Кинктобер: краткие истории Гермионы/Нарциссы

Гермиона осторожно шагнула в узкий дверной проем Боргин и Бэркес, в воздухе витал густой запах пыли и древней магии. Магазин был тускло освещен, отбрасывая длинные тени на полки, заполненные зловещими реликвиями и темными артефактами. Прошло много лет с тех пор, как она в последний раз была в печально известном магазине Knockturn Alley, но как член Департамента магического правопорядка Министерства она была обязана расследовать подозрительные сделки в таких местах. Ее мантия казалась тяжелой на плечах, когда она шла по загроможденным проходам, ее палочка была надежно заткнута за бок. Ходили слухи, что Борджин все еще торгует проклятыми предметами, артефактами, слишком опасными, чтобы оставлять их в руках какой-либо ведьмы или волшебника. И хотя Гермиона сосредоточилась в основном на законодательных изменениях после войны, она не собиралась закрывать глаза на такие вещи, как это. Она провела пальцами по краю пыльной полки, нахмурившись, когда ее глаза осмотрели странную коллекцию безделушек и магических предметов. Всегда было что-то тревожное в темной магии, задержавшейся в таком месте, как Боргин и Беркс. Она цеплялась за стены, толстая и гнетущая. Боргин, владелец, стоял за стойкой, его глаза-бусинки следили за каждым ее движением. Он не поздоровался, только презрительная усмешка, которая, казалось, навсегда запечатлелась на его изможденном лице. Но Гермиона пришла не ради любезностей. Она пришла ради ответов. «Я здесь от имени Министерства», — сказала она, ее голос был твердым, когда она подошла к прилавку. «К нам поступили сообщения о том, что вы снова продаете проклятые предметы. Я здесь, чтобы провести расследование». Ухмылка Борджина стала шире, в его глазах сверкнуло что-то, чего Гермиона не могла понять. «Это так, мисс Грейнджер? Вы всегда так хотите разыграть из себя героя, не так ли?» Гермиона проигнорировала его насмешку, ее взгляд скользнул по прилавку, где были выставлены различные опасные артефакты. Она потянулась, чтобы осмотреть небольшое, богато украшенное ожерелье, его темные драгоценности зловеще сверкали в тусклом свете. Оно было красивым, в каком-то завораживающем смысле, и что-то в нем привлекало ее, заставляя ее пальцы зудеть от желания прикоснуться к нему. Но прежде чем она успела как следует его рассмотреть, дверь в магазин со скрипом отворилась, и по комнате разнесся стук каблуков по каменному полу. Гермиона обернулась, ее дыхание перехватило, когда вошла Нарцисса Малфой, ее присутствие было властным, как всегда.Женщина была одета в элегантную черную мантию, ее платиновые волосы были идеально уложены. В ее глазах была резкость, когда они остановились на Гермионе, промелькнуло что-то нечитаемое на ее лице. — Миссис Малфой, — поприветствовала ее Гермиона холодным голосом, хотя ее пульс участился при виде старшей ведьмы. «Мисс Грейнджер», — ответила Нарцисса, ее тон был гладким, как шелк, хотя ее глаза слегка сузились, когда она увидела Гермиону, стоящую в Боргине и Бэркесе. «Что привело вас в столь позорное место? Конечно, Министерство в наши дни держит своих самых ярких ведьм в более престижных заведениях». Губы Гермионы сжались. «Я здесь, расследую сообщения о том, что проклятые предметы снова продаются. Полагаю, у вас здесь нет никаких дел?» Нарцисса изящно приподняла бровь, ее губы изогнулись в небольшой понимающей улыбке. «У меня есть свои причины быть здесь, как и у вас. Но я бы посоветовала вам быть осторожнее, мисс Грейнджер. Некоторые вещи в этом магазине не предназначены для прикосновений». Ее предупреждение было сказано слишком поздно. В этот момент пальцы Гермионы коснулись проклятого ожерелья, холодный металл резко дернул ее руку. Она ахнула, отдернув руку, но было уже слишком поздно. Волна темной магии пронеслась по ее телу, заставив колени