Второй шанс Плети

      Та же четвёрка - Тирион, Максимилиан, Элазар и Эстен, сидела в той же самой комнате, где ещё утром проводилось экстренное собрание. Однако в этот раз каждый был уже полностью экипирован - с шеи до ног каждая часть тела, кроме кистей рук, обтянутых перчатками из толстой кожи, была закована в тяжёлые латы, в которых обычный человек не смог бы даже шагу ступить, шлемы лежали на столе, а паладинские боевые молоты удобно, не будучи закрытыми на замок, располагались за спинами, ожидая своего часа в пылу боя.       Кроме шлемов, на столе также стояли крепкие дубовые массивные кружки, которые, однако, были наполнены не всяческими алкогольными напитками, а простой родниковой водой. Подкрепление алкоголем перед боем в кругу воинов Света хоть и не строго запрещалось, но всё же не считалось желательным, поскольку паладины считали, что к бою нужно подходить серьёзно, а не биться навеселе. Впрочем, услышав бы такие заявления, дворфы бы попросту высмеяли бы "святош", посчитав их очень странными.       - Ну так что ж, братья, всё готово, все наготове? - спросил Тирион, прекрасно понимая, что ему последует в ответ.       - Абсолютно всё, - подтвердил его мысли Элазар. - Я, пожалуй, пойду к воротам, - не знаю, как вам, а лично мне морально настраиваться проще на поле боя, а не в, пусть и просторной и близкой к полю, но всё же комнатушке. - С этими словами паладин вышел из комнаты, закрыв за собой плотную деревянную, обитаю железом дверь.       - Слушай, Эстен, - наконец промолвил Максимилиан, выйдя из раздумий. - Тирион-то понятно, он тебе как второй отец, а ты ему как второй сын, по его же словам, но... Мы с тобой не особо-то и знакомы: из всей информации про тебя мне известны разве что твой возраст и имя с фамилией. Можешь, пожалуйста, хотя бы немного, рассказать о себе? К тому же перед боем даже для опытных бойцов каждая секунда длится словно вечность, поверь, по себе знаю, а у тебя вообще боевое крещение на носу. Так хоть развеешься, отвлечешься, успокоишься...       - Ммм... Хорошо, - медленно, словно пробуя слова на вкус, ответил юноша. – Я Эстен, мне семнадцать лет - информация известная, не секретная. Родился в государстве Лордерон, город рождения, как ни странно, тоже Лордерон, вполне возможно, вы даже слышали что-нибудь об этом маленьком городке - никто шутку про Столицу не оценил и, поняв это, Эстен кашлянул и продолжил:       - Я из простой семьи Гинтеров: мой отец – хороший ремесленник, через некоторое время подался в торговлю и нажил средств на приличное проживание. Детей у них, кроме меня, не было – если я, конечно, не знаю о том, что батя где-то не там гулял, хотя он вроде был более-менее порядочным человеком. Обучался в церковной школе, где, собственно, и заметили, что я словно благословлён Светом, хотя, смотря на тех, кого действительно можно считать благословлёнными, мне кажется, что Свет просто меня похлопал по плечу и отправил в этот мир вовсе безо всяких благословений и напутствий       - Ну… Я бы, если честно, юноша, с тобой поспорил, - возразил Тирион. – Уж на что меня считают благословлённым, в своё время Свет во мне был тих, как пустое-препустое кладбище, с которого даже мёртвые сбежали. И да, это было тогда, когда меня только-только лишили сана паладина и всех наград и почестей. Впрочем, в самый нужный момент сила Света во мне проявилась и без паладинского звания. Помнишь момент, когда на посвящении благодать не снисходит слишком долго? На самом деле это сами посвящающие медлят, заставляя тебя засомневаться в своей достойнности. А ведь никто из смертных никогда и не был его на самом деле достоин - даже сам Утер Светоносный, даже любой из героев древности. Однако Свет любит нас, прощает нас и дарует свою святую силу, которой мы сокрушаем врагов и лечим союзников.       - Что ж, возможно, я точно не могу сказать, влияние Света усилилось из-за тренировок или из-за такого странного «проявления любви». Так вот… Я познакомился с Тирионом уже будучи новоиспеченным служителем в храме и толком хоть и подавал надежды, но пользовался силой с трудом, периодически тренируясь, медитируя… Помощь ещё тогда бывшего опытного паладина оказалась очень даже кстати.       - Что ж, понятно… Кстати, а как ты пережил ужасную Лордеронскую резню? Святые места там гасили очень большие топлы мертвецов, - вкрадчиво спросил Максимилиан, - Мертвецы не то чтобы не могут отличить Свет от Тьмы, особенно, если ты священнослужитель, да ещё такой, от которого святостью веет за версту минимум.       - Всё очень просто. Я с отцом отправился на торговом корабле в Штормград в качестве корабельного врача – удобно, и даже отцу нанимать на одного человека меньше, - усмехнулся юноша, поправляя свои волосы, - Мать же с сестрой… Они никуда не поплыли, и остались в Лордероне, впрочем, выиграв себе пару часов тем, что решили не посещать прибытие Артаса… Однако выжить им, к сожалению, не удалось. И, что самое ужасное, когда я возвращался уже в составе боевой группы, наспех собранной из добровольцев, чей уровень буквально чуть выше новобранца, которого за две недели обучили разве что наносить простейший удар ржавым мечом да парировать чем-то, что нормальный воин даже за щит не посчитает, мне... Мне пришлось собственноручно убить свою же сестру, уже полностью сгнившую, с оторванной рукой... Брррр... Пожалуй, не буду описывать дальнейшие ужасы.       - Как пожелаешь, - спокойно ответил Максимилиан, чуть кивнув, и поспешно постаравшись сменить тему, - А как у тебя дела на личном фронте, с отношениями?       - С отношениями? - усмехнулся Эстен. - Свободен как птица, пока что. Однако... На самом деле я влюблён... В жрицу при нашей часовне, Илию. - закончил юноша, наблюдая за одновременно вытянувшимися лицами саоих старших коллег.       - Вот как... - задумчиво протянул Максимилиан. - Тирион, почему-то я уверен, что ты об этом тоже не знал. И как можешь ты не знающий такого, считать Эстена себе почти как сыном?       - Да, я не знал, - ответил спокойно Тирион. - Я лишь иногда видел, как они мило беседовали за делами, которые сводили их вместе. Но известно ли тебе, что даже кровные сыновья очень даже любят утаивать свою влюблённость от своих родителей? Если же не известно, то ты либо чересчур прямолинейный, либо очень смелый, либо же просто никогда не влюблялся. Так, ладно. Эстен, а когда ты собираешься признаваться Илии в том, что ты неравнодушен к ней? Лет через десять, когда она уже давно выйдет замуж?       - Всё дело в том, что ещë вчера я решил про себя, что сегодня я ей признаюсь и, если повезёт с объёмом и сложностью наших дел, а также, если Илия согласится, погуляем вместе с ней вечерком. Однако, как видишь, - Эстен взглянул на летящий некрополь, - дела сегодня оказались размером с приличный городок. Да и, ко всему прочему, они ещё кусаются, орут, а также гниют и плохо выглядят и пахнут. Впрочем, каждую среду одно и то же.       - Хорошо... - прошептал Тирион, задумавшись, и затем продолжил мягко:       - Эстен... Я видел, тренировал и знаю в целом, как ты сражаешься - обрушиваешь многочисленные бешенные удары по противнику. Это хорошо работает против человека, который не ожидает такой удали и прыти. Однако сегодняшний противник максимально другой. Мертвецы не знают усталости, они не обращают внимание на почти любые раны, кроме, разве что, сминания тела в кашу, подобную той, что мы употребляем в пищу на завтрак, или отделения головы от шеи. И, самое главное - мертвецы поодиночке в бою ходить не будут, они сминают своего противника числом и напором. Поэтому, прошу, будь осторожен, не трать впустую энергию и не рвись слишком вперёд - тебя с лёгкостью окружат, а из окружения ты уже не сможешь выбраться. Воспользуйся моими советами, если хочешь встретиться с Илией хотя бы во время лечения, а не отпевания.       - Ладно, - кивнул парень, - Я поста... - его слова прервал звучный гул колокола, раздававшийся по всей Часовне Последней Надежды.       - Так, - мигом посерьезнел верховный паладин, - Максимилиан, готовь бойцов, расставь и веди в бой. Эстен, иди с ним и слушайся во всём именно его - он будет за главного.       - А как же... - начал чуть удивлённый Максимилиан       - Максим... Если такая мощная армия на нас обрушилась, значит, в интересах Плети нас быстро и мощно сокрушить. В частности, я очень даже легко могу предположить, что на святые земли пожалует сам проклятый принц. И да, никто из вас ему противостоять не сможет - его я возьму на себя. Будь бы тут, скажем, сам лорд Утер Светоносный, всё было бы, наверное, чуть проще. Хотя, честно говоря, первый паладин уже вступал в бой с Артасом, и при развязке схватки завязалась в узел его собственная жизнь. И, чтобы сразиться с падшим принцем, мне придётся выйти на бой с ним полностью подготовленным, а не полумертвым от усталости, поддерживаемый лишь Светом. Сами же в бой с ним вступать даже и не пытайтесь. Если я проиграю, то ничего лучше, чем партизанские действия или марш-бросок до Штормграда вы придумать не сможете. Приказ понятен? - уточнил паладин тоном, не предполагающим возражений       - Приказ понятен... - произнёс грустно Максимилиан, подойдя к старшему, - Храни тебя Свет, продолжил он, взглянув в светлые глаза Фордринга, наполненные грустью и сияющие решимостью пресечь все злодеяния, которое, как он понимал, будут совершены Плетью.       Развернувшись, Максимилиан развернулся и, подойдя к выходу, стуча металлическими подошвами своих сапог, резко дёрнул дверь, чуть не выдернув её из петель, и вышел. Эстен, чуть помедлив, последовал за ним, оставив Тириона одного.       Старый паладин подошёл к окну, способному пропустить сквозь себя одного человека, даже в тяжёлых огромных доспехах, и сел около него, отцепив молот и поставив его на пол.       - О Свет... Даруй мне сил, - прошептал ветеран, чуть протянув руки в стороны На кончиках пальцев начал сформироваться лёгкий прозрачный золотистый дымок. Однако Тирион спокойно и грустно произнес:       - Но не сейчас... Ещё не время...