Темный Раскол

Прошло несколько часов с того момента, как Эльзу привезли в убежище семьи Такаги. Комната, в которой её держали, была просторной, но сдержанной: татами на полу, простые деревянные панели и раздвижные двери. Воздух пропитывали слабые ароматы зелёного чая и табака — кто-то недавно курил неподалёку. Двое офицеров всё ещё находились рядом, наблюдая за ней. Они сидели на полу, скрестив ноги, будто бы просто ожидая чего-то, но при этом не спускали с неё глаз. Эльза, чувствуя себя уже лучше, но всё ещё слабая, наконец-то смогла приподняться, опираясь на руки. Голова кружилась, но страх, постепенно затихавший в её сознании, сменялся решимостью. — Где я? — её голос звучал хрипло, но твёрдо. Молодой мужчина переглянулся с напарником, затем снова посмотрел на неё: — Ты в безопасности. Просто отдохни. — В безопасности? — Эльза нахмурилась. — Тогда почему я здесь? Вы меня похитили. — Не похищали, а забрали, — поправил её саркастичный, лениво потянувшись. — Давай не будем делать из этого драму. Эльза тяжело вздохнула, заставляя себя не реагировать резко. Они, похоже, не собирались причинять ей вред, но это не значило, что она могла им доверять. — Я хочу уйти, — сказала она, сжимая пальцы на одеяле. Молодой посмотрел на неё сочувственно, но отрицательно покачал головой: — Прости, но пока нельзя. — Кто вас послал? Чего вы хотите от меня? — Эльза пыталась держать голос спокойным, но чувствовала, как в груди нарастает раздражение. — Не от нас это зависит, — невозмутимо ответил саркастичный. — Просто сиди смирно. Скоро все решится. — Я не могу просто сидеть! — Эльза сжала кулаки, глядя на них. — Если вы хотите чего-то от меня, то хотя бы объясните! Молодой выглядел так, будто ему было неловко. Он почесал затылок и бросил быстрый взгляд на напарника, словно ожидая от него поддержки. Тот же лишь усмехнулся. — Слушай, девочка, — сказал саркастичный. — Ты сейчас не в том положении, чтобы диктовать условия. Никто тебя тут не держит в клетке, но и просто так уйти тоже не выйдет. Лучше не трать силы. Она чувствовала, как к горлу подкатывает паника. Она не могла просто сидеть и ждать, пока кто-то решит её судьбу. Слабость ещё сковывала её тело, но теперь это не имело значения. Ей нужно было вырваться. Она рывком сбросила одеяло и встала на ноги, но тут же пошатнулась. Мир поплыл перед глазами, колени задрожали, и если бы не быстрая реакция молодого офицера, она бы упала. — Эй, спокойно! — он схватил её за запястье, удерживая от падения. — Пусти! — Эльза дёрнула рукой, но хватка была крепкой. — Ты ещё не в состоянии идти, — сказал он мягко, но твёрдо. — Лежи, пока не придёшь в себя. — Не в состоянии?! — её голос срывался. — Меня похитили, заперли в этой комнате, а вы ещё говорите мне лежать?! Она снова попыталась вырваться, но молодой только крепче сжал её руку. — Прекрати! — он говорил спокойно, но было видно, что ему не нравится эта ситуация. — Я не хочу делать тебе больно, но не могу позволить тебе уйти. — Ты… — Эльза не выдержала. Вспышка ярости затмила всё. Она резко подняла свободную руку и со всей силы ударила его по плечу. Парень качнулся назад, морщась от неожиданности. Она воспользовалась моментом и ударила снова, уже по груди. Он попытался её удержать, но отступил на шаг, не желая применять силу. — Тьфу ты, девчонка, хватит устраивать цирк! — раздался раздражённый голос саркастичного. Он встал, глядя на них с недовольством. — Сначала ты молчишь, теперь орёшь. Ты вообще понимаешь, что истерика не поможет? Эльза тяжело дышала, ощущая, как пальцы молодого ещё слабо сжимают её запястье. Он смотрел на неё растерянно, явно не зная, как лучше поступить. — Я… не… останусь здесь, — прошипела она, чувствуя, как горят глаза. — Больно же… — пробормотал молодой, потирая место удара. Саркастичный закатил глаза. — Охренеть, она тебя ещё и отметелила. Ну, точно с характером. — Что мне делать? — спросил молодой, глядя на напарника. — Не знаю, завари ей чай, может, успокоится, — фыркнул тот. — Или дай ещё пару раз врезать, раз уж тебе нравится быть её грушей. Молодой недовольно нахмурился, но не отпустил Эльзу. — Просто… просто посиди, — попытался он говорить спокойнее. — Давай без этого. Эльза чувствовала, как что-то внутри неё закипает, как паника превращается в бешеную, необузданную силу. Всё слилось в хаос — слабость, страх, гнев, отчаяние. Воздух начал электризоваться. Молодой офицер всё ещё держал её за запястье, но его хватка ослабла — он явно не ожидал такой реакции. — Эй… ты в порядке? — спросил он, заметив, как её глаза расширились, а дыхание сбилось. Но она его уже не слышала. Глухой толчок — словно воздух в комнате сгустился, а затем рванулся в разные стороны. Вспышка, почти невидимая, но ощутимая, будто горячая волна. Разрыв. Первым среагировал саркастичный офицер. Он почувствовал, как волосы на руках встали дыбом, как будто в воздухе повисла электростатическая напряжённость перед грозой. — Что за…?! Неожиданно комната взорвалась движением. Стол перевернулся с грохотом, сбивая стул и разбрасывая бумаги. Занавески вспыхнули, словно попали в вихрь. Молодой офицер отшатнулся, но его резко отбросило назад, как будто неведомая сила рванула его прочь от Эльзы. — ЧТО ЗА ХРЕНЬ?! — заорал саркастичный, успев вцепиться в край стола, чтобы его не швырнуло в стену. Эльза упала на колени, но даже не почувствовала этого. Вокруг неё воздух закручивался, как водоворот, дрожал и ломался, как разбитое стекло. И вдруг… Из ниоткуда, прямо в их комнату обрушился кусок чего-то чужого. В проёме внезапно возникшего разрыва выпало, от удара рассыпав листы на столе. Пыльный деревянный ящик, явно старый, появился из ниоткуда и с глухим стуком грохнулся прямо на поваленный стол. А потом разрыв закрылся. Тишина повисла на несколько секунд. Молодой офицер, ошарашенный, сидел на полу, держа руку на груди. Саркастичный, тяжело дыша, всё ещё сжимал край стола, глядя на хаос вокруг. — Ладно… — наконец выдавил он. — Это уже какой-то… Дверь распахнулась с треском. На пороге стояли Юки Куросава и несколько других офицеров, оружие в руках, лица напряжённые. — Что за хуйня здесь происходит?! — рявкнул Юки, его очки блеснули в тусклом свете. Он осмотрел разгромленную комнату и затем перевёл взгляд на Эльзу, которая всё ещё дрожала, не понимая, что только что произошло. Другие