sanguine

Феликс наклоняется вперед на своем месте и широко раскрывает глаза. — О, он идет сюда. — Кто? — Спрашивает Джисон, но при этом инстинктивно садится чуть прямее, немного больше осознавая, что происходит с его лицом и где находятся его руки. — Парень, на которого ты пялился! — Шипит Феликс. На самом деле, даже если кому-то и могло так показаться, Джисон не пялился. Он просто смотрел в его сторону, а потом случайно отвлекся – он, совершенно точно, ни на кого не пялится, спасибо за понимание. Он знает, как это выглядело, и любой, кто взглянул бы на него, мог бы подумать, что он пялится; только поэтому он знает, о ком говорит Феликс, только поэтому он точно знает, кого увидит, когда поднимет глаза, после того, как чувствует руку на спинке своего стула. Джисон поворачивается, чтобы встретиться лицом к лицу с человеком, на которого он (не)смотрел всю ночь. Темно-карие глаза, не отрываясь, смотрят на Джисона, путешествуют по нему самым неуловимым образом, который Джисон когда-либо видел. У него такое выражение лица, что Джисон немного нервничает, он почти улыбается, но не совсем. Наконец он поднимает глаза и встречается взглядом с Джисоном. Джисон тут же начинает ерзать. — Привет, — говорит он. — Я Минхо. Джисон сглатывает излишки слюны и смотрит на него. — Это Джисон, — произносит Феликс рядом с ним, похлопывая его по плечу слишком сильно. Он встает со своего места и забирает с собой свой бокал, — Я Феликс. Если понадоблюсь, то я буду неподалеку. Когда Феликс уходит, Джисон почти протягивает руку и пытается схватить его, чтобы тот не уходил. Ему кажется, что именно сейчас ему нужен кто-то рядом. Он не может находиться рядом с Минхо наедине, он не знает, как себя вести. У него уже кружится голова, а язык заплетается, ему кажется, что при первой же попытке заговорить он начнет пускать слюни или блевать. Он мучительно наблюдает за тем, как Феликс, помахав ему пальцем, исчезает в толпе на танцполе. Минхо, улыбаясь, опускается на стул рядом с Джисоном, где раньше сидел Феликс. Джисон вновь переводит свой взгляд на него. — Привет, — повторяет он. — Я Минхо. — Эм… — Джисон переминается с ноги на ногу. — Я Джисон. Его глаза осматривают лицо Минхо, затем опускаются ниже, к белым оборкам у воротника и красным деталям в строчках на плаще. Ему хочется рассмеяться. Вампир. Минхо ухмыляется, разглядывая сочетающийся с его, наряд Джисона. — Отличный костюм, Джисон.

ཐི❤︎ཋྀ

Джисон чувствует себя грязным, в самом лучшем смысле этого слова. Это так волнующе – быть зажатым в темном углу танцпола, Минхо прижимается к нему, бедро между его ног, руки путешествуют по всему телу Джисона. Если Джисон откроет глаза, он знает, что увидит, как все вокруг танцуют, полностью отвлеченные и не замечающие, что происходит в пару метрах от них. Но, с закрытыми глазами он чувствует, что за ним… наблюдают. Клеймят. Он гадает, не оглянулся ли кто-нибудь на них, не посмотрел ли изумлённо моргая, удивляясь тому, что Джисон так просто позволяет взять себя. Стена вибрирует у него за спиной, а ноги дрожат – он не может понять, это из-за музыки, звучащей из колонок, или просто губы Минхо так действуют на него. Он пьян от этого, он знает, его давно так хорошо не целовали. Минхо посасывает его язык, облизывает нёбо, и душа Джисона возносится на новый уровень бытия. Когда Минхо отстраняется, Джисон тянется за ним и жалобно скулит. Минхо смеется через нос и, подняв руку, зажимает подбородок Джисона между большим и указательным пальцами. Он слегка покачивает голову Джисона, вновь целуя его, а затем проводит большим пальцем по чужой скользкой нижней губе. Джисон пытается поймать