Договор

Наутро всё болело в разы сильнее: его задница опухла и ныла, но Итадори прочитал в сети, что такое случается после первого раза и особенно после первой вязки, поэтому слегка успокоился. На работе пришлось брать отгул. Юджи весь день провалялся в кровати, надеясь, что после этого раза он забеременел и ему больше никогда не придётся терпеть этот кошмар снова. Вечером пришло сообщение от Сукуны с временем и местом. Итадори долго не решался ответить, он набирал разные варианты в строке сообщения, а затем стирал и печатал по новой. В итоге Юджи солгал, сославшись на то, что простудился и не хочет никого заражать. Ему так сильно хотелось написать короткое «всё кончено» и сбежать, но его останавливала яркая мысль о будущем ребёнке. На следующий день пришлось идти на работу: отгулов было мало в запасе, так ещё и за неотработанные часы он получит меньшую зарплату. Альфу получалось отшивать несколько дней, — Юджи этому был бескрайне рад, и он в надежде на лучшее будущее купил тест на беременность, но тот показал отрицательный результат. Итадори раздосадовано кинул его в мусорку и лёг на кровать: сидеть, особенно после нескольких адских часов в офисе, было всё ещё больно, а поясница нестерпимо ныла. Юджи скролил ленту социальных сетей, улыбаясь каждой фотографии счастливой семьи: почти все его одноклассники уже давно состояли в браке, — оно и понятно, у них в деревне бетам легко сойтись! В дверь неожиданно постучали, отчего Итадори вздрогнул, испугавшись. Он встал и медленно поплёлся, надеясь, что это хозяйка пришла проверить состояние водонагревателя, на который Юджи жаловался ещё неделю назад, поэтому он легко открыл дверь, а затем замер в испуге. — Сукуна? Ты как тут оказался? — Нашёл адрес в системе организации, — альфа прошёл мимо Итадори в квартиру, оглядываясь, а затем развернул кухонный стул и уселся на него, вальяжно расставляя ноги. Квартирка Итадори была настолько крошечной, что его кухня была практически в метре от входной двери и в двух от кровати, — ну и клоповник, — заключил Сукуна, обводя помещение глазами. — Зачем пришёл? — отстранённо бросил Юджи, стараясь не выдавать своего страха. — Ты либо уже забеременел и не сообщил об этом, либо нагло нарушаешь договор: по нему ты должен приезжать всегда, по любой моей прихоти, — альфа в упор смотрел на него, требуя объяснений. Юджи, не найдя новых слов для лживых оправданий, сдался. На его глазах появились стыдливые слёзы, и он тихо сказал: — Я не могу, у меня там всё ещё не зажило и болит… — Что болит? — непонимающе переспросил Сукуна, напрягаясь, — я вроде как обычно всё делал… Итадори закрыл лицо руками, чтобы хоть как-то скрыть свои стыдливые слёзы, и глухо проговорил: — Я боялся, что ты не захочешь спать с девственником, поэтому не сказал об этом, — он набрал побольше воздуха в лёгкие и продолжил, отрывая уже совсем мокрые руки от лица, — я прочитал в интернете, что такое бывает, так что скоро должно пройти, но если ты разорвёшь договор… — Юджи опустил голову, проглатывая ком в горле, — то я могу и потерпеть боль, — он подошёл вплотную к альфе, боясь смотреть на него. — Ты совсем дурак?! О таком говорить надо, какого чёрта ты… Боже, — Сукуна тяжело вздохнул, — собирайся, — и, увидев, как на лице Итадори отразился испуг, добавил, — к врачу поедем. — Сейчас, — Юджи взял рюкзак с документами, напялил толстовку и кеды, морщась от боли в спине, и отсалютовал о готовности. — Тебе надо было хотя бы сказать о неопытности, когда я заговорил об узле, — вздохнул Сукуна, чувствуя себя так отвратительно, как никогда. — Я… потом только в интернете узнал, что это