офицеры переглянулись, явно не зная, что сказать. — Что это было?! — выпалил один из них, указывая на странные предметы, которых раньше здесь не было. Саркастичный медленно выпрямился и устало выдохнул. — Чёрт его знает… но эта девчонка — она... Юки выдохнул и поправил очки, наблюдая за хаосом, который творился в комнате. — Чё вы встали?! — приказал он, повернувшись к своим людям. — Успокойте её. Офицеры переглянулись. Молодой, всё ещё потирая грудь после неожиданного удара силой, поднялся на ноги, но подходить к Эльзе явно не спешил. — Эй, малышка, — попробовал он осторожно. — Мы же просто хотим… Но Эльза не собиралась слушать. Она сделала шаг назад, схватила первый попавшийся предмет с перевёрнутого стола и размахнулась. УДАР. — АЙ, БЛЯТЬ! — офицер отшатнулся, схватившись за голову. — Ты что, по башке его стукнула?! Эльза, дрожащая, но решительно настроенная не дать себя схватить, сжала в руках небольшую вазу, явно готовая швырнуть её, если понадобится. — Не подходите! — выпалила она, глаза полные ужаса. Юки прикрыл лицо ладонью. — Чёрт, ну и драма… Ладно, раз по-хорошему нельзя… Он кивнул одному из офицеров. Тот медленно вытащил маленький шприц с прозрачной жидкостью. Эльза тут же увидела это и её глаза расширились. — А ну назад! — выкрикнула она, схватила другой предмет со стола (какую-то статуэтку) и запустила прямо в сторону офицера. ШЛЁП! — Ай! — офицер схватился за плечо. — Блин, да она прицельно метает, как снайпер! — Ты чё, взрослый мужик, а она тебя уделала?! — фыркнул саркастичный. Юки уже начинал терять терпение. — ЗАЛАМАЙТЕ ЕЁ УЖЕ! Несколько офицеров, понимая, что терпение их босса на исходе, ринулись вперёд. Эльза ещё раз замахнулась, но сразу двое схватили её за руки, ещё один аккуратно ухватил за плечи, чтобы она не дёргалась. — Держите крепче! — крикнул кто-то. — Она же просто ребёнок! — воскликнул молодой офицер, всё ещё потирая голову. — Ага, блин! Ребенок, которая предмет хрен пойми откуда достает! Шприц скользнул к её руке. Эльза, отчаянно сопротивляясь, чуть не вырвалась, но её рука дрогнула, и игла вошла в кожу. Через несколько секунд её дыхание стало медленнее. Сопротивление ослабло. Глаза начали закрываться. — Вот и всё, — выдохнул саркастичный офицер, разминая плечо. — Намотала нам всем нервов, девочка. Эльза последнее, что увидела, прежде чем её сознание полностью погасло, — Юки, который удовлетворённо улыбнулся и сказал: — Ну наконец-то. Комната постепенно приходила в порядок, но атмосфера оставалась напряжённой. Офицеры переглядывались между собой, не скрывая недовольства. — Чёрт возьми, Юки, — наконец-то выдохнул один из них, молодой и явно потрясённый произошедшим. — Мы на такое не подписывались! — Да уж, — добавил более суровый, всё ещё потирая место удара. — Нам сказали, что просто нужно привести девчонку, а не разбираться с какой-то ведьмой, мать твою! Саркастичный усмехнулся, но даже в его голосе чувствовалось напряжение: — Хах, да она нам тут такое шоу устроила, что я бы и сам свалил, если бы не знал, что меня за это прикончат. Юки поправил очки, внешне оставаясь спокойным, хотя внутри у него всё ещё сидело удивление. — Успокойтесь, — сказал он, махнув рукой. — Никто не ожидал, что она окажется… такой. — «Такой»?! — возмутился молодой офицер. — Ты видел, что тут было?! — Да я вообще-то тоже в комнате находился, если ты не заметил, — фыркнул Юки, закатывая глаза. — И всё равно, держим себя в руках. У нас есть план, и мы его придерживаемся. — План… — мрачно пробормотал суровый офицер. — А что, если нам не всё рассказали? — Да и пусть, — отмахнулся саркастичный. — Мы делаем своё дело, а дальше — не наша забота. Юки скрестил руки на груди, смерив всех строгим взглядом. — Слушайте сюда. Мы ждём прибытия Такаги и гостя. И пока они не приедут, мы следуем приказам. Поняли? Офицеры недовольно переглянулись, но никто не стал возражать. — Ладно, — пробормотал молодой. — Но мне это всё равно не нравится. — Да кому вообще нравится эта работа? — усмехнулся саркастичный, потирая затылок. — Ладно, пошли следить за девочкой, пока она нам тут опять не устроила конец света. Юки ещё раз окинул комнату взглядом, задержавшись на Эльзе, которая теперь мирно лежала на подушке. Он тяжело вздохнул. Да уж… Это будет непростой вечер.

***

На улицах постепенно сгущался вечерний смог. Над головами рассыпались неоновые огни, отражаясь в лужах, а где-то вдалеке доносились звуки телевизоров и уличных продавцов. Макс и Рюсукэ вышли из очередного тесного переулка, где оставили одного из информаторов, которого им удалось "убедить" говорить. — Он сказал, что у Такаги есть особое место — старый клуб на окраине, переделанный под убежище. Охраняется хорошо, но она может быть там, — выдохнул Рюсукэ, всё ещё оправляясь от напряжения. — Макс… если это правда, идти туда в лоб — самоубийство. Макс молча смотрел вперёд, сжав кулаки. Его лицо было сурово, глаза — полны ярости и тревоги. — Если она там… — хрипло произнёс он. — Я достану её. Даже если весь чёртов клан встанет у меня на пути. — Послушай, — Рюсукэ шагнул ближе, схватив Макса за плечо. — Я понимаю, она для тебя важна. Но ты не сможешь вытащить её один. Это не уличная драка с парой бандитов — это целая семья. У них целая сеть. Макс на мгновение замер. Потом медленно отвернулся. — Я не могу ждать. Не могу гадать. Если я приду позже — может оказаться, что уже слишком поздно. Рюсукэ опустил взгляд. Он понимал, что спорить сейчас — бесполезно. — Хорошо. Но хоть не делай этого глупо. Я постараюсь найти способ пробраться ближе, пока ты отвлечёшь их. Хотя бы так. — Нет. Ты будешь ждать, а я сам все сделаю. Рюсукэ фыркнул, но не стал спорить. А тем временем, тот самый человек, которого они допрашивали, тяжело ковыляя, добрался до телефонного автомата. Его лицо всё ещё хранило следы «убеждения» — синяк под глазом, разбитая губа. Он оглянулся, убедившись, что за ним никто не следит, и снял трубку. — Алло… это Хирасава. Срочно. Да… я знаю, что вы сказали молчать, но… какой-то Гайдзин идёт к вам. Хрен знает, кто это. Он знает про убежище. На другом конце повисла пауза. Затем короткий ответ: — Принято. Мы готовы. Хирасава повесил трубку, тяжело вздохнул и вытер кровь со щеки. В его глазах плескалась тревога, смешанная с облегчением. Он сказал то, что должен был сказать. А дальше — не его дело.

