Потерянные Звезды (Коты-Воители)

Тенелап выгнул, насколько мог, шею, пытаясь прилизать шерсть в труднодоступном месте у основания хвоста. Едва он, напрягаясь, совершил несколько энергичных движений языком, как услышал чьи-то приближающиеся шаги. Котик поднял голову и увидел своих родителей, Когтезвёзда и Голубку, бок о бок идущих к нему. Глаза обоих горели счастьем и гордостью. – Что такое? – спросил Тенелап, встряхнувшись. – Просто пришли повидаться, – ответил Когтезвёзд, а Голубка, подойдя вплотную, нежно лизнула ухо сына. Шерсть Тенелапа встала дыбом от смущения.«Можно подумать, я впервые иду к Лунному Озеру,– подумал он. –Они до сих пор трясутся надо мной, словно над новорождённым котёнком!» Он был абсолютно уверен, что они не суетились так над его сёстрами, Когтистой и Светлолапкой, когда те были оруженосцами. «Наверняка это из-за того, что я – ученик целителя». А, может, из-за его видений, сопровождавшихся судорогами, которые случались с ним с раннего детства. Он понимал, что родители продолжали волноваться за него, хотя со времён последнего приступа прошло уже немало времени. «Они, должно быть, надеются, что, пройдя целительское обучение, я раз и навсегда научусь их контролировать… И стану, наконец, нормальным котом». Тенелап хотел этого не меньше их. – В пустошах сейчас наверняка навалило снега, – промяукала Голубка. – Смотри внимательнее под лапы! Ученик нервно повёл плечами, беззвучно моля, чтобы их никто не услышал. – Обещаю, – коротко ответил он, глядя в сторону целительской палатки и надеясь увидеть своего наставника, Лужесвета, выходящего наружу. Но у входа никого не было. К облегчению Тенелапа, Когтезвёзд мягко подтолкнул подругу в бок, и они направились к предводительской палатке. Поспешно пригладив взъерошенную шерсть на голове, котик направился через лагерь на поиски припозднившегося Лужесвета. Погружённый в мысли, Тенелап едва заметил нагруженный добычей охотничий патруль, направлявшийся к куче с дичью. Он чудом успел остановиться перед самым носом Клеверницы, глашатай племени. – Фенелаф! – возмущённо промычала она сквозь землеройку, что свисала у неё изо рта. – Фы футь не вбив мемя ф вап! – Прости, Клевреница, – смущённо ответил ученик целителя, с уважением склонив голову. Глашатая фыркнула, раздражённо, но, насколько мог судить Тенелап, с нотками веселья. – Молодёф! Тенелап попытался скрыть своё раздражение. Да, он всё ещё был учеником, но уже старшим учеником – ведь целительское обучение занимало больше времени, чем воинская подготовка. Его сёстры, например, уже были полноправными воительницами. Но он понимал, что должен уважать глашатаю. Клеверница продолжила свой путь к куче с дичью, и Забияка, Пижмолистая и Сполох (Blazefire, бывший Лучелап, из Стражей – прим.пер.) отправились вслед за ней. У всех у них из пастей свисала добыча, но всего по одной-две тушки, и те были маленькими и тощими. – Это – самые суровые Голые Деревья из всех, что я помню, – пожаловалась Пижмолистая, опуская своего дрозда на кучу с дичью. Забияка, нахохлившись и подрагивая от холода, согласно кивнул. – Неудивительно, что дичи так мало, – промяукал он. – Они все попряталась в норы, и я на их месте поступил бы так же. Когда Тенелап отошёл от них на почтительное расстояние, он, не удержавшись, оглянулся и убедился, насколько маленькой была их куча с добычей. Котик попытался унять урчание в собственном животе. Он почти не помнил прошлый сезон Голых Деревьев, когда был ещё совсем крошечным котёнком, потому не мог сказать, насколько правы были те, кто говорил, что таких холодов ещё не было. – Что я могу сказать наверняка, так это то, что мне они не нравятся, – пробормотал Тенелап себе под нос, пролагая путь сквозь снежные заносы, покрывшие лагерь. – Мои лапы настолько заледенели, что, кажется, вот-вот отвалятся. Быстрее бы Юные Листья! Едва Тенелап подошёл к целительской палатке, как оттуда показался Лужесвет. – О, так ты уже готов, – промяукал наставник. – Лучше нам поторопиться, а то опоздаем. Направляясь к выходу из лагеря, он бросил через плечо: – Я перебирал наши запасы трав, и вынужден признать, что они стремительно подходят к концу. – Мы можем попытаться поискать травы на обратном пути, – предложил Тенелап, чей целительский долг превозмог голод и желание спрятаться от пронизывающей стужи. Ему