dollhouse

Намджун всегда знал, что его отец — владелец крупнейшей логистической компании Ким Бэкхён добился своего состояния нечестным путём. Пусть старший альфа особо и не посвящал сына в рабочие дела, но постоянные странные звонки, полный дом оружия и подозрительных документов, которые Намджун по чистой случайности заметил, когда был в отцовском кабинете, наводили на логичные мысли — Ким Бэкхён сотрудничает с преступными организациями, покрывая их и получая взамен полный пакет связей во всех структурах общества Южной Кореи. Если не учитывать тот факт, что Бэкхён тесно сотрудничал с корейской мафией, он был идеальным отцом. Альфа всегда поддерживал Намджуна морально и финансово, после смерти супруга стал для сына самой настоящей опорой и поддержкой. Ким всегда мог обратиться к отцу по любому поводу и получить дельный совет. Однако Намджун знал, что рано или поздно ему придётся стать заменой Бэкхёна в преступной цепи. Эти мысли наводили на молодого альфу тревогу. Но Ким старался особо не зацикливаться на этом, он жил обыкновенную жизнь: ходил в школу, потом на занятия в секцию баскетбола. Когда Намджуну исполнилось восемнадцать, он без труда поступил в престижный университет на специальность экономическая безопасность, набрав самостоятельно высокий балл. В день оглашения списков, поступивших Бэкхён был очень горд за сына, и Намджуну казалось, что на глазах альфы чуть ли не наворачиваются слёзы. — Ты станешь отличным преемником моих обязанностей, — произнёс Бэкхён в тот день. Намджун сдержанно поблагодарил отца, а внутри него теплилась надежда, что он примет обязанности и ношу преступника от Бэкхёна ещё не скоро. К тому же старшему альфе было всего лишь сорок лет, он был в самом расцвете сил и жизнь его должна была быть долгой, так как проблем со здоровьем у него совершенно не было. Когда Намджуну было двадцать один год, его мир разверзся на две части из-за новости, что его отец был найден застреленным на парковке главного офиса компании «Голден». Если ты работаешь с мафией, то будь готов, что когда-то твоя жизнь внезапно оборвётся. Дело о смерти Бэкхёна быстро замяли в правоохранительных кругах, посчитав, что слишком мало улик для поиска убийцы. На похоронах отца Намджун не плакал, в его голове были лишь мысли о том, что вот он настал тот день, которого он так сильно боялся, — он присоединится к преступному сообществу Кореи. С молодым альфой уже спешили связаться, заранее предупредив, что мафия не прощает ошибок. Именно тогда Намджун узнал, что его отец был застрелен из-за того, что до правоохранительных органов случайно дошёл файл с перепиской, о которой никто не должен был знать. В полиции это дело сразу же замяли, Бэкхён же поплатился за свою неосторожность. На похоронах отца Намджун поклялся, что не продолжит свой род, чтобы прервать цепочку порочного наследования грехов. В двадцать один год, учась на последнем курсе университета, Намджун перенял все обязанности отца и стал частью преступного сообщества Кореи. У него не было выбора отказаться, потому что отказ приравнивался к смерти. Намджуну же совершенно не хотелось присоединяться к своему отцу, потому он был ещё слишком молод, и обладал огромными амбициями. Молодой альфа свято верил, что работа с мафией его не изменит. Однако Намджун очень сильно ошибался. За первый год в качестве владельца «Голден» Намджун успел не только закончить университет и получить диплом с отличием, но и увидеть десятки смертей людей, которые стали костью в горле в делах мафиозной группировки. Ким участвовал в осквернении чести работников разных сфер, проводил махинации, связанные с получением денежных средств за страховку и многое другое. Ещё совсем недавно Намджун даже не мог представить себе, что его отец был участником такой грязи. Теперь же Намджун заменил