его ртом. Минхо не позволяет, вместо этого, он переводит палец на уголок верхней губы и надавливает, пока она не приподнимается. — Ты уверен, что это костюм, Джисон? — спрашивает он таким легким тоном, что тот почти не замечает его. Кончик его большого пальца упирается в острый конец одного из клыков Джисона. — Они выглядят вполне настоящими. Джисон подается вперед, совершенно не контролируя себя. Он хочет, чтобы Минхо снова поцеловал его. Он хочет, чтобы Минхо забрал его прочь отсюда, отвез домой или даже в туалет, чтобы делать там с ним все, что захочет. Ему уже все равно - он просто хочет… — Зависит от того, — выдыхает он, выгибаясь и прижимаясь ближе к Минхо. — Позволишь ли ты укусить тебя, если это так? Минхо тихонько смеется, руки скользят по спине Джисона, пока не достигают его талии. Минхо сжимает ее, а затем хватает его за бедра, прижимая к стене. — Зависит от того, — повторяет он, наклоняясь и прижимаясь губами к яремной вене Джисона, оставляя на ней влажный поцелуй, прямо перед тем, как прикусить кожу. Джисон вздрагивает в его руках и откидывает голову назад, чтобы дать Минхо больше пространства и побудить его сделать это снова. — Позволишь ли ты укусить в ответ? Глаза Джисона закатываются. Он судорожно кивает, словно даже не контролирует свои движения. — Да, — выдыхает он, когда зубы Минхо задевают его ключицу. Он снова пытается податься вперед, оттолкнуться от стены, но Минхо прижимает его назад. — Да, я… Ты можешь. Ты можешь, пожалуйста.

ཐི❤︎ཋྀ

Дверь захлопывается за ними. Джисон едва успевает оглядеться: он замечает кошачье дерево, диван, а затем его снова прижимают к стене. — М-милый… мнг, — он задыхается, когда Минхо вновь прижимается к его шее. Его пальцы перебирают волосы Минхо, и он ещё сильнее запрокидывает свою голову назад, прижимая ее к стене так, что становится больно. — Милый дом. — Спасибо, — произносит Минхо. Он прокладывает дорожку поцелуев от шеи Джисона к его рту и, наконец, снова прижимает их губы друг к другу. Джисон думает, что он одержим Минхо. Если он еще не одержим, то он, черт возьми, будет. Он уже придумывает способы, чтобы убедиться, что это продлится дольше одной ночи - если ему придется уйти после этого и никогда больше не видеть Минхо, он точно заплачет. Дальше все как в тумане. Минхо обхватывает нижнюю часть бедер Джисона и приподнимает его, словно он ничего не весит, а Джисон хихикает так, что потом ему будет стыдно. — Ты такой сильный, — вздыхает он, сжимая бицепс Минхо. Это действительно так – Джисон говорит так не просто для того, чтобы поразвлечься. Он держит его так легко, что это почти нечеловечески. — Как… хах… как долго, по-твоему, ты сможешь меня удерживать так? Минхо еще глубже вжимает его в стену, осыпая грудь Джисона поцелуями. — Столько, сколько ты захочешь, — Он оттаскивает Джисона от стены и начинает вести их по темному коридору в сторону спальни. — В следующий раз я буду держать тебя и трахать вот так, да? Похоже, тебе это понравится. Джисон вновь хихикает и кивает. Он почти начинает размахивать ногами, почти мечтательно вздыхает при мысли о следующем разе с Минхо. Минхо бесцеремонно бросает его на кровать. Джисон ударяется о матрас и едва успевает приподняться, как Минхо снова оказывается на нем, вдавливая его в постель. Рука, лежащая на его талии, поднимается вверх, сдвигая рубашку с места, пока она не оказывается задрана над ключицей. — Боже, ты чертовски красив, — произносит Минхо, восхищенно глядя вниз. Он помогает Джисону стянуть рубашку через голову, а затем отбрасывает ее в сторону. Джисон ёрзает, пока Минхо медленно снимает с него штаны и боксеры. Все его тело