такое, — Итадори неловко почесал шею и улыбнулся, закрывая двери квартиры на ключ. — Пиздец… Ты чем вообще двадцать пять лет занимался без секса-то? — Эм-м, играл в бейсбол, учился, проходил практику, теперь вот работаю, да и, э-э, вместо этого я лучше уж утром побегаю, — серьезно начал отвечать Юджи, загибая пальцы. Сукуна начинал осознавать, насколько слеп до этого он был, ведь все омеги, что попадали к нему в постель, были теми ещё шлюхами, и он был на все сто процентов уверен, что и этот Юджи, работающий у него, был таким же: увидел владельца многомиллиардной корпорации, захотел лёгких бабок или траха, вот и предложил какую-то чушь про ребёнка. Сукуна тогда надеялся отвадить наглого пацана договором, ведь по нему тот ничего не получал, кроме траха и возможного ребёнка, он думал, что мальчишка пойдёт на попятную. Тот не отступал. Но сбежал из отеля сразу после секса, а потом ещё и игнорировал альфу почти неделю, что тот в своей самооценке, пробивающей небеса, стал сомневаться. И, наведавшись к пацану, выяснил то, что сейчас какого-то хуя царапало его изнутри. Юджи шёл следом за притихшим альфой и надеялся, что тот действительно отвезёт его к врачу. — Блять, ты же тогда даже не кончил, — тихо произнёс Сукуна, а Итадори весь зарделся, да что там за мысли у этого извращённого альфы? Внизу стояли всё те же амбалы-охранники, альфа послал им какой-то жест, и те сели в большой чёрный кроссовер на передние сидения. Сукуна усадил Юджи на пассажирское и, обойдя машину, упал рядом. Итадори сидел боком, как уже привык за несколько дней, ведь так тупая боль казалась в разы меньше. Альфа сказал водителю название клиники, и они тронулись с места. — Спасибо, — улыбнулся Юджи, благодаря за заботу о нём. — За что? — удивился Сукуна. — Хотя бы за то, что согласился на мою безумную просьбу, и за то, что сейчас везёшь к врачу… Кажется, Сукуна практически изнасиловал маленькое солнце, которое должно было достаться какому-то святому человеку, но было уже испорчено и осквернено им. — Ты должен всегда говорить своему партнёру честно: нравится тебе то, что он делает, или нет, больно тебе или хорошо, ты понял? — хмуро произнёс он, укладывая голову Юджи на свои колени, чтобы тому было легче ехать. — Сейчас ты похож на учителя, а не я, — засмеялся Итадори. — А заниматься сексом всегда так… больно? — к горлу Сукуны подступил ком. — Нет, это чаще всего приятно, даже в первый раз должно быть приятно, если делать всё медленно и аккуратно, особенно в первый раз вязка запрещена, — тяжело произнёс альфа. — Прости, я виноват… — Юджи смотрел своими карамельными глазами и будто излучал сияние, и как Сукуна до этого не замечал, какой тот на самом деле светлый и бескорыстный? Предыдущий опыт с мерзкими омегами совсем затмил его разум, что он перестал видеть в людях искренность. А Итадори с самого начала был с ним искренен и даже боялся казаться невинным, и никто бы другой, кроме Сукуны, который верил в свою правду, не поверил бы Юджи тогда, когда он дрожал от страха, кивая на слова альфы перед первым разом, тогда, когда он так же кивал, заливаясь рыданиями, тогда, когда он исчез, оставив после себя лишь мокрую подушку. И только сейчас Сукуна понимал, что это были слёзы… и ни что другое. — Ни в чём ты не виноват, — грустно улыбнулся альфа. Юджи успокаивала рука, что медленно перебирала его волосы, его вообще будто опустили в чан чая с ромашкой, потому что сейчас он чувствовал вокруг только блаженное спокойствие и лёгкий аромат ночной свежести, хотя за окном лишь начинало смеркаться. Итадори почти провалился в сон, когда машина остановилась, и его мягко