всегда нравилось искать, сортировать и заготавливать целебные травы вместе с Лужесветом. Вообще, целительская работа успокаивала его, вселяла какую-то уверенность… Словом, была полной противоположностью того, что он чувствовал во время своих приступов. – Можем, конечно, попытаться, – вздохнул Лужесвет. – Но то из них, что не помёрзло, скрыто глубоко под снегом. Когда они углубились в лес, пятнистый кот обернулся на ученика. – Кажется, нам предстоит действительно тяжёлый сезон Голых Деревьев. Одному Звёздному племени известно, сколько он продлится… Шкуру Тенелапа покалывало от волнения, когда он взбирался по крутому склону к зарослям кустов, окаймлявших Лунное Озеро. Тревоги, связанные с мыслями о его приступах и суровых Голых Деревьях, отступили. Каждый волосок на его теле подрагивал в предвкушении встречи с целителями других племён и, что самое главное, с воителями Звёздного племени. Пускай он ещё не был полноправным целителем, пускай он не в состоянии контролировать свои видения – он всё равно встретится со своими предками. А от других целителей сможет узнать, что нового происходит в других племенах. Стоя на вершине холма в ожидании Лужесвета, пробиравшегося сквозь густые заросли, котик вспоминал события прошедших лун. Племени было непросто обживаться в своих новых границах и привыкать к соседству с Небесными котами. Ещё недавно Небесное племя жило отдельно от остальных племён в своём далёком ущелье. Но Звёздное племя призвало Небесных котов на берега Озера, поскольку впятером объединённые племена должны были стать лишь сильнее. Однако их возвращение означало перекраивание границ, и потребовалось немало времени, прежде чем остальные племена приняли их. Тенелап радовался, что между племенами установился мир: с приходом холодов воители были заняты более насущными делами, нежели пустыми стычками с соседями. Напротив, племена всё чаще вынуждены были работать сообща – например, делиться друг с другом целебными травами, учитывая, какое их количество оказалось поморожено и пропало. Тенелап гордился, что, несмотря на непростые времена, воители разных племён помогали друг другу, а не грызлись за каждый кусок добычи. «Начало предводительства Когтезвёзда было омрачено тяжёлыми испытаниями… Как же я рад, что всё это осталось в прошлом!» – И долго ты собираешься там стоять? Звук голоса наставника вырвал Тенелапа из объятий воспоминаний, и полосатый ученик, морщась, начал пробираться сквозь колючий кустарник, пока, наконец, не очутился на уступе, нависающем над гладью Озера. С противоположной каменистой стены ложбинки между двумя мшистыми валунами струилась вода. Струя воды разбивалась об озёрную гладь, искрясь, словно она была наполнена звёздами. Лунный свет серебром отражался в озёрной ряби. Тенелапу хотелось прыгать от радостного предвкушения, но, совладав со своими эмоциями, он направился по витой тропинке, спускавшейся к Озеру, со всем достоинством, которого можно было ожидать от целителя, пускай пока и не полноправного. Чувствуя, как его лапы ступают по отпечаткам, оставленным бесчисленными целителями, бывавшими тут до него, Тенелапа охватил благоговейный трепет. «Кем они были? И что с ними стало?»– роились в его голове вопросы, на которые не было ответа. Двое Грозовых целителей уже сидели у воды – видимо, ожидать остальных наверху в такую погоду было слишком холодно. Ольхогрив задумчиво приглаживал языком свою грудку, в то время как Воробей лишь раздражённо подёргивал кончиком хвоста. Его незрячие голубые глаза уставились в направлении подходящих котов племени Теней. – А вы не торопитесь, как я погляжу, – без малейших признаков дружелюбия прошипел Воробей. – Мы тратим ночь попусту. Только сейчас Тенелап заметил, что Пустельга из племени Ветра и две Речные целительницы, Ивушка и Мотылинка, сидели сразу за Грозовыми котами, скрытые тенью от скалы. – И мы рады тебя видеть, Воробей, – мягко ответил Грозовому целителю Лужесвет. – Извини, что припозднились, но Гречки с Непоседой, вроде бы, всё равно ещё нет? Воробей лишь презрительно фыркнул. – Если они не появятся в самое ближайшее время, мы начнём без них. «Неужели Воробей действительно не собирается их дожидаться?»