словно горит. С запозданием он говорит: — Спасибо. Кажется, Минхо его даже не слышит. Его нижняя губа зажата между зубами. Он смотрит на него, вновь сжимая Джисона за талию, а затем проводит руками вверх, пока не доходит до шеи. Он держит его так, не надавливая, просто обхватывая пальцами и растирая кожу большим пальцем. — Я могу просто съесть тебя, — бормочет он, облизывая один из клыков. Сердце Джисона колотится о грудную клетку. Он никогда не думал, что вампирская ролевая игра может на него подействовать, но сегодня он многое о себе узнал. — Ты… — Начинает Джисон, но тут же обрывает себя, задыхаясь от собственного воображения. Зубы Минхо впиваются в его шею, губы Минхо прижимаются к его коже, пока он сосет, берет все, что хочет, прямо из его тела, пока у них обоих не начинает кружится голова от этого. Его член подергивается у бедра Минхо. — Что я? — Ты можешь, — задыхается он. Минхо усмехается и наклоняется. Он проводит носом по шее Джисона, как раз там, где бьётся его пульс. — М-минхо, пожалуйста. Уголки рта Минхо нежно приподнимаются. — Ты хоть понимаешь, о чем умоляешь, милый? Да. Нет. Джисон умоляет Минхо… съесть его? Он уже не знает. Он хочет, чтобы Минхо прикоснулся к нему, это единственное в чем он уверен. Он хочет быть подготовленным, растянутым руками Минхо. Он хочет, чтобы зубы Минхо снова впились в его кожу. Он хочет сломаться под ним, чтобы Минхо заполнил его. Он хочет… Глаза Джисона наполняются слезами. — Пожалуйста, — хнычет он. Минхо стонет и задирает голову к потолку, словно не в силах больше смотреть на Джисона. — Ты просто невероятен, — бормочет он. Минхо поднимается с кровати, и Джисон снова всхлипывает, инстинктивно протягивая руку, чтобы схватить его и притянуть к себе. Одной рукой он вновь мягко вдавливает Джисона в матрас, а другой играет с оборчатым воротником своей рубашки. Джисон закрывает рот и смотрит на него широко раскрытыми глазами. — Сними клыки, — произносит Минхо, глядя на него сверху вниз. Джисон не обращает внимания на приказ, он слишком занят тем, что следит за движением рук Минхо, которые расстёгивают пуговицы на груди. Он нарочито медленно протягивает каждую пуговицу из петель и пальцами раздвигает ткань, дразня Джисона каждым новым сантиметром кожи. Затем он прочищает горло, небольшая ухмылка на его лице противоречит тому, как краснеют его уши. — Джисон. — Прости, — произносит Джисон садясь и тянется в рот, снимая накладки. Он и забыл, насколько это отстойное занятие, сколько слюны при этом задействовано. Капли стекают на клыки и на его руку. Часть попадает на простыни Минхо. Он морщится, а затем поднимает глаза, чтобы вновь извиниться. Извинения застревают у него в горле. Минхо смотрит на него так, будто готов в любой момент наброситься, следя глазами за толстой ниточкой слюны, стекающей по нижней губе и падающей на кровать. Джисон очень осторожно кладет клыки на тумбочку. — Ты… — Начинает он и тут же закрывает рот, когда Минхо снова начинает двигаться к нему. Он медленно крадётся вперед. Это, кажется, весьма пугающим. На следующем слове голос Джисона срывается, словно он только что пискнул от страха. — Ты собираешься… снять свои? — Свои что? — Спрашивает Минхо. Он слегка ухмыляется, хватая руку Джисона своей и ведет ее вниз, пока она не оказывается прижатой к его промежности. Джисону хочется взорваться, он сразу же теряет ход мыслей. — Это? Джисон кивает, совершенно ошеломленный. Он обхватывает пальцами член Минхо через боксеры и проводит большим пальцем по мокрому пятну спереди. — Да? — Поддразнивает Минхо. — Хочешь, чтобы я снял это? Джисон кивает, кивает и кивает. Он уже вспотел и