потормошили. — Приехали, сейчас врач тебя осмотрит, позже купим лекарства, — заботливо промурлыкал Сукуна, отчего у Юджи пошли мурашки по всему телу. Что же с ним сегодня такое творится? Итадори мысленно просчитывал, сколько денег ему придётся на это потратить, и тихо вздыхал, уже понимая, что залезет в свои сбережения. Снаружи клиника выглядела куда солиднее той, в которую его до этого отправлял альфа, Юджи аж немного остолбенел, разглядывая трёхэтажное здание, окна которого струились по всей внешней стене, но были затонированы, видимо, для сохранения конфиденциальности пациентов. На входе Сукуну поприветствовал молодой человек, обращаясь к нему по имени, и далее сопроводил к стойке регистрации. Юджи достал документы и протянул парню, тот резво начал вбивать информацию в компьютер. — Нам нужен проктолог, специализирующийся на репродуктивном здоровье омег, — отрезал альфа. — Кабинет 115, — молодой человек протянул Итадори документы, вежливо улыбаясь. В кабинете сидела молодая женщина с родинкой под глазом и заполняла документы, она даже не обратила никакого внимания на открывшуюся дверь. — Можно? — тихо спросил Юджи. — Ох, — повернулась женщина, — конечно, проходите, рассказывайте, на что жалуетесь? — она развернулась, — а вы подождите за дверью, — обратилась уже к Сукуне. — Нет, я останусь, — отрезал тот. — Вы не против? — спросила она у Итадори. — Н-нет, — смутился он и замолчал, не зная, что говорить. — Так, — не выдержал Сукуна, — я повязал его в его первый раз, не был осторожен, и теперь пацан чувствует боль. Это было чуть меньше недели назад. — Понятно, проходи за ширму, снимай всю одежду ниже пояса и садись в кресло, я пока узнаю подробности у твоего сопровождающего, — проговорила женщина ласково, видя чужую растерянность. Юджи отдалённо слушал тихий разговор. Сукуна говорил, что они хотят зачать ребёнка (без подробностей про договор), что Итадори скрыл факт неопытности, и что у того слабый ген омеги. — Так, посмотрим, — протянула женщина, натягивая перчатки. Юджи неловко поелозил в кресле, его уши горели огнём от всей этой ситуации. Он ещё никогда не бывал на таком осмотре, просто сообщая репродуктивному проктологу, что девственник. А теперь он сидел, закинув ноги на эти странные подставки, и старался не смотреть на врача. — Будет немного больно, потерпи, — женщина включила свет на лбу и развела стенки его ануса в стороны, осматривая и прощупывая, — терпимо? — Да… — Всё нормально, повреждений нет, только небольшое воспаление, — она сняла перчатки и натянула новые. — Сейчас будет слегка прохладно, — женщина выдавила немного геля, растирая его по нижней части живота Юджи, затем подкатила стойку с аппаратом УЗИ и приложила небольшой пульт к Итадори, двигая им, слегка надавливая на живот. — Ага, так и думала. Милый, твоя матка ещё не готова к зачатию, именно поэтому тебе так больно и всё воспалено. — И что мне делать? — Юджи испугался, что так и не сможет никогда иметь детей. — Не тебе, твоему партнёру, одевайся, — она отъехала на кресле, выглядывая за ширму, и обратилась уже к Сукуне, — вам нужно стимулировать железы партнёра, пока не почувствуете его феромоны, и только тогда организм сможет перестроиться. Сейчас мальчик является почти что бетой. Также, чтобы воспаление прошло, вы можете использовать свою слюну, но тем не менее я выпишу лекарства, если вам не подходит этот способ лечения. — Хорошо, — выдохнул Сукуна, слегка расслабляясь, ведь всё было куда лучше, чем он уже себе понапредставлял. — Пока железы не выпустят феромоны, не стоит заниматься половым актом с проникновением, потому что для вашего партнёра