Второй шанс Плети

Медленно и горделиво выплывал некрополь к пристанищу воителей Света - уже можно было заметить отдельных бойцов, бывших некогда людьми и прочими живыми существами, а теперь несших вечную службу Королю-личу. Те же, кто поклялись упокоить оскверненные души, лишь крепко сжимали молоты да мрачно взирали и на некрополь, и на то, что творилось на горизонте. Сотни мертвецов разных типов - от сшитых воедино трупов, непонятно как передвигающихся, держащих в уродливых руках крюки, до неплохо сохранившихся, но все равно разлагающихся насильно воскрешенных людей - все они нестройно, однако от этого не менее грозно двигались в сторону святого войска, словно темная волна, пожирающая сушу, которая будто стремится выплеснуть всю свою ярость на светлые домики крестьян. Разумеется, Максимилиан прекрасно понимал, зачем нежити летающий город - чтобы безнаказанно бомбардировать защитников с неба, отравляя и окончательно дезориентируя тех. И, словно подтверждая мысли ветерана, некрополь начал плеваться - до бойцов пока, конечно, снаряды, которыми оказались бочки с едко-зеленой жидкостью да просто зараженные трупы, не долетали, однако это был вопрос лишь времени… Которое, увы, играло на руку лишь Плети - сама Смерть явилась на святые земли. Когда мертвецы приблизились настолько близко, что залпы жрецов лишь малость не долетали бы до своих целей, Максимилиан, вскинув свой тяжелый молот, звучно крикнул: ⁃ За Альянс!!! Повсюду начали доноситься дружные кличи: ⁃ За Лордерон! ⁃ За Штормград! ⁃ За родных и близких! ⁃ Во имя Света! ⁃ За Азерот! ⁃ Началось… - подумал ветеран, уже готовясь принять на молот первого вурдалака. Битва началась…