чувствует, как на лбу и затылке появляются капельки пота. — Пожалуйста. — Ты можешь сделать это, малыш. — Спасибо, — задыхаясь, произносит Джисон. Он не понимает, что только что поблагодарил Минхо за то, что тот позволил ему вытащить его член, не понимает, что Минхо смеется над тем, что Джисон так поступил – в любом случае, это неважно. Теперь у него есть задание. Минхо большой. Это ничуть не удивительно, Джисон чувствовал его прижатым к себе раньше на танцполе, но сейчас все по-другому. В его руке. Джисон чувствует его вес, проводит пальцем по венам на нижней стороне, ловит капельки предэякулята, вытекающие на его большой палец. Он хочет попробовать его на вкус. Он хочет взять его в рот. Он хочет, чтобы его член был внутри него, куда бы Минхо ни захотел вставить его, и чтобы он остался там навсегда. Совершенно нормальная мысль. Он поднимает глаза на Минхо. Минхо уже наблюдает за ним, и выражение его лица говорит Джисону о том, что он, возможно, думает о том же самом. Он прочищает горло. Выражение его лица меняется, становясь дразнящим. — Соответствует твоим стандартам? Джисон кивает вместо того, чтобы сказать то, что он действительно хочет, а это что-то безумное вроде «намного выше их, я хочу молиться на тебя и твоему прекрасному телу до конца своей жизни, а моя дырочка не имела никакого смысла до того, как я встретил тебя» и так далее. Минхо наклоняется, пока Джисон не вынужден лечь на спину. Когда его руку отрывают от члена, он хочет застонать от потери, но Минхо вновь оказывается на нем, и его мысли улетучиваются. — Ты чертовски красив, — повторяет Минхо. Он целует шею Джисона, ключицы и останавливается, чтобы облизать его сосок. Джисон стонет, выгибаясь навстречу его рту, и Минхо замирает. Он снова осторожно облизывает сосок Джисона. — Больше, — выдыхает Джисон. — Еще, еще, пожалуйста… Минхо вздрагивает. — Я пока не могу. — Пожалуйста, пожалуйста… Минхо игнорирует его мольбы и продолжает свой путь вниз. Он останавливается, чтобы усеять засосами живот Джисона, а затем легонько облизывает истекающую головку его члена. Все тело Джисона содрогается. Минхо делает это снова. — Почему… — хнычет он. Вдалеке слышится щелчок открываемой бутылочки со смазкой. — Почему ты продолжаешь это делать? — Что именно? — Ты просто облизываешь, а после останавливаешься, — жалуется Джисон. Он фыркает. — Ты издеваешься надо мной. — Я слежу за зубами, — просто объясняет Минхо. Джисон не успевает осознать, что черт возьми это значит, прежде, чем чувствует, как скользкий палец Минхо обводит его дырочку. Он прижимается поцелуем к внутренней стороне бедра Джисона. — Готов? Джисон судорожно кивает. Минхо без колебаний вставляет в него палец. Он легко скользит внутрь, не встречая сопротивления. Джисон знал, что ему нужно сегодня, он провел все необходимые приготовления, прежде чем выйти из дома. — Красивый малыш, — шепчет Минхо, следя за выражением лица Джисона. Он быстро вводит второй палец и улыбается, когда Джисон хнычет и сжимается вокруг них. — Тебе приятно? — Да-ах, — голос Джисона срывается на жалкий стон, когда Минхо сгибает пальцы, а бедра еще сильнее вжимаются в руку Минхо. — Да, да, т-так хорошо. Минхо хмыкает. Он приподнимается и снова целует Джисона, продолжая настойчиво водить пальцами. Джисон пытается поцеловать его в ответ, но не знает, удается ли ему это. Когда Минхо наконец вводит третий палец, губы Джисона раздвигаются в гортанном стоне, и… — Ай! — Хнычет он. Боль пронзает его позвоночник и встречается с удовольствием по середине, но неожиданный укол слишком быстро выводит его из этого состояния. — Подожди, ай, что это за херня. Его язык