Девочка с двумя косичками

Веки девушки медленно разомкнулись, фокусируя размазанную картинку. Первым делом, вырвавшись из объятий Морфея в ужасную реальность, Долорес вспомнила, что её до сих пор что-то держит здесь... Точно... Рон. Девушка резко вскочила с кровати, напугав сидящую рядом Феклу. В глазах потемнело и голова внезапно заболела, но это не помешало Долорес встать на ноги и выбежать из комнаты, опираясь руками о стены. Она без стука вбежала в комнату Рона. Парень сидел в кровати, укутавшись в одеяло. — Рон! — взволнованно воскликнула Долорес, подбегая к нему, — Ты в порядке? Парень резко поднял на девушку взгляд, совсем не ожидая увидеть её. — Всё в порядке, — произнёс он, слабо улыбаясь, — Он ограничился несколькими ударами, тебе не о чем переживать. Долорес поверила этой улыбке и перестала задавать вопросы. Она села рядом и Рон накинул на её плечо одеяло и заключил в объятия. — Как твоя рука? — Я про неё и забыла... — девушка впервые обратила внимание на забинтованную ладонь. Она слегка саднила, — Вроде нормально... Наверняка Фекла постаралась. Но это — ладно, есть разговор поважнее. Нам нужно придумать план побега. — План побега? Я не думаю, что это возможно, — отсёк парень, грустно улыбаясь, — Мы ничего не знаем об этом острове, тут другие нормы общества, новые технологии... Таких как мы сразу заметят в толпе. — Тогда, что нам делать? Что, если он пойдёт дальше? Что если... — Долорес подняла глаза, полные слёз на парня, — Он решит убить нас? — Не убьёт, если мы заполучим его доверие. Возможно, если нам это удастся, он будет выпускать нас на улицу, где мы сможем обследовать обстановку. А там уже разберёмся, как стоит действовать. Так что сейчас главное — не нарываться и быть терпеливыми, ладно? — Хорошо. Девочка прижалась к Рону сильнее, из-за чего ему пришлось приподнять голову, чтобы сдержать слёзы. — Я тебя защищу от этого мерзавца. — Я тоже сделаю всё возможное. — Угу... Вот и решили... Парень издал смешок, чтобы скрыть всхлип и обнял её крепче. Не хотелось её отпускать. Ему всегда хотелось жить в маленьком домике на окраине родного материка. Плевать на отсутствие еды, на отсутствие роскоши, главное, что вместе и в безопасности. Это самое главное. В комнату заглянула Фекла, с грустью посмотрев на ребят. — Долорес, поможешь мне с уборкой? Рону нужно отдохнуть. — Ладно... — нехотя протянула девочка и отошла от друга. Помахав ему рукой, Долорес удалилась. Рон резко выдохнул. Спина ужасно болела и было больно сидеть, однако, подруга не должна была об этом узнать. Если не он, то кто защитит эту маленькую наивную жизнь от жестокости мира? *** — Давненько ты меня не навещал, сынок, — седой старик, немного младше шестидесяти, с улыбкой вздохнул, глядя на Эрмонда. Парень же, в свою очередь, не отвечал тем же. — Как там Тхуан? — Она в садике. Знаешь, с твоей стороны не очень красиво оставлять собственную дочь на попечение больного старика. Девочка же совсем не знает своего отца. — То, что я о ней спрашиваю – уже счастье, — прошипел Эрмонд и уткнулся в телефон. — Кроме своего телефона ничего не видишь. Мужчина встал на ноги и выхватил устройство из рук сына. Эрмонд поднял на него раздражённый взгляд, всеми фибрами души сдерживая себя и резкие порывы гнева. Человек перед ним казался до жути надменным и злым, как будто вот-вот начнёт плеваться ядом. — Твоя дочь никак не относится к нашим взаимоотношениям. Парень вскочил с дивана, всматриваясь в лицо отца с неприкрытым гневом. Он молчал, но умело презирал мысленно. — И она не виновата, что её отцом стал червяк, который даже учёбу в университете не может закончить, — делает паузу, фыркая, — Что с тобой стало в конце концов? Перестал стараться, потому что осознал, что у папы есть деньги? — Я никогда не старался, если ты помнишь. Да и всё было бы нормально, если бы твой грёбаный бизнес не обанкротился! — вскрикнул парень, тыча пальцем в грудь отца, — Всё проблемы от тебя, чёртов маразматик! У нас скоро закончатся деньги и куда мы пойдём? Жить на улице? В одном ты хорош: оставил достаточно сбережений. А дальше что? — Устроюсь на работу, как только вылечу сердце. У меня, в отличие от тебя, есть образование, — пылает гневом мужчина в ответ. — Посмотрим, как скоро это произойдёт, развалюха хренова, — вырывает свой телефон из рук старика и уходит. — Больше не получишь от меня ни копейки! И ребёнка своего не увидишь! Неблагодарный. Быстрым шагом парень пошагал из родительского дома, не желая продолжать бесполезные споры дальше и рассерженно набирая что-то в заметках телефона. Только воспоминания о том, как родители постоянно давили на него, вызывали головную боль. А что Эрмонд мог поделать? Он не умён, не силён. Занимался боевыми искусствами — всё равно не добился успеха. Единственное, что у него было: деньги. И то нестабильно. Так что постоянные упрёки и рукоприкладства в его сторону крайне раздражали. Как будто он обязан был быть идеальным, в то время, как рос в роскоши. К чему ему было стремиться? Зачем было стараться, если всё всегда было поднесено на блюдечке? Абсолютно никакой мотивации. Даже сейчас, когда он в любой момент мог остаться на улице без гроша в кармане. Он просто надеялся на удачу, и что папа всё решит. Не оставит же он родного сына, ведь так? *** — Долли, подойди, — Фекла приманила девочку к себе, лёжа в кровати. Она болела