениво пожал плечами: — Неинтересно. Нам за него платят, а не за его труп. Пока Майер и Магистр хотят, чтобы он дышал, он будет дышать. — Но ведь он знает слишком много, — настаивал первый. — Если он что-то расскажет, нас же выследят! Третий, молодой сектант с ухмылкой, перебил его: — Ты прям как ребёнок, что боится своей же тени. Да расслабься ты. Никто сюда не придёт. Первый бросил на него взгляд, полный раздражения: — А если придут? Ты готов взять ответственность? — Никто не придёт, — холодно ответил третий, и его ухмылка исчезла. Первый фыркнул, затем резко шагнул ближе к двери, доставая нож: — Ладно, раз вы такие смелые, я сам с ним разберусь. Так всем будет проще, да и Магистр вряд ли заметит... Он не успел закончить. Третий быстро схватил его за руку, стиснув так сильно, что первый чуть не выронил нож. — Ты что творишь? — прошипел первый, пытаясь вырваться. Третий наклонился ближе, его голос стал холодным и угрожающим: — Если Магистр узнает, что ты полез без приказа, тебе конец. Нам всем конец. Хочешь так рисковать? Первый посмотрел на главного, но тот просто стоял в стороне, равнодушно наблюдая. — Слушай, я... — начал оправдываться первый, но третий отпустил его с таким толчком, что тот отшатнулся. — Сиди и делай, что тебе сказали, — бросил третий. — Или, клянусь, тебя первым отправят на жертвенный алтарь. Склеп снова погрузился в тишину, нарушаемую только шорохом их дыхания. За дверью было слышно тихое, размеренное бормотание доктора Бейера, словно он считал секунды. Он сидя на холодном каменном полу, монотонно бормотал себе под нос: — Они придут. Ночь приносит смерть. Все пути ведут к концу... Первый сектант раздражённо посмотрел на дверь: — Этот старик сводит меня с ума. Можно хотя бы заткнуть его? Третий холодно бросил взгляд на первого: — Тебе мало проблем, которые ты уже создал? Оставь его. Тут дверь в склеп с грохотом распахнулась, и внутрь вбежал запыхавшийся молодой сектант. Его лицо было бледным, а дыхание сбивчивым. — Особняк... На особняк напали! — выдавил он. — Один из старших убит, остальные либо убиты, либо сбежали! — Что?! — Я же говорил, что это плохая идея держать его здесь. Я так и знал, что они нас найдут! Главный бросил на него злобный взгляд, затем повернулся к третьему: — Поднимай всех. Немедленно. Третий кивнул, выскочив за дверь. Его голос гулким эхом прокатился по коридорам: — Все на ноги! Быстро! Поднимайтесь, жалкие трусы! Из соседних комнат начали выбегать мужчины, некоторые из них ещё даже не успели вернуть на себя свои чёрные балахоны. Они сонно переглядывались, пока третий не добавил резким, громким тоном: — К оружию, придурки! У нас гости! Вы хотите, чтобы вас всех вырезали как скот?! Мгновенно началась суета. Мужчины, едва сообразив, что происходит, кинулись хватать оружие и натягивать на себя зловещие одежды. Первый, всё ещё стоя у двери, бросил взгляд на главного: — Что теперь? Главный, холодно смотря на дверь, где был Бейер, мрачно произнёс: — Теперь мы покажем, кто на самом деле контролирует ситуацию. Он вытащил из складок своей мантии небольшой револьвер, жестом подзывая людей за собой: — Никто не должен пройти за ворота. Никто.