dollhouse

      Тэхён судорожно выдыхает, крепко сжимая пальцы в кулаки, когда ощущает вязкое тепло чужого языка между своих ягодиц. Ким расслабленно откидывается на подушку, чувствуя, как внутри него с каждым движением Юнги, нарастает всё большее приятно щекочущее напряжение. Мин же, будто бы играясь, дразняще обходит вход.       Торжественная одежда уже давным-давно небрежно снята. Их теперь уже супружеская спальня наполнена терпкими смешанными ароматами персика и апельсина.       Тэхён тихо стонет, когда язык Юнги всё-таки касается его входа. Ким шире разводит бёдра, поддаваясь навстречу ласкам. Он прикрывает глаза, скользит ладонями по своей груди, слегка задевая вставшие горошины сосков.       — Чёрт, — блаженно выдыхает Ким в моменте, когда язык альфы скользит внутрь.       Ким слышит тихую ухмылку мужа. Он знает, что Юнги любит довольствоваться тем, что доводит омегу до крайнего исступления.       Тэхён расплывается, медленно тая от каждого движения альфы. С каждой секундой дразнящего удовольствия Ким всё сильнее желает ощутить внутри себя член Юнги, полностью погрузившись в блаженство.       — Трахни меня… — молящим шёпотом выдыхает Ким, цепляясь за плечи Юнги ладонями. — Пожалуйста.       Юнги отстраняется, облизывает свои губы, смотря Тэхёну прямо в глаза. И в этот момент Ким полностью сгорает видя, как язык скользит по устам альфы. Даже спустя столько лет это движение так ярко откликалось в сознании омеги.       — Сегодня всё для моего мужа, — ухмыляется Юнги.       Альфа удобно устраивается между разведённых ног омеги, обхватывает член и направляет внутрь.       С первым толчком всё тело Тэхёна прошибает яркая волна желаемого наслаждения. Он тянется ладонями к Юнги, крепко обхватывает спину своего теперь уже мужа.       Их тела сливаются в медленных резких толчках, а голоса образуют мелодию из томных вздохов и протяжных стонов.       В голове Тэхёна клубится приятная мысль о том, что теперь он и Юнги — настоящая семья. И этот секс — первый в их новом амплуа.       — Люблю тебя, — выдыхает Юнги, слегка прикусывая кожу на шее Тэхёна, ускоряя темп.       — Люблю тебя, — со стоном отвечает Ким, крепче впиваясь ногтями в спину альфы.       Звуки в комнате становятся ещё громче. Концентрация феромонов доходит до предела.       Тэхён чувствует, как внизу живота зарождается тянущее приятное щекочущее ощущение приближающегося оргазма.       Движения Юнги становятся ещё более быстрыми, Тэхён чувствует, как головка члена так верно и правильно попадает по простате с каждым толчком. Тело Кима начинает неконтролируемо дрожать, а голос срывается на громкий стон, который заглушается в поцелуе. Тэхён чувствует, как его тело накрывает приятная накатывающая волна наслаждения.       Юнги выходит из омеги, помогая себе закончить быстрыми движениями руки, и изливается на живот супруга.       Мин тянется к прикроватной тумбочке, на которой лежат приготовленные заранее салфетки, и начинает аккуратно вытирать судорожно дышащего Тэхёна.       — Надеюсь, что у меня получилось расслабить тебя сегодня, — с ухмылкой произносит Юнги.       — У тебя всегда получается меня расслабить.       — И кстати, ты думал, что я совершенно никак не готовился к нашей свадьбе, но… — Юнги тянется к телефону, разблокирует его. — Я купил нам билеты в Париж. Ты так сильно был занят подготовкой к нашему дню, а я позаботился о нашем свадебном путешествии.       — Серьезно? — удивленно произносит Тэхен, не веря своим глазам.       — Серьезно. Я знаю, что ты давно хотел побывать в Европе, поэтому решил, что неплохо было бы начать с города влюбленных. И пора бы уже воспользоваться нашими загранпаспортами.       — Тебе повезло, что я взял себе маленький отпуск на работе, чтобы отдохнуть от свадебной суеты, иначе…       — Конечно, я всё знал, и взял билеты именно в те даты, когда у тебя отпуск.       Тэхен довольно улыбается, думая о том, что его муж самый замечательный и чуткий альфа в мире.       — Спасибо, — мягко выдыхает Тэхен, пододвигаясь к Юнги ближе. Он нежно целует альфу в губы.       — Как я и говорил, сегодня всё для моего мужа.       — Только сегодня?       — Всю жизнь.

