Глава 2. Break the Ice
14 ноября 2024 г., 16:20
Уже прошло некоторое время…
Знаю, мне не следовало заставлять тебя ждать.
Но вот я здесь.
Britney Spears - Break the Ice
О вечеринке все забыли также быстро, как и об утреннем похмелье. Впрочем, о подобном Сюань мог только предполагать – он никогда не напивался и мог разделить с поклонниками спиртного только тот этап, который они проходили в туалете. Тем временем, казалось, никто даже не заметил прилежного студента на празднике жизни. Как всегда, Сюань идеально мимикрировал под мебель и не выделялся из толпы ничем, кроме молчаливого вида. Среди множества приглашенных его однажды искал только тот самый Ши Цинсюань, но студент вовремя оказался за «защитной» шторой и слился со стеной. В первое мгновение такой открытый, этот парень теперь казался странным. Зачем ему искать Сюаня? Они ведь только познакомились, и, сам Сюань хотел верить, планировали ограничиться формальными приветствиями и общими чатами, в которые в целом добавляли всех студентов университета. И, все же, кто-то его искал. Не то, чтобы парню не было приятно – во-первых, он не знал, чего ожидать от этого открытого, но болтливого парня; во-вторых, у Сюаня была одна цель: закончить учебу как можно быстрее. Для этого нужны были деньги, а они зарабатывались только трудом в баре. Ши Цинсюань тем временем выглядел так, как то, что будет отвлекать от любой смены. Раздумывая об этом, на большом перерыве Сюань почитывал ту самую книгу по международной политике, которую не закончил по пути домой рано утром после вечеринки. Легкий ветерок напоминал о том, что осень уже пришла, но, все же, в сквере около своего корпуса парень не чувствовал холода – на лавочках по кругу от закрытого фонтана все еще можно было сидеть и радоваться относительно теплым дням. Студент думал, что так и будет расслабляться до занятия, но вдруг кто-то приземлился рядом. Сюань, как всегда, чуть подвинулся к краю, чтобы не мешать желающим посидеть, однако услышал обещающее длинный разговор: – Хэ-сюн, привет. От неожиданности, студент зажмурил глаза и быстро сосчитал до пяти, чтобы не обрушить некоторое количество гнева на этого парня, который, к сожалению, его нашел. Отличник понимал, что злится, но этот говорун совсем не виноват в том, что его новый знакомый, мягко говоря, к болтовне не расположен. – Доброе утро, – спокойно поздоровался Сюань, не открываясь от книги. – Что-то произошло? – Нет, почему же что-то сразу должно произойти, – будто не чувствуя настроения собеседника, Цинсюань продолжал улыбаться. – Просто хотел сказать тебе спасибо. Твой талисман действительно работает, потому что сегодня я получил «отлично» по международной политике. Надеюсь, ты не передал мне всю свою удачу. – Нет, не всю, – ровно продолжал Сюань. Он надеялся, что этот скучный разговор с односложными ответами очень скоро надоест говоруну и он будет говорить свои разговоры в чьи-нибудь другие уши. Сам для себя парень уже точно решил, что никакого курса на сближение не будет – Ши Цинсюань выглядит как тот, кто учится в перерывах между вечеринками, универо-светской жизнью и весельем с друзьями. В жизни Сюаня для всего этого пока нет места – значит, и для Цинсюаня тоже места не найдется. – Это хорошо, потому что я подумал, что… – в голосе едвазнакомца тем временем прозвучала нота неудобства. – Знаешь, мой брат, Ши Уду, не очень хорош в учебе, и ему нужен такой же. – К сожалению, у меня был один. – Конечно, и ты подарил его мне. Но я не говорю, чтобы ты где-то достал новый. После дня рождения я в деталях рассмотрел талисман и понял, что это ручная работа. Поэтому… Хэ-сюн, пожалуйста, научи меня, как сделать такой же для брата. – Нет. На секунду студент даже отвлекся от книги. На самом деле, ему ничего не стоило сделать еще один такой, а, может, даже и тысячу. Как-то владелец фабрики решил расширить ассортимент за счет трудящихся детей, которые маленькими ручками быстро плели талисманы – безделушки постоянно покупали туристы, так что партий у них было достаточно, чтобы на всю оставшуюся жизнь выучить механизм работы. Даже спустя годы после фабрики, Сюань мог сплести подобную побрякушку во сне. Проблема была в том, что об этом просил человек, который сам выглядел как проблема для слаженной жизни Сюаня… Настолько слаженной, насколько это возможно. Впрочем, кто сказал, что мнение учителя волновало потенциального ученика? – Ну, пожалуйста, – Цинсюань сложил руки в жесте молитвы. – У него и правда год не задался с первой лекции. Научусь на твоих условиях. Когда скажешь – тогда и встретимся, где скажешь – там и плести