Из разных миров

В небольшой комнате сквозь занавески пробивался нежный утренний свет, придавая мебели четкие очертания и раскрашивая ее в нежные оттенки. От пролившихся на постель солнечных лучей спящая девушка завернулась и проснулась. Нехотя перевернувшись, Ками открыла глаза и взглянула на часы: 7:15. «Что ж, так рано», — про себя проворчала девушка и снова попыталась заснуть. К сожалению, девушка больше не смогла погрузиться в сон. Ее начали одолевать воспоминания прошедшего дня. Мысленный поток был тревожен: перед глазами Камилы стоял образ уставшего Чонгука, сидящего на лавочке и смотрящего в пустоту. От этого видения веяло сигаретным дымом и безнадежным смирением. От чего девушка вздрогнула и села на кровать. Отмахнувшись от тревоги, Камила решила больше не думать об этом, ибо это не её дело, да и вообще ей нужно сконцентрироваться на том, что скоро она будет дома. *** Спустя несколько безуспешных попыток заснуть Камила пошла умываться. После утренних процедур, идя по коридору, она услышала тихую мелодию, как будто кто-то играет на гитаре. Идя на звук, девушка пришла в гостиную и увидела источник красивых звуков. Расположившись на диване, артист перебирал струны на гитаре. Пройдя в гостиную, Ками удобно устроилась в мягком кресле, расположенном позади дивана. Она тихо наблюдала за Чонгуком, который сидел на диване с гитарой в руках. Его лицо было сосредоточенным, и в этом выражении смешивались задумчивость и творческий пыл. Парень перебирал струны; его пальцы скользили по грифу с легкостью и нежностью, но временами, не достигнув желаемой ноты, он вздыхал с отчаянием. «Не так... нет, не это...» — шептал он сам себе, а потом снова уводил себя в мир своих нот, забывая обо всем вокруг. Девушка, уютно устроившись в кресле, умиленно улыбалась, наблюдая за его стараниями. Он снова остановился, нахмурив брови, и на его лице отразилось легкое разочарование. «Почему это так сложно?» — прошептал он. Девушка тихо усмехнулась. Услышав шевеление девушки, Чон тут же повернулся в поисках источника звука. — Доброе утро! Опять шпионишь? — Улыбнувшись, продолжил: — Лучше бы помогла с этими дурацкими нотами, а то я скоро с ума из-за них сойду, и мои фанаты останутся без песен. — Ой, больно ты мне нужен, — с сарказмом ответила девушка. — Если бы могла, помогла бы, но, к сожалению, я не разбираюсь в этих ваших нотах. Я только танцую, — с ответной улыбкой ответила Камила. — О-о, интересно! — Удивленно поднял брови Чон. — Может, тогда станцуешь? Я, вероятно, смогу тогда поймать вдохновение. — В глазах Чона мелькнул азарт, и он весело закивал головой, как бы призывая девушку станцевать. Ками обреченно вздохнула и с игривой улыбкой поднялась с кресла, начала подходить, пританцовывая, к Чонгуку. Певец уже хотел начать играть на гитаре, как девушка тут же остановилась возле него, резко наклонившись, прошептала на ухо: «Обойдешься, дорогой», — и с коварным смешком выбежала из комнаты. Оставив парня в недоумении. *** Через некоторое время певец уехал по делам, и Камила осталась одна дома, ждать, пока родители Чона вернутся с местного рынка. Чтобы не терять время зря, девушка решила разобрать свою галерею. Рассматривая фотографии, Камила вспоминала, как прекрасно провела свой отпуск в Корее: особенно ее улыбку вызывали фото и видео с новыми корейскими друзьями. Эту поездку она запомнит на всю жизнь. Через некоторое время Камила вспомнила, что давно не выкладывала видео в свой TikTok, и решила смонтировать небольшой влог из коротких отрывков, на которых были самые яркие воспоминания. Что бы ее зрители прочувствовали хотя бы какплю тех эмоции которых получила девушка. *** Вечернее солнце, растворяясь в горизонте, окрашивало небо в оттенки персика и лаванды, когда Чонгук, вернулся домой и предложил Камиле прокатиться по городу. Его голос звучал непринужденно, но девушка вздрогнула, словно ветка, задетая внезапным порывом ветра. Сердце учащенно забилось, ладони стали влажными. *«Почему он? Зачем?»