Бэкхёна. Он погряз в преступных процессах, как в трясине, они затягивали, не давая ни единого шанса на освобождение. Цифры на банковском счету росли в геометрической прогрессии с каждой успешной махинацией. Компании-конкуренты, занимающиеся логистическими услугами, закрывались по одному щелчку, стоило Намджуну только лишь захотеть и шепнуть на ухо своим «друзьям». Империя «Голден» стремительно росла. И с каждым миллиардом вон Намджун чувствовал, как постепенно теряет себя. Постепенно и совершенно не заметно он стал частью преступной сети, слившись с ней. Намджун даже начинает спокойно спать по ночам, хотя изначально в каждом сне его преследовали люди, которые были убиты на его глазах. Больше Ким не видел ужаса в смертях, и самое страшное — это совершенно его не пугало. Когда Намджуну кажется, что он окончательно теряет себя, он встречает его Минхёка. Их встреча происходит по чистой случайности. После рабочего дня Ким впервые за долгое время решает прогуляться по центральному парку и замечает молодого омегу, который рисовал портреты прохожих. Когда их взгляды встречаются, Намджун чувствует, как по всему телу будто бы проходит разряд тока, в пальцах томительно покалывает. В нос ударяет приторный, но такой приятный запах карамели. Намджун до двадцати двух лет никогда не влюблялся, но, когда он встречает Минхёка, ему хватает буквально пары секунд, чтобы понять, что он по уши ввяз в этого омегу. — Можно я Вас нарисую? — робко спрашивает омега. С этого вопроса начинается самая чувственная, но короткая история любви в жизни Намджуна. До встречи с Минхёком Ким совершенно не верил в понятие истинность, считал это глупостью, придуманной для сопливых романов. Однако, встретив омегу с приятным карамельным запахом, он понял, как ошибался. Их роман развивался стремительно и так ярко. Намджун каждый день находил время, чтобы встретиться с Минхёком, что в его загруженном графике было крайне тяжело. Киму казалось, что только лишь с этим омегой он мог дышать, жить, а не существовать. Намджуну казалось, что его чувства взаимны. Минхёк позволял себя целовать и отвечал ему нежностью, он позволял чувственно вбиваться в своё тело, царапая спину. Намджун никогда не забудет первую течку своего истинного. Тогда альфе казалось, что он сойдёт с ума от возбуждения и этого запаха. Намджуну так сильно хотелось повязать Минхёка, чтобы у них родился самый чудесный малыш, однако здравый смысл вовремя остановил его. Ким не хотел, чтобы его ребёнок стал в будущем преемником преступной корпорации. Стоя на похоронах своего отца, он дал себе обещание, что не продолжит свой род. Мир Намджуна трескается, когда в один из вечером Минхёк признаётся ему в измене. Оказывается, истинность — не страховка в вечной верности. Омега поддался чувствам и эмоциям, встретив на собрании выпускников школы свою первую любовь. В голове Намджуна навсегда отпечатались сдавленные крики и мольбы Минхёка, когда альфа сжимал его шею. Ким совершенно не понимал, что на него тогда нашло. В одно мгновение его разум помутнел, а всё хорошее вмиг исчезло. Человек, который привнёс в его жизнь радость и надежду, что можно жить счастливо даже неся крест грехов своего отца, предал его. Когда Намджун слышит хруст костей, а тело Минхёка бесчувственно падает, перестав бороться за жизнь, в голове у него только лишь одно… Мафия не прощает ошибок. В смерти невинных нет ничего ужасного. Убийство Минхёка обставляют, как несчастный случай, — неудачно упал с лестницы и сломал шею. Покровительство преступной организации спасает честь Намджуна. Для общества его образ ассоциировался, как альфы, оплакивающего погибшего омегу. Намджун и вправду оплакивал. Он ненавидел себя за помутнее разума, но со временем ненависть к себе сменилась чётким мнением, что ошибок нельзя прощать.