будем. Например… Можем завтра? – Завтра я работаю, – отрезал студент. – Работаешь? Где? Парень мог бы ответить, но, скорее всего, этот говорун придет туда. Такие как он не посещали «Глориз» – небольшой бар недалеко от кампуса, где напитки себе мог позволить едва ли не каждый студент. Те, чей кошелек позволял заказывать столик в более модных местах, порой называли этот бар «Дыра Глориз», на что, собственно, местному контингенту было плевать. В любом случае, братья Ши вряд ли хоть раз наведывались в это место и, Сюань надеялся, никогда не наведаются, так что от ответа он уклонился. – Неважно. Сразу после занятий я иду на работу и работаю ее до поздней ночи, – поняв, что в баре у него есть перерыв, который в теории тоже можно использовать для плетения, он предусмотрительно добавил: – На работе у меня много работы. – Настолько много работы, что много работы? – ехидно хихикнул Цинсюань. Его собеседник подумал, что парень уловил намек, но тот не отставал: – Как насчет послезавтра? – Я тоже работаю, график тот же. – А на выходных? – Я тоже работаю, график тот же. – Когда же ты успеваешь отдыхать? – все еще не понимая намеков, говорун решил перевести разговор на другую тему. – Я не отдыхаю, – и это было правдой: он никогда не чувствовал себя отдохнувшим. – Это, должно быть, напрягает, – вздохнул Цинсюань. – Как ты расслабляешься? – Ем. Только после этого Сюань понял, что такое «одна ошибка – и ты ошибся». Это был едва ли не первый конкретный ответ, за который собеседник тут же уцепился мертвой хваткой. – Оу, я тоже люблю поесть в хороших ресторанах, – парень щелкнул пальцами и подмигнул. – Предлагаю в пятницу, в «O’Nals», ужин с меня, заплачу за урок, так сказать. После слов «ресторан» и «ужин» в голове Сюаня резко поднялись все красные флаги. Любой другой человек согласился бы не раздумывая, но только не тот, кто не может наладить отношения головы и еды. Он знал, точно знал, что накануне может что-то случиться – что-то, что заставит его сорваться в который раз. Плохо написанный тест, неудачная смена, да что угодно – у глупого человека, который не может даже неделю продержаться без того, чтобы не сожрать все, что есть дома, причина всегда найдется. У Сюаня найдется. Он всегда пытался одернуть себя, пытался не воспринимать мир так серьезно, но на следующий день все шло наперекосяк: учеба, работа, сведенные к минимуму социальные контакты. Тем более с новым человеком, тем более в ресторане, где еды много и можно набить желудок так, что Цинсюань обо всем узнает. Ему это не нужно, никому не нужно. Думая только о срыве, отличник резко захлопнул книгу и машинально положил в сумку. Мысли настолько затуманили разум, что Сюань совсем забыл думать о том, что такое может обидеть собеседника. Вместо того, чтобы вежливо попрощаться, трясущимися руками парень застегнул молнию. – Н-нет. Нет. Нет. Не нужно. Нет. Не дожидаясь, пока говорун скажет еще хоть слово или уж тем более захочет остановить, студент бросился к корпусу и надеялся затеряться там, чтобы переждать бурю чувств и остаток перерыва. Он не должен так убегать, равно как и не должен срываться. Срываться, срываться, срываться. То, что не давало покоя днями, только иногда давая подумать о чем-то другом. – Подожди! Куда же ты… Ах, придется самому в этом разбираться, – только и послышался за спиной печальный голос Ши Цинсюаня.***
Лекция прошла для Сюаня быстрее, чем вечеринка. Пока профессор Бергман раскрывала перед студентами очередную тему по социологии, парень был готов сделать все, что угодно, чтобы перед ним раскрылось что-нибудь, кроме Цинсюаня. Этот едвазнакомец застрял у него в голове настолько сильно, что даже структурированная до последней буквы и понятная информация, усваивалась с таким трудом, что проще было на эту лекцию вообще не ходить. Впрочем, Сюань соврал бы, если бы сказал, что речь о самом говоруне – скорее о том, что он мог обидеться и предположить, что в голове у нового знакомого творится черт знает, что. Это было не так далеко от правды, но знать об этом Цинсюаню было необязательно. « – Тебе нужно встретиться с ним и извиниться. Он ничего не сделал, чтобы с ним себя так вести», – где-то на окраине сознания мысли «возмущались» голосом матери всю лекцию. Сюань и рад был бы, послушаться голоса разума, но искать, возможно, обиженного, не спешил – понимал, что чрезмерно общительный студент прилипнет к нему, не успеет отличник заметить – и вот он прогуливает лекции, или, того хуже, смены в баре. После социологии занятий у Сюаня не было, а до работы оставалось еще какое-то время, которое он решил скоротать