высунулся, чтобы успокоить боль, и он тут же узнал вкус своей крови. Он подносит руку ко рту, и на кончике пальца остается красное пятно. Он поднимает взгляд на Минхо. Минхо облизывает губы, глядя на рот Джисона. — Клянусь, это был несчастный случай. — Ты… Что? — Я не хотел, — говорит Минхо, не желая ничего уточнять. — Все в порядке, — медленно произносит Джисон. Он снова облизывает губы, и его внутренности сжимаются. — Думаю, я просто поранился о клыки. Он садится, протягивая руку ко рту Минхо. Минхо отшатывается от его прикосновения и резко моргает. Живот Джисона слегка сводит от внезапной неуверенности на его лице. — Все… Все в порядке! Мне нравятся укусы! — Нервно смеется он. Джисон снова пытается протянуть руку, и на этот раз Минхо позволяет ему это. — Мне определенно нравится, просто… эти клыки такие острые, — выдыхает он, осторожно проводя кончиком пальца по их острому краю. — Можно, просто снять их… Его голос прерывается. Клыки Минхо – не зубные накладки. Джисон моргает и ощупывает один из них. Там тоже нет клея. Сердце Джисона начинает колотиться. Как ни странно, его живот снова сжимается, а член подергивается. Возбуждение бурлит в его венах. — М-минхо? Извиняющийся взгляд тут же сползает с лица, на его месте появляется забавная ухмылка. — Я собирался рассказать тебе, когда ты наконец-то сядешь на мой член, — прямо говорит он. Его пальцы дергаются внутри Джисона. — Я собирался попросить тебя сначала укусить меня, как ты и обещал. Джисон потрясенно смотрит на него. Минхо осторожно проводит пальцами внутри него, словно напоминая ему, где они находятся и что делали. Дает ему выход. Джисон не хочет его принимать. Минхо наклоняется, опираясь на один локоть. Он проводит губами по ушной раковине Джисона. — Ты все еще хочешь укусить меня, Сони? Джисон вздрагивает всем телом. Минхо смеётся ему прямо в ухо, а затем опускает голову. Он улыбается, прижимаясь к шее Джисона. Его клыки скребут по коже Джисона. — Все еще хочешь умолять меня съесть тебя? — Пожалуйста, — шепчет Джисон. Все его тело замерло в ожидании следующего шага Минхо. Он хочет, чтобы Минхо укусил его. Подсознательно он наклоняет подбородок вверх. Обнажает шею. — Ты действительно хочешь этого? — Спрашивает Минхо. Его зубы впиваются в кожу Джисона все настойчивее. — Да, — легко отвечает Джисон. Он прижимается еще сильнее. Минхо целует его шею, плечо, основание горла. — Пожалуйста, Минхо, — Джисон задыхается, отчаянно желая этого. Слезы вновь застилают ему глаза, он действительно начинает плакать и умолять. Минхо целует грудь Джисона, прежде чем приоткрывает рот и кусает. — Блять, — задыхается Джисон. Его глаза распахиваются, спина выгибается и он сжимает пальцы Минхо, которые снова начинают входить и выходить из него. — Ох, черт, Минхо. Джисон потрясен. От слез глаза горят, а зрение расплывается. Его член истекает прямо на живот, и кажется, что даже дуновение ветерка может столкнуть его за грань. Это унизительно. Он никогда не был так близок к оргазму практически из-за ничего. Ему должно быть стыдно, но сейчас он не может думать ни о чем, кроме рта Минхо. Зубов Минхо. Он хочет большего. Он настолько потерялся в нахлынувших на него ощущениях, что не обращает внимания на звуки, которые издает, на то, как он всхлипывает, требуя большего, сжимая волосы Минхо между пальцами и опуская голову, заставляя его впиться зубами глубже. Минхо облизывает первую рану и покрывает ее легкими поцелуями. Он переходит на другую сторону и вонзает зубы туда. На этот раз труднее. В это место оказывается такое сильное давление, что Джисону кажется, будто все его тело вот-вот взорвется. Это жалит, жжет, это