Ши Цинсюань и другие расстройства сердечного поведения Хэ-сюна

Там, где граничит мрак со светом, я чувствую тебя

Ты всегда рядом.

Осторожно, не спеши. Почему же ты такой неуклюжий?

Предоставь все заботы мне.

Chungha - Stay Tonight

Год спустя

Дождливая осень уже неделю как заставляла жителей Нью-Йорка кутаться в пальто или теплые куртки. В Чайна-тауне тем временем перед покупателями раскрывался целый ассортиментище самых разных зонтов с принтами на любой вкус и цвет. И, все же, Хэ Сюань не изменял себе – он придерживался общей черноты образа даже в аксессуарах и политики обходить Китайский квартал десятой дорогой. Хотя бы на время, пока специалист окончательно не избавит его от подаренных мистером Ву страхов и комплексов. Несмотря на дождливое утро, к моменту, когда Цинсюань вытащил любимого на улицу, из-за туч показалось солнце, делавшее этот день чуть менее мокрым. Неспешно они прогулялись по знакомым улицам, заглянули в какой-то прогрессивно-коммерческий ресторанчик с азиатской едой и пиццей, а затем пустились гулять по парку. Там, чудом отыскав почти сухую скамейку, уселись на нее. Младший Ши, как и всегда бывало, под аккомпанемент всех «угу» и коротких «партий» Сюаня рассказывал обо всем на свете. Со стороны могло показаться, что один – трындит без остановки, а второй – стоически терпит весь этот поток речи, но на деле этим двоим абсолютно не было дела до того, как это выглядит со стороны. Если бы два года назад отличнику хоть кто-то сказал бы, что он встретит дисорганизованного, местами беспечного говоруна, который не просто не разрушит его жизнь, а сделает ее по-настоящему прекрасной, наполненной, Сюань бы не поверил. Однако теперь он не просто нашел себе такого человека, даже больше – обнимал его одной рукой, а другой – аккуратно ел кусок пиццы «перерони» из бумажного конвертика. Единственный кусок пиццы за сегодня. К этому он шел год, и, пусть результат держался всего лишь неделю, а срывы еще никто не отменял, сейчас парень был рад тому, что хотя бы раз может ограничиться только одним. – Этот кусок пиццы выглядит так аппетитно, – положив голову на плечо любимому, Цинсюань наблюдал, как капелька масла стекает с теста на пакет. – Ты сам отказался от такого же в ресторане. Я предлагал, – как всегда лаконично ответил отличник, укусив как раз в том месте, на которое смотрел его парень. – Я решил, что он будет лишним после ло-мейна. Тем более от пиццы меня иногда разносит, – говорун недовольно опустил ладонь на живот. – Представь, вот поплыву, еще и с этими чудовищными мешками под глазами. А они там из-за тебя, между прочим! – Не я предложил вчера посмотреть фильм ужасов. – Не я вчера… хм… – Цинсюань коварно посмотрел на Хэ. – Успокаивал меня всю ночь после фильма ужасов. – Говоришь, так будто тебе не понравилось, – отличник сделал вид, что где-то глубоко в душе он не запаниковал. – Понравилось. Но мне бы понравилось еще больше, если бы успокоение еще и избавляло от мешков под глазами. – Закрой глаза – и не будешь видеть мешков. – Ты все проблемы так просто решаешь? – Какая проблема – такое и решение. Младший Ши скуксился, недовольно оттопырив губу. Он постепенно, хоть и не без проблем, привыкал к тому, что для его парня все семнадцать средств для каждодневного ухода за кожей отличаются только этикетками и цветами. К тому же, возлюбленный был совершенно не против и выходил из себя только когда из-за длительного свидания с баночками они куда-то опаздывали. Над этим и над другими качествами Хэ Сюаня студент раздумывал очень долго. Каждый раз, оставаясь наедине с собой, он снова и снова напоминал себе о том, насколько уравновешеннее стала его жизнь, когда в ней появилось это дождливое облако, которое так и хотелось затискать. Они, будто чаши весов, уравновешивали друг друга и привносили в жизнь партнера то, чего раньше ему так не хватало. Как только эта мысль достаточно прочно укоренилась в голове Цинсюаня, он принял решение, которое до этого момента не озвучивал Хэ-сюну. Спрятав улыбку, он придал себе спокойный и беззаботный вид. – Кстати о проблемах. Я забрал у брата ключи, теперь он без предупреждения ко мне не придет. Конечно… Не знаю, что будет дальше. Может, в моей квартире станет еще меньше мебели. Но я все равно сделал это, и... Уду поехал к дедушке в Калифорнию на неделю, так что, полагаю, у меня есть время купить пластиковую. – Я рад за тебя, это было правильно, – рука Сюаня еще крепче прижалась к плечу парня, который приступил к самой сложной части признания. – Забрав ключи, я подумал, чего им