в библиотеке – вот уж куда братья Ши, скорее всего, никогда не забредали, и вряд ли когда-нибудь найдут дорогу. Студент проскользнул мимо столов, которые находились на открытой местности – он надеялся найти какое-нибудь место в уютном уголке, где на него никто никогда не посмотрит и даже не заметит. И в тот момент, когда впереди замаячил именно такой стол, Сюань заметил знакомую фигуру. Парень на стуле туго затянул волосы в хвост, почему-то на этот раз не украсив его цветочными заколками. Голова то поднималась к монитору, чтобы посмотреть видео, то опускалась к чему-то внизу. Только после того, как отличник приблизился, он заметил перед Цинсюанем несколько иголок и шнур, который очень долго и усиленно пытались завязать в китайский узел «на удачу», но его владелец, судя по количеству попыток, удачливым точно не был. Сам Сюань был удивлен – он ожидал, что этот парень сдастся и найдет более веселое занятие, но вместо этого говорун где-то в кампусе отыскал иглы, игольницу и шнур. Вот ведь какой упертый! Судя по вмятинам на шнуре, попыток была уйма. Сюань понимал, что человек без навыка может провозиться с талисманом еще неделю, причем, судя по упорству этого человека, без перерыва – и все равно не выйдет. Но что, если помочь этому горемычному? В конце концов, скорее всего, своим побегом утром он обидел человека, а сейчас представился шанс исправить ситуацию. Однако, отличник знал, как начинать доклады, а вот как начинать разговоры – не особо, поэтому сказал то, что сказал: – Ты выбрал неправильный шнур. Цинсюань обернулся, и, наконец оставив поделку в покое, поднял взгляд по-весеннему зеленых глаз на нового знакомого. В какой-то момент их взгляды встретились, но Сюань тут же указал на экран компьютера, стараясь не думать о том, что у этого парня невероятно красивые глаза. И, пусть это было только констатацией факта, отличник эти мысли от себя активно прогонял. – Нужно брать более широкий и не такой скользкий. На этом, конечно, можно учиться, но петли постоянно будут сползать, и внешний вид будет не очень. В общем, жизнь усложняет. – Я как-то даже об этом не подумал. Еще никогда не делал всякое такое руками, – Цинсюань нежно коснулся жгута, аккуратно поглаживая его большим пальцем. На открытом лице тут же появилась улыбка. – Хорошо, что ты подошел. – Ты преувеличиваешь, – тем временем продолжал наставлять Сюань. – И автор ролика неправ на тридцать второй секунде. Во втором ряду он ведет вправо, а нужно влево. В остальном все правильно. Дерзай. Парень старался, чтобы его голос выглядел доброжелательно, и, надеялся, что так оно и было. Впрочем, долг перед совестью, по версии самого Сюаня, он выполнил, поэтому поспешил развернуться по направлению к выходу и подыскать другое место для медитаций на международную политику. – Хэ-сюн, пожалуйста, не уходи, – говорун поднялся с места, пытаясь остановить отличника только голосом – ни шагу с места он не сделал. – Мне нужно работать, – Сюань остановился толи от того, что его корежило от милого прозвища, толи от того, что он по какой-то причине хотел остаться. Скорее всего, где-то внутри совесть решила, что этой жертвы было недостаточно. – Я тебя не задержу надолго, – Цинсюань звучал печально. – Слушай, моему брату и правда не помешает немного удачи в учебе. – Он не пробовал начать учиться? – Ох, в некоторых случаях только удача и поможет, – парень тоскливо вздохнул со всей глубиной Большого каньона. – Тем более, мне-то она помогла. Давай так. Ты поедешь со мной в торговый центр и выберешь все, что надо, как специалист. А потом я сам эту штуку сделаю. Идет? – Извини, не интересно. – А я заплачу. Репетиторам ведь платят за работу. Кажется, этот говорун знал, на что стоит давить. Не исключено, что этот парень, как и многие другие, думал купить всех вокруг за деньги и Сюань бы с удовольствием сказал, что не продается за зеленые бумажки, но это была бы ложь. Он был всего лишь на первом курсе, но за годы работы понял: деньги, лишние сегодня, могут оказаться не лишними завтра. Да и этот Цинсюань ничего криминального или постыдного не предлагает, от чего бы и не согласиться? – В понедельник я свободен после четырех, где-то к половине пятого буду в общежитии, – максимально детально объяснился отличник на случай, если это чудо захочет получить его номер для согласования деталей. – Славненько! Я заеду за тобой в шесть. Кивнув в ответ и отделавшись простым «До встречи», Хэ Сюань ушел. Он думал, что это просто поход в магазин, который точно их не сблизит, только поможет немного заработать. И Хэ Сюань еще никогда так не ошибался.