***

Макс вышел из темного переулка, где оставил Рюсукэ, и, не оборачиваясь, направился к массивному зданию, бывшему ночному клубу, ныне переделанному в штаб семьи Такаги. У входа стояли двое, но когда он пересёк улицу, как будто из-под земли выросли ещё пятеро. Некоторые были в классических чёрных костюмах, другие — в расстёгнутых рубашках, с татуировками, выглядывающими из-под ткани. Они переглянулись, как будто узнали его — и в глазах появилась та самая ухмылка, которую Макс ненавидел. — Вот он. Смотри-ка, реально пришёл, — пробурчал один, подбросив сигарету вверх, прежде чем раздавить её каблуком. — Эй, Гайдзин… — отозвался кто-то позади, и из-за распахнувшихся дверей вышли все шесть офицеров семьи Такаги. Они смотрели на него сверху вниз с холодающей сдержанностью. Макс остановился у подножия лестницы, ведущей в холл. Его голос прозвучал ровно, но с холодом, пробирающим до костей: — Мне нужна Эльза. Отдайте её, и я уйду. — Ты не в том положении, чтобы что-то требовать, — хмуро отозвался суровый, плечистый офицер, поправляя ремень с кобурой. — Проваливай, пока кости целые. — Чёрта с два, — Макс чуть склонил голову — Я не уйду без неё. — Тогда ты сдохнешь тут, — сухо заметил саркастичный офицер, оглядывая его с насмешкой. — Но это уже не наша проблема. Нам тратить время на такую сошку как ты не хочется. А вот они… — он кивнул на толпу сзади, — давно ждут повода для взбучки. В холле остался он и почти десяток якудз. Кто-то уже достал кастет, кто-то — нож. Один снял пиджак, размял шею. Макс оглянулся на них, медленно стянул пальто, сбросив его на пол. — Ну что ж… тогда танцуем. Макс не колебался. В долю секунды он вытащил пистолет из-под пояса, и ствол мгновенно оказался направлен в лоб ближайшему громиле с кастетом. Щелчок затвора, короткий вдох — и всё помещение застыло. — Назад, — процедил он сквозь зубы. — Это последнее предупреждение. Тот даже дышать перестал. Остальные, кто секунду назад собирался врезать или вытащить нож, отшатнулись назад, явно не готовые к такому повороту. — Он вооружён! — выкрикнул один. — Не стреляй, мать твою! — другой уже поднял руки. Несколько человек попятились к стенам, сбивая стулья и ломая перегородки. Макс шагал вперёд с оружием наготове, будто волк, загнавший стаю в угол. Но как всегда, где тонко — там и рвётся. Из тени слева метнулся кто-то молниеносный, и прежде чем Макс успел повернуть ствол, тот ударил его по запястью каким-то коротким металлическим прутом. Пистолет вылетел, ударился о стену и с глухим звуком упал на пол, скользнув куда-то под диван. Макс едва успел увернуться от второго удара и, не теряя времени, ударил локтем нападавшего в грудь. Тот отлетел назад, но на место подскочили сразу трое. — Ну всё, хватит играть! Мочи его! С грохотом началась драка. Всё смешалось — кулаки, крики, удары ногами, глухие стоны, когда кто-то получал по печени или падал с треском на деревянный пол. Макс двигался яростно, с точностью военного — раз удар в челюсть, уклон, захват, кидок через бедро. Один из якудз врезался головой в стеклянный столик и остался лежать, другой с криком рухнул после того, как Макс ударил его металлической урной по спине. Ему кто-то попытался набросить руку на шею — Макс схватил пальцы, выкрутил, и раздался хруст. Нападавший заорал. Макс, не дожидаясь, пока тот упадёт, отбросил его в сторону и пнул в живот следующего. Кто-то прыгнул сзади — Макс прижался к стене, избежав удара ножом, и со всей силы врезал ногой в колено. Раздался сухой хруст, и нападавший завопил, хватаясь за ногу. Скоро в холле остались только стоны, хрип и тяжёлое дыхание. Макс вытер кровь с губы, согнулся, подхватил обломанный кусок деревянной мебели — и с этим импровизированным оружием двинулся дальше, вглубь здания. Он знал, что на верхних этажах его ждали ещё. Он знал, что времени почти не осталось. — Я иду, Эльза… — прошептал он, поднимаясь по лестнице. Макс толкнул дверь плечом, и она с глухим скрипом отворилась, открывая просторную, но тёмную комнату с приглушённым светом от настенного фонаря. Воздух был насыщен тяжёлым запахом табака. У окна, развалившись в старом кресле, сидел один из офицеров — высокий, поджарый мужчина в расстёгнутой рубашке и с пиджаком, небрежно накинутым на спинку стула. Он с ленивым видом затянулся сигаретой, бросил взгляд на вошедшего и чуть приподнял бровь. — Ну надо же… — он усмехнулся, выдыхая дым кольцами. — Сам пришёл. Макс не ответил, лишь встал в проёме, дыша тяжело, слегка хромая после предыдущего боя. — Я думал, ты там сложишься по пополам — продолжил офицер, вставая с кресла и бросая окурок на пол. — Но раз уж ты тут, давай сделаем это красиво. Просто я и ты. Как мужик с мужиком. Он размял плечи, снял пиджак и бросил его на кресло, раскрыв широкую грудь и татуировки на руках. Выглядел он спокойно, уверенно — тот тип бойца, кто не нервничает, а только разгорается в бою. — А потом, когда закончишь валяться на полу, я верну тебя обратно… ну, или то, что от тебя останется. Макс не стал тратить слов. Он шагнул вперёд. — Попробуй. Словно по сигналу, оба бросились друг на друга. Комната наполнилась глухими ударами, свистом воздуха, криками и звуком рвущейся мебели. Бой становился всё жёстче. Офицер был явно не простым уличным головорезом — каждый его удар был точным, тяжёлым и рассчитанным. Пару раз кулак пролетел в миллиметре от головы Макса, и воздух звенел от силы замаха. Один из ударов пробил шкаф позади, оставив в нём дыру размером с кирпич. Макс знал — если даст себя поймать, то всё. Ему приходилось полагаться на скорость, интуицию и опыт. Он перекатывался, уклонялся, бил по рёбрам, в колени, стремясь выбить равновесие. Один неудачный прыжок — и он почувствовал, как противник схватил его за плечо и швырнул в стол. Посуда разлетелась вдребезги. Но Макс не сдался. Поднявшись, он схватил металлическую стойку от лампы и резко ударил по ногам офицера, сбивая его с ног. Тот рухнул, задыхаясь, а Макс — не теряя ни секунды — вбил колено в грудь и резко толкнул в стену. Офицер выдохнул, плюнул кровь и откинулся назад. — Хорош… — выдохнул он, усмехнувшись сквозь боль. — Не думал, что ты ещё можешь так драться… Макс ничего не ответил. Он повернулся к двери, сделал шаг — и с ноги вышиб её из косяка, заставив дерево хрустнуть. Дверь распахнулась, открывая проход дальше — куда-то в глубь логова семьи Такаги. Он вытер кровь с губы, сжал кулаки и пошёл дальше.

