Hope is on the verge

Хонджун чувствует запах лекарств, когда заходит в палату своего брата; тот сидит на кровати и читает очередной детективный роман, пока из окна дует свежий весенний ветер. — Что, опять читаешь? — улыбается Хонджун и кладёт пакет с фруктами на прикроватную тумбочку. — А что мне ещё делать? Ты-то весь в делах, на родного брата и времени нет, — Бомджун по-детски дует губы, но книгу всё же откладывает в сторону, разглядывая на севшего на стул брата. — Смотрю, ты стал более счастливым. — Думаешь? — Ага, а то приходил весь такой задумчивый, прям сам не свой был. — Ну, я несколько дней назад встретил одного друга. Мы с ним поговорили, и стало как-то… легче, что ли. — М-м-м, друга, значит, — Бомджун хитро сощуривает глаза. — Он — омега? — Да, но мы друзья! Просто друзья. — Как скажешь, — хихикает Бомджун, и теперь очередь Хонджуна дуться. — Но тебя волнует что-то ещё, не так ли? Бомджун с детства видит своего брата насквозь, и даже сейчас замечает в его глазах блеск грусти. — Да так, просто бытовые проблемы, не бери в голову, — Хонджун качает головой и поднимает уголки губ. — Сам-то как себя чувствуешь? — Врач сказал, что лечение идёт по плану, — бодрым тоном произносит альфа. — Скоро смогу выходить на улицу. — Вот как! Я очень рад. Хонджун ещё немного разговаривает с братом, после чего думает вернуться домой и взяться за новый заказ. Пообещав Бомджуну, что он на днях зайдёт к нему, альфа выходит из палаты и неспешно идёт по этажу, поправляя висящий на плечах медицинский халат. Из одной палаты выходит врач, и Хонджун кивает ему в знак уважения, а тот, улыбнувшись, прикрывает дверь и уходит к лифту. Альфа резко останавливается, улавливая в воздухе знакомый до боли в сердце запах феромонов, что будто навевает какими-то воспоминаниями. Хонджун делает частые вдохи, пытаясь понять, откуда доносится этот слабый, приятный запах, и поворачивает голову на дверь палаты, из которой вышел врач. Альфа, словно заворожённый, накрывает дверную ручку ладонью и медленно открывает дверь, боясь, что его необычное предчувствие — очередная паранойя. Он заходит в палату и, закрыв за собой дверь, обращает внимание на лежащего на кровати человека, к рукам и телу которого прикреплены датчики, передающие пульс и сердцебиение на устройство, а половину его лица закрывает прозрачная, дающая кислород маска. С каждым шагом к человеку сердце Хонджуна бьётся, как сумасшедшее; в его голове появляются отрывки событий из комы, которые он уже не надеялся вспомнить. Альфа ощущает в груди невероятные, когда-то забытые чувства, что испытывал к омеге по имени… — Сонхва, — шепчет в неверии Хонджун, неотрывно смотря на красивые черты лица того, кого, наконец, смог вспомнить. Он вспомнил омегу, который любит ароматные цветы и яркие звёзды. Омегу, в которого он, Хонджун, влюбился всем сердцем и душой. Омегу, с которым он был счастлив в коме. Альфа садится на колени перед кроватью и, аккуратно взяв руку Сонхва, даёт слезам скатиться по щекам. Вот он — любимый омега, реальный и… без сознания. В коме. — Как же так? — Хонджун поглаживает тыльную сторону ладони омеги и закрывает глаза, сдерживая рвущийся наружу полный чувств и эмоций крик. В голове появляются вопросы: «Почему он в коме?», «Почему не проснулся?», «Что вообще происходит?» — Эй! Ты кто такой? — слышится в дверном проходе чей-то смутно знакомый голос, но Хонджун не обращает на него никакого внимания; ему сейчас важен только Сонхва. — Я задал вопрос, — к альфе подходят и тащат его за воротник вверх. — Кто ты так… Хонджун смаргивает пелену с глаз и, увидев обладателя знакомого голоса, замирает. Он смотрит в раскосые глаза альфы, что поддерживал его в коме, не давал унывать и научил стрелять из оружия. Он смотрит на Сана. — Хон… Хонджун? — Сан расширяет глаза, отпуская воротник альфы, и делает шаг назад. — Это… это ты? Или у меня уже галлюцинации из-за препаратов? Хонджун крепко обнимает Сана, чувствуя, как на душе становится спокойнее. Два человека, которых не могли вспомнить он и Уён, оказались реальными. — Я бы сказал, что это галлюцинации, но не хочу портить момент, — тихо усмехается альфа и ощущает объятия в ответ. — Знал бы ты, как я рад видеть тебя, — негромко говорит Сан, а в его глазах скапливаются непрошеные слёзы. — Но… как? — Что как? — Когда я вышел из комы и рассказал врачам, что видел, они мне сказали, что это был сон, — альфа стирает с уголков глаз слёзы. — Что мне просто приснились те чёрные существа, ты и… Сан смолкает и расширяет глаза от осознания того, что его любимый омега реален, как и Хонджун. Тот, уловив мысли Сана, достаёт телефон из кармана и ищет нужный контакт. — Уён, нет времени объяснять. Живо приезжай в первую больницу! Всё на месте расскажу. Хонджун отключает звонок, так и не услышав недовольный бубнёж Уёна, и смотрит на альфу, который, кажется, сейчас упадёт в обморок. — Эй, Сан, ты как? — В-всё нормально, — Сан садится на стул и делает глубокий вдох. — Я даже не думал, что ты и Уён реальны. Я так… так тосковал по нему и уже начал думать, что влюбился и дал обещание вымышленному человеку. — А мы с Уёном даже не могли вспомнить тебя и… — Хонджун переводит грустный взгляд на омегу, чьё имя застряло, как ком в горле. — Как такое вообще возможно? Я уже ничего не понимаю. — Я тоже, — Сан сжимает плечо альфы, смотря таким же взглядом на Сонхва.