***

В двадцать семь Намджун встречает Чонгука. Эта встреча происходит совершенно случайно. Во время рабочего перерыва Ким решает зайти в неизвестное кафе, чтобы выпить чашечку кофе, а не остаться в офисе. Когда Намджун встречается глазами с Чонгуком, он чувствует, как впервые за четыре года у него что-то ёкает внутри. Этот омега был так сильно похож на Минхёка, правда был намного моложе, совсем уж юным. Намджун будто бы смотрел на своего истинного, погибшего от его рук, и его так сильно тянуло к этому незнакомому омеге. В мыслях же Кима была лишь одна установка этого парня он точно не сломает. — Здравствуйте, вы уже выбрали, что хотите заказать? — мягко произносит омега. И Намджун в этот момент думает, что быть может всё-таки не всё в его жизни потеряно, и он сможет стать ещё счастливым. — Здравствуйте, американо и ваш номер. Омега явно выглядит смущённым, но почему-то не отказывает и оставляет свой номер телефона. В этот день внутри Намджуна расцветает надежда.

***

С каждым посещением кафе, с каждым отправленным сообщением и звонком, с каждым подаренным подарком Намджун понимает, что Чонгук не Минхёк. Его истинный был изящным, самодостаточным, таким творческим и утончённым. Чонгук же походил на загнанного угловатого мальчишку, который не мог отказать влиятельному дяде. Чона так сильно хотелось приютить и отогреть, подарить ему заботу и любовь, которая годами копилась в сердце Намджуна. Даже человек, постоянно видящий убийства и подстраивающий преступления для своих конкурентов, способен на любовь. — У тебя синяк… — обеспокоенно произносит Намджун, замечая багрово-синее пятно на щеке омеги. — Мои родители алкоголики… отец, бывает, избивает меня для развлечения, — сдавленно выдыхает Чонгук, опуская взгляд и прикусывая губу. — Я откладываю деньги, которые ты мне перечисляешь, чтобы сбежать от них. Намджун отчётливо понимает, что это откровение дорогого стоит. Он уже общался с Чонгуком на протяжении полугода и за все эти месяцы у них ни разу не было откровенных разговоров. Чон всегда вёл себя достаточно уклончиво, вероятно, боясь альфу. Намджун же делал всё, чтобы этот зашуганный омега начал ему доверять. — Переезжай ко мне, — недолго думая, произносит Намджун. В его голове лишь мысль о том, что он должен спасти этого семнадцатилетного мальчишку из ада, сделать доброе дело. И тогда, может быть, он получит самую искреннюю и крепкую верность. — Хорошо, — соглашается Чонгук, потому что это единственный шанс сбежать от тирана-отца. Услышав согласие, Намджун думает о том, что он получает полный контроль над жизнью этого омеги. Теперь только лишь от Кима зависит сможет ли он превратить их совместную жизнь в счастливый билет.

***

С каждым днём Чонгук расцветал всё больше, а Намджун влюблялся в него ещё сильнее. Пусть эта влюблённость и не была такой сильной, как к Минхёку, но альфе так нравилось ощущать, что он ещё способен на искренние чувства. Оказывается, если приодеть и отогреть загнанного мальчишку, он расцветёт и станет подобным самой чудесной розе. Именно такого мнения Намджун был о Чонгуке. Ким стал для омеги подобно отцу, которого у того фактически и не было. Намджун поддерживал любое начинание Чонгука, вспоминая в такие моменты покойного Бэкхёна. Поступление в самый престижный университет Кореи — пожалуйста. Покупка гоночного спорткара — пожалуйста. Брендовая одежда и аксессуары — пожалуйста. Разговоры по душам — пожалуйста. Намджун был готов сделать всё, что только хотел Чонгук. И в ответ Ким ожидал от омеги только лишь преданность, которую так и не получил от своего истинного. Пусть Чонгук и показывал себя с лучшей стороны, не имея за три года ни одного подозрения в предательстве альфы, Намджун с первого дня, как только омега переехал к нему в квартиру, приставил к нему проверенного человека, чтобы тот следил за ним. Доверяй, но проверяй. К тому же постоянный контроль исключал непредвиденные ситуации в жизни омеги. За ним всегда наблюдали. Если бы на Чона захотели бы напасть в подворотне, то нападавший даже не смог бы близко подойти к нему. Ким чётко понимал, что Чонгук не любит его так же сильно, как и он. Кима нельзя было обмануть. Пусть Чонгук и говорил, что любит его, но Намджун понимал, что эти чувства всего лишь привязанность и благодарность за то, что три года назад он спас его из ада. Ким был абсолютно уверен, что его любви хватит на них двоих. Самому же альфе хватит и преданности.