больно. Но ему это так чертовски нравится. — Мне нужно быть в тебе, — простонал Минхо. Он смотрит на Джисона сквозь тяжелые веки, губы покрыты красным налетом и блестят. — Блять. Ты ебанное совершенство. Джисон не думает, когда тянет голову Минхо вверх. Он не думает, когда приподнимается, чтобы поцеловать его. Он не думает, пока не чувствует вкус собственной крови на языке и не осознает, что тот только что сделал. Минхо стонет ему в рот и тянется вниз, чтобы схватить основание своего члена, прижимаясь к Джисону. Джисон снова перестает думать. — Пожалуйста. — Такой нуждающийся, — произносит Минхо. Он надавливает вперед, пока головка не проскальзывает внутрь. Челюсть Джисона отвисает, из него вырывается сдавленный звук. — Ты только и делаешь, что умоляешь, малыш. Откуда мне знать, чего ты хочешь, а? — Больше. Пожалуйста, — задыхается Джисон, впиваясь ногтями в плечи Минхо. — Пожалуйстапожалуйстапожалуйста. Мозг Джисона растворяется, как сахарная вата под дождем. Ему кажется, что его раскалывают пополам, что его внутренности перестраиваются, чтобы сделать дом для Минхо. Он осознает, что все еще умоляет, слышит себя сквозь стук в ушах. Минхо снова кусает его, и стук превращается в приятный звон. Как только бедра Минхо прижимаются к его заднице, Джисон обхватывает его ногами, а руками – шею. Он мог бы прожить всю оставшуюся жизнь, вот так обхватив Минхо. Но сейчас он говорит: — Трахни меня. — Манеры пропали вот так просто, да? — Фыркает Минхо. Он садится на колени и проводит рукой по животу Джисона, поднимаясь к его груди. Он смотрит вверх сквозь ресницы, нажимая на один из свежих следов укуса. Ноги Джисона дрожат. — Проси вежливо. — Или что? — Улыбается Джисон. — Ты снова меня укусишь? — Ты так сильно этого хочешь, что это даже немного мило, Джисон, — ухмыляется он. Минхо покачивает бедрами, и дразнящая улыбка на лице Джисона исчезает. — Я дам тебе все, что ты захочешь, если ты хорошо попросишь. Джисон вздрагивает. Он напряженно моргает, из его глаз текут слезы. Он хочет слишком многого. Он хочет хоть немного посопротивляться. Он хочет задрать нос к потолку, насмехаться и делать вид, что ничего не желает. Он хочет, чтобы Минхо трахнул его. Он хочет, чтобы Минхо снова укусил его. Он хочет слушаться, хочет быть хорошим, хочет понравиться Минхо, хочет, чтобы он остался здесь, брал его снова и снова, пока у него не останется ничего, чтобы отдать. — Пожалуйста, — он поднимает руки, чтобы поместить лицо Минхо между ними и проводит большим пальцем по его губам. Джисон прижимает кончик пальца к клыку Минхо и всхлипывает, когда тот протыкает кожу. Язык Минхо высовывается, чтобы слизать небольшую каплю крови, выступившую на поверхность. — Пожалуйста, трахни меня, — хнычет Джисон. Минхо улыбается, абсолютно довольно. Он зажимает палец Джисона между зубами, а его талию – между руками и осторожно отступает назад, не сводя глаз с лица Джисона. Когда он снова входит в него, между его бровей появляется сосредоточенная морщинка. Он стискивает зубы. Джисон шипит от дополнительного давления на его палец. — Сильнее, — скулит он. Минхо подчиняется, опускаясь на локти, чтобы впиться зубами в плечо Джисона, и выдыхает ему на ухо, когда начинает трахать его всерьез. Джисон хватается за его плечи и стараясь удержаться изо всех сил. — Так чертовски хорош, — задыхается Минхо. Он облизывает пот у основания горла Джисона, чье сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки при одном только намеке на зубы. — Ты чертовски хорош на вкус, малыш. Джисон не может найти слов, чтобы ответить. Его рот открыт, язык высунут, он едва не захлебывается собственной