без дела валяться, и решил отдать их тебе. Ключ с брелоком в виде синей лава-лампы аккуратно перекочевал из пальцев Цинсюаня в ладонь отличника, который хоть и давно привык к сюрпризам любимого, но к такому точно готов не был. Он знал, уже давно знал, что их отношения зашли достаточно далеко, чтобы кто-то, кроме самого, Сюаня, видел его грязное белье, зубную щетку и тем более календарь со срывами. И, все же, к таким предложениям невозможно подготовиться, поэтому Хэ был сбит столку. Отличник не знал, как ответить – об этом по-прежнему не писали в книгах по мировой политике, а сам он был еще недостаточно опытным, чтобы слету найти ответ. Поэтому, все, что он смог произвести – это тихое удивленное «М-мне?». – Именно, – говорун спокойно кивнул и, продолжая делать беззаботный вид, пока сердце выпрыгивает из груди, добавил: – Я бы, конечно, хотел, чтобы ты приходил чаще, но буду не против, если ты… Ты останешься насовсем. – Насовсем? – отличник все еще был удивлен и не знал, как ему стоит реагировать. – Хэ-сюн! – младший Ши с напором выдохнул, не выдержав внутреннего давления. – Я первый раз в жизни предлагаю кому-то такую серьезную вещь как съехаться, хватит тупить! – Я не туплю. Мне никто никогда не предлагал такого, поэтому я задумался. – Оу, извини, извини, –Цинсюань нервно замахал руками, но не прошло и минуты, как он попытался выровнять настроение и направить разговор в более приятное русло. Не все же только ему краснеть! – Надеюсь, завтра утром снова почувствовать твою руку у себя на животе, как тогда, когда ты познакомился с моим братом. – Что?! Сюань не оправился от прошлого потрясения, как хозяин ключей с лава-лампой подкинул ему еще одно. О, боже, он уже и думать забыл об этом позоре, а Цинсюань мало того, что обо всем знал, так еще и помнил, как что-то хорошее! И не сказал! Почему этот человек вечно говорит о чем угодно, только не о самом главном?! – К утру у меня сон более чуткий, так что я иногда просыпаюсь, – поспешил объясниться любимый. Студент сделал глубокий вдох, чтобы успокоить внутреннее чувство стыда за тот случай, на секунду опустил взгляд и снова поднял его на своего парня. – Еще скажи, что тогда, в «Глориз», ты понимал, что делаешь. После этих слов Ши Цинсюань замялся так, будто он очень хотел сказать правду, но не очень хотел огрести за нее. А потому начал, как водится, издалека. – Если быть честным, то только в самом начале, когда заказывал коктейли у Эльфа. – Да, ты тогда постоянно к нему подходил. Я еще удивился, что не ко мне. – Оу, Хэ-сюн ревновал, – на лице младшего Ши расцвела такая знакомая и до одури любимая улыбка. – Я сказал «удивился», – тем не менее, Сюань уже выучил этот трюк, поэтому поспешил уточнить и вернуться к теме. – На самом деле, я просто не знал, как к тебе подступиться, поэтому отдал это на откуп алкоголю. – Почему? – Потому что ты всегда такой угрюмый и непробиваемый. Но это то, за что я тебя люблю. – Блевушка, – хмыкнул Хэ. – Между прочим, я уже почти не пью, а ты – ешь куда меньше, твоя «Блевушка» уже не актуальна, – парень легонько ткнул отличника локтем в бок. – Так что, Хэ-сюн, переезжаешь в эти выходные? – Я… Я не… Это слишком быстро! – студент чуть не замахал руками в воздухе. Переезд – это же не ведро огурцов! Тут нужно все взвесить, распланировать. Причем последнее нужно делать как минимум за месяц, чтобы попасть на те даты, когда в баре нет смен. – А чего тянуть? – из уст младшего Ши это звучало так приятно и легко. – Мы же не карамель. – Я правда не уверен, что могу к тебе сейчас переехать, – в духе компромисса сказал Сюань. – Давай хотя бы после Праздника середины осени. – Ладно, как скажешь. Но через месяц я снова спрошу. На всякий случай. Вдруг ты передумал. – Мой ответ не изменится как минимум до Праздника середины осени. – Охотно верю. Цинсюань кивнул и не стал продолжать эту тему, ибо уже выучил трюки этого человека, поэтому в ближайшее время планировал просто мягко воздействовать ему на мозги, ведь, в конце концов, год назад Хэ не верил, что сможет хоть с кем-то связать свою жизнь. Ни Сюань, ни Цинсюань не знали, как долго продержатся вместе. Возможно, им отмерян всего лишь еще год, а, возможно, они будут друг с другом до конца жизни. Но здесь и сейчас они знали точно, что им хорошо вместе и они дополняют друг друга лучше, чем мировая история мировую политику. И хотя бы ради такой идиллии, которая согревает их прямо сейчас, стоит продолжать притираться друг к другу, понимать друг друга и любить друг друга настолько горячо, насколько это возможно.