***

В день свадьбы друзей Чонгука Намджун получает внезапное сообщение от партнёра с призывом быть сегодня в офисе. Сегодня должна случиться операция века, один из главных конкурентов Кима будет очернён в прессе. Намджун, скребя зубами, пишет положительный ответ, понимая, что другого варианта и не может быть. — К сожалению, я смогу присутствовать только лишь на церемонии бракосочетания, — огорчённо произносит Намджун, садясь следом в такси вместе с Чонгуком. Ким надеется, что омега сможет его простить. Самое нелюбимое для Намджуна было проживать дни, когда Чонгук был на что-то обижен. Оказывается, если холить и лелеять затхлый цветок, он может распуститься и начать показывать свой характер. — И давно ты это узнал, хён? — недовольно изгибает бровь младший. — Вот только что мне позвонили с работы, поэтому я и задержался в подъезде, — виновато говорит Ким. Второе отвратительное занятие в отношениях с Чонгуком для Намджуна было — придумывать оправдания, связанные с работой. За три года отношений младший, вероятнее, всего даже не подозревает, что всё, что он имеет приобретено за омытые кровью деньги. — Я очень хотел присутствовать на свадьбе твоих друзей, но увы, некоторые обстоятельства не зависят от меня. На самом деле, Намджун не горел особым желанием стать частью торжества Юнги и Тэхёна, потому что понимал, что друзья Чонгука явно не в восторге от него. Разница в возрасте с Чоном была достаточно внушительная целых десять лет, а если учитывать, тот факт, что жить они начали вместе, когда омеге и вовсе было семнадцать лет, то Намджуну можно было бы приписать совсем уж нездоровые наклонности. Однако Ким верой и правдой ждал восемнадцатилетия Чонгука, чтобы прикоснуться к его телу. — Твоя работа когда-то доконает меня, хён. Они хоть что-то могут сделать без тебя? — Чонгук недовольно скрещивает руки на груди. — Я же глава компании, все решения не могут пройти мимо меня, и уж тем более встречи. Сегодня наконец-то трудный партнёр решился на переговоры, я не могу упустить этот договор, — произносит Ким, он касается ладонью руки Чонгука, начинает мягко поглаживать. — Обещаю, что в будущем, на нашей свадьбе такой ситуации не будет. Я возьму отпуск, отключу рабочие телефоны, чтобы быть полностью в твоём распоряжении. Говоря о свадьбе, Намджун уж на протяжении нескольких недель обдумывал, как сделать предложение руки и сердца для Чона. Кольцо было уже куплено, а билеты на Бали давно лежали в тумбочке. Осталось только сегодня омегу ошарашить новостью о скором путешествии. Зная азарт и страсть Чона к приключениям, Ким был уверен, что омега будет рад. — Я надеюсь на это, хён, — смягчённо выдыхает Чонгук. Намджун спокойно выдыхает. Пусть он и не сможет сопровождать Чонгука на протяжении всей церемонии свадьбы его друзей, но это не означало, что его омега будет без присмотра.

***

Когда Намджун возвращается из офиса, на его телефон приходит сообщение от приставленного человека к Чонгуку. Впервые за три года доверенный альфа присылает Киму оповещение, что действия Чона подозрительные. Намджун открывает сообщение, надеясь на то, что ничего особенного он не увидит. Но… Взгляду Намджуна предстаёт следующая картина: Чонгук целует незнакомого мужчину прямо возле ресторана, у которого Ким оставил его сегодня днём. Ким нервно сжимает в руках руль, нажимая на педаль газа. Он чувствует, как внутри него расплывается знакомая ненависть, которую он когда-то ощутил при признании Минхёка в измене. Возвращение этих эмоций Намджуна очень сильно пугает. Он делает несколько глубоких вдохов и выдохов. Останавливаясь на светофоре, Ким наклоняется к соседнему переднему сидению, на котором лежала сумка, и ищет в кармане успокоительные таблетки, которые с недавнего времени начал принимать в моменты, когда совесть совсем уж замучила. С блистером он также достаёт маленькую бутылку воды. Он успевает выпить таблетку до тех пор, пока на светофоре снова не загорается зеленый свет. По пути домой в мыслях Намджуна только лишь одна фраза: мафия не прощает. Ким судорожно сжимает руль, пытаясь убедить себя, что Чонгук не сделал ничего такого, чтобы разделить участь Минхёка. Да и Минхёк не должен был умереть. Всё-таки любви одного человека было мало. Намджун тихо усмехается, паркуясь возле дома. Он на протяжении нескольких минут ещё сидит в машине, пытаясь переварить информацию, что Чонгук, его маленький побитый жизнью Чонгук изменил ему. Даже человек, для которого ты стал абсолютно всем не способен на чистую преданность. Собака, которую ты кормишь каждый день, когда-то может укусить тебя за руку. Намджун всегда знал, что Чон его не любит, быть может, именно это знание смягчило его, когда он встретился взглядом с Чонгуком, вернувшимся с празднования свадьбы друзей. Ким не хотел в очередной раз терять человека, к которому впервые за долгое время испытал чувства. И чёрт. Намджун был готов простить Чонгуку этот грёбаный поцелуй, потому что понимал, что сам виноват, когда влюбился три года назад в молодого омегу, который не видел в своей жизни альфы. Да и к тому же, Намджун всегда жил со страхом, что когда-то Чон встретит своего истинного. И если это всё-таки случится, Ким отпустит… до определённого момента.