***

На последнем этаже здания, в тускло освещённой комнате, пахнущей металлом, антисептиком и чем-то горьким, Эльза сидела на металлическом стуле, руки её были крепко связаны ремнями, а на лодыжках — стальные зажимы. Несмотря на внешний вид, это место не казалось ей медицинским — слишком уж стерильно, слишком уж гулко и… тревожно. В углу — лотки с инструментами, возле стены — стол, на котором лежали какие-то папки и приборы, чья цель была ей неясна. Сердце колотилось, дыхание сбивалось. Всё тело ещё ломило после вспышки и падения. Она плохо помнила, как её уносили, что говорили... только знакомые очертания мужчины в очках, похожих на авиаторские, и его насмешливый голос. А сейчас он сидел напротив неё, перекинув ногу на ногу и посасывая конфету, как ни в чём не бывало. — Эй, ты чего такая напряжённая? — Юки чуть наклонился вперёд, подперев подбородок рукой. — Мы же тебе ничего плохого не делаем… пока. Эльза вздрогнула, не от слов — от тона. Он говорил почти по-доброму, как будто это обычный разговор. Почти. Но именно это «почти» делало всё куда страшнее. — Пу… пустите меня… — срывающимся голосом прошептала она, и глаза заблестели от страха. — Я не… я ничего не знаю… — О-о-о, — Юки усмехнулся, вытягивая «о» так, словно это было частью спектакля. — Ну что ты, маленькая. Мы и не думаем, что ты что-то знаешь. Но вот ты — ты интересная. И не я один так думаю. Слухи ходят. Появилась девочка — с какими-то способностями. Не волнуйся, всё это ради понимания. Наука, как говорится! Он хлопнул в ладоши, оборачиваясь к одному из мужчин у стены. — Как ты думаешь, Кенджи, она понимает, что нам и впрямь не хочется её пугать? — Хм, — мужчина пожал плечами, глядя на Эльзу с лёгкой ноткой сожаления. — На месте девчонки я бы уже орал. Но она держится. Молодец. Хотя, думаю, ей не до шуток. — Да, да… — Юки повернулся обратно к Эльзе. — Послушай, девочка, если всё пойдёт гладко, тебя даже никто пальцем не тронет. А потом, кто знает… может, станешь важной фигурой. Принцессой на шахматной доске. Хотя, зная моих работодателей, ты скорее ферзь… ха! Эльза лишь опустила голову, стиснув зубы. Она не понимала, что происходит. Почему они обращаются с ней так, словно это не допрос, не похищение, а будто она — часть какой-то игры. Она не доверяла им ни на секунду. Особенно этому самодовольному типу с очками и ухмылкой, в чьём голосе не было ни капли настоящей эмпатии. В этот момент дверь приоткрылась, и внутрь заглянул ещё один человек в костюме. — Господин Куросава, у нас тут, эм… непрошеный гость внизу. — Гость? — Юки откинулся назад. — Кто именно? — Пока не знаем точно. Но он завалил всю охрану у входа. Очень решительно настроен. — Решительно, говоришь? — Юки приподнял брови. — Ха… Ну, подождём. Всё равно до нас ему ещё топать и топать. Держите его под наблюдением. Только без паники. — Есть, — сказал тот и скрылся за дверью. Юки хмыкнул и посмотрел на Эльзу. — Похоже, кто-то идёт тебя спасать, а? Как романтично. Он встал и подошёл ближе, наклоняясь почти до её лица. — А мы подождём. До тех пор — будь паинькой. Эльза отстранилась, насколько позволяли ремни, и зажмурилась. Всё внутри неё дрожало, но она знала одно: Макс идёт. Она не одна.

***

Коридор был узкий, со стенами из старого дерева и полом, выложенным из серых плит. Освещение — тусклое, лампы потрескивали, бросая слабые отблески на стены, и воздух был затхлым, пропитанным табаком и потом. Макс уже слышал шаги — тяжелые, с подвывом металлической подошвы. Он остановился, напрягшись, и сразу увидел их. Четверо. Трое обычных якудза, вооружённых ножами и короткими дубинками. А впереди них — громила. Настоящая глыба мышц, почти на голову выше остальных. Лысый, с выбитым зубом, с татуированным торсом и со злобным оскалом. — Ты и есть тот псих, который устроил шоу внизу? — прогудел громила, сжимая пальцы в кулаки, размером с кирпичи. — Ха, а я думал, ты хотя бы на вид страшнее. — Уйди с дороги, — хрипло бросил Макс, сжав кулаки. — А ты, значит, герой. Пришёл девчонку спасать? — Громила усмехнулся. — Зря. Здесь у героев кишки на полу оказываются. И он двинулся первым. Удар был размашистым, как у медведя — если бы Макс не отскочил вбок, ему бы раздробило ребра. Но вместо того, чтобы уходить в глухую оборону, Макс перехватил момент и резко ударил громилу кулаком в бок — не без эффекта, но глыба только зарычал. Один из якудза метнулся сзади, но Макс отбросил его ногой, не теряя фокус на главном враге. Громила схватил его за грудки и швырнул об стену, но Макс, оглушённый, мгновенно перекатился, избежав второго удара, который вогнал бы его в стену. Он вскочил, отбив дубинку, которой замахнулся другой нападавший, и врезал тому в подбородок — тот повалился с хрустом. Снова бросок от громилы — Макс едва уклонился, проползя под рукой, и вонзил локоть тому в живот. Мышечная броня приняла удар, но ненадолго — серией коротких ударов по печени и колену Макс заставил его отступить. — Ты неплох, — прохрипел громила, сплёвывая кровь. — Но я крепче, чем выгляжу. — А я злее, чем выгляжу, — ответил Макс и, собрав последние силы, врезал тому коленом под челюсть, а затем — головой в лоб. Громила, шатаясь, отступил, схватился за стену и рухнул, повалив один из декоративных столов в углу. Остальные якудза, увидев это, сдались без боя — или сбежали. Макс вытер кровь со щеки, схватил дубинку с пола и двинулся дальше. Он не знал, сколько их ещё впереди. Но каждое препятствие лишь укрепляло его решимость. Эльза была где-то рядом. И он не остановится. Макс зачищал этаж за этажом. Якудз было много и они пытались его остановить, но безуспешно. Он должен был найти её и никто не мог его остановить. Макс почти добрался до конца длинного коридора, его шаги отдавались эхом по бетонным стенам, когда перед ним вдруг появился последний из офицеров — тот самый, с вечно насмешливым выражением лица. Он стоял, облокотившись о стену, будто ждал Макса с нетерпением, словно этот момент был заранее отрепетирован. — Ну, ну… — протянул он, склонив голову набок. — Герой приближается к своей принцессе? Как трогательно. Остался только я… и, честно говоря, я даже немного польщён. Макс не отвечал — он просто шёл вперёд, хрипло дыша. Его взгляд был неумолим. — Но, знаешь… — офицер неожиданно выпрямился. — Ты слишком прямолинеен. Это твоя слабость. И в следующее мгновение он выхватил пистолет и выстрелил — глухой выстрел разорвал тишину, и Макс едва успел метнуться в сторону. Пуля просвистела мимо, ударившись в стену, а затем Макс вбежал в соседнюю открытую дверь, укрывшись за мебелью. Офицер шагнул следом, не торопясь, с тем же ленивым, уверенным видом. — Дальше ты не пройдёшь, — сказал он, поднимая оружие. — Уж поверь, я не такой простой, как мои коллеги. Я не трачу время на кулачные бои, когда можно просто... — он сделал ещё один шаг и махнул пистолетом, — ...выстрелить в лоб. Он начал обходить укрытие, в которое забежал Макс, по-пластунски подбираясь ближе. — Но признаю, — добавил с ухмылкой, — ты устроил хорошее шоу. Только финала у тебя не будет. Макс затаился за массивным столом, затаив дыхание. В углу капала вода, где-то скрипнула старая труба — но всё внимание Макса было приковано к шагам офицера, которые всё приближались. Саркастичный двигался осторожно, пистолет наготове, взгляд острый, как нож. — Не молчи, солдат. Может, скажешь пару последних слов? — хмыкнул он, приближаясь к краю стола. Макс не отвечал. Он считал ритм шагов, ждал доли секунды. Когда тот оказался вплотную, Макс резко перевалился через стол, выбивая оружие с точным ударом по запястью. Пистолет пролетел по комнате, ударился о стену и с глухим звуком упал на пол. Офицер отшатнулся, но Макс уже рванулся вперёд. Завязалась быстрая, яростная схватка — офицер оказался не так уж прост врукопашную: он ловко уклонялся, пытался контратаковать локтями и коленями, но Макс, ведомый злостью и решимостью, был неудержим. — Ты… псих… — прошипел офицер, когда Макс ударом загнал его в угол. — Ты понятия не имеешь, на что я способен, когда дело касается её, — выдохнул Макс. Резкий разворот, удар плечом — офицер ударился о стену, пошатнулся, и Макс сжал кулак, вложив в него всю накопившуюся ярость, и с одного мощного удара вырубил противника. Офицер тяжело осел на пол. Макс стоял, отдышиваясь, на секунду перевёл взгляд на лежащее оружие, но не стал подбирать. Он уже был на полпути к двери, за которой была Эльза. Он сорвался с места и побежал дальше. Его дыхание сливалось с гулом в ушах. Он знал — она близко. И он больше никому не позволит её удержать.