подогнуться, когда проклятие взяло верх. «Мисс Грейнджер!» — голос Нарциссы был резким, все следы веселья исчезли, когда она в одно мгновение двинулась вперед. Зрение Гермионы затуманилось, ее тело задрожало, когда проклятие потекло по ее венам, странный, почти невыносимый жар распространился по ней. Это было похоже на то, что она когда-либо чувствовала раньше — подавляющая волна возбуждения, острая и настойчивая, как будто все ее тело было подожжено. «Ч-что это?» — ахнула Гермиона, ее голос был едва слышен, она изо всех сил пыталась удержаться на ногах, ее ноги ослабли и дрожали. Нарцисса подошла к ней как раз вовремя, ее руки поддерживали Гермиону, пока она смотрела на проклятое ожерелье с холодной яростью в глазах. «Борджин», — резко бросила Нарцисса, ее голос прорезал туман, затуманивший разум Гермионы. «Уходи. Сейчас же». Борджин открыл рот, чтобы возразить, но взгляд Нарциссы тут же заставил его замолчать. Он выскочил из магазина, оставив двух ведьм наедине в тускло освещенной комнате. «Нарцисса…» Гермиона попыталась заговорить, но слова застряли в горле, когда через нее прошла еще одна волна жара, на этот раз более сильная, заставив ее задыхаться. Ее тело ныло от желания, ее кожа покраснела, ее дыхание стало коротким, отчаянным. Руки Нарциссы все еще были на ней, твердые и крепкие, когда она направляла Гермиону, чтобы сесть на край стойки. «Это проклятие», — сказала Нарцисса, ее голос был холодным и резким, когда она рассматривала ожерелье, не прикасаясь к нему. «Оно предназначено для того, чтобы вызывать крайнее возбуждение. Чем дольше это продолжается, тем невыносимее становится». Гермиона захныкала, ее тело дрожало от интенсивности ощущений, которые пронзали ее. Она чувствовала, как покалывает каждый дюйм ее кожи, как ее соски твердеют под тканью ее мантии, как ее сердце ныло от потребности, которую она не могла контролировать. «Проклятые предметы, подобные этому, предназначены для того, чтобы вывести жертву из строя», — продолжила Нарцисса, ее голос был спокойным и клиническим, как будто она обсуждала простой ингредиент зелья. «Если вы этого не сделаете — не облегчите симптомы — это в конечном итоге станет фатальным». Глаза Гермионы расширились от ужаса. «Что ты имеешь в виду?» Нарцисса вздохнула, ее выражение лица слегка смягчилось, когда она посмотрела на Гермиону. «Тебе нужно освободиться от другого человека, иначе проклятие поглотит тебя. Твое тело не сможет справиться с нарастанием магии и возбуждения. Это убьет тебя». Слова вызвали холодную дрожь по позвоночнику Гермионы, хотя ее тело горело невыносимым жаром. Ее руки сжимали край стойки, костяшки пальцев побелели, когда она боролась, чтобы оставаться сосредоточенной. «Я... я не могу», — ахнула Гермиона, ее дыхание стало прерывистым. «Я не могу сделать это одна?» Взгляд Нарциссы слегка смягчился, хотя лицо ее оставалось спокойным. «Я помогу тебе». Сердце Гермионы колотилось в груди, смесь облегчения и страха затопила ее, когда Нарцисса приблизилась. Руки старшей ведьмы были прохладными и уверенными, когда она обхватила лицо Гермионы, приподняв ее подбородок, чтобы встретиться с ее взглядом. «С тобой все будет хорошо», — пробормотала Нарцисса, ее голос был тихим и успокаивающим. «Но ты должна доверять мне. Ты доверяешь мне, Гермиона?» Гермиона кивнула, хотя ее тело дрожало от усилий держать себя в руках. «Да», — прошептала она, ее голос был едва слышен. Губы Нарциссы изогнулись в небольшой, довольной улыбке. «Хорошо. Теперь расслабься. Позволь мне позаботиться о тебе». Дыхание Гермионы сбилось, когда руки Нарциссы опустились ниже, ее пальцы ловко расстегнули пуговицы мантии Гермионы. Прохладный воздух магазина коснулся раскрасневшейся кожи Гермионы, заставив ее вздрогнуть, когда руки Нарциссы скользнули под ткань, слегка коснувшись ее разгоряченной