***

Будучи на Бали Намджун решает, что не будет отступать от намеченных целей. Он так долго планировал сделать Чонгуку предложение, что даже новость о том, что его омега был замечен целующимся с другим альфой не заставила его передумать. К тому же Намджун готов услышать отказ. Быть может, в момент предложения Чонгук всё-таки решит признаться в измене. Намджун готов отпустить Чонгука, если тот честно ему обо всём расскажет. Стоя на одном колене в красиво украшенном номере, Намджун ощущает, как сердце его лихорадочно бьётся в груди. Он волнуется. Очень волнуется. Потому что понимает, что шанс отказа очень велик. Но он всё-таки надеется, что поцелуй с другим альфой был всего лишь помешательством Чонгука. Ведь на протяжении стольких лет Намджун был для Чона идеальным партнёром, понимающим и помогающим. Ким так сильно хочет, чтобы ответ Чонгука был положительным, потому что внутри него теплится надежда, что всё ещё можно исправить. Может нужно ещё подождать, чтобы Чонгук наконец-то полюбил его… — Чон Чонгук, — Намджун открывает коробочку. Альфа осторожно берёт Чонгука за руку. — Ты выйдешь за меня? Стук сердца кажется оглушающим. В этот момент Намджун понимает, что не только он спас Чонгука три года назад, но и Чон вдохнул в него новую надежду в лучшую жизнь. Ким не хочет лишаться единственного светлого, что осталось у него. — Да, я выйду за тебя, — сдавленно выдыхает Чонгук. Чон выбрал свой путь. После этих слов Намджун больше никогда его не отпустит ни при каких обстоятельствах.

***

— Чонгукка, всё хорошо? — обеспокоенно спрашивает Ким, заметив, что на протяжении нескольких минут смотрит в одну точку. Намджун уже знает, что Чонгук снова целовался с неизвестным альфой, даже после предложения выйти замуж. Почему-то во второй раз Ким воспринял новость намного сноснее, чем в первый. Увидев очередные фотографии, он просто свернул диалог. Единственное, что его расслабляло в этой всей ситуации, что Чонгук больше не уйдёт от него, ни при каких обстоятельствах. Намджун не лишится омеги, который подарил ему надежду на светлое будущее, даже если никогда не будет любим. Киму абсолютно плевать, что возможно в Чонгуке развиваются чувства к другому альфе. Согласившись выйти замуж за Намджуна, Чон оборвал все возможные пути отступления. Даже будучи на Бали у Чонгука был шанс на будущее с другим альфой, но он его упустил. Сейчас же Ким готов сражаться за свой свет. И он точно знает, что шансов на победу у него в разы больше, чем у другого альфы. — Да, всё в порядке, — Чонгук вздрагивает. Намджун это конечно же замечает, вообще поведение омеги в последнее время стало крайне странным. Ким догадывался, в чём причина. Однако сам Ким ни за что и никогда не начнёт разговор с Чонгуком об измене, пока Чон не перейдёт черту — поцелуи в тени Ким готов стерпеть. — Ты на протяжении минуты молчал и смотрел на микроволновку. — Просто задумался о предстоящей свадьбе и списке гостей, — спокойно отвечает Чонгук. — Не думал, что у нас будет так много гостей… Намджуну хочется рассмеяться в ответ. Он знает, что в голове Чонгука нет ни единой мысли о свадьбе. Однако Киму всё равно не было понятно, почему Чон всё-таки решил согласиться выйти за него замуж. Неужели он привязан к Намджуну так сильно, как и Ким к нему? Ведь, когда они встретились три года назад в кафе, они оба были поломанными людьми с психотравмами. Намджун всеми силами старался излечить Чонгука, а Чон только лишь своим присутствием рядом с альфой оказывал на него положительный эффект. — Не переживай так сильно по этому поводу, я могу передать полномочия по организации списка и подготовке пригласительных своему секретарю, — предлагает Намджун.— Отправь мне список, который ты уже подготовил, и я передам его подчинённому. — Спасибо, отправлю. Прости меня, очень сильно боюсь забыть кого-то, — неловко выдыхает Чонгук. — Я понимаю, всё в порядке, — с улыбкой выдыхает Ким, играя роль ничего не понимающего жениха. И Намджун хотел бы посмеяться над собой, но он понимает, что просто-напросто не может всё разрушить, потому что зависим от Чонгука. — Ты так и не ответил мне, какой итог заключительного заезда? — Я выиграл, — картинно ухмыляется Чонгук. — Я и не сомневался. Поздравляю. Мой будущий супруг — лучший гонщик Пусана. — Спасибо. «Мой будущий супруг». И эта фраза, как напоминание, чтобы Чонгук не забывался, что совсем скоро обручится с Намджуном и пора бы завязывать свои гуляния. — Хён, в университете предложили оплачиваемую стажировку в школе, правда проводить уроков придётся немного больше, чем во время практики, но это абсолютно никак не будет влиять основному процессу обучения, потому что все занятия будут проходить после моих пар. Я хочу согласиться. Думаю, что реальный опыт мне не помешает, — произносит Чонгук. — К тому же, в этой частной школе работает Тэхён, думаю, он сможет мне помочь освоиться. Намджун искренне хвалит рвение Чонгука устроиться на работу по специальности, когда-то и он рвался на работу будучи студентом. Однако судьба у него сложилась намного иначе, теперь он часть преступной группировки Кореи, а Чон будущий муж преступника. — Ты же знаешь, что тебе не обязательно работать в этой жизни, потому что моих средств хватает для полного закрывания наших потребностей и даже больше, — произносит Намджун, делая глоток кофе. — Но я понимаю, что для тебя важно получить реальный опыт работы, поэтому я не против, чтобы ты согласился на стажировку. — Спасибо, хён, — с улыбкой произносит Чонгук. Намджун надеется, что устройство омеги на работу образумит его. Больше у Чона не будет времени и сил на встречи с тем самым неизвестным альфой.

