Иначе

      Форма. Как же для Димы была важна форма его тела.       Чуть ранее подросткового возраста у Димы появилось желание стремиться к тому, чтобы при взгляде на него первее всего возникала бы мысль «наверное, он много качается». Всё из-за так называемого «комплимента» от девушки, которая, казалось бы, хотела сделать приятно, но случайно привила парню комплекс: «Я давно искала такого парня, как ты, - говорила она, - Все такие накаченные, пугающие... Только и делают, что качаются. А ты другой: ни выскоий, ни низкий; ни худой, ни мускулистый. Самое оно!»

Блять.

      С того времени Дима так и пропадал в зале по несколько часов. О высококалорийном питании и вредных привычках можно было даже не думать. Особенно про алкоголь; Дима мог себе позволить иногда покурить, но он напрочь отказывался от обладания «пивным пузиком». Он обещал себе, что если и выпивать, то только два раза в год — на День рождения и на Новый Год. Один из таких случаев пришёлся ему в период их с Юрой самостоятельной жизни.       Всего полгода как юноши стали жить отдельно. Конец ноября, а значит День рождения Димы уже близко. Юра через мольбы уговорил его выпить (из своей выгоды, так как Юра сам пил очень часто), но при Димином условии, что они будут только вдвоём: ему не хотелось лишних свидетелей своего праздника и первого пьянства.       Парни купили бутылку шампанского и пару-тройку бутылок пива, тем самым устроив короткое свидание а-ля шоппинг (только такой шоппинг они могли себе позволить). На самом деле, Дима очень переживал по поводу алкоголя; он не знал, как будет себя вести и как это скажется на нём или Юре. Дима знал о непредсказуемости поведения пьяных людей.       Юра, как знатный выпивоха, уже в середине дня выпил бутылку пива. В его речи стали чаще фигурировать маты — это характеризовало Юру в нетрезвом состоянии. Щенячьими глазками, спустя пару часов, веснушчатый уговорил и Диму начать пить.       Юра не блистал заметными симптомами пьянства. У него это проявлялось индивидуально: он начинал чаще материться, очень долго пьянел и в таких случаях у него всегда было вдохновение. Поэтому к позднему вечеру, когда уже и от шампанского ничего не осталось, Юра сидел с таким видом, будто только что выпил не 0,75 литра алкоголя, а стакан воды или сока. Но Дима в свою очередь заметно изменился.       Его слегка пошатывало, веки смыкались, а мозг уже переставал правильно формулировать мысли. Однако, Юра в глазах Димы становился с каждой секундой всё более и более привлекательным. В прочем, он всегда таким был, но сейчас всё было иначе.       —Что-то ты скучно пьянеешь, - отметил Юра, - Даже не буянишь.       —А должен? - промямлил Дима, зевая.       —Я ожидал, - от скуки Юра опёрся щекой на ладонь.       В комнате не надолго повисло молчание.       —Ты красивый, - воодушевлённо сказал Дима, всматриваясь в лицо Юры. Тот заметно занервничал.       —Я? Правда? - казалось, щёки покраснели.       —Да, - он улыбнулся. - Я тебя люблю.       Дима говорил это очень редко. Для Юры это стало первым внешним признаком опьянения Димы. От неожиданности Юра стал заикаться, смущённо хихикать и бегать глазами по всему помещению.       —И я тебя люблю, - тихо ответил он.       —Я хочу тебя.       Дима не прекращал улыбаться, а на Юре лица не было. Мало того, что Юре было непривычно слышать такое от него, так ещё и эта фраза звучало странно и слишком смущающе. В любом случае, Юра приятно удивился. Он понял, на что сейчас настроен Дима, поэтому старался принимать больше комплиментов от него и подталкивать его на них самостоятельно. Однако, после каждого слова Димы член становился всё твёрже.       Юра и в обычном состоянии возбуждался от каждого действия Димы, - так получалось, - а тут они оба пьяные, так ещё и сам Дима говорит такие вещи без абсолютного стеснения и с прямыми намерениями соблазнить Юру. В какой-то момент Юра медленно пополз с другого конца комнаты прямо в сторону Димы. Тот в ответ лишь ехидно улыбался. Улыбка любимого сводила Юру с ума. Наконец прозвучало заветное:       —Иди ко мне, Юрочка.       В их отношениях эта фраза означала только одно — интим. Эта фраза была своего рода приглашением заняться сексом, потрахаться и даже грубо поебаться — зависело от настроения и от ведущего. Но точно было одно: как только эта фраза доходила голосом Димы до Юриных ушей, уже через полминуты оба были полностью готовы к сексу.       