это будет опасно, особенно во второй раз. Юджи оделся и встал возле Сукуны, ожидая рецепты на лекарства. В воздухе царила такая атмосфера, будто врач отругала их как двух несмышлёных подростков. Они получили лекарства на стойке выдачи, и Итадори начал шарить в сумке, доставая кошелёк. — А где тут платить? — Я уже всё оплатил. — Подожди, давай я тебе верну, — Юджи открыл кошелёк и начал отсчитывать деньги, — сколько? — Успокойся, всё стоило недорого, — солгал Сукуна, — ты вообще за кого меня принимаешь? — Но ты же тоже работаешь у нас в офисе, не думаю, что у начальников зарплата намного выше, — Итадори укоризненно ткнул его в грудь, — не стоит тратить свои деньги на других так бездумно. — Я владелец «Su-corp» и могу тратить столько, сколько захочу, — альфа пожал плечами и направился к выходу из клиники, оставляя вылупившегося в немом шоке Юджи. Мало того, что Итадори тогда предложил чистокровному альфе сделать ему ребёнка, так тот был ещё и владельцем не просто их компании, а всей объединённой корпорации… Юджи хотелось убежать, скрыться… Он заключил договор с настолько влиятельным человеком, что тот мог просто щелчком пальцев разрушить его жизнь, отправив работать на рисовые плантации, если Итадори сделает что-то не так. — Я не люблю высаживать рис, лучше уж батат, ладно? — Юджи поравнялся с Сукуной и жалостливо взглянул на него. — Мне страшно представить, какую цепочку мыслей ты составил, что в итоге выдал этот бред… — засмеялся альфа, — но я учту. — Что имела ввиду врач под железами? — Ты и этого не знаешь? — Неа, меня воспитывал дедушка-бета, а он ничего особо и сам не знал, да и в деревне я был единственной омегой, поэтому тоже особо так ничего и не знаю, иногда читаю в интернете, но мало что понимаю, всё это для меня в новинку. В школе тоже не было подобных занятий, у нас был один класс с бетами. Но я и омегой себя никогда не чувствовал, поэтому было… плевать? — и чего Юджи вдруг попёрло на откровенность, особенно посреди улицы. Сукуна открыл перед ним дверь машины и помог забраться, а сам, как и в прошлый раз, уселся рядом, сразу укладывая омегу себе на колени. — Ты можешь задавать вопросы мне, про железы я объясню тебе наглядно, когда мы приедем ко мне, — улыбнулся альфа. — Нет! — испугался Итадори, — я-я хочу к себе домой! — мало ли что Сукуна сделает с ним у себя дома, кто знает этих богатых, может, для них людская жизнь ничто, может, Юджи сейчас увезут куда-нибудь и продадут на чёрном рынке, — лучше уж на органы, чем в сексуальное рабство… — пробубнил он. — Нет, ну серьёзно, что происходит в твоей голове? — захохотал альфа, — хорошо, поедем в твои три квадратных метра. — Эй, их там целых двенадцать! — возмутился Итадори. — Нашёл чем гордиться. Юджи вновь окутало тепло и спокойствие, оно ощущалось таким родным и уютным, что не хотелось ни о чём думать. Интересно, это феромоны альфы так на него влияли или же он сам, своим присутствием? На мгновение сердце Итадори кольнуло болью из-за пронёсшихся мыслей о том, что они связаны лишь договором и через какое-то время Юджи больше никогда не увидит Сукуну. Отчего-то именно сегодняшний день стал тем самым поворотом в их странных отношениях, не тот, когда они заключили контракт, и уж тем более не тот, в который случился их первый раз. Сегодня Итадори отчасти узнал настоящего альфу, по крайней мере, он так надеялся. Теперь появилось желание узнать, откуда же у того столько недоверия к омегам. Стоп… а может тот вообще женат и скрывает Юджи как любовника? Нет, тогда бы он не предлагал отвезти к себе… Или же у него несколько домов, в которые он возит любовников? Почему