***

      Чонгук нервно постукивает пальцами по окну машины такси. Он с огромными усилиями досидел до конца торжества, стараясь не показывать пытливому взгляду Тэхёна, что что-то не так.       Чон надеялся, что в полной мере осознание произошедшего на улице возле ресторана накроет его завтрашним утром, но нет, по мере того, как действие алкоголя ослаблялось, омега чувствовал, как на него начинали накатывать муки совести.       Чонгук изменил Намджуну.       Так быстро, не подумав о последствиях, надеясь, что вовсе не вспомнит о случившемся. Он поддался желанию своего тела, совершенно позабыв о том, сколько всего хорошего сделал для него Намджун. Ким буквально вытащил Чонгука из ада, а омега так легко смог предать его, поддавшись влиянию феромонов.       И чёрт.       В глубине души маленькая часть Чона совершенно не жалела о случившемся. Во время поцелуя с Чимином, Чонгук впервые в жизни ощутил столь сильный спектр эмоций и желания. Он никогда не чувствовал таких ощущений в момент близости с Намджуном. Прикосновения к Киму были, как должное, касания Чимина являлись необходимым.       И если бы перед Чонгуком снова стоял бы выбор: поцеловать Чимина или остаться полностью верным телом Намджуну, он выбрал бы губы Пака.       Машина такси останавливается возле дома, в котором жил Чонгук. Омега выходит из автомобиля, смотрит вверх, пытаясь понять: дома ли Намджун или ещё нет. Свет в окнах их квартиры не горит, вероятно, Ким ещё на совещании, а быть может, уже спит.       Чонгук скользит рукой в карман пальто, доставая пачку сигарет и зажигалку. Он быстро чиркает огоньком, подпаливая фильтр. Ощущения в лёгких теплого дыма впервые не приносит никакого успокоения.       Что делать?       Чонгук совершенно не знал.       Он не мог променять спокойную размеренную жизнь в достатке на пугающую неизвестность. С Намджуном привычно, пусть и без многогранных эмоций, а только лишь с привязанностью и уважением. Однако, Чонгук совершенно не знал, что будет его ждать, если он откажется от привычного спокойствия, от своей золотой клетки, если он всё-таки выберет свои эмоции и сильную тягу к Паку. К тому же Чон не уверен, что Чимин, на самом деле, хочет попробовать развить их отношения. Быть может, это всего лишь на данный момент нестерпимое сексуальное влечение, которое в скором времени иссякнет.       Больше всего в своей жизни Чонгук боялся снова вернуться в ад.       И пусть Чон никогда не любил Намджуна, пусть с каждым новым подарком золотые цепи на его руках, ногах и шее сжимались ещё крепче, но рядом с Кимом Чонгук понимал, что завтрашний день у него будет стабильным. Однако вся эта стабильность держалась только лишь на любви Намджуна к омеге и верности Чонгука альфе.       Второй пункт условия тщетно трещал по швам.       Однако Чонгук сделает всё, чтобы Ким никогда не узнал, что день торжества его друзей, омега поддался эмоциям. Пусть голову будут терзать гнетущие мысли, пусть душу будут рвать острыми когтями монстры совести, Чон не готов отказываться от золотой ложки, которая кормит его на протяжении нескольких лет.       Внезапно появившаяся тяга к Чимину — это всего лишь помеха на пути, который Чонгук выбрал. Пути достатка, спокойствия. Пути без чувств и эмоций.       Больше у Чонгука нет права на ошибку.       Чон делает последнюю затяжку, выкидывает в урну истлевший окурок.

***

      Посреди ночи Чонгук просыпается от мягких объятий со спины. Спросонья ему кажется будто бы руки на его талии принадлежат Чимину. Чон с улыбкой поворачивается к альфе, но та меркнет стоит его глазам встретиться со взглядом Намджуна.       — Прости меня, — тоскливо выдыхает альфа, вероятно, заметив реакцию омеги. — Я правда облажался, оставив тебя одного.       Чонгук чувствует сильный укол совести, глядя в глаза альфы. Стоя возле подъезда и принимая решение оставить поцелуй с Чимином в тайне, он совершенно не думал о том, насколько тяжело будет смотреть на Намджуна после этого.       — Я понимаю и не обижаюсь на тебя, — мягко выдыхает Чонгук, пересиливая себя. Он не имеет права обижаться на Намджуна. — Всё в порядке, надеюсь, переговоры прошли удачно.       — Да, всё прошло удачно. Мне иногда кажется, что ты моя путеводная звезда, — произносит Намджун, целуя Чонгука в щеку.       Чон еле сдерживается, чтобы после этих слов вовсе не заплакать. Намджун называет его путеводной звездой, совершенно не задумываясь о том, что та уже несколько недель назад отвернулась от него, а сегодня и вовсе померкла.       — Глупости, хён.       — Когда ты появился в моей жизни, мои дела пошли в гору. Все переговоры проходили успешно.       — Всего лишь совпадение.       — Не думаю.       Чонгук чувствует на своей спине плавно спускающуюся чужую ладонь к ягодицам. Всё тело Чон покрывается неприятными мурашками.       — Я пойму, если ты сегодня не хочешь.       — Я хочу, — чётко отвечает Чонгук.       Омега ощущает, как его губ касаются губы альфы, совершенно ничего не чувствуя, кроме всепоглощающей вины.       Чонгук надеется, что под влиянием феромонов Намджуна и его прикосновений, ему удастся отвлечься от случившегося.       Но в глубине души Чон осознает, что поцелуй с Чимином он никогда не сможет забыть, и рано или поздно — предательство омеги станет камнем преткновения в его спокойном будущем с Намджуном.