***

Юки всё ещё продолжал свою "успокоительную" речь, хотя и сам уже начал ощущать лёгкое раздражение от собственных слов — слишком уж напряжённой и неестественной была атмосфера. Эльза сидела связанная, взгляд её метался по комнате, дыхание сбивалось. Руки дрожали, губы были плотно сжаты — в любой момент она могла снова сорваться. Юки сделал шаг ближе, опускаясь на корточки перед ней. — Послушай... Я понимаю, ты боишься. Но мы ведь не собираемся делать тебе больно. Мы просто... — он на мгновение замолчал, подбирая слова. — Мы хотим поговорить. Ты — особенная, ты можешь многое. Мы не враги. Эльза метнула на него взгляд, полный ужаса и недоверия. Она тряхнула головой, её голос сорвался на шепот: — Не трогайте меня... Юки хотел было протянуть руку, как вдруг — грохот. Дверь распахнулась с такой силой, что врезалась в стену, а ближайший к ней якудза рухнул на пол, даже не успев понять, что произошло. Грубый удар ботинка, глухой звук падения тела — и тишина на секунду. Все повернулись. В проёме стоял Макс, растрёпанный, тяжело дышащий, со взглядом, полным ярости. Его глаза на секунду метнулись к Эльзе, и в них вспыхнуло облегчение — она жива. Она в порядке. — Макс! — срывающимся голосом позвала Эльза. В ней за доли секунды смешались страх, облегчение и внезапная надежда. Макс здесь. Макс пришёл. Макс шагнул внутрь, взгляд скользнул по комнате — по изношенным креслам, тусклому свету и... металлическому столу с инструментами. Его лицо резко поменялось. Зрачки сузились. Он застыл, как будто вцепившись в этот ужасный антураж. — Это вы... держали её здесь? — его голос хрипел от злости. — Вы не люди. Вы чудовища. Юки, впервые за долгое время, остался без слов. Он и представить не мог, что Гайдзин дойдёт так далеко. Что он прорвётся через всё здание, сломает всю охрану и появится в этой самой комнате. — Не дергайся, — бросил Юки, поднимая ладонь, — мы не собираемся нападать. Пока. Он медленно выпрямился, будто прикидывая, как вести себя дальше. Люди вокруг напряжённо следили за Максом, готовые к любому движению, но сам Юки пока медлил. Возможно, из уважения. Возможно, из страха. Он поднял ладони, делая вид, что хочет уладить ситуацию мирно. Его голос был спокойным, обволакивающим, как у опытного торговца, который пытается продать яд под видом лекарства. — Послушай… Это недоразумение. Мы не знали, кто она. Мы никого не пытали, клянусь. Нам просто нужно было убедиться… кто она такая. Сам понимаешь — времена такие, никому нельзя верить. Макс молчал, не двигаясь с места. Его глаза следили за каждым движением в комнате. Он не верил ни единому слову. Не после всего, что он увидел. Не после того, через что ему пришлось пройти, чтобы добраться до Эльзы. Тем временем один из якудза, стоявший у стены, по знаку Юки медленно потянулся к тяжёлой пиле с массивной ручкой — больше похожей на инструмент для разделки тунца, чем на оружие. Он думал, что Макс поглощён диалогом. Он ошибся. Раздался резкий шорох — и Макс, как хищник, метнулся вперёд. Удар был быстрым, точным, без колебаний. Якудза даже не успел толком поднять пилу, прежде чем получил мощный кулак в челюсть и с глухим стоном рухнул на пол, потеряв сознание. Инструмент с лязгом вылетел из его рук и прокатился по полу, остановившись прямо у ног Юки. Юки опустил взгляд, а затем медленно наклонился, поднимая пилу. Его лицо исказилось — не от страха, а от раздражения. Понимание пришло быстро: назад дороги нет. Он развернул пилу в руке и перехватил её так, чтобы можно было наносить удары. — Жаль, — тихо произнёс он. — Я надеялся, что мы обойдёмся без этого. Он сделал пару пробных замахов — длинных, с хрустом воздуха. Макс занял боевую стойку, напрягая мышцы, готовясь к атаке. Юки кинулся вперёд, но Макс увернулся, заставляя лезвие просвистеть мимо головы. Следующий удар шёл сбоку — Макс снова увернулся, а затем, не дожидаясь нового замаха, попытался приблизиться. Но Юки резко подпрыгнул и нанёс сильный удар ногой — Макса отбросило, и оба они вылетели сквозь распахнутую дверь на балкон. Воздух резко сменился, над ними шумел ночной ветер. Юки перекатился по полу, тут же схватив с деревянного подноса накалённое клеймо — металлический шип с выгравированной эмблемой клана. Стиснув зубы, он ловко взял их в обе руки. — Ну что, герой… — прошипел он. — Здесь тут все и кончится. Макс шагнул вперёд, напряжённый, как струна. Он видел перед собой не просто противника — он видел стену, стоящую между ним и Эльзой. И он был готов её сокрушить. Юки, почувствовав, что Макс не собирается отступать, раздражённо щёлкнул языком и обернулся к двери. — Эй! Вы чего встали?! — крикнул он в сторону комнаты. — Сюда, живо! Несколько оставшихся якудза ворвались на балкон, готовые броситься в бой. Один схватил металлическую трубу, другой — кусок мебели, но Макс встретил их, как ураган. Сначала он опрокинул ближайшего ударом плеча в живот, затем поднырнул под размашистый удар трубой и, скрутив противника, бросил его через перила. Третий получил локтём в висок и рухнул, не издав ни звука. Все это заняло не больше пары секунд. Юки понял: рассчитывать на подручных бессмысленно. Он остался один. Он сжал свое оружие и с каждым замахом он прорезал воздух, заставляя Макса пятиться, защищаясь. Жар от клейма был таким сильным, что в воздухе пахло горелым металлом и озоном. Юки наступал агрессивно, методично. Он знал своё оружие, чувствовал его. Максу было тяжело подойти близко — каждое движение было чревато ожогом или рассечением. Наконец, один особенно мощный удар сбил Макса с ног. Он рухнул спиной на плитку балкона, задыхаясь от удара. Юки тут же метнулся к нему, словно хищник, занося оружие. Но Макс, лёжа на полу, начал ловко перекатываться, избегая каждого удара. Лезвие со свистом разрубало воздух рядом с его головой, но ни разу не достигло цели. В момент, когда Юки переоценил свой замах, Макс, напрягая всё тело, перекатился вперёд и ногой выбил оружие у него из рук, оно с лязгом улетло в сторону и погасло, оставив только лёгкое шипение. Не теряя ни секунды, Макс поднялся и нанёс сокрушительный удар в челюсть. Голова Юки резко дёрнулась вбок, и с его лица соскочили очки, отлетев в темноту. На долю секунды всё замерло. Юки пошатнулся, затем, медленно, поднял голову. Без очков его глаза казались другими — не таким самодовольными, более звериными. Он отшвырнул остатки трости и вытер кровь с губ. — Ладно… — прохрипел он. — Хочешь по-мужски? Давай по-мужски. Он рванулся вперёд, используя исключительно ноги. Его стиль стал резким, опасным. Он бил по корпусу, резко и без предупреждения — размах, удар в бедро, подсечка, прыжковая вертушка. Макс едва успевал закрываться, отступая к перилам балкона. Макс и Юки продолжали обмениваться ударами, каждый из которых был по-своему опасен. Юки, несмотря на все свои попытки вырубить Макса, действовал уже с некоторой отчаянием. Он не ожидал, что Макс окажется таким упорным, несмотря на физическое истощение. Оба бойца устали, кровь текла с носа Макса, а Юки задыхался, но продолжал стремиться к победе. С каждым ударом Макс становился всё быстрее. Его движения становились точными и расчётливыми, словно он ждал момента. Когда Юки снова пошёл в атаку с мощным ударом ногой, Макс, на мгновение замерев, резко прыгнул в сторону, схватил Юки за ногу и мощным рывком перевёл его через своё плечо. Юки не успел среагировать и с глухим стуком ударился о землю. Он попытался встать, но Макс уже стоял рядом. Его лицо было окровавлено, глаза полны ярости и усталости, но он всё ещё не терял своей решимости. — Достаточно, — произнёс Макс. Юки, тяжело дыша, посмотрел в глаза Максу, понимая, что его шанс был упущен. Он зажал зубы, но не стал сопротивляться. Макс ещё пару секунд следил за ним, а потом направился к двери. С трудом передвигаясь, Макс преодолел последний участок