Итадори сразу не додумался спросить? Хотя тогда ему и дела не было, не важно было, что там у этого альфы в голове и в его жизни, важен был лишь шанс завести ребёнка… А теперь, вот отчего-то, Юджи хотел большего, наверное, потому что впервые кто-то проявил к нему заботу и был так добр. Стоит ли спрашивать? Или это считается вмешательством в личную жизнь, которое запрещено по договору. — А у тебя есть жена или муж? — спросил он тихо, — если этот вопрос нарушает наш договор, то не отвечай. — Нет, никого нет, знаешь, мне некогда заводить отношения с моей-то работой, только одноразовые перепихоны с навязчивыми омегами, желающими привязать меня к себе, — Сукуна отстранённо посмотрел в окно и продолжил, — можешь спрашивать, что угодно. — Их можно понять, ты ведь такой красивый, — Юджи поднял взгляд на альфу, рука которого в его волосах на мгновение замерла, — ой, ну то есть да, ты и так это знаешь, — до Итадори дошло, какую глупость он сморозил. — Знаю, я не слепой, — улыбнулся Сукуна, — приехали, пошли. — А-ага, — Юджи медленно поднялся, захватывая с собой пакет с лекарствами, и выпрыгнул из машины, даже совсем недавняя боль теперь особо не беспокоила его. Когда они подошли к его маленьким «хоромам», Итадори пропустил альфу вперед, дожидаясь, пока тот разуется, а потом вошёл сам, сбрасывая кеды. — Я быстро что-нибудь приготовлю, а потом объяснишь всё, окей? — Юджи достал несколько продуктов из холодильника, налил в кастрюлю воду и поставил на огонь, чтобы не терять времени, только затем помыл руки с овощами, пока Сукуна сидел за столом и молча наблюдал за его действиями. — М-гм, — в итоге выдал он. Юджи ретировался в туалет, хватая домашнюю футболку, чтобы ненароком не заляпать любимую толстовку едой, он переоделся и вернулся. — И что я там не видел, чего стесняться? — усмехнулся Сукуна с издёвкой. — Это другое! — смущенно отвернулся Итадори, возвращаясь к готовке. Он тонко нарезал овощи и бросил в уже кипящую воду, затем добавил специй по вкусу и оставил тушиться на плите, прикрывая крышкой, поставил чайник и достал печенье, — впервые у него был кто-то в гостях, и Юджи даже не знал, что обязан делать в таких ситуациях. Он просто стоял спиной к альфе, стесняясь хоть что-то сказать, и сверлил взглядом кипящий в кастрюльке овощной суп. Спустя пятнадцать невероятно неловких минут Итадори добавил лапшу и снял суп с плиты, поставил кастрюлю на силиконовый коврик на стол и, добавив сливочный сыр, разлил по тарелкам. — Ты предлагаешь мне это есть? — Сукуна скептично поднял бровь. — Если не хочешь, не ешь… — и на что Юджи надеялся? Что гостя удовлетворит какой-то жалкий овощной супчик с лапшой? Когда тот, наверное, каждый день питается только элитными продуктами, стоимостью в месячную зарплату Итадори, — я думал, что ты тоже проголодался, — он заглянул в холодильник, — ещё есть йогурт, полкусочка тортика и дайкон, — Юджи повернулся, сталкиваясь с недоумевающим взглядом, — ч-что? — Ничего, я поем суп, спасибо. Как же странно выглядел Сукуна в костюме-тройке за его жалким обеденным столом… — Я не готовил сегодня рис, без него нормально будет? — Нормально, сам уже садись есть. Итадори упал на стул напротив альфы и взялся за палочки, подтягивая золотистую лапшу, хоть в супе и не было мяса, бульон был наваристым благодаря имитирующей его вкус приправе и сливочному сыру. — Неплохо, — подытожил Сукуна. Юджи было так приятно это слышать, что он совсем уж зарделся. Но всё равно в воздухе витала неловкость. Итадори в присутствии альфы чувствовал себя… Неправильно, будто его не должно быть рядом с ним, как в том шикарном отеле, когда на