слюной, пока Минхо вытягивает из него слабые всхлипы и крики. Он надеется, что Минхо все равно все поймет, все эти невысказанные похвалы и мольбы, которые он пытается выплюнуть, но не может, поскольку впивается ногтями в простыни и кожу Минхо. Ритм Минхо становится неровным, немного небрежным. Он вдалбливается в Джисона размеренными толчками, отчаянно пытаясь контролировать себя, но не в силах этого сделать. Джисону это нравится. Его никогда в жизни не трахали лучше. Минхо наклоняет бедра под нужным углом, и Джисон кричит, его собственные бедра дрожат. — Блять, посмотри на себя, — стонет Минхо. Он хватает трясущуюся руку Джисона и поднимает ее над плечом, поворачивая голову, чтобы укусить его за запястье. Его бедра дергаются вперед. — Черт. Я должен обратить тебя прямо сейчас, чтобы навсегда оставить в таком состоянии. — Ты можешь, — задыхается он. Джисон снова наклоняет запястье ко рту Минхо и хнычет. — Минхо, пожалуйста, п-пожалуйста. Минхо воркует. Он проводит носом по шее Джисона, хватает его за второе запястье и прижимает оба к чужой груди. — Не двигайся, малыш. Джисон кивает, его мысли путаются, он совершенно не в себе. Внутри все горит. Кровь кипит. Голова кружится и он так близок, ему просто необходимо… Минхо кусает его за шею и сосет. Он вонзается в Джисона еще раз, два, а потом входит в него так глубоко, как только может, и кончает. Он прерывисто стонет. Кусает сильнее. У Джисона приоткрывается рот, дыхание сбивается, как будто его только что ударили в живот. Все его тело начинает дрожать в крепкой хватке Минхо, ноги сжимаются вокруг чужих бедер. Джисон отдаленно чувствует, как Минхо изливается в него, словно это никогда не закончится, слышит, как он сам всхлипывает, стонет и жалобно скулит. Он кончает вот так, зажатый между зубами Минхо, под языком Минхо. Окруженный Минхо. Наполненный Минхо. Эйфория бежит по венам, лижет позвоночник, заставляет загибаться пальцы на ногах и дергаться в тех местах, где Минхо все еще прижимает его к себе. Он чувствует, что становится зависимым от этого, как от прилива дофамина после первой пробы наркотика. Его ноги онемели, и он почти уверен, что больше никогда не сможет ходить. Минхо снова трахает его, и глаза Джисона закатываются назад. Звон в ушах становится пронзительным, он теряет сознание.

ཐི❤︎ཋྀ

Когда Джисон приходит в себя, его обнимают. Рука Минхо обхватывает его талию, а он сам прижимается к его боку. Он весь в поту и немного дезориентирован. Минхо рисует фигуры на его пояснице. — У тебя пиздец какие холодные ноги, — ворчит Джисон. Он отодвигает левую ногу, что прижата к бёдрам Минхо, подальше. Минхо фыркает. — Простите. Плохое кровообращение и все такое. Джисон сглатывает. Минхо смотрит на него сверху вниз, мягко улыбаясь. — Все хорошо? Джисон приподнимается. Шея побаливает, словно рука после вакцинации. Поясница болит по совершенно другим причинам. Возможно, он не может ходить. Он обезвожен и у него небольшое головокружение. Но в целом лучше, чем ожидалось. Он кивает. Минхо скатывается с кровати. — Отлично. Вставай, тебе нужно что-нибудь поесть. — А? Минхо наклоняется, хватая его за лицо и проводит большим пальцем по скуле. — Ты, как бы, потерял много крови, — у него хватает смелости выглядеть немного обеспокоенным, как будто это не его вина. — Может, потому что у меня на шее всю ночь висел кровосос, — надувается Джисон. Он тоже поднимается с кровати. Минхо мгновенно оказывается рядом с ним, чтобы поддержать его, когда он заваливается на бок. — Прости, что не предупредил тебя, — произносит Минхо. Он не выглядит извиняющимся, но это нормально. Джисон все равно не был против, это