пути. Его тело болело, каждый шаг был тяжёлым, но цель была на горизонте — Эльза. Он вбежал в комнату, и на мгновение ему показалось, что мир вокруг качается. Он не мог позволить себе упасть, не мог сейчас потерять сознание. Он помог ей освободиться, Эльза на мгновение застыла, а затем подскочила к нему. Она ловко подхватила его, прежде чем он успел упасть. — Макс, ты… Ты в порядке? — спросила она, её голос был полон тревоги. Макс, едва не теряя сознания от усталости, смотрел на неё. Он не мог сдержать тяжёлого вздоха. — Извини… — прошептал он, его голос хрипел. — Я… я не должен был оставлять тебя одну. Эльза, переполненная эмоциями, встала прямо перед ним и сдержанно покачала головой. — Нет, это я виновата… Я должна была быть сильнее. Всё это… это моя ошибка. Я просто испугалась, когда всё началось… и я не знаю, как ты оказался здесь… Макс помедлил, обнимая её за плечи, чтобы не упасть. Он смотрел на неё, словно пытаясь понять, что именно она имеет в виду. Он сглотнул и слабо улыбнулся. — Ты не виновата, — сказал он, его голос стал мягче, несмотря на усталость. — Я оставил тебя одну. Ты оказалась в их руках, потому что я не был рядом. Это моя ошибка. Я не позволю больше тебе быть в опасности. — Макс, ты сделал всё, что мог. Ты спас меня. Я горжусь тем, что ты пришёл, несмотря на всё, что случилось. Это всё, что имеет значение, не так ли? Макс не ответил сразу. Он прикрыл глаза, вдыхая воздух, который казался ему теперь таким тяжёлым. Эльза почувствовала его усталость, но в её глазах светился свет надежды. — Прости меня, Эльза, — сказал он, и эта фраза была полной правды. — И я обещаю, что никогда больше не оставлю тебя одну. Эльза снова обняла его, стараясь поддержать, и она почувствовала, как он расслабился, хоть и на мгновение. Макс ещё долго стоял, обнимая её, не думая о боли, которая разрывала его тело. Он был здесь, и это было главное. Макс напрягся, когда дверь тихо открылась. В комнату вошёл высокий мужчина лет сорока, с холодными глазами и сдержанным, но выразительным выражением лица. Его чёрные волосы были тщательно уложены, а на его лице не было ни одной эмоции, кроме лёгкого разочарования. — Господин Такаги... — послышался слабый стон Получается, это и есть Йошимура Такаги? Макс сразу почувствовал, как напряжение в воздухе усилилось. Он готовился к новой атаке, следя за каждым движением Такаги. Эльза инстинктивно прижалась к Максу, её тело напряглось, но она понимала, что что-то здесь не так. В отличие от всех остальных, этот человек казался совсем не таким, как те, кто пытался их поймать и запугать. Йошимура остановился на пороге и, оценив обстановку, его взгляд мельком скользнул по Максу, затем на Эльзу. Его лицо оставалось безучастным, но в его голосе звучала лёгкая горечь. — Очень жаль, что мои люди были так грубы, — сказал он, немного склоняя голову, как будто извиняясь за их поведение. — Не хотел, чтобы дело шло настолько далеко. Мы могли бы решить это мирно. Макс держал напряжение, чувствуя, как его мускулы напрягаются в ожидании дальнейших действий. Он не мог понять, что за игра тут может быть, но на всякий случай был готов к драке. Это был тот момент, когда любое движение могло стать фатальным. — Я не собираюсь сдаваться, — стиснув зубы, ответил Макс, его голос был твёрдым. — Хочешь забрать Эльзу, сначала будешь иметь дело со мной. Йошимура с лёгкой улыбкой посмотрел на Макса. Он явно не был тем человеком, с которым стоило бы играть в игры, но его спокойствие, а также отсутствие агрессии, немного озадачили Макса. — Я понимаю твои опасения, — сказал Такаги, слегка покачав головой. — Но у меня нет намерений враждовать с вами. Я не хочу, чтобы тут было насилие. У меня свой взгляд на происходящее. Макс не знал, что именно скрывается за этим спокойствием, но ощущение угрозы не отпускало его. Он не мог доверять этому человеку, ведь тот был частью того мира, который сжигал его душу. Эльза, заметив, что Макс всё ещё готов к атаке, тихо прошептала: — Макс, подожди... Возможно, он не хочет с нами драться. Но Макс не был готов расслабиться. В его глазах пылал огонь решимости. — Ты не указывай, что мне делать, — его голос стал холодным и твердым. — Я хочу знать, чего ты на самом деле добиваешься. Йошимура тихо выдохнул и сделал шаг вперёд, показывая, что он не настроен на конфликт. — У меня есть свои причины, но я не собираюсь причинять кому-то вред. Мой клан в своём роде тоже под угрозой, и если я могу избежать открытого конфликта, то я предпочту это. Макс не верил ни единому слову, но его глаза не отрывались от Такаги, пытаясь выудить хоть малейшую зацепку в его поведении. Эльза, всё ещё сжимая руки Макса, пыталась успокоить его взглядом. — Ты должен поверить мне, — продолжил Йошимура, заметив внутреннее сопротивление Макса. — Я не тот, кто готов сражаться с тобой. Я же не за этим здесь. Тогда Макс почувствовал, как напряжение начинает потихоньку спадать. На секунду его взгляд задержался на Эльзе. Он не знал, что делать, но не собирался отступать, не получив ответов. — Я не верю тебе, — сказал Макс, но его голос стал менее решительным, хотя внутренний контроль ещё сохранялся. — И не думаю, что могу доверять тебе. Йошимура кивнул, как будто это было естественно. — Это нормально. Всё будет зависеть от того, как ты решишь поступить. Я не заставляю тебя верить, но знай, что не все в этом мире хотят убивать ради власти. А вот этого никто не ожидал, правда? Его слова прозвучали слишком спокойно, как будто он знал, что Макс сейчас подумает. Макс стиснул зубы и посмотрел на Такаги, готовый ко всему, но в глубине его души всё ещё сохранялась небольшая искра сомнения. Вслед за Йошимурой в комнату с грацией вошла девушка в элегантном кимоно — та самая, которую Макс и Эльза мельком видели ранее среди гостей. Глаза у неё были тёмные, как ночь, но в них не таилась угроза — напротив, они светились спокойствием и каким-то загадочным теплом. За её спиной повисла тишина: оставшиеся якудза, даже самые дерзкие, мгновенно склонили головы в уважительном поклоне, словно перед богиней. Макс напрягся — он не понимал, что происходит. Эльза прижалась ближе, не в силах скрыть удивление. Девушка, казалось, не принадлежала ко всей этой мрачной картине: она двигалась с достоинством, говорила мягко, а во взгляде не было ни капли злобы. — Простите, — её голос прозвучал, как лёгкий ветерок в комнате, — думаю, всё зашло слишком далеко. Мне очень жаль, что вас втянули в это. Она подошла ближе, с лёгкой, почти невесомой улыбкой, которая не выглядела фальшивой. — Я — Нацуко Хосокава. Уверена, вы уже слышали это имя. Всё это… — она мягко провела рукой в воздухе, намекая на беспорядок и бой, — недоразумение. Никто не хотел причинить вам боль, особенно вам, госпожа Эльза. Макс молчал, глядя на неё исподлобья. Он не знал, можно ли ей доверять, но её присутствие каким-то образом рассеяло напряжение, будто она действительно контролировала всё происходящее. — Мы хотим поговорить, — продолжила Нацуко. — В более спокойной обстановке. У нас с вами может быть общая цель, даже если сейчас это кажется невероятным. Эльза смотрела на неё с удивлением — девушка говорила так мягко, так спокойно, как будто знала, что нужно сказать, чтобы усмирить ураган. Даже Йошимура, стоявший чуть в стороне, будто бы на шаг отступил перед её авторитетом. Макс перевёл взгляд на Эльзу, затем на принцессу. Он чувствовал, как буря внутри утихает — не исчезает, но подчиняется разуму. Он всё ещё не верил, но, возможно, пришло время выслушать. Хоть немного. Хоть осторожно. Он тяжело выдохнул, не убирая взгляда с Нацуко: — Ладно. Но только попробуйте что-то… — он не закончил, но в его взгляде было ясно всё. Нацуко лишь мягко кивнула, словно обещала, что всё будет иначе. И в этом обещании, хоть и зыбком, Макс уловил странную искренность.