плоти. Гермиона ахнула, ее тело выгнулось от прикосновения Нарциссы, когда ее охватила новая волна возбуждения. Это было подавляюще, интенсивность почти невыносима, когда пальцы Нарциссы прошлись по ее груди, дразня ее соски, пока они не стали твердыми и болезненными. «Нарцисса…» — простонала Гермиона, ее тело дрожало, а потребность становилась все более настойчивой и отчаянной. «Тсс», — прошептала Нарцисса, ее руки скользнули ниже, скользя под мантию Гермионы, чтобы найти влагу между ее бедер. «Я позабочусь о тебе». Гермиона застонала, ее тело задрожало, когда пальцы Нарциссы коснулись ее клитора, посылая через нее толчок удовольствия. Она едва могла думать, ее разум был затуманен возбуждением, все ее тело ныло от потребности. Пальцы Нарциссы двигались медленно, дразняще, словно у нее было все время в мире. Она гладила клитор Гермионы медленными, преднамеренными кругами, ее прикосновение было твердым, но нежным, посылая искры удовольствия по дрожащему телу Гермионы. «Ты такая мокрая», — пробормотала Нарцисса, ее голос был тихим и одобрительным, когда ее пальцы опустились ниже, легко входя в скользкое тепло Гермионы. «Так готова для меня». Гермиона снова застонала, ее тело выгнулось под рукой Нарциссы, когда пальцы старшей ведьмы медленно и неторопливо двигались внутри нее, дразня ее, растягивая ее ровно настолько, чтобы она задыхалась от желания большего. Но Нарцисса никуда не спешила. Ее пальцы двигались с мучительной медлительностью, подталкивая Гермиону прямо к краю освобождения, но не давая ей упасть. Она дразнила ее, растягивая удовольствие, пока тело Гермионы не задрожало от желания, каждая мышца не напряглась от предвкушения. «Тебе это нужно, не так ли?» — прошептала Нарцисса, ее дыхание согревало ухо Гермионы, а пальцы проникали глубже, восхитительно растягивая ее. «Тебе нужна я». «Да», — выдохнула Гермиона, ее голос был задыхающимся, когда она вцепилась в край стойки, все ее тело дрожало от непреодолимой потребности, которую Нарцисса наращивала внутри нее. Пальцы Нарциссы двигались с устойчивой точностью, ее прикосновения были медленными, но обдуманными, когда она проникала глубже, ее другая рука крепко прижималась к бедру Гермионы, чтобы удерживать ее на земле. Гермиона чувствовала, как сжимается вокруг пальцев Нарциссы, ее тело отчаянно требовало большего, отчаянно требовало освобождения. «Чувствуешь это?» — голос Нарциссы был тихим, почти рычащим, ее дыхание обжигало ухо Гермионы. «Ты так крепко сжимаешь меня, Гермиона. Ты так хорошо ощущаешься, когда обернута вокруг моих пальцев. Такая мокрая… такая готовая». Гермиона застонала, ее тело выгнулось, когда давление внутри нее росло с каждым толчком. Слова Нарциссы вызвали дрожь в ней, только добавив жара, кружащегося в ее ядре. Все ее тело было в огне, проклятие усиливало каждое ощущение, пока она не подумала, что может взорваться. «Тебе это нравится, не так ли?» — продолжала Нарцисса, ее пальцы сгибались внутри Гермионы как раз в нужном месте, касаясь того места, которое заставляло зрение Гермионы расплываться. «Тебе нравится, как я заставляю тебя чувствовать. Ты так сильно сжимаешься вокруг меня». «Да», — простонала Гермиона. Ее тело отзывалось на каждое слово, на каждое прикосновение. «Пожалуйста... не останавливайся...» «О, я не остановлюсь», — пробормотала Нарцисса, ее голос был томным от удовлетворения, а ее пальцы двигались быстрее, сильнее, подталкивая Гермиону ближе к краю. «Я чувствую, как близко ты стоишь, как сильно тебе это нужно». Гермиона едва могла сформировать связную мысль, ее разум был затуманен невыносимым жаром и неумолимым удовольствием, которое Нарцисса выманивала из ее тела. Проклятие поглощало ее, и только прикосновение Нарциссы — только это — могло остановить его от разрывания ее на части. «Ты истекаешь для меня», — прошептала Нарцисса, ее