– удивлённо подумал Тенелап, глядя на Воробья. Наконец, его внимание привлёк какой-то звук со склона. Подняв голову, он увидел Гречку, пробирающуюся сквозь заросли кустов. Непоседа, подрагивая, по пятам следовал за своей соплеменницей. – Не прошло и луны, – прошипел Воробей. «Да он не в настроении,– подумал Тенелап, тут же весело добавив про себя: – Впрочем, ничего нового». Пока Небесные целители спускались по склону, Тенелап заметил, насколько худыми и измождёнными они выглядели. На мгновение он подумал, не случилось ли чего в Небесном племени, но тут же понял, что и он, и остальные целители из-за тягот нынешних Голых Деревьев наверняка выглядели не лучше. Гречка, спустившись к воде, приветственно склонила голову. – Здравствуйте, – устало промяукала она. – Хороша ли нынче охота в ваших краях? На мгновение повисла тишина, и Тенелап буквально шкурой почувствовал всеобщее беспокойство.«Никто не хочет признавать, что их племя переживает непростые времена», понял котик. К его удивлению, первым заговорил Лужесвет, обычно задумчивый и немногословный. Возможно, виной всему был холод, прорвавший завесу естественной скромности его наставника и склонивший того к честности. – Очень плохо, – ответил пятнистый целитель, и Тенелап поразился тому, насколько подавленно звучал его голос. – Если эти холода продолжатся, просто не знаю, что мы будем делать. Присутствующие обменялись облегчёнными взглядами, словно были рады узнать, что не они одни переживают непростые времена. Ивушка согласно кивнула. – Из-за этой стужи многие Речные коты заболели. – В Грозовом племени та же картина, – пробормотал Ольхогрив. – А у нас почти закончились травы, – вставил Непоседа, – а те, что остались, поморожены и практически бесполезны. Гречка сочувственно взглянула на соплеменника. – Я даже слышала, как несколько наших молодых воителей шутили о том, что хорошо бы сбежать и стать домашними. – Надеюсь никогда не услышать подобных разговоров в моём присутствии, – прорычал Воробей. – Потому что те, кто его завёл, пожалеют, что вообще открыли пасть, я это гарантирую. – Не вылезай из шкуры попусту, Воробей, – ответила Гречка. – Говорю же, это была лишь шутка. Все Небесные коты преданы своему племени. Грозовой целитель лишь раздражённо дёрнул ушами в ответ. – Полагаю, спрашивать, не будет ли у кого лишней кошачьей мяты, бесполезно? – неуверенно промяукал Пустельга. – Все запасы на нашей территории побило морозом, и новых не предвидится до самых Юных Листьев. Большинство присутствующих лишь покачали головами, зато Ивушка ободряюще положила хвост на плечи Пустельге. – Речное племя поможет, – пообещала она. – В садах Двуногих неподалёку от нашей территории растёт кошачья мята, причём она там защищена от морозов. – Спасибо, Ивушка! – срывающимся от волнения голосом поблагодарил Пустельга. – У нас в лагере бушует очередная вспышка Белого кашля, и без кошачьей мяты он, боюсь, перерастёт в Зелёный. – Завтра на рассвете буду ждать тебя у границы, – промяукала Ивушка. – Я покажу тебе, где растёт мята. – Это, конечно, безумно мило, что мы все так прекрасно ладим друг с другом, – фыркнул Воробей, – но давайте не будем забывать о том, зачем мы все, собственно, здесь собрались. Мне гораздо интереснее послушать Звёздное племя, уж не обессудьте. Может, начнём уже? Слепой целитель сделал шаг по направлению к озеру и вытянул лапу, чтобы дотронуться до водной глади, но тут же потрясённо отдёрнул её назад. – Что случилось? – встревоженно спросил Лужесвет. Целители, один за другим, подошли к воде. Тенелап принюхался, а затем неуверенно протянул лапу. И тут же котик ошеломлённо почувствовал, как она коснулась чего-то твёрдого. «Великое Звёздное племя, что за??..» Вместо воды он почувствовал лёд, настолько тонкий, что тот с треском прогибался под давлением его лапы, усыпая окружающую поверхность мелкими осколками. – Лунное Озеро начинает замерзать, – констатировал Пустельга, пока Тенелап вылизывал свою лапу, побывавшую в ледяной воде. «Как это всё странно!» – Вот вам и очередное доказательство того, насколько суровый сезон Голых Деревьев нам предстоит, – проворчал Воробей. – Такое уже случалось раньше? – спросил Непоседа, потрясённо глядя на озеро, словно он видел его в первый раз. – На моей памяти – нет, – ответила Мотылинка. – Да, время от времени в Лунном Озере попадались льдинки, но чтобы замерзала вся его поверхность – такого точно никогда не было. – Как бы то ни было, пришло