уже несколько дней: была высокая температура, — У нас заканчивается еда. Сходи с Алисой вместо меня, она одна всё не донесёт. Долорес взволнованно огляделась по сторонам, как будто боялась, что их подслушивали. Она ещё не разу не выходила за пределы дома и до жути боялась неизвестного мира. — А что скажет мистер Хван? И почему я, а не Рон? Он, всё-таки, сильнее меня. — Господин знает. Он просил отправить именно тебя. На самом деле было действительно страшно. Такая возможность исследовать мир должна была выпасть Рону, но никак не глупенькой Долорес, ничего не знающей и не умеющей. Впрочем, может это шанс хоть раз побыть самостоятельной, а не прятаться за спиной друга? Фекла выдала новую одежду, очень непривычную для девочки, но, якобы, не выделяющуюся среди остальных граждан этой страны. Алиса тоже надела платье, в котором ходила довольно редко, по праздникам. Оно было ей уже маловато, было заметно, что девушка носит его давно. Когда обе вышли из дома, нос забил воздух, но не такой чистый, какой привыкла вдыхать Долорес на родном острове. Газы автомобилей, фабрик: всё это портило экологию, пусть и приносило людям пользу. Девочке казалось, что это хуже, чем жизнь на родном материке, пусть и не такая продвинутая, но приближённая к природе. Впрочем, любой житель этого города не согласился бы с девочкой. Удобства им привычнее, да и другой жизни они никогда не знали. Идти по улицам было страшновато. По бокам красовались неизвестные прежде сооружения, нависая над девочками. Долорес крепко держалась руками за Алису, которая, тем временем, бесстрашно ступала по асфальту и поглаживала ладонью плечо подруги. Ощущение опасности придавали не только сооружения: в будний день по улице ходило множество людей, одетых в странную одежду, и то и дело поглядывающих на двоицу. Долли сразу тупила взгляд, опускала его и сильнее впивалась руками в Алису. Та же относилась с пониманием и старалась ускорить шаг, чтобы поскорее сделать покупки и вернуться домой. Впрочем, идти слишком долго не пришлось. Как только девушки зашли в магазин, Долорес ахнула: столько разнообразной еды она не то, что не видела, скорее даже не знала о существовании. Глаза бегали по прилавкам, но приходилось держать себя в руках, иначе люди подумают не то. Продукты клала в корзину Алиса, Долорес лишь глотала слюну, жадно наблюдая за каждым её движением. И кроме этого ей ничего делать не оставалось. Но спустя некоторое время, служанки остановились у колбасного отдела, где Алиса указала на копчёную. — Разве нам нужно её купить? — шёпотом спросила Долорес, не припоминая колбасу в списках. Собеседница помотала головой из стороны в сторону, слегка улыбнулась и указала пальцем в сторону Долорес. — Купить её мне? А разве есть деньги? — неуверенно произнесла она. Алиса кивнула. — Тогда давай, конечно! В ту же секунду улыбнулась, захихикала. И настроение сразу поднялось. Разобравшись с покупками, двоица с тяжёлыми пакетами вышла на улицу, где их встретил алый закат с малиновыми облаками, переливающимися всеми возможными цветами. — Туч много. Скоро небо будет плакать, — вздохнула, удерживая в руках пакет с продуктами и запрокинув голову, медленно шагая, — Когда небо плачет, грядки питаются влагой и вырастают овощи, фрукты и крупы, а животные и люди используют эту воду, чтобы помыться и попить. Но никто не пытается успокоить небо, как-то его понять. А ему тоже больно. И так всегда: когда один страдает, второй этим упивается, — сделала паузу, но затем опустила взгляд на Алису, неловко улыбаясь, — Но ты не обращай внимания, просто мысли вслух. Раньше я записывала их в дневник, но теперь, если не буду много болтать, могу свихнуться от их переизбытка. Да и как-то отвлекаться хочется иногда от случившегося. Алиса перевела глаза на Долорес, приподняв брови. — Они убили мою маму. Она должна была быть здесь вместо Рона… Но я не могу винить её. Я же знаю, что она хотела для меня лучшего. Собеседница опустила грустный взгляд. — Жаль, что ты не можешь говорить… Мне хотелось бы знать, что у тебя на душе. А то вечное слушание смахивает на проклятие: копишь чужие проблемы внутри, а свои выпустить не можешь, — повернулась в её сторону, — Напишешь как-нибудь на листе? Алиса кивнула, кажется, становясь ещё грустней. — Кстати, я много думала и так и не поняла, Эрмонд же заграбастал нас всех нелегально? Почему мы просто не скажем полиции? Девушка резко ожила и агрессивно замотала головой из стороны в сторону. — Неужели есть настолько веская причина? Алиса открыла рот, то ли чтобы вздохнуть, то ли от увиденного: к Долорес подбежал низенький мальчик лет двенадцати, вырвал из рук пакет с продуктами и умчался прочь. — Эй! Стой! — закричала девушка и побежала за ним, оставляя Алису одну. Впрочем, та хотела бы побежать за ней, однако быстро отстала, имея не такую хорошую физическую подготовку. А мальчик оказался довольно силён в догонялкях, даже с тяжёлым пакетом продуктов в руках. Переулки, по которым он бежал, становились всё темнее и ýже, местность менее знакомой, а людей рядом уже не было. Долорес стала чувствовать, что задыхается от долгой пробежки и от осознания, что оставила Алису одну, однако она не остановилась ни на секунду. Наконец, воришка вбежал в какой-то открытый гараж. Девушка заколебалась лишь на секунду, но затем зашла за ним, осматривая просторное помещение…