***

Ресторан, куда их привели, был как из другого мира. Тихий, утончённый, с низкими столами, бумажными перегородками, мягким светом фонарей и запахом жасмина, струившимся с миниатюрного внутреннего сада. Всё здесь было словно создано, чтобы утихомирить ум и дать забыть о недавнем аду. Но Максу это удавалось с трудом — не столько из-за внутреннего напряжения, сколько из-за... палочек. Он сидел, держа их в руке как ножницы, и с сосредоточенным выражением лица пытался ухватить кусочек тофу. Тот скользнул и упал обратно в миску с предательским всплеском. Макс лишь тихо выдохнул и мельком посмотрел на Эльзу. А она… Она была воплощением скромности и вежливости. Сидела с идеально прямой спиной, поклоны были в меру глубокими, слова — осторожными и уважительными. Казалось, она родилась в этом мире: благодарила за каждое блюдо, ловко пользовалась палочками и даже тихо пошептала Максу, как правильно держать их, стараясь не смутить его. Нацуко смотрела на это с легкой, тёплой улыбкой. — Восхитительно, — сказала она, обращаясь к Эльзе. — Вы прекрасно знаете наш этикет. Редко встретишь такую уважительную гостью. Это... приятно. — Я старалась, — Эльза чуть покраснела, склонив голову. — Я читала об этом, когда… ну, когда я была у себя "дома". Такаги молча кивнул, откинувшись назад с чашкой чая в руках. — Это заведение — моё любимое, — мягко продолжила Нацуко, изящно держа палочки. — Оно принадлежит семье, которая поддерживала нашу клановую линию много поколений. Здесь делают лучшее темпура в районе и используют только рыбу из Мацусимы. Сюда редко пускают посторонних. Макс вновь попробовал взять кусочек рыбы — и наконец получилось. Он с облегчением вздохнул, едва заметно, и кивнул: — Вкусно. Честно. — Это звучит как огромный комплимент, — с лёгким смешком отозвалась Нацуко. — Простите, если раньше… наши действия казались чрезмерными. Надеюсь, теперь мы сможем поговорить как союзники, а не как противники. Макс посмотрел на Эльзу. Та, казалось, немного расслабилась. Всё ещё осторожная, но уже без паники в глазах. Он кивнул, немного сдержанно, но уже без прежней резкости: — Всё зависит от того, что будет дальше. Пока мы здесь, я просто хочу, чтобы она поела в покое. Юки, с пластырем на скуле и лёгкой хромотой, стоял в стороне с опущенными глазами, словно старался не попадаться на глаза. Остальные офицеры и якудза вели себя тише воды, ниже травы. Дверь в комнату слегка приоткрылась, и в проёме показался молодой официант с подносом. Но прежде чем он успел войти, Юки, стоявший ближе всех, шагнул вперёд и мягко, почти шепотом, обратился к нему: — Извините, сейчас не время. Мы справимся сами. Он протянул ему купюру — ту, что моментально решила вопрос. Официант, не задавая вопросов, кивнул и бесшумно исчез за перегородкой. Остальные офицеры даже не обернулись, продолжая стоять в полукруге, охраняя пространство, но деликатно, не вмешиваясь. Макс, наблюдая за этим, поставил палочки и прищурился: — Это всё, конечно, красиво… Но не объясняет одного. — Он посмотрел сначала на Такаги, потом на Нацуко. — Почему, чёрт возьми, принцесса сидит в одной комнате с якудза? Нацуко поставила чашку с чаем, аккуратно подправила кимоно, и, глядя Максу прямо в глаза, заговорила мягко, но с необычайной чёткостью: — Потому что я не хочу быть декоративной куклой. — Пауза. — Я верю, что совсем скоро мир, в котором мы живём, начнёт сыпаться изнутри. Союз Оси был победоносным, да… но он слишком хрупкий. Германия, Италия, Япония — у каждой свои амбиции. И я не хочу, чтобы моя страна, моя нация, снова оказалась пешкой или просто в эпицентре разрушений. Эльза напряглась, но слушала, не перебивая. — Поэтому вы… хотите использовать разработки по Шварцкристаллам? — уточнила она, впервые нарушив молчание. — Не "использовать", — поправила Нацуко. — Направить. Сдерживать. Контролировать. Я хочу изменить политику изнутри. И для этого мне нужны не министры с купленными креслами, а те, кто по-настоящему преданы. — Она кивнула в сторону Такаги. — Его семья, один из старейших и самых закрытых кланов Якудза в Японии, верна не только традициям, но и идее служения императорскому дому. Это не просто преступная организация. Это — щит. Макс подался вперёд, задумчиво. — А остальные кланы? Такаги впервые заговорил, голос у него был глубокий и уверенный: — Остальные слишком зависимы от денег, от политиков, от современности. Они продадут кого угодно, если кто-то предложит больше. Мы же связаны с домом Хосокава ещё со времён Токугава. Макс кивнул, всё ещё сдержанно, но в его взгляде впервые промелькнуло понимание. — Значит, вы тоже чувствуете — что грядёт буря. — Да, — спокойно ответила Нацуко. — И хочу, чтобы мы были к ней готовы. Макс откинулся на спинку, прищурился, бросая взгляд то на Нацуко, то на Такаги: — То есть, весь план заключался в ее похищении? — он кивнул в сторону Эльзы. — И меня просто решили вычеркнуть из уравнения? На мгновение повисла напряжённая тишина. Такаги вздохнул и спокойно ответил: — Нам вообще не сказали о тебе. Информация была только о «девушке, обладающей знаниями». Кто именно её сопровождает, где — и как, никто не уточнил. Мы не ожидали сопротивления. Особенно такого. Один из офицеров в углу — крепкий мужчина с повязкой на руке и свежим синяком под глазом — фыркнул и мрачно добавил: — Да уж. Может, и стоило бы узнать. Сэкономило бы нам переломы. Юки, сидевший с ледяным компрессом на щеке, что-то буркнул сквозь зубы, но не стал спорить. Нацуко же чуть склонила голову, её тон остался мягким, но в нём чувствовалось раскаяние: — Это не должно было быть жестоко. Мы планировали деликтное изъятие. Тихо, быстро, без паники. — Она посмотрела прямо на Эльзу. — Но, как я вижу… с этим у нас вышло ужасно. Эльза, сжав руки в коленях, всё ещё не могла расслабиться до конца. Она ответила едва слышно: — Мне было… страшно. — Я понимаю, — кивнула Нацуко с неподдельной искренностью. — Прости. Не хочу оправдываться, но я не одобрила бы того, как всё пошло. Для меня вы не были просто объектом интереса. Я видела в тебе человека, носителя ценного знания, с которым нужно говорить… а не связывать и тащить в подвал. Макс, услышав это, всё ещё выглядел не слишком довольным, но угол его губ дрогнул — возможно, от облегчения, возможно, от того, что наконец всё начало становиться на свои места. — Вот только следующий