Дима отодвинулся назад и принял полусидячую позу на кровати, не прерывая зрительного контакта с Юрой. Тот уже навис над парнем и, глупо улыбаясь, расстёгивал ему ремень, жадно прикусывая нижнюю губу. Юрины руки добрались до трусов Димы. Еле дотронувшись, веснушчатый ощутил то, насколько Дима возбуждён.       Руки, покрытые веснушками, пробрались под бельё. Дима довольно извился и медленно выдохнул, опустил взгляд на происходящее. Юра аккуратно трогал член, поглаживал кончиками пальцев и нежно проводил ими по всей длине. Костяшки на руках, забитые татуировками, покраснели, будто ими Дима только что ударил человека. Перед его глазами всё плыло и мутнело, образ доминирующего Юры перед ним превращался в размытое пятно. Юра и раньше настолько хорошо дрочил Диме, что такой эффект был и в трезвом состоянии. Однако, на данный момент Юра едва касался его члена, а тот уже был почти на пределе.       —Я люблю твои руки, Юрочка, - тихо произнёс Дима.       Юра молчал. Он лишь довольно улыбался, любуясь пьяным Димой, извивающимся под ним.       Изредка Юре удавалось услышать стоны Димы, но удавалось это только тогда, когда он кончал. Но уже сейчас Дима начинал стонать не так, как обычно, а нежно и заигрывающе. Юра приспустил резинку его трусов. Но Диме хотелось большего, и собственными руками он стал избавляться от белья полностью. Юра обхватил Димин член рукой, а Дима в ответ — его шею, снова посмотрев ему в глаза. Дима никогда в жизни не поддерживал такой долгий зрительный контакт — стеснялся. Но сейчас всё было иначе.       Юра начал медленно надрачивать любимому член. Тот уже и вовсе перестал стесняться и как-либо сдерживать стоны. Юра умудрялся дотронуться везде: одной рукой он трогал его тело — талию, бёдра и грудь, а другой — ствол, яйца и головку. Конечно, Юра — первый и единственный опыт Димы, но он точно был уверен в том, насколько же Юра хорош в сексе. Вероятно, это было из-за дикого либидо Юры, его, казалось, животного инстинкта.       Юра постепенно повышал скорость движения руки. Дима извивался, толкался бёдрами вверх навстречу его руке, дрожал. Никогда Дима не разговаривал во время секса, но сейчас всё было иначе.       —Юрочка, Юра, - он практически мурлыкал его имя, - Блять, как я люблю тебя, Юронька.       Юра едва держался, чтобы не начать трахать Диму. Он уже готов был кончить только от того, как под ним извивался и ныл возбуждённый Дима. Юра никогда не видел его таким, и прямо сейчас ему безумно нравилось то, что он видел.       —Пожалуйста, быстрее, - умолял Дима.       Юра послушался. Его лицо было настолько довольным, что казалось, будто вот-вот треснет от хитрой улыбки. Дима вцепился пальцами в простыню и сжимал её так же, как Юра сжимал пальцами его член. Он был Мастером дрочки с большой буквы. В какой-то момент Юра стал уделять больше внимания головке и отверстию. Большим пальцем стимулировал уретру, а указательным и средним — саму головку. Дима дёргался от удовольствия.       —Блять, я умоляю тебя, - тянул Дима, - Пожалуйста.       Он стонал громко, глотая слова. Его бросало во все стороны в то время, пока Юра еле трогал его лишь тремя пальцами. В какой-то момент он остановился. Дима закрыл рот рукой, мычал и наблюдал за тем, как Юра стягивает с себя штаны. Увы, терпеть он больше не мог.       Юра обхватил оба члена одной рукой. Диме оставалось только смеяться от удовольствия и материться, умоляя ускориться. Он невыносимо любил Юрины руки. Особенно сильно он любил их тогда, когда дело доходило до секса. Или до музыки.       —Блять, я люблю тебя, блять, трахни меня, - ныл Дима. - Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...       Юра слушался, ускорялся и всё больше внимания уделял головкам членов, тесно соприкасающимися друг с другом. Он уже и сам стонал, но, на удивление, едва слышно; стоны и мольбы Димы заглушали все остальные звуки в комнате. Юра наклонился к шее Димы и нежно поцеловал её, но подняться обратно уже не получилось: Дима схватился за Юрин затылок и прижал его ближе к шее. Диме не нравилось, когда Юра кусался, но сейчас всё было иначе.       Дима кончил себе на живот. Оргазм сопровождался громкими стонами и неразборчивыми словами, что спровоцировало и Юру кончить. Парни тяжело дышали, лёжа обнимаясь.       —Юра, я люблю тебя. Это просто пиздец. Пиздец, как я люблю тебя.       —Хватит материться, - тихо попросил Юра, улыбаясь, - Я тоже тебя люблю.       Через несколько минут, успокоившись, Дима и вовсе уснул. Юра остался молча любоваться спящим Димой до тех пор, пока сон не одолеет и его. Сегодня всё было иначе.