него все смотрели как на оборванца. Юджи был слишком прост, слишком обычен, у него даже руки были будто совсем неказистыми по сравнению с большими, но изящными пальцами Сукуны, обрамлёнными кольцами, даже чёрный матовый лак на коротких ногтях смотрелся уместно и красиво. Итадори вообще раньше старался его не рассматривать, даже тогда, когда тот был перед ним полностью голым, сейчас Юджи нервно сглатывал при каждой мелькающей картинке воспоминаний в голове: крепкого мужского тела, чёрных полос татуировок, пожирающих алых глаз. Ему надо прекращать думать об этом или же при завершении договора будет чертовски больно, как тогда, когда он в седьмом классе влюбился в парня, который приехал к ним в деревню на лето, но тот отшил Итадори, сказав, что он неправильная, нечистая омега… — Спасибо за еду, — Сукуна отставил пустую тарелку в сторону, — ну что? — и посмотрел выжидающе. — Д-да, сейчас, — Юджи собрал посуду со стола и залил её водой в раковине, — давай! — Пошли на кровать, — альфа пересел на край кровати, — не бойся, я больше не причиню тебе боль, — он протянул руку, и Юджи, подойдя, мягко взял её и присел, — повернись спиной, — он развернулся, — вот тут, — Сукуна погладил пальцами его шею, — находятся железы, твои пока неактивны, их нужно стимулировать. — Ты знаешь, как это делать? — обернулся Итадори. — Да. — Откуда? — Об этом знают… все? — это основы, которые дают на школьных уроках. — Тогда давай начнём это прямо сейчас, ведь я без них не забеременею… Так вроде говорила врач? — Не совсем, но основную суть ты уловил, сядем поудобнее, — Сукуна придвинулся к стене, опираясь на нее лопатками, — давай ко мне спиной, — он снял пиджак и галстук, а затем закатал рукава рубашки, открывая татуировки на запястьях. — Это не больно? — на всякий случай уточнил Юджи. — Нет, тебе даже будет приятно. Юджи сел между разведённых ног альфы и затаил дыхание, чувствуя чужое на задней части своей шеи. Сукуна невесомо провёл по ней губами, а затем и языком, отчего Итадори протяжно застонал, затем альфа начал нежно покусывать это чувствительное местечко на шее, и тело Юджи окутал жар, член уже упирался в тугую ткань штанов, а вдохи становились всё громче. — Чувствую себя странно… — сдавленно произнёс он. — Это нормально, не сдерживайся, — прошептал Сукуна ему на самое ухо, на мгновение отрываясь, а затем вновь вернулся к своему занятию. — С-сколько нужно это делать? — Пока я не почувствую твои феромоны, малыш… Блять. Блять. Блять. Это обращение снесло Юджи голову напрочь, и он, не сдержавшись, простонал в полный голос. — Вот так, — продолжал шептать альфа, он забрался горячей рукой с холодящими кольцами под пояс штанов Итадори и мягко накрыл его пах, сжимая через бельё, — приятно? — Да-а-а, — протянул Юджи, не узнавая свой хриплый голос: во рту от стонов и тяжелого дыхания всё пересохло. — Теперь вижу, что не врёшь… Итадори чувствовал, как ему в спину что-то упирается, но сейчас он так сильно плавился в чужих руках, что даже сделать ничего не мог… Не хотел… — Пока хватит, а то шея заболит, — Сукуна прекратил свои манипуляции, и Юджи, сам того не ожидая, недовольно вздохнул, поворачиваясь к нему и надувая щёки, — сейчас будем тебя лечить, — альфа оскалился в довольной улыбке. — Я принесу лекарства… — Не надо, я сам буду это делать, слышал, что врач говорила про слюну? Так вот, лучше, когда она попадает на место воспаления непосредственно. Раздевайся, — Юджи отполз подальше и стянул штаны, он даже не думал об отказе и сам с нетерпением ждал того, что будет дальше. Итадори обернулся, перед тем как снять бельё, и столкнулся с пожирающим его