***

      Чимин скуривает третью сигарету подряд, сидя за кухонным столом. Альфа до сих пор не может поверить в случившееся. Он наконец-то поцеловал омегу, к которому его так сильно влекло на протяжении нескольких недель. И в другой ситуации Чимин радовался бы своему состоявшемуся успеху, планируя дальнейшее развитие отношений. Однако сейчас Пак совершенно не понимал, что ему делать.       Чимин осознаёт, что произошедшее является неправильным. Но разве может быть ошибка столь приятной и манящей. Феромоны Пака и Чонгука будто бы созданы друг для друга, совпадая, вызывая столь сильное влечение. И пусть уже давным-давно в обществе нет понятия истинность, альфа и омега вступают в отношения, исходя из человеческих качеств и схожести характера, не обращая внимания на физическое природное притяжение, Чимин уверен, что именно Чонгук является его истинным партнёром. Столь сильное совпадение по гормонам может быть только лишь у предназначенных самой природой альфы и омеги.       Как бы не было тяжело признавать, Пак понимает, что он должен отступить, утихомирить своё только лишь нарастающее влечение к омеге, потому что у Чонгука есть пара. И парой Чонгука является не самый последний человек в городе, а владелец крупнейшей логистической компании Южной Кореи — Ким Намджун.       Чимин совершенно не понимает, как такой взбалмошный Чон смог познакомиться с таким серьёзным человеком, как Намджун. Вероятно, по наставлению родителей. Пусть Чимин совершенно не знает о семье Чонгука, но он уверен, что отец и папа омеги тоже имеют крупные должности, потому что только так можно было объяснить знакомство Кима и Чона.       Пусть Чимина и Чонгука так сильно влечёт друг к другу, но нельзя было забывать о том, что омега, привыкший кататься как сыр в масле, навряд ли вообще взглянет на обычного программиста, хоть и достаточно успешного.       И Чимин понимает, что проигрывает в борьбе за Чонгука по финансовому и престижному показателям.       Если бы парой Чонгука являлся бы не один из самых перспективных и успешных альф Южной Кореи, то Чимин, вероятно, попытался бы бороться за сердце омеги, постарался бы наладить с Чоном контакт, однако Пак всего лишь ведущий программист, в свободное время для того, чтобы сбросить напряжение, участвующий в гонках. Явно не самая лучшая партия для успешного будущего омеги из богатой семьи.       «Это неправильно».       Голос Чонгука эхом разноситься в голове Пака.       Всё-таки мир, в котором они живут и вправду неправильный, раз уж альфа и омега, предназначенные друг другу природой, не могут быть вместе.

***

      — Ты снова начал часто курить, — произносит Намджун, судорожно дыша после занятия сексом. — Тебя что-то беспокоит?       — В последнее время много волнительных событий произошло: борьба в гонках, свадьба Тэхёна и Юнги, практика в школе. Это немного выматывает, — уверенно говорит Чонгуках, в попытках скрыть истинную причину своего волнения.       — Тебе нужно взять перерыв, развеяться… — выдыхает Намджун и начинает тянуться к прикроватной тумбочке. — Вот, купил нам путевки на Бали, на две недели. Думаю, нам не помешает обоим отдохнуть после всей этой суматохи.       У Чонгука чуть не отваливается челюсть в этот момент, его рот раскрывается от удивления. Однако в мгновение он в очередной раз думает о том, что совершенно не достоин быть рядом с таким понимающим Намджуном, готовым всегда его порадовать.       — Думаю, это отличная идея, — притворно радостно произносит Чонгук.       Он выбрал путь скрытия правды от Намджуна. К тому же отдых на Бали должен был пойти ему на пользу, ведь за несколько тысяч километров, в теплой обстановке, попивая коктейль на берегу пляжа, он наконец-то сможет избавиться от мыслей о Чимине, ведь в другой стране ему точно ничто не будет напоминать об альфе.       — Только ты и я, никакой работы.       «И никакого Чимина».       — Надеюсь, хён.       — Обещаю.