***

Тирион наблюдал за боем с балкона, держась одной рукой за стоящий на полу молот. Разумеется, нежити было много, даже слишком, однако бравые воины действовали ладно, как будто столкнулись не с смертельной угрозой на поле боя, а в армии на плацу - с серьезным и суровым лицом высокопоставленного военного. Именно дисциплина и армейская выучка давали людям шанс сражаться на равных против более сильных в физическом плане орков, и уже в который раз эти качества человеческих воинов вызывали сложности у врагов - сначала троллей, затем орков, а сейчас и нежити. Паладины сражались отважно, каждым ударом даруя все новым и новым душам окончательную смерть, лишь изредка останавливаясь для экстренного подлечивания серьезнейших ран - жрецы воззывали к Свету, не позволяя воинам это делать самим, хоть каким-то образом экономя их силы. Слева рубежи держали братья-близнецы Тордарины, действуя буквально спина к спине. Их молоты беспрестанно обрушивались на очередную тварь, осмелившуюся напасть. Однако Тирион даже с такого расстояния заметил одну проблемную деталь - щиток на ноге старшего брата, Триннета, уже отсутствовал полностью, а место, ранее закрываемое им, было заражено - вероятно, какой-то вурдалак перед смертью цапнул, и зараза, очевидно, подступала к бойцу. Когда тот обнаружил ранение и понял, в чем дело, было уже слишком поздно - мощный поток Света, направленный на посиневшую ногу, на пару секунд смог лишь немного заставить отступить яд, после чего тот снова продолжил свое дело. Наконец, перестав лечить свою рану за пониманием бессмысленности данного процесса, Триннет из последних сил прошептал пару молитв для укрепления тела, активировал при помощи Слова Силы Божественный щит и, обрушив мощнейшую волну чистейшей золотой энергии на врага, ринулся вперед, в самоубийственную атаку, которая прервалась через несколько секунд после окончания действия Божественного щита, дарующего полную неуязвимость, однако сильно действующего на организм использующего - паладин рухнул наземь, и сразу был оттащен в сторону парой вурдалаков с очевидными намерениями. Впрочем, сдаваться так просто Триннет и не собирался. Обратив взгляд к небу, он прошептал молитву, и начал собирать огромное количество энергии в руках - наблюдавший за этим Тирион отчетливо понял намерение коллеги - Триннет намеревался подорвать себя, тем самым нанеся урон многочисленной окружающей его нежити, а также сделав невозможным свое воскрешение в облике мертвеца, которое усложнило бы жизнь его братьям по ордену. Обратив свой взор вправо, паладин сразу же увидел Максимилиана, тяжело опускающего свой сияющий молот на кости и гниющую плоть врагов. Тирион вздохнул и перевел взгляд на центр и чуть улыбнулся. Впереди всех, однако не слишком далеко выпирая, работал молотом боец, чей своенравный и резкий стиль верховный паладин узнал бы из тысячи - Эстен вел войска за собой, перемалывая в капусту каждого приближающегося мертвеца. ⁃ Мальчик мой… Тебе явно уготована великая судьба, - слеза чуть тронула глаз Тириона, но тот даже не смахнул ее, с улыбкой наблюдая за настолько грамотными действиями подопечного, насколько можно так сказать про очень агрессивный стиль боя. ⁃ Однако вскоре улыбка медленно сползла с лица ветерана - к Эстену приближался рыцарь смерти, причем, к сожалению, отлично знакомый Тириону, да еще и с известным в паладинских кругах мечом. ⁃ Дарион… - сквозь зубы процедил Фордринг. - И тебя тоже не обошла стороной эта участь… Как и Испепелитель… - с грустью в голосе продолжил он, ощущая, будто на его плечи помимо полутонны уже лежащего груза опустилось еще килограммов двести. Свет на кончиках пальцев чуть подрожал, словно призывая к действию. Однако верховный паладин пока ждал Артаса, осматривая армии. Воинов в золотом теснили и теснили, впрочем, трупов почти не было - воины Света, погибая, вызывали на себя слишком большой поток Святого Света и подрывались наподобие Триннета, оставляя после себя лишь горящую окрестность и трупы нежити. ⁃ Пора… - наконец выдохнул Тирион, чуть кивнув. Свет на кончиках пальцев вспыхнул и, разгораясь на руках, впитывался в самого паладина и в его доспехи. Так же через некоторое время в Фордринга также стали впитываться потоки святой энергии, которая как будто пришла из воздуха. Медленно, привыкая к своим силам, ощущая поднимающуюся из глубин злость, Тирион поднял тяжелый молот одной рукой, чуть помял в руках и прицепил к спине. Затем старый паладин подошел к краю и… выпрыгнул. Однако сразу же после того, как ноги перестали ощущать опору, Тирион неумело, кое-как манипулируя энергиями Света, смог удержаться в воздухе, рассматривая окрестности своими искрящимися золотым светом глазами. Паладины, уже оттесненные к Часовне, с надеждой смотрели на своего главнокомандующего. И от их взглядов кровь лишь сильнее забурлила по венам. Тирион схватил молот и, расположив его бойком к земле, резко направился вниз. Удар! Мощная волна смела большую часть нежити в небытие. Только самые сильные рыцари смерти смогли устоять на ногах - остальная Плеть либо мгновенно испарилась, либо уже догорала, корчась на земле от боли. Фордринг чуть поморщился от понимания того, что он обрек на гибель своих братьев лишь из-за того, что ждал того, кто не пришел... Воздух задрожал. В одном месте образовалась светло-синяя дымка, которая, рассеявшись, явила ошарашенным защитникам командира Плети, Короля-лича. Все же нет, он пришел… ⁃ Как просто оказалось вытащить великого Тириона Фордринга из его норы, - издевательски зпроизнес тот своим глухим загробным голосом, в котором, тем не менее, Тирион сразу же узнал голос бывшего принца Лордерона, Артаса Менетила Фордринг, светящийся так, что казалось, что скорее Свет принял облик Тириона, чем сам Тирион принял Свет, оперевшись на левую ногу, резко ударил по Ледяной Скорби, выставленной Королем-личом, своим тяжелым молотом… Скорбь выстояла… В отличие от молота, ручка которого треснула где-то посередине. ⁃ Что, Тирион, любимый паладин кий приемчик подвел? - усмехнулся Артас. - Запомни: Ледяная Скорбь покрепче любого оружия смертных, даже если это оружие - легендарный эльфийский артефакт, как... Ну, скажем, Фело’мелорн - знакомое название? ⁃ Заткнись, - процедил сквозь зубы паладин, параллельно уворачиваясь от меча. ⁃ Что хочу, то и говорю, будущий рыцарь смерти, - пробурчал Артас. - И твое согласие меня волнует в последнюю очередь. Дариона же я ведь не спросил, как, впрочем, и других. Фордринг ничего не ответил, лишь, скрестив руки, резко развернул их в стороны, послав чудовищную по своей силе волну, которую Король Мертвых принял на меч. А затем еще…. И еще… Посылая волны, Тирион постепенно чуть увеличивал дистанцию от первого рыцаря смерти ⁃ Куда ты, трус, собрался, - злобно улыбнулся Король-лич. - Твоя душа слишком ценна, чтобы оставлять ее кому-то другому, помимо меня.