взглядом. — Отвернись? — неуверенно произнёс он. — Нет? — передразнил манеру альфа. Юджи весь красный быстро стянул трусы и, прикрывая пах футболкой, вопросительно посмотрел на Сукуну. Тот подложил подушку под голову и лежал довольный как кот, наевшийся сметаны. — Ты и сам понял, что делать, так что не притворяйся, — он закатил глаза. Итадори медленно подполз к нему и, перекинув ногу через его торс, лёг, упираясь лицом в стоящий колом пах альфы. — Молодец, отличный вид, кстати, — Сукуна подтянул задницу Итадори ближе и, впиваясь пальцами в упругие ягодицы, на пробу облизал припухшее колечко мышц, — расслабься. Юджи пытался, но то, что сейчас делал альфа, не укладывалось ни в одну привычную систему координат, да Итадори вообще представить себе никогда не мог, что мало того, что он встретит чистокровного альфу, который согласится зачать ему ребёнка, так ещё и то, что тот будет в такой позиции с ним… Сукуна медленно протолкнулся языком внутрь, стараясь войти как можно глубже, чтобы его омеге стало лучше, чтобы исправить хотя бы так то, что он натворил в прошлый раз. В его голове раз за разом мелькали воспоминания встречи в отеле, и теперь они выглядели куда хуже, чем он воспринимал их до сего дня. В каше из хлюпающих звуков и стонов вжикнула молния брюк, Юджи медленно приспустил их и задрал рубашку альфы, чтобы её ненароком не запачкать, ведь не расплатится никогда. Итадори отогнул резинку чужого дорогого белья и завороженно посмотрел на истекающий внушительных размеров член. И вот это Сукуна вставлял в него? Кошмар. Юджи начал мягко водить пальцами по розовой головке, размазывая предэякулят и постанывая от приятных ощущений внутри. Вся боль улетучилась, будто её и не было. Альфа вытащил из него язык и, тщательно смочив свои пальцы в слюне, протолкнул их в Итадори, так глубоко, что тот от удовольствия поджал пальцы на ногах и прогнулся в спине. Юджи стонал без какого-либо стеснения, выдыхая чужое имя. — Сейчас я тебе покажу от чего парням-омегам сносит крышу, — довольно выдохнул Сукуна, чувствуя, как Итадори продолжил ему отдрачивать, и начал двигать пальцами, задевая комок чувствительных нервов глубоко внутри омеги. Юджи неумело облизал всю длину члена перед ним, а затем аккуратно вобрал в рот и продолжил стонать, водя губами по головке, — больше он не решался брать, боясь причинить дискомфорт своими неловкими попытками. Альфа с рыкающим стоном излился ему в рот и особо сильно провёл по чувствительной точке, отчего перед глазами Итадори заплясали звёзды, и, кажется, они были в фартучках. Что за странные такие звёзды? Юджи пришёл в себя, только тогда, когда почувствовал во рту движение чужого языка. Как же ему сейчас было хорошо. По комнате распространялись такие приятные успокаивающе ароматы, что кружили голову. — Ты пахнешь персиковыми садами, — выдохнул Сукуна, отрываясь от чужих губ с собственным вкусом. — Я бы хотел, чтобы твоя сперма была здесь, — Юджи опустил руку на низ живота, а затем, придерживая чужой член, насадился на него, под ошарашенный взгляд альфы. — Тише-тише, тебя поглотили собственные феромоны, и чего они проявились только сейчас? — Сукуна крепко сжал его талию, не давая пошевелиться, и до Итадори медленно начало доходить, что он только что сделал. Он физически ощущал, как его лицо заливается краской. — Я-я не знаю, что творю… — выдохнул Юджи, прижимая голову к чужому плечу. — Всё нормально, это твои… Инстинкты, вроде как, — альфа ослабил хватку, — мне выйти? — Н-нет, всё хорошо, мне хорошо внутри, честно, просто пока не двигайся, я не привык… — Итадори растерянно бубнил, стараясь передать суть, потому