***

Уён буквально влетает в больницу и, не забыв взять у медсестры за стойкой халат для гостей, идёт на самый верхний этаж, где его ждёт Хонджун. Омега проклянёт альфу, если у того не окажется веской причины, по которой он выдернул его, Уёна, с работы, и заставил приехать на другой конец города в больницу. — Если я пришёл сюда по какой-то тупой причине, я выверну твой нос к верху, и ты захлебнёшься при первом же дожде! — чуть ли не на весь этаж кричит Уён, идя к альфе, сидящему на скамье в середине коридора. — Не вопи, — Хонджун кивает в конец коридора, где у окна стоит человек. Уён присматривается к человеку, интуитивно идёт вперёд и переходит на бег, стоит ему узнать в нём того, кого не мог вспомнить; кого любит так сильно, что всплывающие из глубины души чувства охватывают его с головой. Медицинский халат падает с плеч омеги, когда он обнимает Сана и жмётся к нему, вдыхая чудом не забытый запах его феромонов. — Сан, — всхлипывает Уён, вспоминая все моменты, проведённые вместе с альфой в коме. Он смотрит в глаза Сана и видит в них яркий, напитанный теплом и нежной любовью блеск. — Я… я так тосковал. — Я тоже, Уён-а, — Сан накрывает щёку омеги ладонью и поглаживает большим пальцем мягкую кожу, виновато улыбаясь. — Прости, что я не сдержал своё обещание. Я… — Молчи. Уён притягивает альфу к себе и целует с особым напором, давая понять, что не винит и не злится на него. Омега сейчас просто хочет до конца убедиться, что его любимый человек реален, а не плод больной фантазии. Сан, обняв Уёна за талию, охотно отвечает на поцелуй, вкладывая в него все те чувства, которые испытывал в коме, и испытывает здесь — в реальной жизни.