***

Надежды Намджуна оправдываются на протяжении следующего месяца ему не поступают никакие сообщения о Чонгуке. Видимо омега и вправду решил одуматься и принять роль жениха. Их общение становится более тёплым и открытым, как раньше… до этих проклятых поцелуев. Чонгук без устали рассказывает после каждого рабочего дня о том, как ему нравится обучать детей. Намджун видит в глазах омеги неподдельный азарт и чувствует, как и сам наполняется радостью от успехов Чона. Неужели альфе снова улыбнулась удачи и дорога к совместному счастью всё-таки опять открыта для него? Всё кажется таким притворно идеальным, пока Чонгук во время одного из ужинов не задаёт вопрос: — Ты веришь в истинность, хён? И Намджуна внутри перетряхивает от этой фразы. В голове всплывают так ярко моменты, как он крепко сжимает рукой шею Минхёка, слышит его мольбы о прощении. Хруст. Намджуну кажется, что сейчас у него и вправду что-то хрустнуло внутри, потому что после воспоминаний о Минхёке приходит осознание, что Чонгук не просто так задаёт этот вопрос. Вероятно, Чон уже встретил своего истинного. Видимо, его истинный и есть тот альфа, с которым он целовался. Намджуну становится отвратительно от самого себя. Ему так сильно хочется поступить правильно, перестать мучить Чонгука и дать возможность уйти. Однако Намджун не может этого сделать, тогда он снова останется в кромешной тьме наедине с болью, смертями и ноющим чувством совести. Вместо того, чтобы наконец-то затронуть тему измены Чонгука, Ким рассказывает историю о своём покойном истинном, приукрашивая некоторые моменты, потому что Чон ни в коем случае не должен знать, что его будущий супруг семь лет назад задушил своего истинного. Чонгук никогда не должен узнать о том, что Намджун связан с мафией Кореи.

***

Намеченные планы Намджуна и вера в светлое совместное будущее вместе с Чонгуком трескается, когда в один из пятничных вечеров омега не возвращается домой. Ким без устали обрывает телефон своего будущего супруга. Первая мысль, которая приходит ему в голову, — с Чонгуком что-то случилось. Однако это было абсолютно невозможно, об этом сразу сообщил бы доверенный человек. После очередного звонка на телефон Чонгука, Намджуну приходит сообщение. Он сразу же открывает его и его взгляду представляется полная картина того, как сейчас отдыхает его супруг в объятиях другого альфы, совершенно не стесняясь показывать свои чувства на публику. Намджун ощущает, как внутри него в мгновение закипает до предела ярость. Он мог простить Чонгуку робкие поцелуи в каких-то подворотнях, но открытые лобызания на публику — нет. Всё-таки об их свадьбе знают многие влиятельные лица, и Ким не хотел выглядеть в их глазах тряпкой. К тому же информация о том, что будущий муж владельца крупнейшей логистической Кореи изменяет, могла просочиться в прессу.