раз, — тихо, но твёрдо сказал он, — если у вас будет информация о человеке, которого хотите «тихо изъять», потрудитесь проверить, кто рядом с ним. Может, избежите пары сломанных столов и челюстей. Нацуко чуть улыбнулась, Такаги — хмыкнул, а Юки закатил глаза, прикладывая компресс к другому боку лица. Макс чуть приподнял бровь, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди: — Хорошо. Тогда объясните мне одно: как вы вообще собираетесь менять политику? Насколько мне известно, вы — принцесса, а не премьер-министр. Не слишком ли амбициозно? Нацуко не обиделась — наоборот, она кивнула, словно ожидала именно этого вопроса. В её взгляде появилась твёрдость: — Да, я — принцесса. И не имею формальной власти. Но у меня есть имя, статус… и немало людей, которым небезразлично, куда идёт Япония. Мы с Такаги слишком долго наблюдали, как якудза превращаются в чёрный инструмент тех, кто жаждет власти. Они подчиняются не только политике — они торгуют технологиями, знаниями… людьми. Такагаки кивнул, его лицо оставалось спокойным, но в глазах сквозила неприязнь. — То, что мы делаем — это не контроль, — добавила Нацуко. — Мы боремся с тем, что ушло за грань. Шварцкристаллы… или как вы их называете. Они уже стали валютой для самых тёмных сделок. Я не могу позволить, чтобы наша страна использовала их как оружие. Я хотела укрыть Эльзу. Она — не ключ. Она живой человек. И если бы её схватили те, кто готов платить миллионы, — она бы не вышла из этого живая. Макс молчал, переваривая услышанное. Эльза смотрела на Нацуко с явным удивлением и даже, возможно, чуть большей симпатией. В её взгляде читалось: «Она хотела меня защитить». — А Бертольд? — наконец спросил Макс. — Где он? В этот момент подал голос Юки, сидевший чуть в стороне, крутя в руках чашку с чаем: — О, этот лис. Сейчас он где-то на глубоком дне. У него куча долгов перед теми, кто не прощает. Думаю, он предпочёл бы умереть, чем расплатиться. Нацуко слегка нахмурилась, не соглашаясь: — Нет. Это только предлог. Я думаю, он специально сделал так, чтобы его никто не трогал. Включая нас. Он знает, что гонятся не только за ним — но и за тем, что он знает. И, как мне кажется, он хочет, чтобы мы пошли по следу сами. А не вели его за руку. — Тогда получается, мы не доберёмся до него? — с горечью спросила Эльза, её пальцы сжались на коленях. — Не думаю, — ответила Нацуко. — Нам важно добраться до него раньше тех, кто хочет причинить ему вред. Макс тихо выдохнул, в голове у него складывалась новая картина. Бертольд, их уход, погоня, эта странная встреча с якудза… И всё это, похоже, было только началом куда более масштабной игры. Он отставил чашку, посмотрел на Нацуко: — И что теперь? — Теперь? — мягко улыбнулась она. — Теперь мы решаем, на одной ли мы стороне. Нацуко склонила голову, взгляд её был мягким, но настойчивым: — Я предлагаю вам сотрудничество. Мы не враги, Макс Рольф. Но если мы хотим остановить то, что назревает — нам нужно действовать вместе. Макс чуть прищурился, напряжённый, как сжатая пружина. — Сотрудничество, да? — Он перевёл взгляд на Такаги, затем на Юки, сидящего молча, с поцарапанным лицом и убитыми амбициями. — Простите, принцесса… но после всего, что произошло, я не рвусь в объятия новой власти, пусть даже с красивыми речами. Вы — часть системы, которую я привык обходить стороной. Нацуко опустила глаза, будто принимая его сомнение. Но ответила всё так же спокойно: — И всё же вы здесь. И Эльза жива. И если вы отвергнете помощь… кто будет рядом, когда всё снова начнёт рушиться? Макс хотел что-то ответить, но в этот момент заговорила Эльза. Спокойно, но с чувством: — Макс… я думаю, она говорит правду. Я это чувствую. Она знала, кто я. Могла использовать. Могла отдать… — Эльза сглотнула. — Но не сделала этого. Это не идеальный путь, но… может, хоть кто-то хочет сделать правильно. Макс посмотрел на неё. Усталые глаза, побледневшее лицо, но в голосе звучало убеждение. Он видел перед собой не испуганного ребёнка, а молодую женщину, которая прошла через боль и всё ещё верит, что можно спасти хоть часть мира. Он вздохнул и обернулся к Нацуко: — Допустим. Допустим, мы попробуем. Что дальше? Где Бертольд? Он наш единственный след. И если вы действительно хотите защищать знания, как вы говорите — мы должны его найти. Прежде, чем это сделают другие. Такаги тихо кивнул: — Мы тоже хотим его найти. У нас есть информация, где он может быть. Но потребуется осторожность. Есть ещё те, кто охотится за ним — не из наших. И они не станут церемониться. Нацуко добавила: — Мы подготовим вам всё, что потребуется. Но решать вам. Это не приказ. Это выбор. Макс на мгновение задумался, затем посмотрел на Эльзу. — Видимо, снова в путь. — Только теперь, — ответила она с лёгкой улыбкой, — мы уже не одни. Делегация встала из-за стола — Нацуко, Такаги и офицеры в сопровождении молчаливых телохранителей, среди которых плёлся всё ещё потирающий затылок Юки. Лёгкий кивок, обмен вежливыми прощаниями, и двери мягко закрылись за ними, оставив Макса и Эльзу одних в тишине уюта ресторана. Макс потёр лицо ладонью, словно пытаясь стереть все сумасшествие прошедших часов. Потом взглянул на Эльзу, которая поправляла салфетку на коленях и аккуратно снова бралась за палочки, как ни в чём не бывало. — Всё это начинает напоминать какой-то кошмарный политический роман, — пробормотал он. — Шварцкристаллы, принцессы, якудза, подпольные планы… Я просто хотел найти учёного. Эльза усмехнулась, взглянув на него с озорной теплотой: — А я вот... даже немного рада. Макс поднял бровь: — Рада? — Ну… — она чуть склонила голову. — Разве это не похоже на приключение из тех книг, что я раньше читала? Заговоры, опасности, герои в пыльных пальто и принцессы с секретами. Мы посреди большого чего-то, Макс. Может, это и страшно, но... разве не немного романтично? Он покачал головой и тихо усмехнулся. — С тобой и конец света не покажется скучным. Они замолчали, слушая негромкую японскую музыку и звуки посуды на кухне. Макс наконец-то освоился с палочками и взял кусок рыбы, не уронив его. Эльза хихикнула и сделала вид, что аплодирует, одними глазами. Он выдохнул, позволив себе редкую минуту спокойствия. — Ладно, — сказал он. — По крайней мере, еда хороша. И они остались в полутени уютного зала, на границе между безумием мира и коротким моментом мира, наслаждаясь ужином.