***

Дарион мрачно наблюдал за боем. Разум, долгое время находившийся в цепкой хватке Короля Мёртвых, постепенно прояснялся из-за множества совпавших воедино факторов: святой земли, сущности самого бывшего паладина как борца с Тьмой, Испепелителя, который хоть и был осквернен, но все же был выкован для свершения правосудия, подавляющая мощь энергии Света, исходящей от Тириона, а также того факта, что Король-лич не был сосредоточен на данный момент на своих подчиненных, сражаясь с Фордрингом. И теперь он, закованный в черные доспехи с черепами, с грустью смотрел на схватку безоружного Света с Тьмой, вооруженной легендарным артефактом. И, когда Тирион разорвал дистанцию, Дарион вдруг напрягся, вытащив Испепелитель, размахнулся и… вместо того, чтобы нанести удар, бросил его в Фордринга, уже приготовившегося отбивать атаку Светом. Тирион поймал меч и сразу же со всей силы вонзил его в землю обеими руками. Свет засиял еще ярче, хотя, казалось, ярче уже нельзя. Прокатившаяся волна была принята Королем-личом на клинок, однако даже это не спасло Артаса от падения на землю. Поднимаясь, Король Мертвых увидел перед собой облик, который можно было бы назвать разве что Пришествием Света - Тирион Фордринг, Свет вокруг которого выглядел как ярко сияющий туман, крепко держал в обоих руках клинок, само имя которого говорит о том, что он предназначен для паладина или инквизитора - Испепелитель. ⁃ Эльфийский артефакт не выдержал, значит? - процедил Тирион. - Проверь-ка, значит, еще и дворфийский. Слова Фордринга были подкреплены мощным ударом по Ледяной Скорби. Как и в первый раз, Скорбь выдержала… Испепелитель, впрочем, тоже. Однако Артас четко ощущал - удар был нешуточный, пришлось даже припасть на колено, чтобы удержать клинок. За первым ударом последовало еще несколько таких же. Контратака Короля-лича к успеху не привела - Тирион уклонился и прыгнул на Артаса, занося Испепелитель над головой. От этого удара Лич смог защититься Скорбью, однако ситуация стала страшной - он рисковал проиграть в пух и прах. Резко разорвав дистанцию, Артас воткнул Ледяную Скорбь в землю, высвобождая мощный импульс Тьмы, который… Был полностью заблокирован волной Святого Света. Однако данного времени Королю-личу хватило, чтобы телепортироваться при помощи Ледяной Скорби. Тирион медленно, подняв голову, поднял залитые золотым сиянием глаза туда, где еще секунды три назад находился враг всего живого, и… медленно рухнул наземь. К нему тотчас же подбежали паладины и жрецы, и кто-то даже уже начал шептать молитву Свету. ⁃ Не стоит… Отойдите, - мягко сказал Максимилиан ⁃ Но… Он же помрет… ⁃ И вы воззванием к Свету лишь ускорите этот процесс. Тирион сейчас перенапряжен, и каждый импульс Света лишь приблизит его к смерти. ⁃ И… Что же делать? ⁃ Его нужно отнести в часовню, а там уже подлечить, - произнес Максимилиан, с трудом поднимая Тириона. - Шенк, неси Испепелитель. К паладинам аккуратно подошли темные фигуры, одетые в мрачные доспехи. У одного из них не было оружия. ⁃ Приветствую вас, паладины, - глухо произнес именно этот боец. ⁃ Дарион? - дрогнувшим голосом спросил Максимилиан. ⁃ Увы… Но да, он самый. Мы все - рыцари смерти, бывшие в служении Короля-лича. В служении не по своей воле, уточню. Мы были одними из его мощнейших слуг, которыми он пожертвовал в штурме Часовни. И мы желаем воевать против того, кто нас поработил и заставил убивать не по своей воле… ⁃ Не нравится мне он, братья, - сказал один жрец, мгновенно выведя Шенка из себя. Схватив жреца за воротник, он прошипел: ⁃ Дарион Могрейн - человек, который даже в обличии рыцаря смерти будет благороднее некоторых паладинов и жрецов. Он человек, который действительно достоин был бы носить первоначальный Испепелитель, в отличие от тебя, однако носил его он лишь оскверненным. Он - достойный сын достойного паладина Александроса Могрейна. Кто же ты, я не знаю. И упаси тебя Свет сразу же не скрыться с моих глаз долой. Дарион, я не могу принять окончательное решение, его примет Тирион, но пока я разрешаю остаться у нас. - Шенк еще раз тряхнул воротник и отпустил жреца, после чего поднял Испепелитель и пошел вслед за Максимилианом, несшим на себе бессознательного Тириона Фордринга...