***

Пощёчины. Крики. Слёзы. Намджун чувствует, как внутри него кипит адский котёл ненависти. Он ощущает, как монстр внутри него просыпается, видя беспомощность в глазах Чонгука, который даже не старается оправдать свою измену. — Чего тебе не хватало в этой жизни? Намджун всё делал для Чонгука, был примерным партнёром, который поддерживал все его начинания, даже смог закрыть глаза на предыдущие инциденты измены. Но сейчас, чувствуя, как от Чонгука пахнет другим альфой, Намджун не мог себя контролировать. Чонгука, который принадлежал только лишь ему, сегодня ночью трахал какой-то ублюдок. — Он мой истинный. — Ах… вот оно как… — тянет Намджун. — Вот, почему ты спрашивал у меня про моего истинного… Только вот, я не сказал тебе всю правду. Мой истинный омега изменил мне… представляешь, — Намджун злобно ухмыляется, сжимая руку в кулак. — Истинный и изменил… вот такой вот не порядок, — Намджун делает короткую паузу, всего лишь на секунду отводя взгляд, а после смотрит на Чона остервенело, так как смотрел на омегу давным-давно отец. — Умер он не из-за рака, я задушил его собственными руками. Веришь мне или нет? И эта истинная история о кончине Минхёка, как предупреждение. Ещё одна выходка и Намджун лишит жизни другого омегу, собственноручно уничтожит свою путеводную звезду. И будет жалеть… Но мафия не прощает.

***

Следующие несколько дней Намджун играет роль примерного жениха. Точнее, он не играет роль, он и есть примерный жених. Просто пара досталась ему бракованная и непонимающая, что теряет в своей жизни спокойствие и благополучие. Во время течки Чонгука Намджун решает нарушить данное себе обещание на похоронах отца — никогда не заводить детей, чтобы не передавать им свои грехи. Он вяжет Чона и, чувствуя, как внутри омежьего тела увеличивается узел, он надеется, что теперь путеводная звезда, в лице Чонгука, никогда его не покинет. — Скоро ты станешь моим супругом. Мне хочется построить с тобой настоящую семью с детьми. Намджун знает, что станет хорошим отцом. У него был отличный пример в виде Бэкхёна. А Чонгук… он определённо когда-то должен принять, что жизнь тяжелая штука и не всё в ней происходит так, как ты хотел. Намджун тоже не хотел возглавлять «Голден» и участвовать в преступных махинациях, но обстоятельства жизни его заставили.