пальцы были скользкими от возбуждения Гермионы, когда они двигались быстрее, сильнее. «Твое тело знает, что ему нужно. Пусть это случится». Тело Гермионы дрожало, ноги тряслись, когда она чувствовала себя на самом краю освобождения, ее тело сжималось и разжималось вокруг пальцев Нарциссы, пока давление нарастало и нарастало. Она не могла больше сдерживаться; все ее существо было сосредоточено на этом моменте, на этом неизбежном, отчаянном освобождении, которое наконец освободит ее. «Кончи для меня», — прорычала Нарцисса, ее голос был властным, но полным удовлетворения, ее пальцы глубоко проникали в Гермиону, подталкивая ее к самому краю. «Я хочу почувствовать, как ты кончаешь». Гермиона ахнула, ее тело яростно выгнулось, когда волна удовольствия наконец обрушилась на нее, мощная и всепоглощающая. Ее мышцы сжались вокруг пальцев Нарциссы, ее оргазм пронзил ее с такой интенсивностью, что все ее тело содрогнулось. Она вскрикнула, ее голос эхом разнесся по пустому магазину, когда проклятие вытекло из нее вместе с освобождением, оставив ее задыхающейся и дрожащей в объятиях Нарциссы. Удовольствие, казалось, длилось вечно, каждая волна обрушивалась на нее, пока, наконец, Гермиона не рухнула на стойку. Проклятие вытекло из нее вместе с оргазмом, оставив ее истощенной, ее тело дрожало от толчков интенсивности. Нарцисса медленно убрала пальцы, теперь ее прикосновение было нежным, и осторожно поправила мантию Гермионы. Взгляд старшей ведьмы был неподвижен, пока она наблюдала, как Гермиона переводит дыхание, ее глаза потемнели от чего-то, что Гермиона не могла понять. «Молодец», — тихо сказала Нарцисса, ее губы изогнулись в небольшой, довольной улыбке, когда она слегка отступила назад, давая Гермионе возможность прийти в себя. «Ты справилась с этим довольно хорошо». Гермиона почувствовала, как ее щеки вспыхнули от смеси усталости и смущения, когда она выпрямилась, разглаживая мантию. Жар проклятия исчез, сменившись странным, затянувшимся теплом, от которого ее тело казалось бескостным, но ее разум уже кружился от тысячи вопросов. «Я... спасибо», — сказала Гермиона хриплым голосом, ее тело все еще слегка дрожало от последствий. «Я не...» «Тебе не нужно ничего говорить», — прервала Нарцисса, выражение ее лица слегка смягчилось, когда она посмотрела на Гермиону. «Это было опасное проклятие, но его сняли. Однако…» Гермиона подняла глаза, встретившись взглядом с Нарциссой со смесью любопытства и неуверенности. «Однако?» Нарцисса слегка наклонила голову, в ее глазах сверкнуло что-то нечитаемое. «Проклятые предметы, подобные этому, иногда могут оставлять затяжные эффекты. Вы можете некоторое время ощущать остаточные ощущения». Гермиона с трудом сглотнула, мысль о том, что она снова испытает что-то похожее на то, что она только что испытала, заставила ее сердце забиться со смесью страха и возбуждения. «Есть ли что-то, что я должна сделать?» Легкая понимающая улыбка растянулась на губах Нарциссы, когда она протянула руку, ее пальцы слегка коснулись запястья Гермионы. «Ты можешь приехать в поместье. У меня есть возможность отслеживать любые остаточные эффекты и... гарантировать, что с ними будут правильно обращаться». У Гермионы перехватило дыхание от приглашения. Предложение было ясным — Нарцисса не просто предлагала помощь; она приглашала Гермиону в свой мир, под свой контроль. И после того, что только что произошло, Гермиона не была полностью уверена, что может сказать «нет». Она колебалась всего мгновение, прежде чем кивнуть, ее сердце колотилось в груди. «Да», — тихо сказала она, ее голос был ровным, несмотря на нервное трепетание в животе. «Я думаю, это может быть... хорошей идеей». Улыбка Нарциссы стала шире, ее пальцы слегка сжались вокруг запястья Гермионы, когда она наклонилась ближе. «Хорошо. Я буду ждать тебя сегодня вечером».