* — пронеслось в голове, и на мгновение перед глазами мелькнули тени прошлого — грубые руки, холодный смех, беспомощность. Она сглотнула ком в горле, пытаясь выдавить из себя ответ. — Я... не знаю... — прошептала Камила, отводя взгляд. Чонгук, заметив ее дрожь, мягко улыбнулся: — Только если хочешь. Просто подумал, что тебе может быть интересно увидеть город ночью. В его глазах не было ни капли настойчивости — лишь искреннее желание поделиться чем-то красивым. И это, странным образом, сработало. Камила кивнула, словно одобряя саму себя: *«Он не такой. Он не причинит вреда да и смысла ему мне вредить нет»*. *** Машина скользила по освещенным улицам, а Камила, прижавшись к окну, ловила каждое движение за его пределами. Ритмичный стук колес успокаивал, но внутри все еще бушевали волны тревоги. Она украдкой посматривала на Чонгука. Его профиль, очерченный мягким светом фонарей, казался нереально совершенным: милое лицо, густые ресницы, расслабленная улыбка. *«Он словно сошел с обложки...»* — подумала она, и вдруг поймала себя на том, что это первый раз за долгие годы, когда мужская внешность не вызывала у нее отвращения. — Тебе удобно? — Чонгук прервал молчание, повернув голову. Камила кивнула, смущенно отводя взгляд. — Давай поболтаем? Чем увлекаешься, кроме танцев? Вопрос застал врасплох. Она привыкла, что люди редко интересовались ее внутренним миром. Слова потекли сами собой: учеба в филологическом университете, мечта стать переводчиком, любовь к языкам... Чонгук слушал внимательно, задавая вопросы, и постепенно Камила расслабилась, даже засмеялась, когда он пошутил про свои провалы в изучении русского. — «Спасибо» — это единственное, что я смог выучить, — с комичной серьезностью заявил он, и Камила хихикнула, представляя, как он мучается над произношением. *** За городом дорога сузилась, превратившись в горную тропу. Чонгук остановил машину, предложив подняться пешком. Камила, глядя на темнеющий лес, невольно съежилась. — Ты... точно не маньяк? — со смешком спросила она. Чонгук рассмеялся, доставая из кармана фонарик: — Если бы я был маньяком, то вряд ли бы вез тебя на заброшенную гору. Слишком много свидетелей. — Он подмигнул, и девушка, почувствовав нелепость своих страхов, улыбнулась в ответ. Подъем оказался недолгим, но Камила запоминала каждую деталь: шелест листвы под ногами, прохладный ветер, смешивающийся с запахом хвои, и тишину, которую нарушал лишь их размеренный шаг. А потом... потом перед ними открылась смотровая площадка, забытая временем, но все еще красивая. — О Боже... — вырвалось у Камилы, когда она подошла к краю. Сеул, раскинувшийся внизу, сверкал миллионами огней, словно рассыпанные звезды, пойманные в сети улиц и небоскребов. Это было завораживающе. — Красиво, правда? — Чонгук встал рядом. — Я часто приезжаю сюда, когда хочу убежать от всего. — От сасенок? — осторожно спросила Камила, вспоминая его жалобы и претензии. Он вздохнул, и в его голосе прозвучала усталость, которую он обычно прятал за улыбками: — Да, и не только от них. Иногда кажется, что у меня абсолютно нет и не может быть личной жизни. Камила могла только сочувственно посмотреть на парня. *** Обратная дорога прошла в тишине, но теперь это молчание было комфортным, наполненным взаимным пониманием. Возле дома Чонгук неожиданно задержал ее за руку: — Спасибо, что поехала. Было приятно с тобой поболтать. И еще раз прости, что без основательно наехал на тебя. — Да ладно тебе. Я же понимаю как тебе из за этой конспирации нелегко приходится. Я и не обижалась на тебя. - С доброй улыбкой ответила Ками. — Все равно прости. Я должен был в начале спокойно разобраться а не кидаться на тебя. Камила молча кивнула, чувствуя, как тепло разливается по груди. *«Может, не все мужчины такие мерзкие...»* *** Утро следующего дня встретило Камилу суетой сборов. Родители Чонгука, обнимая ее на прощание, сунули в руки коробку с традиционными сладостями, а сам Чонгук стоял в стороне, руки в карманах. Такси плавно тронулось, оставляя за спиной уютную квартиру. Камила смотрела в окно и видела, как утреннее солнце золотит крыши домов, а тени от редких облаков скользят по улицам. Город просыпался: продавцы раскрывали лотки уличной едой, офисные работники спешили на метро. *** Самолет взмыл в небо, унося ее обратно в Москву, но в сердце осталось что-то новое — легкое, как первая надежда. Впереди девушку ждала новая взрослая жизнь и переживания свойственные всем молодым людям которые только выпустились из университета.