***

Намджун не ожидал от Чонгука такого предательства. Параноидальный Ким, наученный горьким опытом убийства отца, понимал, что за каждый просчёт необходимо платить. Именно поэтому все компьютерные устройства у него были запаролены и имели автоматическую видеосъёмку при включении. Он совершенно не ожидал, что один из рабочих дней у него начнётся с просмотра видеоролика, на котором запечатлён Чонгук, сидящий за его ноутбуком и копирующий файлы. Ким совершенно не понимал, как Чон дошёл до такого. Кто его вразумил на такую глупую затею, которую принесёт ему только лишь смерть? Потому что Ким мог ещё смилостивиться над Чонгуком, когда его проступки касались исключительно их отношения, но сейчас на кону стояла репутация не только Намджуна, но и остальных членов преступной группировки. А мафия никогда не прощает. У Намджуна есть ещё время отменить действия Чонгука. Его каналов связи хватит, чтобы приостановить исследования файлов в полиции, но сначала Ким решает выместить всю свою злобу на своего непутевого омегу. Чонгук точно не выйдет из кабинета живым. Намджун особо не церемонится, сразу же отвешивает хлесткую пощечину, которая заставляет Чонгука потерять равновесие. Он хватает омегу за волосы и крепко припечатывает его к стене, слыша тихий хруст. Как и семь лет назад. Только тогда была шея, а сейчас Намджун видимо проломил Чонгуку череп, потому что на стене появляются следы багровой крови. Альфе абсолютно плевать на крики и болезненные стоны, срывающиеся с губ Чона. К его удивлению, Чонгук даже не сопротивляется, терпя все побои. И Намджун даже понимает, потому что этот омега привык быть банкой для битья. Сначала его избивал отец, теперь Намджун, на нём всё и закончится. В голове Кима только лишь мысли о том, что Чонгук грязная шлюха, хотевшая одурачить его. И альфа винит себя за то, что раньше не закончил существование Чонгука, как только он уличил омегу в измене. Мафия никогда не прощает. Намджуну так сильно хотелось пожалеть бедного Чонгука, который стал для него таким теплым и желанным светом. Сейчас же Ким готов самостоятельно потушить этот свет и остаться во тьме. Плевать. Намджун слишком сильно прикипел к Чонгуку, а тот без стыда и совести харкнул ему в душу. Ким замахивается ногой со всей силы, ударяя Чонгука в живот. Всхлипы омеги становятся с каждым разом всё тише и тише. Совсем скоро Чон отмучается. — Я беременный… — слышится тихий сдавленный шёпот. У Намджуна будто бы переклинивает всё в голове. Его тело парализует от одной лишь фразы, стопа замирает возле чужого живота. Внутри же альфы начинается самая настоящая агония. И если бы Ким не умел бы себя контролировать, то закричал бы от бессилия, проклиная себя худшими словами. С губ Намджуна не срывается ни единого слова, он просто стоит замерший возле бездыханного тела омеги, осознавая, что сейчас натворил. Чонгук был беременным. Намджун и вправду мог бы стать хорошим отцом, который научил бы сына всему, что знает сам. И пусть бы ребёнок унаследовал бы грехи отца, его детство было бы самым лучшим. Было бы. Ребёнка больше нет. Был ли у Чонгука и Намджуна шанс на счастье? Чонгук весь синий с кровавыми подтёками, в его голове зияет дыра в черепе. У их малыша не было даже шанса выжить. Намджун обессиленно падает на колени, рядом с Чонгуком, глаза которого уже закрыты. Ким лихорадочно проверяет пульс омеги, трогая шею. Прощупывается слишком слабый. Чонгук умирает. Его свет медленно тухнет от его же рук. Намджун быстро нащупывает в кармане джинсов телефон. Он звонит в скорую помощь, потому что верит, что Чонгука можно ещё спасти. Тлеющий огонек ещё может снова превратиться в яркое пламя, которое уже никогда не согреет Намджуна. Ким понимает, что ему нужно ещё так много успеть за оставшиеся время, пока до остальных членов преступной группировки не дойдёт информация, что все компрометирующие файлы попадали в руки полиции. Однако вторым делом, он выбирает — позвонить тому самого истинному Чонгука. Намджун знал, что Чон поддерживает связь с ним через кнопочный телефон. Найти сотовый у Кима не составило труда. Всего лишь один чертовый контакт — «Несносный альфа». Намджун хотел бы усмехнуться, но внутри него зияла дыра вины. Киму не приходится долго ждать, пока поднимут трубку. Этот альфа будто бы выжидал звонка от своего любимого. — Чонгукка, с тобой что-то случилось? — Я погубил их… — выдавливает из себя Намджун. Он так сильно хотел бы заплакать, но за годы управления «Голден» и проворачивания тысячи преступных схем, он научился контролировать себя. — Ищи его в центральной больнице. Намджун отключается. Он надеется, что этот истинный Чонгука, действительно, достойный альфа, который не бросит младшего в беде. Ким набирает номер проверенного лица в полицейском участке, даёт ему чёткие указания, что любые полученные компрометирующие файлы, в которых есть имена подельников Намджуна необходимо стереть. Альфа знает, что будет достаточно компромата только лишь на него. Если в прессе обнародуется вся правда о преступной жизни Кореи Чонгуку, если он всё-таки оправится после полученных травм, не будет спокойной жизни. Он получит себе самых влиятельных врагов на всём земном шаре, от которых невозможно скрыться. Это последнее хорошее, что делает Намджун для Чонгука. Последним заключающим действием, которое исполняет Ким, — он звонит в полицию и признаётся, что только что избил до полусмерти своего жениха.

***

Спустя два с половиной месяца Намджун всё-таки встречается с Чонгуком. Это происходит в зале суда. Альфа рад, что смог напоследок встретиться с живым Чоном, который когда-то был для него персональным светом, пусть и через решётку. За прошедшее время, которое Намджун провёл под стражей, он успел себя тысячи раз извести мыслями о Чонгуке. Ким наблюдает за фигурой омеги, идущей под руку, вероятно, с тем самым альфой. Походка Чонгука неуверенная, немного прихрамывающая, но даже, не смотря на это, он выглядел замечательно, словно феникс, восставший из пепла. Внутри Намджуна всё болезненно сжимается, он произносит тихое: — Прости. Он знает, что никогда лично не сможет сказать это одно простое слово Чонгуку. Он знает, что никогда не будет прощён. Был ли у них шанс на светлое счастливое будущее? Или они были обречены в тот день, когда Намджун попросил у Чонгука номер телефона? Никто этого никогда не узнает. В одном лишь Намджун благодарен стечению обстоятельств, что теперь грехи его отца больше не будут переданы по наследству. Правда, неизвестно, что будет дальше с «Голден», вероятно, банкротство из-за обвала акций. Дело семьи Ким пошло коту под хвост из-за зашуганного омеги из семьи алкоголиков. Бэкхён тысячу раз перевернулся в гробу, наблюдая за тем, как его сын собственноручно похоронил империю. Когда Намджуну оглашающий приговор в виде пожизненного заключения, он знает, что отбывать этот срок он точно не будет, потому что… Мафия никогда не прощает.