что язык отказывался нормально работать. — Скажи, как будешь готов, я начну двигаться, а пока давай просто полежим, — Сукуна полностью лёг на спину, утягивая Юджи за собой, прижимая к крепкой груди. Ему сносило голову лишь от одного запаха омеги, кто бы мог подумать, что тот будет настолько вкусным? Альфа держался изо всех сил, чтобы не вжать его лицом в матрас и не оттрахать до потери сознания. Спасибо, такое уже случилось, этой вины хватит до конца жизни. — Давай, — выдохнул Итадори в чужие губы, и Сукуна нежно поцеловал его, вскидывая бёдра для первого толчка, затем для второго. Он делал это чертовски медленно, боясь навредить едва зажившим нежным стенкам. — Подожди, нет, ещё рано, — выдохнул альфа, — давай я тебя кое-чему научу, — он вошёл так глубоко, упираясь в матку, что Юджи заскулил от нетерпения, — выпусти феромоны, заставляя меня кончить. — К-как? — растерянно спросил он. — Представь, что хочешь меня соблазнить, и всеми силами направь эту мысль в мою сторону, — попытался объяснить Сукуна, ведь контролировал свои феромоны интуитивно. Юджи слегка нахмурил лицо и напрягся, отчего альфа прыснул со смеху. — Не надо так напрягаться, расслабься, закрой глаза, представь, что прямо сейчас мы заделаем тебе ребёночка, и заставь меня кончить, — Сукуна мягко провёл рукой по его шее, а затем почувствовал поток феромонов, ударяющих в голову. Это Итадори так мысль о зачатии подстегнула? Надо бы запомнить. Альфа излился, проталкиваясь ещё глубже, и начал формировать узел. — Больно? — обеспокоенно спросил он. — Теперь нет, будто просто ты слегка стал… Больше? А вот в прошлый раз я отключился от боли, — Юджи расслабился, полностью ложась на тёплую грудь, — а сколько это обычно длится? — Пока не пропадёт узел, — сдавленно произнёс Сукуна, перебирая чужие мягкие волосы в пальцах. — А вот то, что я сделал феромонами, это не опасно? Страшно так кем-то управлять… — Если ты будешь так управлять тем, кто не согласен, то попадёшь под статью, а раз я сам попросил, то всё нормально. — Омеги — страшные! — Юджи возмущённо поднял взгляд. — Это уж точно, одна так пыталась мной управлять, что в итоге попала под суд и сейчас принудительно лечится в психушке. — И часто с тобой такое? — Бывает, поэтому теперь возле меня всегда два охранника-беты, которые, если что, задвинут таких куда подальше. — А меня они чего не задвинули? — Так за бету и приняли, ведь беты тоже ощущают запах феромонов, а ты пах максимум… Детским кремом? — мягко засмеялся альфа. — Он хорошо снимает раздражение! — дёрнулся Юджи, а затем простонал от небольшого дискомфорта. — Не двигайся так резко. — Я забыл… — покраснел он и аккуратно лёг обратно, — а ты потом…? — Останусь в твоих трёх квадратах на ночь, если ты не против. — Я только за, у меня ещё никто не ночевал, а по ночам знаешь как… — Что? — Не смейся только. — Не буду. — Жутко по ночам, а ещё этот водонагреватель как начнёт греметь, так я в испуге каждый раз просыпаюсь, а по потолкам будто черти ползают. — Тебе точно двадцать пять, а не просто пять? — произнёс альфа, стараясь не засмеяться. — Эй, тогда бы наше положение было незаконным! — Фу-у-у, — весело протянул Сукуна. — Вот и я о том же! Весь оставшийся вечер они ели пиццу, которую заказал Сукуна, ночью просмотрели все части «Сумерек», от которых альфа открещивался, но спустя каких-то пятнадцать минут не мог оторваться. Так они просидели до самого рассвета. Что иронично, ведь именно к нему они досмотрели часть фильма с аналогичным названием. Юджи был так счастлив и совершенно не хотел думать, что им придётся когда-нибудь расстаться по чёртовому договору…