оказалось приятным сюрпризом. Минхо останавливает Джисона посреди спальни и помогает ему одеться. Он придерживает его, пока тот надевает боксеры и огромную толстовку, которая кажется такой мягкой изнутри и сразу же согревает его. По пути к выходу из комнаты Джисон смотрится в зеркало. Он выглядит прилично. Минхо, должно быть, привел его в порядок, по крайней мере, учитывая, что его лицо не покрыто слюной, следами слез или кровью. Он откидывает голову назад и осматривает шею. С обеих сторон – одинаковые синяки; два идеально ровных места, где клыки Минхо, должно быть, проткнули его кожу, окружены фиолетовым кругом. Пальцы легко перемещаются по следам. Джисон смотрит в зеркало и у него перехватывает дыхание, когда он не видит никого, кроме себя в отражении. Он резко поворачивает голову, Минхо стоит на месте и улыбается ему. — Красиво, правда? — Радостно вздыхает он, прижимая большой палец к синяку. Тело Джисона выдает его, и он вздрагивает. Он не может не согласиться. — Ты красивый, — исправляет себя Минхо. Он наклоняется и целует Джисона в шею. — Весь помеченный мной, вот так. Джисон вздыхает, откидывая голову назад и прижимаясь к плечу Минхо. — Минхо… Минхо поглаживает его по шее. Он гладит Джисона по заднице через толстовку, а затем целует его в нос. — Пошли немного накормим тебя, милый.

ཐི❤︎ཋྀ

Джисон закручивает крышку бутылки с водой и вытирает рот тыльной стороной ладони. Он поднимает взгляд на Минхо, который с улыбкой смотрит на него. Мило. И немного тревожно. Джисон улыбается в ответ, но в груди у него все трепещет, а в животе порхают бабочки. Он прочищает горло и возобновляет свой допрос. — Итак. У тебя есть… яд? — Не совсем? Это седативное средство, но от него не умрешь. Джисон слушает с широко распахнутыми глазами. Он запихивает в рот еще мяса. — Тогда что оно может сделать? — Эм, — смеется Минхо, — Просто… успокоит тебя. Если бы я использовал достаточно много, ты бы, наверное, потерял сознание, но в обычных дозах это просто расслабляет. — Звучит неплохо, — хмыкает Джисон, пережевывая еду. Он сейчас так непривлекателен: говорит с набитым ртом, ест так, будто голодал несколько недель, но… это же настоящий вампир, понимаете? Ему есть что спросить. Они договорились, что Джисон может задавать Минхо столько вопросов, сколько захочет, чтобы загладить вину за то, что он его обманул. Джисон, правда, не был против этого, но когда Минхо снова надулся и извинился, он понял, что может использовать это в своих целях. — Неплохо, да, — кивает Минхо. Он проводит пальцами по бедру Джисона. — Если я сделаю это идеально, то ты будешь на грани сознания. Джисон откладывает палочки и переплетает пальцы. Он пристально смотрит на Минхо. — Достаточно, чтобы ты не мог двигаться, — продолжает он, перебирая пальцами, — Но не настолько, чтобы ты потерял сознание. — Это… Это… — Джисон сглатывает слюну, скапливающуюся под языком. — Ты можешь использовать это как… по желанию? — Ммм, — усмехается Минхо. Он наклоняется ближе, и Джисон рефлекторно откидывается назад. Улыбка Минхо растет. — А что? Тебе интересно? — Да, — мгновенно кивает Джисон. — Я… Да. Минхо снова мычит. Он обнимает Джисона за шею и прижимается к его губам. Джисон замирает, готовясь к укусу. — Сначала сходи со мной на свидание, — шепчет он. — Что? — Я хочу пригласить тебя куда-нибудь, — Минхо наклоняет голову и целует ранки на шее Джисона. — Соглашайся. Тогда я покажу тебе все, на что способен. Джисон тяжело выдыхает, — Хорошо, — он медленно кивает и чувствует на своей коже довольную улыбку Минхо. Клык царапает его кожу. Джисон наполовину вздрогнул, наполовину застонал. Во что он ввязался?