время общения со Звёздными предками, – перебил Воробей. – Может, хоть они нам скажут, сколько ещё продлятся эти холода. – И, может, мы увидим Листвичку, – тихо добавила Ивушка, безуспешно пытаясь скрыть скорбь в голосе. Тенелап практически не помнил умершую Грозовую целительницу, но был о ней наслышан и знал, что все коты в лесу говорили о ней в превосходных тонах. И хотя у Грозовых котов было ещё два целителя, потеря Листвички наверняка отдавалась в их сердцах такой нестерпимой болью, словно барсук оторвал одну из их лап. Он заметил, как Воробей зажмурился, будто бы пытаясь пересилить эту боль, и тут же вспомнил, что Листвичка была не только его наставницей, но и матерью. Полосатый котик вмиг простил Воробью всю его грубость. Он тут же подумал о Голубке.«Да, порой она смущает меня, ставя принародно в неловкое положение, но я даже представить себе не могу, каково это – потерять её». Ольхогрив теснее прижался к соплеменнику. – Она сейчас смотрит на нас со звёзд, – прошептал он. – Знаю, – едва слышно прохрипел Воробей. – Но это не то же самое, как когда она была жива. Даже для нас, целителей. Теснее прижавшись друг к другу, чтобы хоть как-то согреться, девять целителей вытянули шеи и склонили головы, готовясь коснуться поверхности озера. Дыхание Тенелапа взволнованно участилось. Он знал, что спустя несколько мгновений он либо окажется в Звёздном племени, либо Звёздные предки сами спустятся к Озеру. Однако, время шло, а он продолжал слышать лишь мёртвую тишину. Затем послышались растерянные кошачьи голоса, доносившиеся будто бы откуда-то с огромного расстояния. Тенелап не мог разобрать, ни что они пытаются сказать, ни были ли вообще в этих фразах связные слова. Тенелап встревоженно поднял глаза к небу, силясь разглядеть там очертания полупрозрачных фигур, словно бы сотканных из искрящегося тумана. В течение нескольких мгновений несколько таких очертаний почти приняли форму котов, но сразу же вновь распались в бесформенные клочки тумана. Ледяной страх сковал душу Тенелапа, и он теснее прижался к боку своего наставника. Котик попытался побороть приступ паники, говоря себе, что он ведёт себя глупо. «В конце концов, я бывал у Лунного Озера не так часто, как остальные, – пытался убедить он самого себя. – Может, бывает и такое?» Но, когда остатки туманных фигур бесследно растворились, Тенелап заметил, насколько шокированно остальные целители уставились друг на друга. – Неужели такого никогда не случалось прежде? – спросил он, стараясь не сорваться, как испуганный котёнок, на писк. Пустельга лишь покачал головой. – Никогда не видел прежде ничего подобного, – ответил он. – И не слышал о таком от других. Остальные целители согласно покачали головами. – Но что всё это значит? – спросил Тенелап. – Это ведь всё… нехорошо, правда? – Не переживай, – ободряюще промурлыкал Лужесвет, уткнувшись носом в плечо ученика. – Это всё, наверное, из-за того, что Лунное Озеро замерзает. Как только оно растает, связь со Звёздным племенем наверняка восстановится в полной мере. Тенелапу очень хотелось поверить в правдивость слов своих наставников, но, поймав сомневающиеся взгляды остальных целителей, он не был уверен даже в том, что Лужесвет сам верит в сказанное им же. Никто, однако, не стал спорить. Никто, казалось, вообще не хотел говорить о случившемся – целители молча поднялись по склону и, покинув углубление, в котором лежало Лунное Озеро, кратко распрощались. Возвращаясь бок о бок с Лужесветом обратно в племя Теней, Тенелап чувствовал, как его шкуру продолжает покалывать от волнения, только на этот раз волнение уже не имело ничего общего с радостным ожиданием. «Если этого никогда не происходило прежде, то почему случилось сейчас? Что всё это значит?» – роились в его голове вопросы. – Как ты думаешь… – начал было Тенелап, повернувшись к Лужесвету, но заметил, что тот, полностью погружённый в себя, даже не слушает его. Ученик понял, что сейчас явно было не время для вопросов. Тенелап вспомнил размытые туманные очертания с далёкими голосами, и ему показалось, что огромная непроглядно-чёрная туча нависла над ним и над всеми пятью племенами, готовая разразиться бурей. Вздрогнув, котик в очередной раз попытался успокоить себя своей неопытностью. Придёт время, и они обязательно во всём разберутся. «И всё будет.. в порядке?»